Эпилог

Эпилог

Прошло время, не знаю сколько, я перестала следить за его течением. Просто живу, просто радуюсь каждому дню, просто до сих пор пытаюсь привыкнуть к тому невероятному слиянию душ и энергий, которые подарили нам с Кирианом Боги.

Его мать не воспылала ко мне любовью, чуда не произошло, да я и не надеялась, признаться честно. Валанор сумел уговорить Кириана не покидать острова насовсем, так что мы поселились на небольшом зеленом островке, расположенном на значительном удалении от столицы. Это стало нашим местом силы, а еще местом притяжения для многих высших, которые перестали верить в истинную связь и прилетали убедиться, что благословение Богов действительно существует.

Про Мансура я больше не слышала. Понятия не имею ни где он, ни что с ним стало. Кириан пытался рассказать мне, кто именно тогда напал на меня со спины, но я только отмахивалась, не хотела больше ничего слышать ни о Лир’Кадэне, ни о его приспешниках. Торопилась скорее перевернуть неприятную страницу своей жизни.

Яйца велькаров из дома Мансура забрали, но я их больше не ощущала, как раньше. Определившись с выбором, окончательно решив, что я – высшая, а не эльфийка, большую часть эльфийской магии я утратила. Теперь единственный высший, которого я чувствовала и читала, как открытую книгу – мой муж. Наши с ним потоки энергии сплелись так крепко, что разорвать их способна только смерть.

Но малыши все равно вылупились. Без моего участия. Мы их даже не стали забирать на наш уединенный остров, оставив в одной из священных пещер на побережье Гор Небесной Грани. Яйца периодически проверяли, о том, что два крошечных ка’грэйн пробили скорлупу, мы с Кирианом узнали одними из первых.

Спустя без малого год на острова прибыл с визитом брат. Общение наше было легким. Никакой настороженности, никакой отстраненности. Все это время мы переписывались, используя шкатулки связи. Иэлендур не поднимал тему своего отца, а вот о маме немного рассказывал, мне это было нужно.

Иэлендур плыл на острова еще и затем, чтобы забрать малышей в Нимарин, а взамен он бережно вез еще одно яйцо, найденное окаменевшим. Кто знает, возможно этих чудесных животных – велькаров, удастся спасти от полного вымирания.

Не смогла полностью вычеркнуть из жизни и друзей по Академии. Старс и Агнора все же поженились. Эти двое шли к своему счастью запутанной тропой, но Боги не позволили им с нее свернуть. Оба мечтали побывать на островах, и им это удалось.

Столицу им показывал Кириан, я же отказалась туда лететь, слишком много негативного было у меня с нею связано. Агнора не могла долго гостить у нас, подруга вскоре должна была стать мамой, нужно было возвращаться, чтобы не делать этого на позднем сроке. Кириан позаботился о моих друзьях – их корабль тащили двое высших в животной ипостаси, кратно увеличивая скорость передвижения, а еще контролируя, чтобы долгое путешествие прошло без происшествий.

Впоследствии подруга написала, что родила чудесного здорового мальчика, а позднее у них со Старсом родилась еще и дочь. Родители Агноры со временем смирились с кандидатурой Старса в роли зятя, тем более что он добился немалого успеха на поприще артефакторики, стал одним из самых уважаемых магистров. Через несколько лет они с Агнорой переехали в Буревест – столицу Империи.

Высшие не отличаются большими семьями. Чаще всего Боги благословляют союзы на одного-двоих детей. Нас же с Кирианом ждало еще одно невероятное чудо, еще одно доказательство того, что Боги благоволят нам – шестеро детей.

После рождения первенца и Кириан, и я обращались с благодарностью к Великому Создателю, мы готовы были ждать нового чуда долгие годы, молить о нем, ведь оба хотели еще и дочку. Но не прошло и трех лет, как я узнала, что снова ожидаю малыша. Кириан носился со мной, как с хрустальной вазой, но это не требовалось, беременность протекала совершенно нормально, и наша дочь родилась в срок.

А потом были еще три сына и дочь.

Каждый следующий раз, когда я понимала, что в наши потоки робко вплетается еще один, до поры слабенький и неуверенный, становился для нас потрясением. Четыре сына и две дочери – самая большая семья за всю историю высших, ни в одной летописи мы не нашли информации о чем-то подобном.

Однажды к острову прилетел крупный высший темно-кирпичного цвета. Он опустился на землю неподалеку от дома. Улегся, вытянув хвост и разбросав лапы. Усиленно делал вид, что все так, как и должно быть. Поначалу я и не поняла, кто это. Мои дети догадались первыми. Кровь – не водица, они почуяли своего прадеда, а это был именно он. Дирлон Ат’Харис.

Первое время я переживала, когда мои сорванцы смело карабкались огромному ящеру, якобы утратившему разум, на спину, дергали его за хвост, прыгали по мощной туше. А уж когда он вдруг начинал ворочаться и подниматься на лапы, медленно, осторожно, а еще расправлять крылья под радостный визг моих наследничков, и вовсе едва удерживалась от того, чтобы начать паниковать.

- Тшш… тише, моя аши, - обнял со спины Кириан, когда это случилось в первый раз. – Почувствовал твой ужас, - шепнул он, тоже не сводя глаз с Дирлона. – Я контролирую, не о чем переживать.

Переживать и правда не стоило. Не знаю, кто решил, что Дирлон утратил разум, это явно не так. Да, он так и не вернулся в человеческий облик, но на разуме высшего это никак не сказалось.

С тех пор Дирлон стал жить с нами. Игры с детьми переросли со временем в совместные полеты. Да, я дергалась каждый раз, когда прадед взмывал в небо с кем-нибудь из моих детей на спине, но, к счастью, всякий раз они возвращались совершенно невредимые. Радостные, разгоряченные полетом, раскрасневшиеся и абсолютно счастливые.

Со временем, узнавая о высших все больше, я смогла убедиться, что моя душа была призвана в этот мир не просто так. Совместимость высших – состояние, при котором у драконов может родиться потомство, когда их потоки достаточно стабильны и похожи. Совместимость – это состояние тел.

А вот истинность – это про души.

Когда Кириан родился, моя душа была в другом мире, поэтому артефакт и показал, что ему не уготована священная связь с истинной.

Наверное, однажды я расскажу своему мужу, что уже жила, что моя душа была призвана в этот мир. Призвана Великим Создателем ради моего мужа. Та жизнь практически полностью стерлась из моей памяти, остались какие-то крохотные мгновения, вспышки, иногда мне снились сны и, проснувшись, очень долго преследовало ощущение, что воспоминания о Земле и Екатерине Павловне Дроздовой – мираж, сон, что этого никогда не было, я сама все это придумала.

Моя жизнь здесь и сейчас. Мои дети, мой муж, огромный дракон на лужайке перед домом… Мой свекр, который навещает нас чуть ли не через день. Лавриса не смирилась, не смогла переступить через себя. Кириан пытался наладить отношения с матерью, но для него было важно, чтобы она приняла меня, а Лавриса продолжала поливать меня грязью, тем самым отталкивая сына.

А вот Валанор много времени проводил в общении с внуками, но больше всего с нашим старшим сыном. Адарон рос похожим на него. В характере сына отчетливо просвечивали честолюбие и тщеславие, жажда власти, умение собрать вокруг себя, сплотить, заставить услышать. Адарон рос маленьким лидером, и всем было совершенно понятно, что наследником Валанора должен стать именно он.

Первое время я переживала, как Кириан воспримет то, что отец предпочел ему внука, а Кириан переживал, думая, что я хотела бы стать супругой Повелителя. Но это длилось недолго, первый же откровенный разговор расставил все по своим местам – Кириан никогда не стремился к власти, точно также, как и меня по-настоящему пугала перспектива вернуться в столицу и жить во дворце, повинуясь множеству правил и условностей.

А позднее Боги предоставили нам доказательство того, что эльфы и драконы связаны крепче, чем высшим детям Великих Богов представлялось ранее.

Прошло много лет, от брата я узнала, что Лариин женился и обзавелся детьми. Иэлендур не раз бывал на островах с визитами, а вот друга он с собой не брал. В этот же раз испросил разрешения на посещение островов Лариином и его семьей. Кириан не был против, он давно знал, что Лариин предлагал мне остаться в Нимарине с ним, но все это осталось в далеком прошлом.

Лариин прибыл с женой – прекрасной эльфийкой, сыном и со своей трехлетней дочерью. Малышка, едва только подали трап на судно, соскочила и тут же бросилась вниз. Нянька, приставленная к малышке, кинулась за ней, но куда там поспеть за трехлеткой! Поймал маленькую эльфийку наш с Кирианом младший сын – Ригорос.

Ему сейчас десять. С самого рождения Ригорос отличался от других наших детей. Он рос задумчивым и слегка отстраненным, и, несомненно, отличным от своих братьев и сестер. Единственный, кто чрезвычайно близок к природе, к лесу. Мы с Кирианом уже обсуждали, что, возможно, какая-то часть моей эльфийской крови передалась Ригоросу, иначе как еще объяснить его особенности?

И вот сейчас сын подхватил малышку на руки, глядя на нее со странным выражением на лице. А мы с Кирианом смотрели на едва заметные светящиеся узоры, которые стали проявляться на предплечьях сына.

Что ж, кажется, Боги решили продолжить эту игру.

Конец.