Глава 29

– На, – грохнула об стол здоровенной кастрюлей тетя Нана. – Держи.

– Это что? – я даже испугалась.

Лицо пожилой женщины было сосредоточенным, серьезным.

Она даже руки она в бока уткнула. Смотрела на меня как когда-то мама, если злилась. Меня вдруг окатило воспоминаниями. Ну, точно… Словно мама вдруг оказалась живой.

В носу нещадно защипало.

– Это – картошка!

Я заглянула в кастрюлю, а потом подняла взгляд на добрую хозяйку. Вижу. Но не понимаю. Не могу переключиться. Все мысли только о Бахтияре.

– Бери нож и чисти. На всех!

Я взяла.

Ладно. Я почищу, просто не поняла сразу, что моя помощь требуется. Я вообще вокруг ничего не вижу уже который день. Даже Зойка на меня не виснет, не задает вопросов. Ведет себя как самая послушная девочка на свете.

– Кошмар! – продолжила возмущаться тетя Нана, отходя к печи. – Так ведь и с ума сойти можно. Ну, уехал! Ну, долго уже, – она повернулась ко мне. – В чем у тебя душа держится, скажи мне? Вернется он!

– Тетя Нана, я не…

– А то я не вижу?! – она махнула на меня полотенцем издалека. – Белая вся с тех пор, как муж уехал. Не ешь, не пьешь. Ужас!

Ужас, да.

Только он мне не муж. Кто он мне вообще?

Я опустила голову, достала первый клубень и стала аккуратно срезать тонкую кожицу. В первый день я еще надеялась, что Баха приедет к вечеру. Не приехал. И к вечеру второго дня тоже не приехал.

А сегодня я уже даже не знаю, на что надеяться.

Жизнь в этой гостинице шла своим чередом. К тете Нане приехала дочка. Удивительно похожая на нее девушка. Она тоже пыталась меня отвлекать, но результат был не такой, какого они хотели.

Я с силой сжала пальцы.

Картошка выпадает. Нет сил. Я застонала про себя, прикрыла глаза и попыталась просто спокойно дышать.

Я ненормальная?

Вот чего я здесь сижу?

Я ведь могу сейчас собраться и спокойно уехать. Куда угодно! Не этого ли я так хотела? Влажный приморский воздух медленно прокрался в легкие. В очередной раз насытил кровь кислородом, заставил меня жить дальше, еще минуту.

Нет, не этого я хотела.

Вернее, мои желания изменились. Он их изменил.

– День добрый, – я распахнула глаза.

Прямо напротив меня усаживался за стол военный, с которым Баха подрался. Каждый день он пропадал куда-то на несколько часов, а потом снова появлялся. Я сторонилась его, избегала. Бахтияр не предупреждал о нем, ничего не сказал. Так что я выбрала самый простой вариант – поменьше попадаться на глаза.

– Здравствуйте, – я стиснула коротенький овощной нож в руках. Замерла, разглядывая мужчину. Что ему нужно?

– Да не стоит, – он криво усмехнулся, уловив мое движение. – Не поможет.

Разумеется, не поможет.

Я даже будучи ребенком никогда ни с кем не дралась, сейчас против сильного мужчины даже и думать нечего. Просто жалкая попытка привести себя в чувства.

– Ты знаешь, куда твой уехал? – военный впился в меня взглядом.

– Что? – выдохнула я.

Зачем ему это?

Зачем спрашивает?

Перед глазами встала картинка, как они с Бахтияром друг друга душили. И я прекрасно знаю, кто такой Баха и чем он занимается. Что, если этот человек хочет причинить ему вред?

Иначе, зачем спрашивать?

– Куда он поехал, ты знаешь? – медленнее, как для дурочки, повторил мужчина.

– Нет, – я замотала головой.

Это ведь правда. Я не вру. Я действительно не знаю.

Если бы знала… Я выронила нож и прижала ладонь ко рту. Я бы поехала туда сегодня же! Еще вчера! Горячие капли слез прокатились по щекам, растеклись по пальцам.

– Я понял, – военный нахмурился, откинулся на спинку широкой лавки. – Ладно. И ты, и дочь сидите здесь, понятно? Даже за ворота не выходите, ясно?

– Почему? – я не могла различить черт его лица сквозь слезы.

– Вчера ночью в горах было шумно. Я проверю. Ты поняла меня? Никуда со двора!

Слезы потекли сильнее.

Через сжатые веки. Обжигали кипятком, мочили ресницы, склеивая их в острые треугольники. Мне страшно… Я боюсь его потерять.

Ты пришел неожиданно, Бахтияр.

Ты выдернул меня из моей жизни. Ты сломал все, все мое мироощущение. Мои принципы разбил в пыль. А потом эту пыль смыл моими слезами. До сих пор смываешь!

Заливаешь мое сердце кровью от беспокойства за тебя.

Сзади на плечи легли теплые женские ладони. Смотреть, кто это не было нужды. Каринэ, дочка тетя Наны, мышкой проскользнула под навес, когда военный выходил. Резанула его черным взглядом-бритвой и сразу подошла ко мне.

– Поплачь, Марьяш, – она гладила меня по плечам.

И я плакала.

Роняла слезы в кастрюлю, дробила их о картофельные клубни. Меня подпитывали женским теплом, поддержкой, и дышать немного становилось легче. Я положила руку на ее пальцы. Сжала их, легонько благодаря.

– Давай-ка, я тебе помогу, – она забрала у меня нож. – Пора ужин готовить.

– Кому? – я стирала слезы ребром ладони. – Постояльцев же почему-то нет.

– Как это почему? – Каринэ ловко очищала клубень за клубнем. – Твой муж выкупил все домики у мамы. Чтобы не было никого постороннего, как он сказал.

Я тихонько завыла снова.

Не обманул. Не просто красивые слова мне бросил. Мы под его защитой, он обеспечивает нашу безопасность. И даже этот военный… Я увидела, как он выходит за ворота. Полностью одетый, в камуфляже и с рюкзаком за плечами. У него там точно не консервы для пикника в горах, я уверена!

– Мама, ты плачешь? – Зойка с серыми от пыли коленками забежала под навес.

– Нет, дочь, – я шмыгнула, утирая лицо тщательнее. – Ты играла возле дома?

– Ага. Только я теперь помыться хочу, помоги мне.

– Иди, иди, сестра, – закивала Каринэ. – Я все сама доделаю. Иди тоже, умойся, отдохни. На ужин придете.

Я увела дочку в дом.

Отмыла, переодела. Сама постояла под теплой водой из душа.

А потом махнула на все рукой, включила Зойке мультфильмы на телефоне и легла на диван. Простыня жгла кожу. Тут все им пахнет. И это так мучительно, просто невыносимо – ждать…

Дочка свернулась клубочком у меня под боком, глядя на забавных зверят, а я прикрыла глаза. Я дождусь. Чего бы мне этого не стоило. Пусть час идет за часом, я его дождусь. Я не уеду никуда отсюда. Потрачу все деньги, что он оставил, только чтобы быть тут. А нужно будет – выйду на работу и буду тут жить. Он ведь обещал вернуться.

Он не обманет.

– Сестра! – в дверь домика влетела Каринэ. – Вставай! Там мужа твоего привезли!