16 глава

-Азамат-

Я счастлив. В это было сложно поверить, но металл на безымянном левом пальце холодил кожу и еще был непривычен, постоянно крутил его, проверял на месте ли кольцо.

Лейла танцевала, теперь она не скрывала свою лучезарную улыбку, могла без оглядки подбежать ко мне и слегка прижаться всем телом, даря мне влюбленный взгляд, от которого я млел.

Моя жена. Моя половина. Моя суженная. Моя и точка.

Папа сумел заставить всех нужных людей для организации свадьбы плясать под свою дудку, прогибаться под его условия. Какая была цена этого торжества, я не задумывался, мог обойтись вообще скромной церемонией, но если сравнивать свадьбу Анны и мою, то как раза наша с Лейлой по меркам моей семьи была очень скромной.

Али танцует с Кариной, кажется скоро фамилия Каюм вновь замелькает в прессе по поводу очередной свадьбы. Нахожу глазами Амана, тот разговаривает с какой-то милой девушкой и, судя по увлеченным лицам, можно на что-то надеяться и с ним. Сегодня у меня было настроение устроить всем личную жизнь. Даже отцу.

Он стоит возле окон в окружении таких же солидных мужчин, как и он сам, над чем-то смеется, выглядит вполне довольным жизнью человеком, в этот день он действительно много улыбался, ни разу не нахмурился. Кажется, я оправдал его ожидания.

Лейла его боялась, я чувствовал ее напряжение, видел, как она пристально наблюдает за ним, внимательно слушает все, что он нам говорил, когда она с родственниками приехали в Дубай. Да, от папы всегда исходила энергетика очень опасного человека, даже когда тебе улыбался в лицо, я лично знал, каким он бывает жестоким, категоричным и бескомпромиссным.  

Негатив, пренебрежительное отношение к моей персоне ее отца и братьев медленно сходило на нулевой градус, когда их встретил папа, где все сотрудники аэропорта чуть ли не падали ему в ноги, слишком важный он для них клиент.

Умар Тагирович, после обеда, стоя на ступеньках тропинки, которая вела к заливу, смотрел напряженным взглядом на горизонт. Я был сзади. Он сам меня позвал для личного разговора.

-Лейла, моя самая любимая дочка, поэтому мне очень больно осознавать, что теперь она будет так далеко жить от семьи. Когда мы ее сватали, я преследовал одну цель: она бы жила рядом, я бы мог ее видеть каждый, а теперь…как Аллах даст. Ты должен его благодарить, что тебе дарована взаимность и у тебя такой отец! – Умар Тагирович теперь смотрит на меня повернувшись. – И надеюсь, что ты станешь таким же уважаемым человеком, как твой отец, станешь защитником для моей дочери и для своих детей. Тебе с братьями действительно повезло иметь такого родителя, который готов отдать все, что имеет, лишь бы вы были счастливы!

Я слушал и до конца не понимал, о чем мне толкуют, отец Лейлы усмехается.

-Когда у тебя, Азамат, появятся собственные дети, ты поймешь меня, поймешь своего отца.

Сейчас я смотрел на отца и мое сердце было переполнено сыновьей любовью, гордостью за себя, что я его сын, потому что несмотря на свою незаконную деятельность, где порой моральный принципы не действуют, он для нас в первую очередь был отцом, потом уже деспотом и тираном.

-Ты счастлив? – голубые глаза смеются, в руках стакан с водой. Наша свадьба организовывалась по всем законам и нормам ислама, смешиваясь с современными тенденциями. У нас не было на празднике алкоголя, но мы не стали делить мужчин и женщин на две половины. Я бы просто не вынес разлуки с моей женой, каждая минута без нее для меня превращалась в вечность. Отец Лейлы был против таких вольностей, когда мой отец сказал, что хоть мы и росли по законам пророка (здесь он лукавил, мы далеки были от всех правил Корана), жили в современном Дубае и учились в Лондоне, как бы намекая, что ему строгость ни к чему. Родственники Хабибы так же не были против, принц пошутил только, что придется на следующий день всем с ним разделить утреннюю молитву.

-Если бы не ты… - начиню я благодарить, но отец шикнул, прерывая.

-Не надо, Азамат! Я вижу, что ты счастлив, поэтому рад, что на твоем пути встретилось такое милое создание! – он находит Лейлу глазами и улыбается. – Она прелестна!

-Я рад, что она тебе понравилась! Только Лейла тебя боится!

-Чего это? Я таких милашек не ем! – отец усмехается, склоняя голову на бок, смотрит на гостей. – Передай своей женушке, что я только с виду выгляжу грозным, а деле милашка! – так было странно слышать такие словечки от отца, что стою некоторое время в ступоре. Наблюдаю, как к нам не спеша идет Лейла. Она останавливается возле меня, беру ее за руку, смотрю с нежностью.

Моя жена. Сегодня она просто невероятно красива. Когда я увидел ее днем, такую прекрасную, в белом платье, в кружеве и жемчуге, с покрытой головой, держа перед собою букет кустовых кремовых роз, расплакался, чувства меня просто разорвали на клочья, а она смеялась, вытирая слезы с моих глаз, целуя потом кончики моих пальцев. Мы, наверное, так бы и стояли рядышком, не двигались, дышали бы друг за друга. Я не выпускал ее руку без необходимости, словно весь смысл моей жизни сошел на ней. Наверное, так и есть. Не представлял себе жизнь без нее, не понимал, как жил до нее.

-Дочка! – отец обращается к Лейле, она вздрагивает, испуганно вскидывает на меня глаза, я ободряюще ей улыбаюсь. Хабибу так же называет дочкой, поэтому ничего странного для меня папа не сказал, а вот моя малышка удивилась.

- Теперь у тебя новая семья, которая никогда не даст тебя в обиду. В моем лице ты всегда найдешь поддержку, совет, помощь, поэтому я надеюсь, что прошлые обиды остались в прошлом, готов попросить прощения, если как-то задел. Главное то, что сейчас и будет в будущем, а я верю, что все будет у нас замечательно! – он протягивает ей раскрытую ладонь, Лейла колеблется, но это длится не более секунды, робко вкладывает свою маленькую ручку ему в ладонь.

-Хорошо…папа! – и смотрит на него доверчивым взглядом, страх уходит, полностью уступая место новым чувствам. Отец тянет ее на себя, знакомым жестом обхватывает ее голову и целует в лоб, ласково погладив по лицу. Лейла смущается, но не отводит глаза в сторону.

-Будь счастлива, дочка! – отступает от нее на шаг, смотрит на меня строгим взглядом. – А ты сделай все возможное, чтобы она никогда не пожалела, что вышла замуж за такого оболтуса!

-Пап! – возмущаюсь я, Лейла смеется, прикрывая губы ладошкой. Нас оставляют одних. Мы, взявшись за руки, направились на веранду ресторана, где приходил праздник. Теперь бояться строгих взглядом не стоило, официально дано разрешение держаться не только за руки, но и обниматься перед родственниками, в городе по-прежнему по закону нужно соблюдать дистанцию. Я обнимаю Лейлу за талию, притягиваю к себе.

-Я тебе говорил, что ты сегодня невообразимо прекрасна! До сих пор не понимаю, почему ты со мною!

-Потому что люблю! – трется об мое плечо, смешно морщит носик. Я не сдерживаюсь и целую его кончик.

-Я тоже тебя люблю! Больше жизни. Больше себя!

Мы выходим на веранду. Город погрузился в вечерние сумерки, отдалено слышен его гул, но он не тревожил.

-Кажется, наша сказка стала явью! – Лейла прижимается ко мне, смотрит на меня влюбленным взглядом, до сих пор поражаюсь ее открытости по отношению ко мне, но благодарил за каждый такой взгляд, за жест нежности. Она не стеснялась своих чувств наедине со мною. Чем-то напоминала маму, которая часто меня обнимала, целовала, пока не появился Аман. Смеялась над моей ревностью к брату, старалась до последнего дня не отпускать мою руку. Мне ее не хватало. И сейчас эту пустоту заполняла Лейла, которая так же сжимала мою ладонь и смотрела в глаза.

-Али-

-Папа!!! – раздается крик на весь дом. Подрываюсь с кровати, спросонья не понимаю, что происходит. Рядом так же проснулась Карина, она трет глаза, зачесывая рукой волосы назад.

-Ты слышала?

-Да, кажется это Анна.

Мы наспех одеваемся, я бегу на другую часть дома, замечаю, как к комнате Анны с Мигелем сбегаются все домочадцы, в том числе и отец. Он выглядел таким же взъерошенным, как все, в спортивных штанах, футболке, с щетиной на щеках.

-Обычно все маму зовут, а тут папу! – иронично замечает Карина, но на мой предупреждающий взгляд прикусывает язык.

Сестра стоит посреди комнаты, растерянно смотрит на пол, обнимая себя за живот. Услышав шаги, вскинула глаза, наполненные слезами, потянулась к отцу, когда он отодвинул всех от дверей.

- Анна? – он берет ее руки, тревожно всматривается в ее лицо. Она молчит, кусает губы.

-У нее схватки! – говорит Мигель, появившись из гардеробный. Он вновь туда вернулся и вышел уже с одеждой для Анны. –Молчала всю ночь, дотянула! – и смотрит на Анну укоряющим взглядом. Сестра спряталась на груди отца, тот обнял ее одной рукой, второй гладил по спине.

-Аня! - в голосе строгость, а на губах улыбка, как и в глазах. Отец не сердился, тревога ушла. –Тебе надо ехать в больницу!

-Нет! – она вцепилась в руки папы, с расширенными от ужаса глазами смотрит на него. –Я боюсь! Сделай что-нибудь!

-Аня, у тебя истерика! Ты же ходила на курсы, читала умные книжки, ты прекрасно знаешь, что я тебе ничем не смогу помочь. В этом вопросе справляйся сама!!! Давай, малышка, я верю в тебя, ты сильная! С тобою рядом будет Мигель! – целует сестру в лоб, гладит по голове. – Мама бы тобой гордилась! – шепчет, синие глаза Анны успокаиваются.

Мигель улавливает минуту, когда можно собрать свою жену в больницу, мы все уходим.

Обнимаю Карину за плечи, прижимаю ее к себе. Азамат идет впереди, я невольно смотрю на распущенные волосы Лейлы. Они улыбаются друг другу и кажется не замечают ничего вокруг, влюбленные, они такие забавные. Прошел месяц с тех пор, как в этом доме окончательно поселились две девушки. Одна в качестве жены, другая…тоже в качестве жены.

-Мне надо с отцом поговорить! – тихо говорю Карине на ухо, она смотрит мне в глаза, потом переводит взгляд на отца, который уже был возле своей комнаты. Понимающе кивает и отпускает меня.

На секунду замираю возле двери, а потом стучусь и захожу, не дожидаясь ответа. Отец как раз направлялся в ванную, стянул с себя футболку. Вопросительно смотрит на меня.

-Я… это… - замялся, закрыл дверь и сделал шаг вперед. – В общем мы вчера с Кариной расписались! – выпалил, задерживая дыхание. Папа не удивлен, покрутил футболку в руках. Смотрит с ожиданием, словно я еще что-то должен сказать. Молчу.

Прошло пару минут. Он пожимает плечами.

-Не удивлен.

-Ты не сердишься? Ведь планировалась свадьба на весь мир.

-Устроим ужин, какая разница. Мне по сути все равно, как вы женитесь, главное, чтобы девушки не чувствовали себя ущемленными, что у кого-то не было белого платья и банкета.

-Мы с Кариной в этом вопросе совпали.

-Хорошо. Я рад.

Замечаю открытый ноутбук, на экране фотография Симран. Делаю непроизвольно пару шагов, пытаясь понять, с кем она и что там. Отец меня опережает и буквально перед носом захлопнул крышку. Я поднимаю на него взгляд, он смотрит жестко, предупреждающе.

-Мне показалось, что с ней все решено. Нет человека, нет проблем!

-Конкретно с этим человеком все решено, в остальном остались вопросы.

-Я могу помочь?

-Нет, Али, твоя работа завершилась последним выстрелом, больше ты не связан с криминалом. Не пускай мой труд в восстановлении твоей репутации коту под хвост.

-А ты? – мой вопрос удивил отца, он даже сделал шаг назад от меня, потом ласково улыбнулся.

-Мне уже поздно что-то менять, Али, моя жизнь насквозь пропитана этой чернотой. Я уже без нее не смогу.

-Ты можешь все оставить, передать свои дела другим людям, как сделал это в России!

-Ты сам веришь в то, что говоришь? – он смеется, кидает футболку на кресло. – Али, у меня в юности любимыми игрушками были автомат Калашникова и нож-бабочка. Куклы были живые люди, на которых мы оттачивали свое мастерство. Стайка диких, ненормальных пацанов, которые хотели только убивать и жестоким способом подчинить себе мир. Я могу надеть дизайнерский костюм, нацепить золотые часы, поехать на элитной машине, пользоваться всеми благами жизни, которые у меня есть, но в душе я все тот же пацан, который ушел за своим отцом убивать. Ты не представляешь, сколько раз я ломал себя, чтобы не превратиться в животное, не испортить вам жизни своими необдуманными поступками.

-Но…ты же подпустил к себе меня, Азамата…

-Это была моя ошибка. К счастью, во время один самостоятельно ушел, другого выпихнул сам. Сейчас я меняю политику своих дел, снижу обороты своего влияния, чтобы никто не додумался мне вредить через вас. Возможно, придется обзавестись огородом, чтобы коротаться свои старческие годы в копании земле. Или чем там занимаются пенсионеры! – папа смеется, но я вижу тоску в глазах. Я понимаю, чем он жертвует ради наших жизней, прежде всего самим собой.

-Может тебе жениться?

-Зачем? Мне и одному неплохо, а для секса найти партнершу не составит труда. Фамилия сыграет роль. А если ты заведешь шарманку о любви и прочей херне, как показала жизнь, я оказался однолюбом. Мое сердце перестало биться ради кого-то! – улыбается и замыкается, вижу в глазах мелькает сожаление об откровенности.  

-Так что там с Симран? – меняю тему, понимаю, что мне остается либо уйти, либо сменить направление разговора. Отец махнул рукой.

-Ничего серьезного. Пытался понять смысл наших отношений.

-Успешно?

-До банальности все просто.

-Расскажешь?

-Если в двух словах, то ей заплатили, чтобы она выяснила секретную информацию о бизнесе. И это после года отношений. Видимо плохо относился к любовнице, что она повелась.

-И ты узнал кто ее соблазнил на этот шаг?

-Конечно! – смотрит и довольно улыбается, а глаза вспыхивают мстительным огнем. Я хмыкнул, качая головой. Сколько волка не приучай, он все равно будет смотреть в лес.

В случае с отцом, сколько бы мирных дел не вешай на него, он все равно будет посматривать на ту сторону, где в приоритете сила, власть, решения принимаются быстро, наказывают жестоко.

Спустя 8 месяцев     

-Ахмет-

Слышу смех, детские крики в задней части дома. Улыбаюсь. Когда выхожу из дома, замечаю, что Хабиба с Кариной и Лейлой сидят в тени под зонтом на шезлонгах, присматривают за детьми, которые бесились в бассейне. Братья, Мигель с Анной во что-то играли. Судя по тому, как Аман что-то изображал, а все пытались отгадать что, игра называлась «Пантомима».

Иду к жене, нагибаюсь к ней, целую в лоб. Она нежно мне улыбается.

-Ты вроде должен был завтра приехать? – глаза радостно сияют, каждая командировка, сокращенная на день, всегда радовала мою жену, ибо я раньше оказывался дома. Смотрю выразительно, она смеется, понимая меня без слов. Повернулся к бассейну. Трое сыновей и дочка кричат хором «Папа», но они не спешили вылезти из бассейна, только помахали руками.

-Ахмет! Присоединяйся к нам! – Азамат машет рукой, отодвигая от себя свободный стул. На столе фрукты, соки, карточки игры. Все галдят одновременно, перебивают друг друга. Даже я участвую в этой словесной потасовке. Такая атмосфера домашнего уюта мне нравилась, нравилось то, что никто не стремился уехать на другой конец света.  

Случайно смотрю на залив между пальмами. Там на пляже сидел отец, строя перед Аишей песчаный замок. Во мне нет ревности по отношению к племяшке, все прекрасно понимали, что значит для него эта девочка. Возможно, назови дочь я именем своей первой сестры, которая умерла так давно, что и не сразу вспоминаешь тот период жизни, отец так же относился к внучке, но нам с Хабибой не на что было жаловаться. Наши дети не были ущемлены во внимании деда, наоборот, он позволял им вольности, в то время, как над Аишей был тотальный контроль. И ей всего-то восемь месяцев, было сложно представить, что будет через года три.

-Вот скажите, как ему не надоедает целый день сидеть перед нею и строить эти замки? Что-то на моей памяти не было такого с нами! –Али заставляет всех замолчать и смотреть на пляж.  

-Может она напоминает ему маленькую Анну? – выдвигает предположение Лейла. Мы дружно ржем, вспоминания, как папа больше воспитывал, чем баловал. Хотя Анне давал послабления, но не такие, как с Аишей.  

-Она просто похожа на него, такой же маленький тиран, как и дед! – с улыбкой замечает Мигель. За это высказывание получает от Анны удар локтем под ребра. Охнув больше от неожиданности, чем от боли, смотрит невинными глазами на сестру. – А что я не прав? У них с рождения полное взаимопонимание! Почему она всегда с нами орет, показывает характер, но стоит ему появиться в поле ее виденья, ребенка словно меняют. Агукает, слюни пускает. А если он еще берет ее на руки, цветет и пахнет.

-Это может быть связано с тем, что она младшая внучка, вот он и проявляет к ней особое внимание! –Карина трепетно поглаживает свой животик. Лейла смеется. Они обе ждут первенцев. Правда, у Азамата будет сын, у Али дочь. –Думаю, как только этот дом пополнится еще двумя ангелочками, он переключится на них! Кстати, Али, я придумала имя нашей дочери! Как раз можем продолжит традицию вашей семьи называть детей на А и будет часть моего имени. Арина! Как тебе?

-Нет! – кажется это слово выкрикнули все вчетвером. Карина недоуменно смотрит на нас. Али прокашлялся, натянуто улыбнулся.

-Дорогая, если ты хочешь видеть свою дочь у себя на руках, то советую тебе подумать над другим именем. И благодари своего бога, что не являешься блондинкой с голубыми глазами.

-А что такого в этом имени? – Карина кажется обиделась, смотрит насуплено. Все молчат, переглядываются между собой. И пока мы молчим, думаем, как обобщенно рассказать секрет отца, он сам приходит с Аишей. Племяшка, увидев родителей, хлопает в ладошки, бурчит: «Ма», но с рук деда не спешит слезать.

-Папа, -Карина обращается к Саиду, я дергаюсь от тона невестки, Али бледнеет. Отец внимательно смотрит на Карину. Да, невестки все его называют папой. – Как вам имя Арина? – контрольный выстрел. Он ничем себя не выдает, только слегка дергается голова в сторону.

-Хорошее имя, но больше русское что ли! – спокойно отвечает, но сильно прижал Аишу к груди, смотрит неподвижным взглядом. Анна вскочила на ноги и подлетела к отцу, заглядывает ему в глаза, но кажется он не видит ее перед собой. 

-Папа! – касается его руки, осторожно, чтобы не выронил ребенка. Он теперь вздрагивает, смотрит на Аню каким-то странным отрешенным взглядом. Смотрит ей прямо в глаза. Сестра как загипнотизированная стоит на месте, даже не моргает.

-Ариша…- больше по губам читаешь, чем слышишь это имя. Его потеря с реальностью длится секунд десять, он моргает, хмурится. Понимает, что перед ним Анна, заставляет себя улыбнуться.

-Аиша, кажется мама по тебе соскучилась! – целует Аишу в макушку, отдает ее Анне. Аиша явно не согласна с перемещением, выгибается, тянет ручки к отцу, но тот качает головой, смотрит строго. Племяшка обиженно сопит, а он разворачивается и быстро уходит обратно к пляжу. Азамат встает, я хватаю его за руку.

-Сидеть! Поверь он меньше всего нуждается сейчас в чьем-то обществе!

-Но…

-Азамат, он живет с этим больше двадцати лет, переживет и этот день. Просто сядь.

Али нервно грызет яблоко, сверля злым взглядом Карину, девушка кажется поняла, что спровоцировала подземные толчки, которые надеюсь к землетрясению не приведут. Последнее время отец был спокоен, как удав. В больше степени флегматичен.

-Может найдем ему сами невесту? – пытается шутить Аман, чтобы разрядит обстановку.

-Я думаю, что ему надо просто вернуться туда, где он ее встретил, вновь пережить эти эмоции и отпустить. Иначе это будет длится бесконечно! – говорю серьезно, Али с Азаматом задумались. Анна кажется загорелась идеей. Она передала дочку Мигелю, села возле меня.

-А что если нам организовать ему типа отпуск? Пусть съездит в Россию, навестит братьев, пройдется по родным местам!

-Ты предлагаешь купить ему билет в один конец и поставить перед фактом? – заинтересовано спрашиваю, доставая телефон из кармана брюк.

-Вам жить надоело? – с испугом протянул Аман. Его страх объясним, что-то планировать для отца за его спиной идея не самая удачная, но кто не рискует, тот… Забиваю в личном кабинете рейсы на Москву, а потом бронирую билет до Сочи. Поднимаю глаза, Анна меня поддерживает, Али с Азаматом тоже улыбаются, только Аман мотает головой. Но когда мы все на него смотрим, он поднимает руки вверх, принимая свое поражение, давая молчаливое согласия на такое безумство. Нужно было единое мнение, чтобы в случае чего стоять рядом вместе, когда на наши головы что-то обрушится. Надеялись, что ничего устрашающего не выйдет.

-Ну, все! – на почту приходит сообщения, что билеты куплены, я еще бронирую номер в самом дорогом отеле. Позже он сам разберется, что ему делать.

-Я подключу к его телефону слежку! – серьезно говорит Али, я непонимающе на него смотрю. –Ну мало ли что. Помнишь, как было в Нью-Йорке.  Он будет в курсе.

-Хорошо. Я действительно хочу, чтобы он успокоился и обрел гармонию с собою! Он заслуживает это! – все согласно кивают, каждому он дал хороший старт, даже корректировал, если ошибались.

Да, его ошибки тоже многим изменили судьбы, его прошлое бросает тени на наше настоящее, но этим теням еще предстояло преодолеть широкую спину отца. А это, как известно, не так просто.

-Надеюсь, он там встретит свое недоразумение! – тихо произносит Анна, смотря на одинокую фигуру на пляже возле кромки воды. Я догадываюсь, что она говорит о своем разговоре с ним, скорей всего опять же о том, что ему нужно жениться. Недоразумение? Что ж ошибки тоже ведь приводят к счастью.