Глава 8

Его губы повсюду. На моих. На шее. На скуле. Он прикусывает ее, и я чувствую, как меня бросает в жар.

Спускаются ниже и ниже. Большие ладони обхватывают полушария груди. Губы на твердой горошинке. Захватывают ее в рот, и меня выгибает от удовольствия, которое я раньше никогда не испытывала.

Зарываюсь пальцами в волосы Идриса, пока он играет с моей грудью, лаская ее и заставляя меня извиваться под его уверенными ласками.

Хочу остановить, в первую очередь, себя. Напомнить себе, что я не знаю этого мужчину. Да, он мой муж. Но он муж меньше суток! А я уже стону под ним и позволяю ему ласкать меня.

Он спускается ниже. Прокладывает языком влажную дорожку до пупка. Обводит его и двигается еще ниже. Меня затапливает жар возбуждения и как будто даже стыда. Никто не касался меня там. А он… раздвигает губки пальцами, и его горячий, упругий язык оказывается на самой чувствительной кнопочке моего организма.

– Ох! – вскрикиваю, и меня пробивает током.

Идрис кладет раскрытую ладонь на мой живот и буквально вжимает меня в матрас.

Начинает вырисовывать замысловатые узоры на моей горошинке, пока я сгораю в пламени. Мне кажется, покраснели даже кончики волос, настолько мне жарко и невыносимо приятно. Хочется, чтобы он остановился и в то же самое время, чтобы продолжал. Эти ласки… они горячие, сводящие с ума и такие острые, что нечем дышать.

– Идрис, – произношу сдавленным голосом, чувствуя, как тело начинает мелко подрагивать. – Я… Идрис…

Он приподнимается и ведет расслабленным языком вверх по моему телу. Снова сводит вместе полушария груди и скользит языком между ними. Немного пошло, но так приятно, что кожа покрывается мурашками.

Наши губы встречаются. Язык Идриса сразу ныряет в мой рот, и я чувствую собственный вкус, смешанный со вкусом мужа. Снова пошло. Снова слишком интимно. Но куда уж интимнее, чем то, что сейчас происходит между нами?

Он скользит своим стволом между чувствительных губок, и я снова вздрагиваю. Вверх и вниз, снова доводя меня до исступления. Все то время, что мы целуемся, он двигает бедрами, вознося меня на новый уровень возбуждения.

Я чувствую, как внизу живота зарождается жар. Все тело покрывается мелкими бисеринками пота, и начинает кружиться голова.

Я задыхаюсь. Хватаю кислород опухшими от поцелуев губами. Идрис делится собственным и, наверное, только это меня и спасает.

Его рука проскальзывает между нами, и пальцы ложатся на мою чувствительную точку. Ласкают, и стоны становятся громче. Меня всю уже трясет так, что зуб на зуб не попадает. И вдруг я замираю, когда Идрис пристраивается у моего входа и проникает в меня только кончиком. Сжимаюсь вся, испуганно глядя на мужа в темноте комнаты. Я не вижу нормального его лица, но могу рассмотреть блеск глаз.

– Ш-ш-ш, я не обижу, – шепчет он, касаясь моих губ своими. – Не обижу, Лана. Обещаю.

Его пальцы ускоряются, и страх смешивается с удовольствием. Острым, горячим и тягучим, словно патока.

Что мне делать? Как избежать боли?

Я не успеваю даже нормально додумать эту мысль, как одновременно случаются две вещи. Я взрываюсь и дрожу от оргазма, и в этот же момент муж резким рывком разрывает преграду и оказывается во мне целиком.

Я вскрикиваю, и Идрис ловит мои крики и всхлипы, снова накрыв мои губы своими.

Боль смешивается с удовольствием. Мои внутренние мышцы пульсируют, а ствол Идриса ощущается во мне слишком большим и слишком твердым. Он растягивает мои стеночки, которые сжимают его в пульсирующих тисках.

– Ш-ш-ш, умница, моя девочка. Жита, – шепчет и снова целует.

– Что?

– Кошка, – поясняет. – Жита – это кошка. Ты так красиво извиваешься. И звуки издаешь, как довольная кошка.

– Идрис, мне страшно, – признаюсь.

– Больше бояться нечего. Ты со мной. Ничего не бойся, Жита.

Сразу после этих слов он, снова накрыв мои губы, начинает двигаться. Медленно, плавно. Выходит почти полностью, а потом аккуратно погружается.

Я закрываю глаза и чувствую, как меня качает на волнах нового для меня удовольствия. Да, оно смешано с болью, но от того как будто кажется острее. Без боли было бы, наверное, приятнее, но это мой первый раз, и я не жду чего-то особенного.

Обнимаю мужа за мощные плечи. Притягиваю к себе ближе, чувствуя, как его горячая кожа практически прилипает к моей. Это ощущение… оно какое-то немного странное, но вместе с тем приятное.

Все это время, пока мы целуемся, бедра Идриса не перестают двигаться. Он мягко берет меня и целует, пока губы не начинают гореть от его нежных атак.

А потом он ускоряется. Чуть выше задирает мое бедро и удерживает его рукой, положив горячую ладонь на мою попку. Толчки становятся резче, мои стоны – громче. Идрис негромко рычит, через несколько секунд уже вколачиваясь в меня. Я каким-то образом осознаю, что это он берет меня еще не в полную силу. Если бы он совсем разошелся, я бы, наверное, не выдержала этого напора.

Несколько быстрых толчков, и я чувствую, как мои внутренние мышцы снова начинают сжиматься. Ощущение немного притупленное по сравнению с тем, что я испытывала раньше. Но я вообще не ожидала, что смогу еще раз получить удовольствие.

Непроизвольно впиваюсь ногтями в упругую кожу Идриса и царапаю его плечи, когда он ускоряется и стремительно подводит нас обоих к оргазму.

Я взрываюсь первая. Выгибаю спину и хрипло, сдавленно стону. А он летит сразу за мной после пары толчков. Наполняет меня своим удовольствием, и я наконец позволяю себе расслабиться.

– Я стану для тебя всем, Мелания, – хрипло произносит мой муж. – Мужем, мамой, папой, целым миром, слышала? Главное, не пытайся бороться со мной. Это бесполезно.