Глава 29

Наташа откинула голову на обтянутое кожей сиденье порше. Илона ловко управлялась с машиной, успевая в то же время читать очередную мини лекцию для новичков пападанок в высший свет. Обсуждался благотворительный бал и его последствия для репутации.

— В этот раз ты упала очень красиво!

Биологичка прокручивала в голове последние эпизоды «выкрутасов» с последствиями.

— Ты не знаешь, как обычно я это делаю. — Возразила она.

— Не скажи! — рассмеялась Иванова младшая. — Твоё падение на вазу эпохи Мин войдёт в анналы нашей семьи, как и ты сама в скором времени.

— Это можно сказать прошло по накатанной. — Улыбалась Сидорова, чувствуя себя рядом с наставницей легко и свободно. — И тот раз на балу в последние дни был не последним!

Илона чуть не влепилась во «встречку», обернувшись почти всем телом назад. Она вывернула руль к ближайшему зданию со стоянкой, резко нажала на тормоза и потребовала:

— Вот с этого места, пожалуйста, поподробнее!

Наташа попыталась уложиться в несколько слов, только подогрев любопытство подруги.

— Чернявый красавчик оставил тебе визитку? — зелёные глаза наполнились блеском. — Можно взглянуть?

— Она осталась в пальто.

— Господи, — стукнула по рулю Иванова. — Ну почему ты такая не любопытная! — искренне сетовала она. — Я бы уже весь инет прошерстила, но знала о возможном сопернике братца больше мамы родной.

— Сопернике?

— Ну, а с кем ещё тебе начать строить глазки, если он передумает вдруг жениться? — коварство Илоны не имело границ и родственных ограничений.

— Понятно, Сэнсэй. — Рассмеялась Сидорова. — Мне о падениях продолжать?

— Конечно, — интриганка со стажем кивнула, потребовав, — жду от тебя визитку.

— При первой возможности!

Пообещала Наташа, задумавшись над словами подруги. Но не в контексте любовницы ещё одного самца, а пользы знакомства с владельцем клиники. Состояние памяти Агнес напрягало, неплохо было бы показать любимую родственницу специалистам.

— Так что там с падениями? Матильду Карловну сумела ими порадовать?

— Нет, там я падала ниц морально. — Она улыбалась. — Старушка кремень! Прям боярыня Морозова, только верит не в Бога, а в партию.

— При этом не любит Зюганова.

— Почему? — удивилась «ходячая катастрофа» не имеющая представления о хозяине данной фамилии.

— Говорит слишком стар, чтоб подвигнуть молодёжь на новую революцию!

«Надо будет узнать поподробнее о коммунистах России, среднем возрасте единомышленников и их лидере». Сделала в памяти заметку училка, выдав вслух то, что порадует подругу.

— А в гостях у моей бабули свалился Лев!

— Как это? — тут же вцепилась та в новость.

— В прямом смысле. — Наталья улыбалась, вспоминая приятную картину падения Голиафа. — Проказник его завалил.

— Кто этот красавчик? — челюсть Илоны упала вниз.

— Бабулин мастиф.

— Собака гигант с таким шаловливым именем?

Иванова младшая смеялась в голос, представив физиономию не привыкшего к поражениям брата.

— Бабушка любит всё неординарное. — Пояснила биологичка, — Львов кстати тоже.

— В зоопарк часто ходит?

Если бы только она знала, какой вид любви имела в виду скромняшка учительница.

— Нет, того что вчера в первый раз увидела.

Наташа вдохнула, почувствовав во второй раз укол ревности к престарелой соблазнительницы. Добавив с долею раздражения:

— Пыталась облапать и не без успеха!

— Братца? — Илона сложилась пополам, ударив лбом по клаксону. — Вот таких поклонниц у него ещё не было.

— Теперь есть и рядом с вашей Матильдой Агнес покажется монстром при ближайшем знакомстве.

— Предупредить Карла, чтоб опасался?

— Нет, думаю, для неё он уже стар. — Наташа знала, что станет читать бабуля накануне свадьбы. — Агнесс остановилась в собственном восприятии где-то на сорока пяти. А любила она в то время молоденьких мальчиков. — Сидорова усмехнулась. — Это я предупреждаю на всякий случай в свете должных случиться событий. Актриса станет играть в Марию Стюарт, в мыслях отдавая меня вместо себя на закланье. Букет она будет ловить, сказала куда бросать.

— Вот уж фиг ей! — рассмеялась Илона. — Букет станет моим или Таниным. Половчее будем.

— Не думай, что бабушка так легко сдастся, приз в виде возможного мужского тела в постели она не отдаст. — И с запозданием оценив сказанное подругой, округлила глаза. — Зачем? С кем ты решила вступить в брак.

— Да так просто, на всякий случай, чтоб Ольге досадить.

— Ну, тогда держись! В восприятии бабули ты станешь палачом, отобравшим вместо креста, букет жертвы!

— Как-нибудь справлюсь. — Слишком легко отнеслась она к предупреждению.

Порше покинул временное пристанище машин и вырулил на дорогу.

— Сейчас заедем прибарахлимся для вечеринки и закупим вино.

— Опять покупать новую одежду? — Наталья с ужасом смотрела на подругу, представляя в какой долг выльется ей очередная обновка. Я то зелёное платье одену.

— В нём тебя уже лицезрели родители. Не доводи нервный тик Алевтины до полной парализации лица.

— Станет загадочной. — На автомате отвечала биологичка.

— Как Сталлоне? — Рассмеялась Илона. — Нет, спасибо. Мама исполосует лицо, пока не добьётся нужного результата. Прибавь сюда расшатанные нервы, возраст. — Она помотала головой, пожелав. — Пусть живёт! Не хочу становиться сироткой. Достаточно и реакции на вашу со Львом помолвку.

— Помолвку? — Наташа усмехнулась. — Он угрожал, что сегодня идём подавать заявление в загс, а в итоге даже на работу не вышел.

— Захворал бедняга, это не бегство из-под венца, а реальная причина.

— Я уже слышала от него о соплях, кашле, больном горле и температуре. Неженка.

— Мужчины хуже детей. На любую «вавку» им надо подуть. Но Лев на самом деле болеет.

— Нужно лечить в таком случае, а то я подумала, что просто решил затащить меня к себе с помощью жалости.

— Лучшее лечение— грелка на всё тело! — Илона многозначительно посмотрела в зеркало на биологичку. — Откочегарить до седьмого пота, сменить бельё на сухое и ещё раз отжарить!

Наташа наморщила лоб, пытаясь переварить информацию об эффективном лечении. Перед её глазами под раскаленным до бела солнцем пустыни валялся раненый лев. Откуда-то сверху на бедолагу свалилась огромная грелка, странным образом совпадающая цветом с её пальто. Хищник, вываливший в попытке охладить организм язык, встрепенулся, ни разу не расстроившись дополнительному жару. Он возбуждённо принюхался, радостно рыкнул и облизнул оскаленную пасть явно довольный подарку небес. Зверюга бодро вскочил на лапы, обсосал пару раз углы резины, обошёл по периметру, и стал недвусмысленно пристраиваться к заткнутому пробкой горлышку.

— Извращенец! — возмущённо выдавила она, передёрнув плечами от омерзения.

Так и не поняв, что видение было посланием сверху, особенно часть про закупоренную защитой дырочку.

— Кто? — с недоумением взирала в зеркало заднего вида на дочь художника Иванова младшая.

Она, как и брат начала догадываться, что творится в голове подруги во время внезапных ступоров.

— Лев, кто же ещё!

Подтвердила её догадку визуальная фантазёрка.

— Интересно, когда успел! — Хохотнула Илона, предложив, — давай проведём праздник в его части дома? — прибавив железные аргументы. — И тебе безопасно и нам спокойно. Его-то тревожить родители точно не станут. — Она обернулась назад. — Только договорись с ним сама, мне он точно откажет.

— Попробую. Но поторопимся, к шести мне надо быть у гинеколога.

Иванова старшая нахмурила лоб, понимая, что этот визит станет катастрофой для брата и попыталась отговорить подругу:

— Ты же обещала перенести осмотр на потом, после праздника.

— Не получилось. У Ленки расписана вся следующая неделя. Залезаева врач от бога.

— И фамилия соответствует выбранной профессии. — Усмехнулась Илона. — Такую захочешь забыть да не сможешь.

Она прокручивала в голове способы помешать Сидоровой узнать правду о сохранённой девственности, чувствуя себя при этом предательницей.

Через час обе сидели на длинной скамейке в коридоре районной поликлиники. Никакие уловки не помогли отсрочить час икс. Наталья, к немалому удивлению младшей из благородного клана фармацевтов, была непреклонной. И это лишь добавляло очков жертве вестибулярного аппарата. Илона прибегла к последней хитрости, уговорив пропустить её к гинекологу на пару минут для коротенькой консультации.

Она положила руку на плечо собравшейся было зайти вместе с ней учительницы, удержав ту на месте:

— Наташа, есть вещи, о которых не принято говорить даже родственникам. — И шагнула одна в кабинет, плотно прикрыв за собой дверь.

Рыжеволосая молодая женщина оторвала голову от компьютера, где заполняла таблицу. Она с удивлением уставилась на эффектную зеленоглазую брюнетку, явно не клиентку бесплатного здравоохранения

— Вы разве записаны на это время? — Поинтересовалась Залезаева.

— Я подруга Сидоровой. Она ждёт за дверью.

— Почему?

— Потому что хочу попросить вас не нарушать её счастья!

Взгляд гинеколога переместился на низ живота внеплановой, почти как беременность, визитёрши. Она усмехнулась странному представлению брюнетки о гнезде «синей птицы».

— Вы считаете, что оно находится во влагалище?

— В её случае да!

— Вот как? — Ухмыльнулась обладательница синих глаз спрятанных за стёклами в дорогой оправе. — Пробормотав под нос: — Где, где? в … — А громко в слух выдала: — Я понимаю, что среди хмырей вашего круга девственность цениться как товар. Она подняла очки вверх, развернулась к двери, вытянула ноги и сложив руки на груди поинтересовалась с издёвкой.

— Уж не продавать ли на аукционе Наталью вы собрались?

— Да упаси Бог, вы что? — Махнула руками Илона. — Она невеста моего брата.

— Вот как? — врач вернула очки на переносицу, с нескрываемым удивлением уставившись на странную посетительницу. — Ещё неделю назад Сидорова была убеждённой холостячкой. — Елена тактично опустила любимый термин мамы — «старая дева».

— За это время многое изменилось. Их уже благословили на брак наши бабушки. Осталось известить родителей. Даже день свадьбы назначен. — Иванова радушно улыбалась. — Буду рада увидеть вас среди гостей.

Залезаева подскочила со стула.

— А я то, как буду рада. — Улыбалась она. — Надеюсь, вы не шутите?

— Конечно, нет. Но для того, чтоб это случилось, мне нужна ваша помощь.

— Какая?

Давняя подруга Натальи, прекрасно знавшая о множественных проблемах подруги, как никто, была заинтересована в её счастье.

— Не говорите, что её девственная плева на месте?

Очки, вместе с глазами врача полезли наверх. Она поперхнулась воздухом, прокашлялась и с трудом продавила:

— Неожиданно…

— Там очень запутанная история и не моя тайна. Но от этой неправды зависит счастье Наташи и брата. Вы же знаете, как относится она к любой лжи.

— Оттого и удивлена сверх меры. Зашить гемен меня просили не раз, но порвать вы первая.

— Ничего не надо рвать и зашивать. Пусть идёт всё своим чередом. Люди взрослые и сами решат, как это сделать.

— Так зачем мне врать?

— Она думает, что он воспользовался её беспомощным состоянием, но Лев не такой.

Илона замолчала. Ей было необходимо переварить собственное враньё о благовоспитанности брата.

— Очень благородно, хотя я ничего не поняла.

— Говорю же сложно! Глупая игра, которую она приняла за реальность. Узнает противное и может взбрыкнуть.

— Может!

— И станет счастливее?

— Не знаю.

— А я знаю, что нет. Она влюблена в него по уши. Я вижу, что и он её любит, а самое главное, принимает со всеми её страхами неуклюжестью и буйной фантазией.

— Что есть, то есть. — Рассмеялась Залезаева. — Картинки в её голове порой поражают, если она ими делится.

Врач внимательно посмотрела в глаза Ивановой, взяв на себя роль въедливой свахи:

— Он обеспеченный?

— Да!

— Есть собственное жильё?

— И не одно!

— С головой всё в порядке? Нет болезней и дефектов каких-нибудь?

— Абсолютно здоров без всяких отклонений даже на генетическом уровне. Просто любовь с первого взгляда.

— Уф… — Елена демонстративно выдохнула и подвела итог беглого допроса, растянув губы в улыбке. — Осталось сказать: — Благословляю дети мои!

— Вот и скажите ей это!

— С одним условием…

— Соглашусь на любое!

Иванова готова была на всё, даже купить за энную сумму молчание Залезаевой, но врач сумела её удивить.

— Я добавлю мотивацию для Натальи в виде беременности. Чтоб уж наверняка. Зная её метания в поисках идеалов исключать ничего нельзя, а так уж точно не сбежит из загса.

— Буду благодарна до гробовой доски, хотя она и сама так думает.

— Тем более.

Врач вернулась к столу, прописала какой-то рецепт на бланке, создавая легенду Илоне и нацепив на лицо улыбку вместе с последней вышла встречать подругу. Она одним окриком успокоила начавших было роптать обладателей талона на ближайшее время.

— Кто хочет рискнуть осмотром расстроенного врача? Доверить самое ценное в нервные руки?

Залезаева обвела заполненные женщинами обитые кожей лавки. Ответом ей было полное молчание.

— Вот и славно. — Улыбнулась Елена, пообещав — Время сдвинется лишь на пару минут.

— Раздевайся и проходи на кресло.

По-деловому, без всяких обнимашек предложила она подруге детства. Что тебя беспокоит? Почему так настаивала на осмотре?

— Ка… кажется, я беременна. — Вполголоса пробормотала Сидорова.

— Когда успела? — деланно удивилась Елена, предложив. — Ложись на кушетку подруга, посмотрим на УЗИ, что там делается с твоей маткой, расскажешь, как тебя угораздило. — Она взглянула в карие глаза, поинтересовавшись. — Отец то в курсе? Жениться, чтоб дать фамилию малышу согласен?

— Да, настойчиво тащит в светлое будущее.

Она запнулась, решая считать ли отказом сегодняшний не поход в загс. Но, поверив в правдивость Илоны и болезнь жениха добавила:

— Готовься плясать до стёртых ног и пить до упада на майские праздники!

Иванова младшая с замиранием сердца прислушивалась к тому, что происходит в кабинете. Визг, то ли отчаянной радости, то ли радостного отчаяния, никак не соответствующий процедурам гинеколога, удивлённые перегляды очередников, внушали надежду. А первая фраза раскрасневшейся Сидоровой даже несколько ошарашила:

— Не знаю, как сказать Льву, что он станет отцом двойняшек. УЗИ показало два околоплодных яйца, но надо ещё раз через неделю проверить…

Сообщила она с расстроено — растерянным выражением лица. Иванова, с трудом удерживала поехавшую в сторону челюсть. Она качнула головой, удивляясь буйной фантазии врача с непростой фамилией и очевидно сложной судьбой. Одно дело, когда биологичка себе беременность выдумала и развивает в собственных фантазиях и совсем другое, когда это подтвердили официально. Она представила изумление на лице брата от новости. Даже дева Мария родила всего одного при непорочном зачатие.

— Может, обрадуешь после свадьбы? Тем более что ещё плохо видно. — Вопрос- совет был выдан не тому человеку

— Я врать не хочу, да и не умею.

А вот ответ стал ожидаемым.

— Врать и недоговаривать разные вещи. — Не отступала Илона. — Когда должны прийти месячные, может это просто задержка?

— Только не в моём случае.

Наташа ответила сразу на два вопроса о совести и везучести. Она прижала руки к животу, обнимая будущих малышей. Мысли остаться матерью одиночкой в крольчатнике пугали до жути.

— Вдруг он их не захочет признать и передумает на мне жениться?

В словах претендующей на дубль два Богородицы слышался страх. Она боялась за судьбу двойняшек.

— Никогда! — В честном слове брата, выданном не под пытками злодея маньяка, Иванова была уверена.

— Ну что же, — обречённо прошептала учительница, — поедем папашку обрадуем!