36. Кровь о моей крови

36. Кровь о моей крови

Я не дышу. Я просто замер. Если бы можно было сейчас отдать свое дыхание ей, я бы отдал... Девочка моя. Моя любовь. Моя жизнь.

Чувствую, какое каменное у меня лицо. Как я напряжен, как скован в каждом движении. Холодная ладошка в моей руке. Пусть только отогреется.

Пусть только все будет хорошо. С ней. Главное- она!

Наташа потеряла много крови. Я понимаю это по виду большого пятна на кровати. Я понимаю это по бледному лицу. Ее трясет. Меня самого трясет от этой мысли.

Мы едем не к ее врачу, который сейчас на другом конце Москвы. Мы едем в клинику по совету Артура. К счастью, она оказалась совсем рядом с нашим домом. Щедро плачу скорой, чтобы доставили нас со скоростью света.

Самого мутит от устрашающего вида приборов и панелей, каких-то датчиков, счетчиков на стенах кареты.

Нас тут же принимают, окружая заботой. Мою девочку тут же истыкивают какими-то капельницами и катетерами. Она смотрит на меня таким уязвимым, беспомощным взглядом, что у меня сердце останавливается.

Хочу забрать ее боль себе. Хочу забрать все ее обиды и тяготы. Хоть бы все было хорошо. Пусть просто все будет хорошо- чтобы она поправилась. И разрешу делать все, что хочет. Пусть хоть меняет русло Лимпопо. Оплачу, договорюсь, завоюю ради нее. Брошу к ногам. Пусть просто больше вот так не смотрит, пусть больше не боится... Пусть только улыбается и нежится в моей любви...

Меня просят выйти из палаты, но я сопротивляюсь. Медсестра настаивает. В дверях сталкиваюсь с высоким статным доктором. Моего роста и телосложения. Это тот самый Захар Зевсов, к которому нас определил Артур.

На вид серьезный мужик. Даром, что гинеколог. Ну, как гинеколог. Говорят, он творит чудеса для пар, которые хотят забеременеть. Светоч медицины.

Я, наверное, до выбора Артуром врачебной профессии тоже смотрел на нее с иронией. Нелепо. Кто может быть важнее врача. Он царь и бог.

Вершитель наших судеб. В такие секунды понимаешь это отчетливо, как никогда.

Невольно сжимаю кулаки, понимая, что ее будет смотреть мужик. При любом другом раскладе не схавал бы, а сейчас важно только то, что он самый крутой...

Десять тягостных минут ожидания в пропахшем стерильностью кабинете тянутся веками. Когда дверь, наконец, распахивается, я тут же кидаюсь к Зевсову.

Мы жмем друг другу руки.

- Опасаться нечего. Угрозы выкидыша нет. Это просто тонус. Такое бывает при первой беременности, еще и были нагрузки. Мы поставили ей капельницу с необходимыми препаратами. На неделю- две оставим у нас на сохранении. Понаблюдаем...- успокаивает меня.

- Доктор.. Что значит тонус? Это... опасно для здоровья? Для ребенка?

Он скептически морщит лоб.

- Есть намного более опасные вещи. Это просто данность, с которой мы при правильном подходе легко справимся. У ребенка все хорошо. Тонус- это просто немного более укороченная шейка матки, которая увеличивает риск выкидыша. Но мы скорректируем это препаратами и пессарием- специальным бандажом, который не даст ей раскрыться раньше времени. Если этих мер окажется мало, оставим на сохранении дольше. Есть ситуации, при которых женщины лежат в больницах месяцами. Ничего. Справляемся. Даже если роды наступят через месяц, все под контролем- плод большой и хорошо развитый.

Лично я родился на шестом месяце. Как видите, ни на мой рост, ни на мозги это не повлияло.

- Характер, правда, дерьмовый, но эта патология явно не от этого.... слышу сбоку до боли знакомый голос друга. Артур. Подорвался среди ночи и приехал... Уважаю... Пусть внутри все равно свербит придурочный ревнивец, что приехал он не ради меня, а ради Алины...

- Привет, брат,- они тепло здороваются. Зевсов быстро брифингует

Артура по ситуации.

- Единственное, что мне не нравится- это анемия... Она потеряла немало крови, да и в целом довольно субтильна по телосложению. Такие с крупными плодами всегда страдают от нехватки железа и гемоглобина. Я уже заказал в банке крови ее резус. Скоро подвезут, поставим переливание. Удивительно редкая кровь у вашей жены,- переводит на меня глаза,- первая отрицательная.

Думаю, у плода положительная. Скорее всего, у них резус-конфликт. Этот момент может как раз провоцировать и тонус, и прочие побочки в беременности. Но опять же, в наше время все это легко контролируется...

Я слышу это и не верю своим ушам. Я не знал, какой у нее резус!

Господи, я ведь не знал, какая у нее группа крови! Даже не задумывался об этом! Мы совсем другие вещи всегда обсуждали, не приходилось...

- Доктор, не нужно ждать донорскую кровь,- решительно делаю шаг вперед,- у меня первая отрицательная! Я хочу быть донором жены! Это возможно?

Спустя пять минут меня уже оформляют возле нее.

Алина уже не дрожит. Только бледненькая. Не могу удержать себя от удовольствия, чтобы коснуться шелка ее кожи.

Оба смотрим на то, как к нам подсоединяют катетеры. Как кровь начинает медленно циркулировать между наших вытянутых рук. Моя- в венах, и ее- тоненькая, почти прозрачная...

Мог бы отдать ей большее, отдал бы. Сердце отдал. Давно. И никогда не попрошу обратно. Пусть крепко-крепко держит его, даже ногтями, если нужно, потерплю. А я буду держать ее. Всегда. Не отпущу...

- Мы с тобой одной крови, си фо...- шепчу я,- я тебя больше жизни люблю... Прости меня за всё…

- Ты бы реально отдал меня ему?- вдруг срывается с ее губ. Я замираю. Ждал этого вопроса. Знал, что рано или поздно задаст...

- Если бы погиб, то он бы позаботился о тебе, Алина... Если бы ты сама его выбрала, то...- сглатываю ножи. Они дерут мое горло правдой, болью и неуверенностью,- если бы твое счастье было бы с ним, отпустил... А сам бы все равно подох...

- Не отпускай...- говорит она тихо и прикрывает глаза от усталости.

Щеки розовеют. Моя Алина согревается.

А с ней согреваюсь и я.

Люблю.

Навсегда.

Самая- самая моя жена.

Настоящая жена кавказского мужчины. Моя душа...