Глава 23

Идрис проскальзывает под подол моего платья. Его большая ладонь двигается от колена выше по внутренней стороне бедра, пока не накрывает мою промежность.

– Моя, – шепчет он сбивчиво. – Вся моя. До кончиков волос. Моя красавица. Моя дикая кошка. Моя девочка. Я весь мир… весь мир тебе подарю.

– Замолчи, – прошу со стоном, чуть раздвигая ноги.

Его пальцы проникают под кружево трусиков, и он ласкает меня, заставляя все тело купаться в кипятке.

Мне жарко. Тонкие волоски, не собранные в прическу, прилипают к влажной от пота шее.

Глаза закатываются от удовольствия, когда умелые пальцы ласкают то выводя круги на моей кнопке удовольствия, то ныряя в меня и плавными толчками доводя до исступления.

Я хочу оттолкнуть его. Хочу люто ненавидеть. И я ненавижу! Ненавижу так, что сердце сжимается. Но объяснить, почему я позволяю ему делать это со мной, не могу.

– Идрис… – шепчу сбивчиво, когда чувствую, как меня одна за другой накрывают горячие волны.

– Я здесь, моя маленькая. Я дам тебе все, слышишь? Все.

– Я… я тебя ненавижу.

– Это изменится, вот посмотришь, – отзывается он, скользя губами по моей шее к уху, а потом прикусывая мочку. – Изменится. Я люблю тебя, моя девочка.

– Ненавижу, – выдаю сдавленно, а потом взрываюсь.

Идрис накрывает мои губы своими, проглатывая мои несдержанные стоны.

Меня всю трясет. Мышцы сковало так, что даже больно. В голове полнейший туман, а в ушах только грохот крови.

– Когда-нибудь вместо “ненавижу” ты скажешь “люблю”, – говорит он, продолжая плавно толкаться в меня пальцами, чтобы продлить мой оргазм.

– Этого никогда не будет, – выдыхаю хрипло.

– Будет, и очень скоро.

Он вынимает из меня свои пальцы, поправляет подол платья и нежно касается виска губами. Я откидываю голову на сиденье и смотрю на мужа. Он подносит пальцы к носу и шумно вдыхает.

– Обожаю запах твоего удовольствия. Он как мед.

Закрываю глаза, и в этот момент водительская дверь открывается, и безопасник Идриса проскальзывает на сиденье.

Мой муж отодвигает меня на мое место, и машина отъезжает от больницы.

– Может, позавтракаем в ресторане? – предлагает Идрис, а я молча качаю головой. – Или, может, ты хочешь пройтись по магазинам?

– Я ничего не хочу, – отвечаю тихо, но уверена, он меня слышит.

– Мелания…

– Отвези меня домой, посади на цепь. Это мне уже привычнее, чем свидания с тобой.

Он раздраженно выдыхает, но ничего не говорит.

Дома я поднимаюсь к себе.

– Тебе надо поесть, – летит мне в спину.

– Пусть принесут в комнату, – отзываюсь, не оборачиваясь.

– Мелания, ты должна есть! Ты вредишь ребенку!

– Ему вредит его собственный отец, заставляя мать нервничать, – отвечаю безразлично.

– Мелания!

– Ребенку? – слышу голос Каримы. Усмехнувшись, останавливаюсь и оборачиваюсь, глядя на испуганное лицо первой жены Идриса. Она стоит на входе в гостиную и глазеет на нас. – Идрис, о чем говорит эта женщина?

– Эта женщина моя жена! – рявкает он на нее так, что она невольно отступает на шаг. – Еще раз услышу, что ты так называешь ее, накажу, Карима!

Развернувшись, он уходит куда-то, а потом на первом этаже хлопает дверь.

Я еще пару секунд смотрю на Кариму, а потом молча поднимаюсь к себе. Через пятнадцать минут, за которые я успеваю принять душ и переодеться, в комнату заходит Диляра с подносом еды и баночками с витаминами.

– Мелания Денисовна, Идрис Хасанович сказал передать вам схему приема витаминов и сами витамины. – Она выставляет их на мой комод. – А тут ваш…даже не знаю, завтрак или обед уже, – улыбается несмело.

– Спасибо, Диляра, – вздыхаю я. – присядь, побудь со мной.

– Что вы? У меня работа.

– Вот скажи мне, – устраиваюсь за столиком, на который она выставляет еду с подноса, – какой у меня статус в этом доме по вашим меркам? Я хозяйка или нет?

– Вы хозяйка, конечно. Но старшая хозяйка – это госпожа Карима. А выше ее только Идрис Хасанович.

– Госпожа, – хмыкаю я. – Это так принято называть или ее прихоть?

– Ну… он попросила.

– Ясно, – усмехаюсь. – Раз я хозяйка, садись. Будешь учить меня даргинскому.

– Но я…

Беру телефон и набираю мужа.

– Что? – недовольно рычит он в трубку.

– Я хочу, чтобы Диляра была моей личной прислугой. Она будет учить меня языку и станет моей компаньонкой.

– Как хочешь, – отзывается стальным голосом. – Но я могу нанять тебе учителя.

– Не хочу учителя, хочу Диляру.

– Как пожелаешь. Еще что-то? Я занят.

Вместо ответа я кладу трубку.

– Ну вот. Решено. Теперь ты только моя, – подмигиваю ей. – Будем вместе ходить гулять, завтракать, обедать и ужинать. Будем играть в нарды, а во время всего этого будешь учить меня языку. Мне нужен кто-то в этом доме. Кто-то, кому я могу доверять.

Это, конечно, сомнительное утверждение с моей стороны, потому что Диляра служила и Кариме, так что вполне может передавать все наши разговоры ей. Но это довольно легко проверить, и я обязательно это сделаю.

У меня даже настроение поднимается от того, что теперь у меня есть компаньонка. По крайней мере, мне будет не так одиноко. К тому же, с носителем я быстрее выучу язык, так что будет возможность понимать, о чем говорят окружающие.

– Мелания Денисовна, – тихо говорит Диляра и краснеет, – будьте осторожны. Госпожа Карима коварная женщина, да простит меня Всевышний за такие слова. Но я должна вас предупредить. Еще до того, как вы появились в этом доме, она… она очень злилась и обещала сжить вас со свету. Я не должна этого рассказывать, но вы… хорошая. Никогда не бьете и не кричите на нас с тетушкой. А она всегда всем недовольна. Даже если делаем так, как она сказала. Ой, я что-то лишнее говорю. Просто… ну… у нее бабка колдунья. Так говорят. Поэтому просто будьте осторожны.

О, господи, еще ведьм мне не хватало до полного счастья…