Глава 4

Нихуя не понимаю. Что, блядь, такое? Что за бред полнейший? Что происходит вообще?

Пиздец какой-то. Да это точно она. Точно. Я же вижу. Вижу и, сука, все еще сомневаюсь. Что мне к ней подойти и в лицо вглядеться? Она зачем-то прячет его, но голос не спрячешь. Я этот голос из сотни узнаю, тысячи, миллиона, блядь…

Папа? Какой нахуй папа?

Ребенок у нее там какой-то? Еба-а-ать…

Мозг взорвался, каша сплошная. Вкурить не могу, въехать. Я никогда дураком не был, меня наебать нельзя. Я наперед все знаю, предугадать могу. И у этой бабы ничего не выйдет.

Какая она…

Взглядом ее провожаю. Да я ее даже по жопе узнал. Нихуя не изменилась…

В тачку прыгаю. На переднее. Друг за рулем.

— Домой?

— Давай домой. — Отъезжаем. — Тигран, собери мне все, что нароешь на эту семью. Запомнил адрес?

— Запомнил. Сделаю, Карим. Сроки какие, вчера? — Ну что за вопрос.

— Как обычно.

— И брякни Гришане, пусть по столице пошерстит хорошенько. На Эльдара Гасанова мне досье за последние десять лет. Где, с кем и как. Подробно чтобы. Поторопи там…

— Ок.

По дороге домой брату набрал. Фар тоже в делах, трепаться некогда. У него прессинг конкретный. На стреме, всю столицу в кольцо взял, чтобы крыса не проскользнула. И ведь не проскользнет, попадется. Брата я натаскал, да он и сам башковитый.

Только от девчонки своей конкретно поплыл, не подставился бы, пока другим местом думает. А надо всегда головой думать, ну той, что на плечах. Слабину дашь, отвлечешься — пизда. «Доброжелатели» тут как тут. И ведь каждому кусок пожирней нужен, а ты в расход. Поэтому я один по жизни, чтобы ни страха, ни сожаления.

Десять минут говорим и прощаемся. Не дурак, сам разберется. А мне тут порешать надо. Где-то по Самарканду бегают еще крысы, пора ставить ловушки.

В дом захожу, вроде пахнет едой, но есть не хочется. А вот выпить стоит. Хватаю коньяк и на второй топаю. Тут эта уже в постели, как преданная сучка, встречает хозяина. А мне не до этого. Совсем.

— Привет. Устал сегодня? — Глазки прищурила, они еще уже стали. Эх, люблю азиаток. Но не сейчас…

— Женька, иди к себе. Не в настроении я. — Бахнулся в кресло, оно даже затрещало чуток.

— А я сейчас подниму твое настроение. — С первого раза не доходит до бабы, что злой я и лучше не лезть сейчас.

Ползет кобра…

— Жень. К себе, бегом! — прикрикнул, и ее как ветром сдуло. Упрыгала лань.

Вот и отлично.

В стакан коньяка плеснул. Залпом в себя опрокинул. В кресле разваливаюсь, голову назад наклоняю, глаза закрыл, и память снова со мной играть начинает…

Вспоминаю прошлое. То, что забыл давно. Вырвал из сердца, но из башки не ушло.

Картинки херачат одна за другой. Яркие и такие реальные. Фурия кареглазая, что подчинила меня. Единственная баба на всем белом свете, что прогнуть Карима смогла. Еще как прогнуть…

Только ей я те самые слова говорил, и она мне в ответ…

И море секса. Но не секс это был — трах безумный. На грани порока… Такой, что кровь в венах кипела и член горел. И она…

Девчонка горячая. На прочность меня испытывала, а я и рад был. В каждом углу ее зажимал, а она всю себя отдавала. Ни одна баба мне так не отдавалась, чтоб без остатка. Полное откровение…

С первого взгляда меня цепанула. Только увидел ее и не смог желание подавить. Ей тогда и восемнадцати не было.

Наблюдал…

Дела с ее братом вел, мелочевка обычная. Но девчонка всегда на глазах была. Потом полгода отсутствовал, с отцом своим рулил бизнесом. А когда приехал, совсем одурел от одного ее вида роскошного. Цветочек расцвел к совершеннолетию, и Карим ручным стал. Исключительный экземпляр. Все в ней как надо было: лицо, тело…

Бля… я же ухаживал за ней, на свиданки водил, не сдавалась никак. До меня не сразу дошло, что она не была с мужиком еще.

И когда сбавил напор, сдалась моя девочка. Вкусила запретный плод, и не остановить было. И она, и я похотью порабощенными стали. Год, почти целый год я ей наслаждался и планы строил. Был момент, когда я забрать ее вздумал. Себе забрать. Строить что-то, семью типа.

Но не забрал. Навалилось тогда столько и сразу. Отец умер, бизнес на мои плечи лег, и я отступил. С головой в семейное дело ушел, Фар еще зеленый был, в курс дела вводил братца.

Но я хотел вернуться. Думал, дождется, а она замуж вышла…

Не стала ждать. Оно и понятно…

Я то был, то не был. Стабильного со мной мало.

Нахуя вспомнил?

Десять лет почти прошло…

Десять.

Трубку из штанов достаю, Тиграна набрал. Он где-то в доме, но идти искать не охота. Заебись сижу.

— Да, — после первого же гудка отвечает.

— Тигр, найди мне свидетельство о рождении дочки этой медички. — Ох мысля не здравая мозг посетила.

— Ок. С этим вообще просто.

— Как думаешь, сколько ей лет?

— Медичке?

— Какой нахер медичке, дочке ее… — вспылил на товарища.

— Да хуй знает, лет десять. Может, меньше чутка.

— Лет десять…