Глава 20

– Не уверен, что это хорошая идея, – пробормотал Макс, когда мы вернулись. – Тагор-то ты забрал, но какой с него прок?

Я удивленно вскинулся.

– Что значит, какой? Да им коридоры в изнанке можно латать. Перемычки между мирами спокойно закрывать. Старых некко бить…

– А метка? – скептически переспросил Макс. – Ты хоть подумал, что в этом теле тагор тебе подчиняться не будет?

Я только плечами пожал.

– Кто мне помешает вернуть старое?

– Никто. Но активная метка тут же привлечет внимание мага, который ее устанавливал.

– Только пока тагор находится в реальном мире. А на изнанке ты сам сказал, что хранить его безопасно.

– Хранить – да, – согласился Макс. – Но не использовать. Если помнишь, он работает только наверху, хоть и воздействует на оба мира одновременно. Но какой был смысл его забирать, если на верхнем слое реальности он сразу просигнализирует в Орден, что ты живой?

Я вздохнул.

– Его в любом случае нельзя было там оставлять.

– Зато можно было избавиться от метки!

– Я поначалу так и хотел. Но потом подумал… а вдруг тагор получится перенастроить на другую личину? Ты ведь пользуешься нитями. И книги всякие читал. Даже с магами когда-то общался. Так, может, ты сумеешь и метку поменять?

Макс поперхнулся.

– Олег, ты в своем уме? Я же не маг!

– Ну защиту-то ты на доме поставил, – не согласился я. – Умеешь менять ее по своему усмотрению, настраивать интенсивность сетей, что-то туда добавляешь или убавляешь, если считаешь, что это нужно… в чем проблема создать новую метку? Я даже знаю, как она в точности выглядит! Сделай такую же и все дела. А уж бантиком ее скрутить и в тагор запихать, по-моему, не проблема.

– Как же ты мало знаешь о магии, – с сожалением отозвался кристалл. – Ты, конечно, не маг. Я понимаю. Но я ведь говорил, что ничего нового не создаю в принципе, а пользуюсь лишь тем, что изначально вложил в меня хозяин. Он дал мне возможность создавать магические нити – и я действительно их воссоздаю. Любого цвета, любой толщины… кроме базовых. С ними я как раз сделать ничего не могу, поэтому использую то, что осталось от прежних владельцев.

– Дык в чем проблема-то? Давай возьмем то, что есть!

– Нет, Олег, – с еще большим сожалением вздохнул Макс. – Из базовых заклинаний у нас с тобой есть только фиксаторы и стандартные крепежные заклятия. Те, что мы забрали из старого логова, а они для создания меток не подходят. Здесь нужна полноценная базовая нить. Но взять уже готовое и сотворить что-то с нуля – это разные вещи. Помнишь, я говорил про артефакты? И про то, что Ковен лишь воспроизводит то, что однажды было придумано «разумниками»? Тут такая же ситуация. Я знаю много шаблонов для самых разных видов заклинаний. В структуре моего кристалла заложены основы для большинства из них. Поэтому все, что в нем есть, я могу с легкостью использовать. Но создание персональных меток – очень трудоемкий процесс. Это не кучка заклинаний, переплетенных особым образом. Это одна-единственная нить, созданная по рисунку твоей и только твоей ауры и видоизмененная так, что в ней сочетаются сразу много цветов.

Я озадаченно сел, уронив на пол сумку с оружием.

– В смысле, метка принадлежности создается по той же технологии, что и защита «разумников»? Как в доме Дартье или в тайнике мастера Аввима?

– Конечно. Если бы ты или я владели этой магией, то проблем бы не было. Если бы у меня был артефакт, которым пользуются маги гильдии, или хотя бы чертежи к нему, тоже не проблема. Но у меня нет ни того, ни другого. Поэтому переплести уже готовые нити я могу, а создать одну-единственную нить, строго под твою ауру, мне, увы, не по силам. А значит, тагор так и останется привязан к личине мастера-карателя. И воспользоваться им без риска, что тебя обнаружат, ты не сможешь. Не говоря уж о том, что, если его однажды найдут среди твоих вещей, тебе будет грозить не тюрьма, а сразу плаха. Гильдия магов очень ревностно относится к украденным артефактам и еще ревностнее бережет тайны «разумников». Поэтому я бы посоветовал тебе не выносить с изнанки оружие карателя и тем более не пользоваться им без крайней нужды.

Я растерянно уставился на стоящий на комоде кристалл.

– Блин… а вот это уже удар ниже пояса… я-то надеялся, что с тагором мне будет легче. Но если даже ты не можешь изменить магическую метку, то от него будет мало проку.

Макс деликатно промолчал, а я со вздохом поднялся.

– Ладно. Все равно дело уже сделано, и я не побегу обратно в кабинет мастера Нэша, чтобы вернуть тагор на место. Но если я добуду книги с описанием магии «разумников» и их уникальными заклинаниями, ты сумеешь создать для меня артефакт для воспроизводства меток?

– Возможно.

– А если там найдется описание технологии создания одиночных заклинаний с множеством функций?

– Не исключено. Но я не думаю, что Ковен захочет поделиться с тобой этими знаниями.

Я усмехнулся.

– Да кто ж его будет спрашивать? Во времени мы никак не ограничены. Тагор на изнанке не стухнет. А через год-два кто знает? Может, мы и прорвемся в их библиотеку, благо от изнанки ее почти ничто не защищает. Кстати… Макс, я тут подумал: а почему на изнанке вообще существует магия? По идее, она должна работать и быть заметной только в верхнем мире. Ну да, я не маг, поэтому мне это умение недоступно, но с изнанки-то я ее вижу. И даже на некоторые заклинания могу воздействовать. Уж на базовые-то точно.

– Просто магия – основополагающий элемент нашего мира, – отозвался Макс. – И вполне логично предположить, что базовые ее элементы одинаково воздействуют на оба слоя реальности. Более того, скрепляют их точно так же, как делают это обычные нитки.

– Погоди-ка… ты хочешь сказать, что магия карателей на самом деле – разновидность базовых заклинаний?!

– Конечно. Иначе она бы не затрагивала изнанку. Все плетения, которые работают в обоих мирах, созданы или преобразованы именно из этого типа заклинания. «Барьерники» просто первыми это поняли и первыми же поставили их производство на широкую ногу.

– Ничего себе заявочки… – пробормотал я, совершенно иначе взглянув на ситуацию. – Это что же получается? Базовые заклинания – это важнейший элемент устойчивости вашего мира, а маги, которые их научились использовать и преобразовывать… Макс, так может, за это их и уничтожили?! Ковен всеми силами старался разорвать связь верхнего мира с изнанкой и именно ради этого создал в магии направление по работе с барьером. Но «барьерники» вместо того, чтобы его сломать, год от года его только укрепляли! Просто так, создавая, изучая и придумывая заклинания, которые служили для изнанки дополнительными фиксаторами!

Кристалл недоверчиво крякнул.

– Чего?

– Да, – тоскливо прошептал я. – Ковен ошибся, посчитав, что новое направление поможет вашему миру избавиться от сборщиков душ. «Барьерники» многое дали магическому сообществу. Придумали новые способы плетения заклинаний. Создали массу артефактов с уникальными свойствами. Выяснили все, что могли, насчет переселения душ. Годами изучали коренных обитателей изнанки. Много чего полезного привнесли в теорию магии… но как только стало ясно, что их магия разрушает все то, к чему стремился Ковен, все это потеряло значение. Успехи «барьерников», их открытия, знания… все было уничтожено. Лишь бы больше никто не совался на изнанку, не экспериментировал с базовыми заклинаниями и не мешал процессу разрушения барьера.

– Сейчас с базовыми заклятиями почти никто и не работает, – невесело подтвердил кристалл. – Не умеют. Забыли. Раньше из таких заклинаний создавали узоры, невероятные по сложности и красоте. А теперь гильдия штампует их жалкое подобие, после чего тут же режет на кусочки и продает по серебряному молгу – штука. Их используют всего лишь как… гвозди. И то лишь потому, что без них нельзя обойтись.

– Во всем этом есть только одна хорошая вещь – до тех пор, пока магия «барьерников» все-таки используется, пусть и в ничтожной доле от того, что было раньше, изнанка не умрет. Базовые заклинания будут пронизывать ее насквозь. Удерживать оба слоя реальности вместе, пока это еще возможно.

– Однажды может прийти время, когда и этого будет недостаточно, – возразил Макс.

Я поджал губы.

– Да. Но мы с тобой постараемся этого не допустить.

* * *

Уже вечером, когда на улице порядком стемнело, я выбрался из дома карателя, держа под мышкой увесистый кристалл, и двинулся в сторону присмотренного ранее чердака. Остальные вещи тащили в зубах улишши. Что-то помогала нести даже маленькая нурра.

Идти, конечно, пришлось далеко. Пешком, потому что выбраться с изнанки и вскочить на ходу на закорки какого-нибудь экипажа я бы не рискнул. Вместилище Макса при всей своей внешней крепости было довольно хрупким, поэтому я нес его сам, причем со всей возможной осторожностью.

За один раз нам, правда, переехать не удалось – вещей в логове, хоть и немного, но все же успело подкопиться. Одна корона чего стоила! Плюс после переезда там следовало навести порядок и по возможности убрать со стен и полов следы пребывания улишшей и Пакости.

Именно поэтому, перетаскав основную часть добра в заброшенный дом на улице Мельников (не совсем на окраине, но все же ринах в полутора ходьбы от Старого города), я в последний раз вернулся в дом мастера Шала. Все там прибрал, сгреб оставшийся после нас мусор и выкинул осколки от погрызенных Пакостью чашек. Привел в порядок спальню. Протер пыль на подоконниках. Тщательно подмел коридор и, оглядев дело рук своих, удовлетворенно кивнул.

Вот теперь похоже, что в этом месте недавно жил занудный, педантичный, упрямый и фанатеющий от порядка мастер Шал. Ну а если и виднелась на полу пара неучтенных царапин, то что с того? Мог же ослабленный после ранения каратель уронить туда какую-нибудь полку? Или случайно разбить, не удержав в трясущихся руках, свою любимую чашку?

Впрочем, вряд ли кто-то сможет достоверно сказать, каким это жилище было раньше. Друзей у Шала не имелось. Случайных посетителей тоже. Разве что девушка-служанка вспомнит, что и как здесь лежало? Но на протяжении последних месяцев она тоже сюда не совалась, потому что я очень вовремя ее уволил. И теперь даже самому взыскательному наблюдателю будет не к чему придраться. Кроме, быть может, того факта, что в доме не осталось ни одной монеты.

Уже на обратном пути, старательно вспоминая, не забыл ли я чего, и морщась от хруста увлеченно грызущей очередной молг нурры, я подумал, что, возможно, перестарался с наведением чистоты. И вообще, совсем необязательно, что магистр Нэш отправит сюда кого-нибудь на проверку. Но как только я об этом подумал, мимо меня неспешно проехал запряженный парой крепких лошадок экипаж с подозрительно знакомыми обводами и еще более знакомой магической защитой, которую я за время, проведенное в Ордене карателей, видел уже не раз.

Я сперва не обратил на это внимания, но как только до меня дошло, что точно такой же экипаж обычно использовал магистр Нэш для поездок, то резко затормозил и неверяще обернулся.

Что за фигня?!

Карета ехала прямиком туда, откуда я только что явился! Причем ехала не пустая – с изнанки в ней прекрасно просматривался одинокий человеческий силуэт, хотя защита и искажала его пропорции.

Да нет… не может быть!

Я оторопело уставился на удаляющуюся карету, а потом спохватился и кинулся следом, все еще будучи не в силах представить, что магистр ни много ни мало целого Ордена… весьма большой по местным меркам человек… вдруг снарядит посреди ночи экипаж и попрется проверять, все ли в порядке у меня дома!

Это не просто в голове не укладывалось – это был настоящий нонсенс! Поэтому я вприпрыжку нагнал экипаж. Тихонько выругался, когда возница подстегнул лошадей. Следом за ними вернулся на Рассветную улицу, с которой совсем недавно ушел. Добрался до своего бывшего логова. Недоверчиво уставился на занавешенное окно в карете и…

С облегчением выдохнул, когда экипаж проехал мимо.

Вот же черт.

Тем не менее мне стало интересно, куда это на ночь глядя поперся господин магистр. И почему в его карете так тщательно занавешены все до единого окна. Даже самое маленькое, через которое пассажиры могли выглянуть назад, чтобы удостовериться, что не проехали нужный адрес, и то оказалось закрыто наглухо. Как если бы магистр Нэш очень не хотел, чтобы кто-то его увидел.

Нурра на моем плече даже жевать перестала, когда я прибавил шагу и во второй раз нагнал экипаж. Заглядывать в окна смысла, конечно, не было, несмотря на частичную прозрачность шторок на изнанке. Но вот насчет личности пассажира у меня возникли сомнения – для магистра Нэша этот человек был недостаточно крепко сложен. О росте, пока человек оставался в сидячем положении, я не мог сказать ничего определенного. Деталей в одежде тоже было не разобрать – на пассажире был надет длинный и бесформенный плащ с низко надвинутым капюшоном. Поэтому единственное, что я знал, это то, что пассажир был довольно строен и носил под одеждой парочку довольно мощных артефактов.

Пока я гадал, кто мог бы воспользоваться служебной каретой и что за магия находится в тех артефактах, экипаж свернул раз, другой, третий. Спокойно миновал крохотную площадь Фонтанов и, свернув на улицу Пажей, остановился у четвертого дома по правую руку.

Но больше всего меня удивило не это – как только карета остановилась, и пассажир вышел, возница тут же развернулся и укатил в обратную сторону, оставив одинокую фигуру торчать посреди дороги. Более того, фигура, вместо того, чтобы зайти в ближайший дом, неожиданно не стала этого делать. И почему-то прошла дальше, словно возница прибыл не по адресу. А затем, что совсем непонятно, вдруг нырнула в темный переулок, как какой-то шпион, который не хотел, чтобы о нем узнали.

Озадачившись еще больше, я тем не менее подметил, что пассажир, закутавшийся в длинный плащ с головой, действительно был довольно худ, невысок ростом и имел совершенно не мужское телосложение. Но чтобы приличная леди тайком гуляла по подворотням?

Хм.

Выбравшись в реальный мир, я велел Пакости не шуметь и крадучись двинулся к загадочному проулку, на другом конце которого обнаружилась еще одна фигура. На этот раз мужская, довольно рослая и выше леди примерно на полголовы. Я видел этого человека прямо сквозь стену сумеречным зрением. Но, к сожалению, не мог его опознать.

– Здравствуй. Я пришла, – тем временем раздался из темноты тихий женский голос, в котором я с неимоверным удивлением опознал лессу Майену Айенал. Нашу штатную магичку, которая по всем правилам сейчас должна была сидеть в дежурной башне и караулить, не появятся ли среди карателей раненые, больные и увечные, которым требуется ее помощь.

Кто ее отпустил с дежурства в такое время? И какого черта она вообще тут делает, если должна находиться совсем в другом месте?

– Что ты узнала? – так же тихо отозвался мужской голос, при звуках которого я замер возле самого поворота и, еще раз глянув на парочку вторым зрением, передумал идти дальше.

– Информация подтвердилась, – ответила магичка. – Каратель действительно мертв.

– Ты уверена в этом?

– Конечно. Именные метки как раз сегодня погасли. Я сама видела отчет бытовика. Поэтому магистр Нэш приказал оформить официальное свидетельство о смерти. Хочешь увидеть копии?

– Конечно.

В полутьме переулка зашуршали невидимые бумаги.

– Досадно… – через некоторое время пробормотал незнакомец, с недоумением качнув головой. – Очень неприятное известие. Я надеялся совсем на другой исход. Ты меня огорчила.

Я нахмурился.

Что за хрень? С какого случая какой-то посторонний мужик интересуется смертью одного из карателей? И с какого, спрашивается, перепугу наша штатная магичка, которая, между прочим, присягу давала, так легко выдала ему эти сведения? Это что? В Ордене и впрямь завелся шпион? Но если да, то в чью пользу она разбазаривает информацию?

Если свидетельство оформили сегодня, значит, интерес этого типа был вплотную связан со смертями, произошедшими на днях в подземельях. То есть с моей и тех трех уродов, что сдохли под завалом совершенно заслуженно. Конечно, могло случиться и так, что одновременно с этим в Ордене погиб или умер от тяжелой болезни кто-то еще, но вероятность этого события была крайне мала.

Я так и сяк попытался присмотреться к мужику, но без толку – не видя лица, я не мог сказать о нем ничего определенного. Кроме того, что он был довольно высок, неплохо сложен, имел под одежкой и на пальцах обеих рук множество всевозможных артефактов. И, похоже, не первый раз пользовался осведомленностью подружки, чтобы получить интересующие его сведения.

А еще девчонка сказала, что информация по смерти подтвердилась. Значит, хлыщ этим вопросом уже интересовался.

– Таор…

– Ты не виновата, – тут же отреагировал мужик и бесцеремонно привлек к себе расстроенную магичку. – Ты совсем ни в чем не виновата, дорогая. Напротив, я очень рад, что ты поделилась со мной этими сведениями. И очень тебе за них благодарен. Как и за все, что ты для меня сделала.

Я скривился, когда парочка слилась в нежном поцелуе, а потом снова навострил уши.

– Тебя никто не видел? – совсем другим тоном поинтересовался мужчина, отлепившись от леди.

Лесса Айенал мотнула головой.

– Я отпросилась у командира смены на рин. Сказала, что забыла дома рабочий артефакт. Через пол-рина карета вернется и заберет меня обратно. А мастер Ушш пообещал меня не выдавать.

– Это хорошо, – вдруг мурлыкнул мужик, снова притянув к себе магичку за талию. – Значит, у нас есть целых пол-рина, чтобы потратить его с пользой…

– Таор!

– Ладно-ладно, в другой раз, – насмешливо фыркнул он, отстранившись. – На самом деле мне тоже пора. Учитель обязательно спросит, почему я задержался. Поэтому, как бы мне ни хотелось тебя украсть, сегодня ничего не выйдет.

Леди Майена перевела дух.

– Да. И мне надо спешить.

– Я дам тебе знать, когда освобожусь, – на прощание поцеловав ей руку, мужик откланялся и, развернувшись, быстрым шагом направился прочь.

Я тут же нырнул на изнанку, успев сделать это до того, как торопливо оправляющая плащ магичка вышла из переулка. Затем поколебался, покрутил головой, но решил, что за мужиком проследить важнее, и двинулся следом за ним.

Идти, впрочем, пришлось недолго – на соседней улице этого типа ждал экипаж, запряженный парой рослых лошадей. Но на этот раз я соображал быстрее, поэтому успел обогнать этого типа, подобрался к карете вплотную и запрыгнул на закорки ровно в тот момент, как она тронулась с места.

А вот вспыхнувшая на ней огнем защита едва не застала меня врасплох. Причем хорошая защита, чуть ли не лучше, чем в кабинете у магистра Нэша. Но оно и понятно – тому ставили магическую сеть приглашенные специалисты, а вот мужик установил ее сам. Прямо у меня на глазах. Причем быстро. Умело. Привычно. Моментально перейдя из категории простых козлов в разряд крайне опасных и серьезных противников.

Хорошо еще, что я заметил его подозрительный пасс, короткую вспышку на одном из колец и успел спрыгнуть обратно на землю: в считанные мгновения карета с изнанки буквально запылала всеми оттенками алого, синего и зеленого. Тогда как маг… а приятель лессы действительно оказался магом… откинулся на спинку сидения и достал из-за пазухи рашшер.

– Что у тебя? – пророкотал оттуда незнакомый мужской голос. Причем пророкотал так громко, что я прекрасно расслышал его даже с изнанки и даже на расстоянии, которое продолжало быстро увеличиваться.

– Каратель мертв. Девочка только что это подтвердила, – гулко, словно из бочки, ответил маг.

– Ты видел свидетельство о смерти?

– Да. Как я и велел, она сделала копии. Боюсь, я ошибся, учитель. А мастер Шал – не тот человек, ради которого стоило стараться.

– Хорошо. Заканчивай дела и возвращайся.

Связь тут же оборвалась. Но я какое-то время просто стоял, глядя на быстро удаляющуюся карету. Потом встряхнулся. После чего ссадил на землю удивленно мяукнувшую нурру и тихо велел:

– Проследи.