Часть 2 Глава 13

Глава 13: Последний бой

Неделя, выданная нам в качестве отпуска, закончилась слишком быстро, но мы провели ее вдвоем. Ну, или почти вдвоем, учитывая полный космолет народу.

Когда «Алмаз» находился в рейсах, мы запирались в нашей каюте и занимались, разбирая новые темы по моей основной специальности. Сверхчеловеческие способности позволяли мне впитывать информацию с невероятной скоростью, а возможность увидеть все своими глазами добавляла определенных плюсов.

Правда, больше всего мне нравилось, когда Ирадий, пусть и ненадолго, позволял мне занять пульт управления. Мы проигрывали всевозможные ситуации — все то, с чем экипажи военных космолетов сталкиваются в работе.

И вот нравилась мне реакция команды. На меня они все время смотрели как на обезьяну с гранатой, но при этом отчаянно делали вид, что все в порядке. Такое необоснованное опасение меня веселило и в чем-то даже льстило, учитывая, что к моему нахождению на корабле уже привыкли.

Диена постоянно звала поболтать, в столовой все время пытались накормить «маленькую худенькую девочку», а артиллеристы с «Малышей» неплохо играли в карты, когда их начальник предпочитал закрывать глаза на эти мелкие шалости.

Разок мы даже в город выбирались все вместе, когда «Алмаз» останавливался на дозаправку и для пополнения припасов. В тот день мы снова посетили парк аттракционов, а на обратном пути я купила Ирадию еще одну фарфоровую кошку. Что-то подсказывало мне, что под эту кошачью братию уже пора выделять особую полку. Разнообразных статуэток в уличной лавке хватало на год вперед.

В другие дни мы уезжали гулять вдвоем. Мужчина показывал мне свои любимые места на Земле, позволяя увидеть мир его глазами, а я таскала его по нижнему уровню, рассказывая о том, где и кем работала и какие интересные случаи происходили в моей жизни.

Так в один из дней я узнала, что родителей Ирадия уже нет в живых. Его отец и мать погибли в одном из рейдов, натолкнувшись на корабль пиратов, и, несмотря на это, мужчина не оставил службу. Наоборот, дослужился до веркомандира, занимая место, которое когда-то принадлежало его отцу. Грустная история, но мужчину я понимала. Искоренить зло можем только мы сами — надеясь на других, цели своей никогда не достигнешь.

Я была рада вернуться обратно в КВА. Казалось, что на территорию учебного заведения я вошла уже совсем другим человеком, а точнее нечеловеком. Энергия во мне кипела, желая вырваться наружу, но был у этой радости и неприятный бонус. Эльза тоже вернулась.

Девушка вся светилась самодовольством, когда Ант привез ее вслед за нами. Мне было неприятно не то что смотреть на нее, даже просто знать, что она где-то рядом, но в жизни, увы, так часто бывает. Понимание того, что не все зависит от нас и вертится вокруг нас, — это и есть взрослая жизнь. Неприятно, но не смертельно, учитывая, что определенную пользу Эльза приносила.

Нас вообще больше не трогали во время нашего отпуска. На все интервью, на утренние программы новостей и прочие мероприятия ездила именно Эльза. Похоже, ей это даже нравилось. По крайней мере, в кадре она выглядела счастливой, чего совсем не скажешь об Анте.

Этот весельчак все больше хмурился и пропадал где-то в своих мыслях, с опозданием реагируя на заданные ему вопросы. Ирадий советовал не переживать, но верглавнокомандующего мне было жаль. Если он действительно намерен на ней жениться, то это только начало.

Безболезненно терпеть Эльзу, увы, умел только ее брат.

Мой мир постепенно обретал яркие краски. Даже небо, усеянное темными тучами, и то и дело возвращающийся дождь не могли испортить моего настроения. Хотелось жить, хотелось идти вперед, хотелось дышать полной грудью и получать удовольствие от каждого пройденного дня, но кое-что меня все же заботило.

И нет, отец Анта после того неприятного инцидента больше не трогал ни меня, ни Ирадия, будто потеряв к нам всякий интерес. Но я не могла не переживать о его матери. Хотя бы потому, что никто не держал меня в курсе дел просто потому, что еще, наверное, не доросла до такого высокого уровня доверия.

Не обижалась.

Да и глупо обижаться на то, что напрямую меня действительно не касалось, но всегда оставалось это пресловутое но. Я бы хотела знать, что происходит.

— Может, я все-таки могла бы чем-нибудь помочь Анту? — спросила я, на секунду отрываясь от книги. Занимала одно из кресел в комнате Ирадия в академии, забравшись в него с ногами.

Ужин на столе понемногу остывал.

Вчера мы уже прошли тестовое задание на выявление предрасположенностей к той или иной специальности. Именно оно показало, что я немного плаваю в теории и практике по захвату врага на его территории. И пусть на суше официально командовать должен Ирадий, случиться может всякое. Если веркомандир вдруг окажется недееспособен, командование на себя обязана взять именно я.

Кстати, мужчина был полностью прав, когда мы разговаривали насчет распределения. Согласно тестам, Волку больше подошло место навигатора, а Гриф занял кресло тактика. Парни достойно восприняли результаты тестов — ни один из них не пытался ничего оспорить. За время нашего с Эльзой отсутствия они вообще заметно возмужали, а еще каким-то непостижимым образом нарастили мускулатуру.

Наверное, аускомандир в наше отсутствие им совсем продыху не давал.

Единственная, кому распределение не пришлось по душе, — это Эльза. Ох, как она лютовала, когда ее назначили штатным медиком. У нее искры из глаз летели, а истерика протекала просто с мировым масштабом. Она даже до Анта умудрилась добраться, так что ему пришлось приехать в академию, но мужчина ее требованиям не внял. Как приехал, так и уехал, но вернулся снова буквально через несколько дней.

На этот раз причиной раздора стал ифон, которыми в академии курсантам пользоваться было строго-настрого запрещено. Ирадий принес его для меня, чтобы я могла связаться с ним в случае необходимости в дни, когда его нет в КВА. «Алмаз» продолжал патрулировать границы, но меня брать с собой у мужчины уже не получалось — и без того слишком большие нагрузки.

Итогом последней истерики стал новенький ифон, врученный Эльзе в коробочке с бантиком. И вот все бы ничего, но Анта не хватило и на неделю.

Я старалась Ирадия без особой нужды не беспокоить, хотя пару раз и отправляла текстовые сообщения, которые скорее относились к нашим личным взаимоотношениям. Зато Эльза трезвонила жениху по несколько раз на дню по всяким глупостям. Вот нервы у верглавнокомандующего и не выдержали. Ифоны отобрали у нас обеих.

— Ты уже помогаешь ему, Каролина. Сейчас твоя главная задача — учиться, а через два месяца — захватить еще одну планету, что находится за завесой. Сейчас важно именно это, потому что конфликтов на Земле становится все больше, а власть Анта не то что не укрепляется — стоит на месте.

— Почему? Разве он ничего не делает?

— Делает, но этого мало. Недовольных становится все больше, а усмирять их силой Ант не желает. Он считает, что это скажется не в его пользу. Ты закончила?

— Нет, — снова углубилась я в чтение, но книгу у меня ловко отобрали, а меня саму пересадили к себе на колени, занимая мое же кресло. — Эй, что ты делаешь?

— Хочу получить свои десять поцелуев, — интригующе улыбнулся этот хитрый лис одними уголками губ.

— Признайся, что ты сам придумал это правило.

— Как я мог? Хочешь, я тебе даже наш семейный кодекс покажу. Там черным по белому написано…

К его губам я прижалась сама, чувствуя, как объятия становятся крепче. Мои поцелуи — короткие, отчаянные и неумелые — всегда дезориентировали веркомандира, а я этим нагло пользовалась.

Оторвавшись от его губ, я заглянула Ирадию в глаза.

— И кодекс свой семейный ты тоже придумал сам.

— Знала бы ты, какие обязательные пункты в него хотел добавить Ант…

На этот раз инициатором поцелуя выступил веркомандир.

Учеба — как много скрыто в этом слове.

Со своей командой теперь я виделась только в первую половину дня, в столовой и после отбоя. Все остальное время мы были прикреплены каждый к своему преподавателю.

И вот не сказала бы я, что это плохо. Мне нравилось проводить время с Ирадием, даже если это время протекало согласно скорректированному учебному плану. Мне было комфортно даже просто сидеть рядом с ним в тишине. Так, например, пока я накидывала варианты боя с учетом ограниченного состава команды, мужчина заполнял отчеты по «Алмазу». Увы, как показало время, бюрократию просто невозможно искоренить.

Ночевала я в его комнате редко, хотя Ирадий был бы совершенно не против, если бы я отрубалась за его столом или в его кровати почаще. Что примечательно, теперь усталость не была настолько невыносимой. Нет, временами чувствовалось, что мне требуется отдых, но мои возможности стали гораздо шире.

О чем говорить? Навряд ли раньше я смогла бы пролежать в окопе без движения почти сутки, направив луч снайперской винтовки точно в цель. Нельзя было встать, сесть или пошевелить хоть пальцем, находясь в земле по самую макушку. Нельзя было убрать палец с курка, а иначе бы луч, указывающий на цель в центре мишени, тотчас погас бы. Нельзя было ничего.

Там были только я, окоп, винтовка и центр мишени, которая к тому же через несколько часов неожиданно для меня начала двигаться. Максимальная концентрация и невиданное хладнокровие потребовались для выполнения этого задания. И это учитывая ветер, ливень и грозу, пусть и искусственно созданные.

Впрочем, отведенное время продержалась вся команда. Даже Эльза лежала, сцепив зубы, хотя мы с парнями поспорили на то, что ее не хватит и на полчаса. Слишком привередливой она стала, считая, будто все вокруг ей чем-то обязаны.

Но больше всего из всех новшеств, введенных в обучение, мне нравились наши вылазки. Мы могли жить под открытым небом по несколько суток, и задачи перед нами ставились самые разные. Иногда спали прямо на земле, но чаще всего устанавливали палатки или шатер, устраивая полноценный лагерь.

Почти всегда готовили еду из запасов, которые нам выдавали с собой, но бывало и такое, что приходилось питаться тем, что найдешь. В ход шло все. Нас учили есть гусениц, заваривать чай из разных растений и добывать воду там, где ее фактически нет.

Самым ужасным гастрономическим изыском, на мой взгляд, были ауши. То ли крысы, то ли белки с длинными пушистыми хвостами. Они жили на деревьях и в их корнях, питаясь корой и жуками, которых могли найти.

Завезли этих тварей сюда совершенно случайно — в один из рейдов задержали судно с контрабандой, а этим хвостатым удалось выбраться. Истребить их полностью никак не получалось — размножались они как кролики. Даже вот до академии добрались.

Время летело. Оно пронизывало этот мир, неумолимо истончаясь, исчезая в водовороте ежедневных забот. Чем ближе был день последнего, решающего экзамена, тем больше крепла во мне уверенность, что мы со всем справимся.

Даже за Эльзу и ее выкидоны я перестала переживать. Она усваивала свою программу на отлично, и днями, и ночами пропадая в медкорпусе вместе с доктором Тери. Эта милая женщина оказалась саблезубой акулой и спуска девушке не давала, что очень сильно радовало лично меня.

Впрочем, расслабляться больше не давали никому. Даже в увольнительные отпускали только по разу. Я провела тот день в компании Ирадия, просто потратив его на то, чтобы отоспаться. Из постели мы выбирались исключительно затем, чтобы поесть, а потом снова возвращались в уютную берлогу из одеял.

Да, сна категорически не хватало, но радовало то, что все это должно было скоро закончиться. Наверное, все мы и жили только этой мыслью, стремясь к тому, чтобы старый день быстрее прошел, а новый начался. Впрочем, мне повезло гораздо больше остальных. У меня был Ирадий, его поддержка, да хотя бы просто молчаливые объятия или улыбка, которой меня одаривали на полигоне.

У других были только они сами.

— Уже уходишь? — спросила я, открывая один глаз.

В последнее время я спала чутко и малейший шорох тут же вырывал меня из объятий сна. Сейчас произошло именно это. Несмотря на то, что за окном все еще стояла глубокая ночь, в темноте комнаты я четко видела собирающегося Ирадия. Мужчина был при параде и как раз собирался выйти из комнаты, когда мой голос его остановил.

— Срочно вызвали. Ты спи, еще час у тебя точно есть, — прошел он по комнате, останавливаясь у кровати.

Его ладонь прокатилась по моим торчащим во все стороны со сна волосам, горячие губы коснулись губ. Отпускать мужчину не хотелось совершенно, но служба на то и служба, что вызвать тебя могут в любой момент. Война не будет ждать, пока ты отоспишься.

— Что-то серьезное? — уточнила я, повыше натягивая одеяло.

В последнее время я все чаще спала в футболках Ирадия, переквалифицировав их в ночнушки, так что ткань иногда съезжала то на одно плечо, то на другое, а то и вовсе скатывалась куда-то вниз, потому что кое-кто предпочитал обнимать меня, а не футболку.

— Ничего из того, о чем бы стоило волноваться, — улыбнулись мне, касаясь пальцами подбородка.

— У нас сегодня экзамен, — напомнила я очевидное.

— Я вернусь так быстро, как только смогу. Без меня вам баллы все равно не выставят.

— Обещаешь?

— Обещаю.

Его спину я провожала с какой-то тихой грустью. Сама не понимала, чем вызваны подобные чувства. Даже проанализировать ситуацию не получалось. Просто ничего примечательного в ней не было — я уже не раз присутствовала в моменты, когда веркомандир уходил на свою основную работу.

Может быть, так проявляло себя нежелание его от себя отпускать?

Естественно, уснуть мне так и не удалось. Провалявшись еще минут пять, я привела себя в порядок и направилась в наш корпус, но остановиться мне пришлось уже на лестнице. С первого этажа доносились голоса, которые совершенно точно не принадлежали караульным.

Среди говоривших я узнала только аускомандира.

— Когда пришел приказ?

— Буквально только что. Я сам толком ничего не знаю. Сказали, что приказ сверху. Через сорок минут судно прибудет на пусковую арену. К этому времени вся группа должна быть там.

— Но почему в мешках? Почему мы вообще должны их спящих, неодетых, с одеялами и подушками волочь в мешках? Еще я курсантов на себе не таскал! Первый раз слышу про подобный экзамен. Веркомандир ни о чем таком не предупреждал. Да и самого его в академии уже нет.

— А я почем знаю? Нам приказали, мы должны выполнять. Я уже послал караульных за мешками…

Голоса все отдалялись и отдалялись, а сердце мое стучало быстро-быстро. Спускаясь вниз, я молилась богу, чтобы на первом этаже караульных действительно не оказалось. Просто им было строго-настрого запрещено покидать свои посты, но сегодня, видимо, что-то изменилось.

На улицу я вылетела пулей.

По дороге к общежитию старалась держаться теней, чтобы меня не засекли раньше времени. Дурой не была. Прекрасно понимала, что говорили о нас, о нашей группе и о нашем экзамене, начало которого мне совершенно не нравилось.

Ирадий говорил, что нам предоставят учебный корабль, который вообще просто имитирует взлет. Любые внештатные ситуации — это провокации, любое отхождение от норм — по плану экзамена. Даже высадка и последующий бой — все должно быть максимально приближено к реальности, но о какой реальности речь, если нас посадят на корабль в мешках?

Только если этот корабль не будет «Алмазом». Но… Разве стал бы Ирадий мне врать? Я вообще не помню такого, чтобы мужчина когда-нибудь мне открыто врал.

Когда до общежития оставалось с десяток шагов, я резко свернула вправо, направляясь на склад, где хранилось как учебное, так и боевое оружие. Высиживала в кустах, пока караульный с автоматом наперевес неспешно прогуливался по территории.

По факту меня сейчас просто-напросто могли расстрелять за то, что я собиралась сделать, но чувство тревоги никак не давало закрыть глаза на происходящее. Рванувшись с места, в несколько секунд преодолела расстояние. Проникнуть в склад при условии круглосуточно открытых дверей труда не составило, а вот дальше я наживала себе врагов.

— Ты какого здесь…

Договорить отвечающий за склад просто не успел. Перепрыгнув через стол, я свалила его на пол вместе со стулом, вырубая одним-единственным точечным ударом. Потратив несколько секунд на считывание его пульса, чтобы убедиться, что не переусердствовала, я с облегчением отправилась вооружаться.

Буквально представляла, видела лицо Ирадия и разочарование, которое он тщательно будет скрывать, когда узнает, что я натворила. Военный суд — меньшее, что мне светит, но лучше перебдеть, чем недобдеть. История с космическими пиратами мне запомнилась надолго.

Брала только то, что реально могла унести, не теряя маневренности. Автоматы гроздью вешала на шею, ножи и магазины — пихала по карманам формы, а две ресталки взяла в обе руки. На обратном пути едва нос к носу не встретилась с караульным, но вовремя прижалась к стене, так что он прошел мимо меня. Увы, на этом самое интересное только начиналось.

Оружие я скинула прямо под нашим окном. В общежитие такой красивой просто не могла войти, потому что и там на первом этаже стояли часовые. Поздоровавшись с парнями из другой группы, медленно, размеренным шагом поднялась по лестнице, чтобы на последних ступеньках буквально бежать.

Группа особого назначения в полном составе еще спала и такой ранней побудке не обрадовалась. Особенно долго возникала Эльза, но, увидев, как я связываю между собой простыни и в буквальном смысле вываливаюсь в открытое окно, весь свой пыл мигом растеряла.

— Поднимайте! Живее, живее, живее! — шепотом командовала я, соорудив из одной простыни подобие мешка.

Честно говоря, я бы еще и на кухню смоталась, но время уже поджимало, так что пришлось лезть обратно наверх и коротко рассказывать о том, что невольно подслушала.

— А оружие нам зачем? Ты что его? Украла? — гарпией смотрела на меня Эльза, наскоро переодеваясь в форму и обувая ботинки.

— Если я окажусь неправа, самолично откажусь от должности первого помощника, — твердо заявила я, накидывая на плечи плащ-палатку. — А теперь быстро все под одеяла!

— Кажется, наш капитан немножко сошел с ума. Может, это любовная лихорадка? — проворчал Гриф, с тяжелым вздохом укладываясь обратно в постель. — Еще полчаса как минимум могли спать…

Больше никто свое отношение к ситуации не высказывал. Разобрав оружие, парни улеглись обратно в кровати, прикрывая одеялами все, включая ботинки. А потом через вентиляцию нам запустили что-то, что оставляло сладкий привкус на языке.

— Дышим через одеяла, — шепотом приказала я, прикрывая глаза. — Всем молчать до особого приказа. Моего приказа.

Пришли за нами минут через пять. Аускомандир долго и нудно жаловался на жизнь тем, кто помогал ему в нелегком деле упаковывания курсантов в мешки. Причем мне действительно не послышалось. Нас перетаскивали на пол не только вместе с подушками и одеялами, но и вместе с матрасами.

Очень боялась, что кто-нибудь выдаст себя или, не дай бог, одеяло задерется, оголяя неприглядную реальность, но все конкретно для нас прошло удачно, за исключением того, что паковали нас в самые натуральные мешки, похожие на спальники. Тканевые — они пропускали воздух, но разглядеть сквозь них ничего не удавалось.

— Тяжелые, засранцы! — бухтел пожилой мужчина. Он являлся аускомандиром другой группы, насколько я знала. Голоса — это все, что мне оставалось, но больше, как назло, никто ничего не произнес.

Так нас и донесли в молчании до места назначения, а потом погрузили в корабль. Была мысль спросить, видит ли кто что-нибудь, но рядом с нами кто-то постоянно ходил. Пока я решала, что делать дальше: выбраться из мешка и вырубить одного-единственного надзирателя или дождаться логического завершения, — наше незапланированное путешествие неожиданно закончилось.

— Давай, я за этот конец, ты за тот. Перекладывай.

Нас перекладывали. О да! Нас действительно перекладывали. Причем едва ли не друг на друга. Было ощущение, что нами заполняли ванну или лодку — голова и ноги однозначно упирались в стены, но такой подлянки я вообще не ожидала.

Закончив нас грузить, само сооружение подняли тельфером, а дальше рыпаться уже было поздно.

— Быстро выбирайтесь! Бегом! — скомандовала я, спихивая одеяло в ноги и разрезая ткань мешка ножом.

Я ошиблась. Нас не поднимали. Нас спускали на водную гладь, штабелями сложив в деревянный короб без крышки, к дну которого с другой стороны было присобачено подобие надувной лодки. Что примечательно, трос отсоединили на корабле, оставляя нам и его, и крюк, за который был короб подвешен.

Космолет улетал, а мы… Мы оставались под лучами палящего солнца.

— Мы вообще где? — озирался по сторонам Гриф, растерянно потирая глаза.

Да, после темного мешка солнце невероятно слепило.

— Учитывая, что солнце стоит уже высоко, а летели мы максимум часа три, то смею предположить, что мы за завесой.

— За «Синей Звездой»? — в ужасе переспросила Эльза, навалившись грудью на край короба.

— Где-то там. А точнее, тут, — подтвердила я, разглядывая еще одну особенность — небо, которое казалось словно пористым.

— И? Что будем делать? Где вообще экзаменаторы, если корабль улетел? — достал парень из мешка ресталку, и я тоже последовала его примеру.

— В первую очередь поищем сушу. Курсанты, снимите верхние доски. Эльза, на тебе северо-запад, на мне юго-восток. Ядро и Волк гребут с разных сторон. Смерч, твоя задача — присобачить к коробу трос и вовремя скинуть крюк, когда окажемся на мелководье. Гриф, с тебя песня.

— Какая песня?! — возмутился парень, сверкая голубыми глазищами.

— Громкая. Хочу понять, кто здесь водится. Без приказа никому не стрелять. Давайте разберемся, что это за экзамен…