Глава 10 · Архан

— Ты идиот, Архан! Нахуя ты её трахнул? Не мог повременить, и девка бы сама отдалась. Соблазнилась бы на твою тачку. Бабки. Или ты боялся проиграть? — негодовал брат, добавляя мне уныния.

— Хотел. Сильно. И был уверен, что она пользованная, — ответил я угрюмо.

Самому было тошно от поступка. То, что чувствовал вчера — эйфорию. Азарт. Предвкушение. И сейчас — мерзопакостное чувство неудовлетворенности и что я вляпался в дерьмо по самые яйца. Впервые секс меня так разочаровал. И не потому, что девчонка плохая попалась. Неумелая. Зажатая. А потому что сам лихо обманулся.

Билал оглянулся в панорамное окно, глядя на поникшую спину Амелии.

Девчонка права была, выкрикивая оскорбления в мой адрес.

Я похотливое животное.

Варвар.

Дикий пастух.

Не понял сразу, что дерется она не спроста, отстаивая честь.

А потом было поздно. Дорвался до ягодки и ум потерял. Чувствовал, что туго у нее там. Жарко. Тесно, но списал что от злости на меня все сжалось. А оказалось…

Вздохнул тяжко и отодвинул тарелку с завтраком в сторону.

Аппетит пропал напрочь.

Что я теперь скажу отцу?

А её парню?

Пап, ты знаешь я случайно трахнул девушку твоего сына. Представь она оказалась невинная. Забавно, правда?

Посмеюсь. И он тоже. Ага, в моих дебильных мечтах. А на деле…даже думать не хотелось как будет на деле. Идиот же был! А теперь расхлебываю…

Отец меня нахуй выпроводит из дома.

А мать станет плакать и между ними снова наступит разлад. Тоже спасибо не скажет. Как мать обидеть? И так отцом обижена всю жизнь. Его вереницей любовниц, шлюх и внебрачным сыном.

Не, не мог я так поступить с матушкой.

На Тимура было плевать. Надо было дома оставить куколку свою. Беречь лучше. Не оставлять одну в конце концов. А теперь вот…такие дела, брат. Взял то, что должно быть твоим. Кисмет.

Ну, а Билал, как проигравший, отправится пасти стадо баранов. Пожалуй, самое меньшее из зол.

Посмотрел в глаза брату, совсем не чувствуя удовлетворения.

— Не поеду овец пасти, — рыкнул, догадавшись о моих мыслях. — Не честно ты вёл игру. Тупо взял девчонку силой.

Я проигнорировал его наезд. Похую, что там думает брат и собирается ли отдавать долг. Мне бы с девушкой решить, как быть.

— Пойду, поговорю с ней, — отодвинув стул с жалобным скрипом и вышел из-за стола.

— Хуже не сделай. А то еще сбросится в ущелье. Будет камнем всю жизнь висеть грех на тебе.

— Сплюнь. Ты что мелешь⁈

— Топай давай, ловелас хренов.

Я утёр рукавом рот и вдохнув полной грудью воздух, вышел на веранду. Чуть постоял, глядя на спину Амелии. Не смотря на, то, что сотворил с ней ночью, девушка держала спину гордо. Только смотрела отрешенно. Горделиво, будто я пустое место. Вроде она хозяйка владений, а не я.

Намеренно громко вздохнул, давая понять, что она уже не одна и приблизился.

— Можно рядом сесть?

Дожился. Спрашиваю разрешения у гостьи в своем доме.

Она лишь повела плечами, глядя на Кавказский хребет. Сегодня день был ясный и скальная гряда ясно различалась, обнажаясь перед зрителем.

— Ну прости меня, Амелия. Похоть и спор с братом мне разум затмили.

— Спор? Какой спор? — резко повернулась и посмотрела пытливо. Бесстрашно. — Ты спорил на меня с Тимуром? — и глаза ее подернулись разочарованием.

— Нахуй мне Тимур твой⁈ — взорвался я. — С родным, — и указал взглядом на Билала, сидящего за стеклом.

— С родным братом на девушку третьего брата… — сглотнула ком обиды, разъедая ненавистью озерных глаз. — Какая же ты сволочь! Тварь просто. Ненавижу тебя, утырок!

Амелия вскочила с лавочки и бросила напоследок:

— Чтоб тебя Господь покарал, жалкое подобие мужчины! Как тебя Земля носит, сучий потрох⁈

Тут я не выдержал потока оскорблений и взревел:

— А ну закрыла рот быстро! — и для пущего эффекта замахнулся.

Амелия зажмурилась, прикрывая голову руками.

— Боишься, сучка⁈ Еще раз посмеешь меня обозвать — отхватишь оплеуху! Ясно тебе?

На мой крик выбежал брат и ошалело уставился, взглядом спрашивая: ты ударил ее⁈

Блядь, защитник сыскался. Я обернулся к нему и рявкнул:

— Нет! Исчезни! — махнув на него рукой и Билал ретировался. А я наклонился к девчонке и глядя на ее испуганное лицо, процедил: — Не доводи меня, кукла. Я и за меньшее оскорбление дурь выбивал до кровавых соплей. Подумаешь невинность твою украл! Рано или поздно дала бы мужику.

— Но не тебе! — рявкнула мне в лицо со всей ненавистью. — Волосатое чудовище! Тебе в лесу место, а не среди людей. Не зря тебя Тим дикарем называет. Ты есть дикарь! Недомытый. Обросший. И не знающий как вести себя с девушками.

Меня, наверное, перекосило от злости, потому что лицо девчонки торжественно засветилось, а в глазах заблестело превосходство. И в ту же секунду моя рука взметнулась, и я ее ударил.

Не с силой. И не по лицу, конечно.

Я наклонился и шлепнул ее по заднице. Смачно так. Звучно. И видимо ощутимо.

Девчонка вскрикнула, округлила глаза от удивления, а потом протяжно завыла и осела на траву. Схватилась за побитую ягодицу и жалобно так, тихо заскулила, что-то приговаривая.

Наверняка меня проклинала. Желала всяческих кар. Смерти даже.

Ну пиздец! Вот до чего довела, а! Мелкая и кусачая, как скорпион!

Женщин ни разу не бил. Ну шлепал, щипал в порыве экстаза. Или в виде ролевой игры. А тут…тут выходит ударил. Сука! Не по-мужски вышло. Низко.