Глава 25

Вечернее чаепитие организовали в маленькой зелёной гостиной, про себя я назвала её изумрудной. Шикарное убранство дворцовой комнаты захватывало дух. Наверное, ещё долго придётся привыкать сдерживать себя и не пялиться на все с открытым ртом. Изменения моей прически привели к тому, что я явилась на сей праздник жизни последней, привлекая к своей, уже успевшей стать известной, персоне всеобщее внимание. Девушки, поджав губы, напряженно проводили меня взглядом до самого кресла возле принца. Молодые мужчины, наоборот, улыбались и с откровенным любопытством рассматривали меня вблизи, оценивая каждую деталь. – Прошу прощения за опоздание, – окинула я взглядом гостиную, ни на ком особо не задерживая взгляд, – заблудилась, не коридоры, а лабиринт, честное слово! – и, закатив глаза, опустилась рядом с принцем. – А вы, Синьёрэлла, не пробовали порталом воспользоваться? В нашем крыле, где обитают все девушки, на такой случай устанавливают портал прямиком туда, где проходит общая встреча, – ехидно выдала та самая блондинка, не забыв при этом зло сверкнуть своими глазищами. – Ах да, портал! – улыбнулась я в ответ, – только я фигуру берегу, ходьбой занимаюсь! То есть портал – вещь, конечно, удобная, но, как мы знаем, удобства добавляют лишние сантиметры на талии, – сказав это, я в который раз миленько улыбнулась и добавила: – У меня тонкая талия, а у вас? Черт меня дёрнул за язык. Ну почему я так неосмотрительная? Взмахнув рукой и заморозив время, громко выругалась и чуть со стула не упала от громкого хохота принца Стефано. – Право, Тиссая, вы мне все больше и больше симпатичны! Дьявольщина, совершенно забыла о его иммунитете к магии! – Ха-ха! Я просто растерялась… – неуверенно оправдавшись, взмахнула рукой, возвращая всех к возможности двигаться, таким образом закрывая эту дискуссию на двоих. – Синьёрэлла, не помню, как вас, – наиграно протянула блондинка, – ваше воспитание явно хромает! Что касается фигуры, увы, у вас не только узкая талия, вы вообще не из мира сего. Мелкая и худощавая! – Изящная и худенькая! Я бы так сказала, – нахмурилась я, готовая к очередной атаке, и, прежде чем девица успела ещё что-то сказать, добавила: – Хрупкую девушку всегда хочется защищать, не правда ли, Сир Дамиано? И откуда у меня столько кокетства? Можно было только удивляться. – Вы очаровательны, Синьёрэлла Тиссая! – с ухмылкой произнёс королевич. Вот поди пойми теперь эту его ухмылку. Кивнув с благодарностью, я перевела свой взгляд на Стефано, который откровенно забавлялся над всей ситуацией. Его глаза горели азартом, а на лице играла плотоядная улыбка. Весь вид говорил о том, что он не просто доволен, а безумно рад моим выходкам. – Ну что, начнём? – Дамиано обвёл взглядом всех присутствующих и продолжил: – Есть желающие открыть сегодняшний вечер? – Можно я? – подпрыгнула блондинка и, не дожидаясь ответа, вынула блокнот и принялась читать: – Принц – наследник короля, у него дворец, земля… Пашни, лес и речка…Есть камин и… Что это? Показалось, что моя челюсть отвисла, а глаза выкатились из орбит. Где чай?! Налейте чай, мне этого не вынести! Тем временем блондинка гордо продолжала читать свои, а может, и не свои, мне это было неизвестно, строки из блокнота, восхваляя принца и его красоту. Слова доносились до меня через одно, смысл понятен, а вот в целом было не интересно. Весь мой интерес и любопытство в данный момент вертелись только вокруг одного: что зачитать мне? Ведь и до меня очередь дойдёт! Почему Риэлла Патриция не предупредила? – Синьёрэлла Тиссая, вы тоже так считаете? – донесся до моего сознания голос принца Дамиано. – Простите, не расслышала вопрос, – очнулась я, замечая заинтересованные взгляды всех собравшихся. И почему он прицепился именно ко мне? Больше некого спросить, что ли? – Синьёрэлла Аврора зачитала стихи, восхваляя красоту принца и его достоинства, – сказав это, королевич наклонился, всматриваясь в мои глаза. Потонув в их глубине, я не сразу ответила, опомнившись, лишь только когда услышала недовольный голос Стефано. – Синьёрэлла Аврора явно преувеличила, не все принцы такие, как она это преподнесла… Прервав затянувшийся взгляд, я с трудом отвернулась от королевича и безразличным тоном произнесла: – Не в красоту влюбляются, влюбляются в изъяны! – О! Интересное заключение, уверен, я вас ещё удивлю! – голос его стал глубже, а глаза приобрели цвет мокрого асфальта. От напряжения свечи в канделябрах начали трещать, а я, словно маленькая девочка, которая увидела впервые настоящего принца, продолжала смотреть в его бездонные глаза, закусив до боли нижнюю губу. Околдованная его красотой… Так, стоп! Колдовство?! Тряхнув головой, скинула наведённый на меня морок, быстро оторвав свой взгляд от королевича. Кто-то решил использовать магию. Играем не по правилам, дорогой принц! Сообразив, что я догадалась, Дамиано сам лично взял фарфоровый чайник и, подливая мне чай, спросил: – Прекрасная Тиссая, очень любопытно, что вы приготовили на этот вечер? Зачитаете? И опять наступило всеобщее молчание, и все взгляды обратились в мою сторону. Осматривая собравшихся людей, которые ждали от меня красивых строк, я пыталась вспомнить хоть что-то, выученное мною наизусть. Давление, вызванное всеобщим вниманием, окончательно выбило почву из-под ног. Не знала я стихов о принцах! Могла разве что прочесть стихи полюбившегося мне русского поэта, сборник его стихов и рассказов я когда-то давно нашла в приюте, и с тех пор он стал одним из любимых авторов. Встав из-за стола, маленькими шагами направилась к большому арочному окну, завешенному зелёными бархатными шторами. И, совершая шаг за шагом, начала читать одно из самых любимых стихов Александра Сергеевича Пушкина: – Я вас люблю, – хоть я бешусь, Хоть это труд и стыд напрасный, И в этой глупости несчастной У ваших ног я признаюсь! Мне не к лицу и не по летам… Пора, пора мне быть умней! Но узнаю по всем приметам Болезнь любви в душе моей: Без вас мне скучно, – я зеваю; При вас мне грустно, – я терплю; И, мочи нет, сказать желаю, Мой ангел, как я вас люблю! Когда я слышу из гостиной Ваш легкий шаг, иль платья шум, Иль голос девственный, невинный, Я вдруг теряю весь свой ум… Слова слетали с моих уст, а я словно заново оказалась в приюте, той маленькой девочкой, мечтающей о любви, которая возносит и разбивает вдребезги, о трепете грёз и о своём принце… Мой голос затих, и я развернулась, смело встречаясь с взглядами присутствующих Риэллов и Синьёрэлл. Дамиано молчал, поджав свои тонкие чувственные губы, вот только глаза его говорили сами за себя, а большего мне и не надо было…