Глава 10

Такого жестокого похмелья у Леры не было, пожалуй, никогда. Голова трещала так сильно, что хотелось не только обхватить ее руками, но и стянуть железными ободами, как бочку для коньяка, чтобы не развалилась. Даже через закрытые веки свет больно бил по глазам, а любая попытка приподнять голову тут же заканчивалась провалом. Во рту пересохло, страшно хотелось пить.

Самое главное: Лера не помнила, когда и где умудрилась так напиться. Ночь она провела в лесу, раскапывая мумифицированный труп, а что было потом – полный провал. Лера даже не могла вспомнить, как они уехали из леса, куда направились потом. До такой амнезии она не допивалась еще никогда. Пожалуй, права ее сестрица, надо как-то ограничивать свою тягу к алкоголю, пока не стало совсем поздно.

Наконец Лере удалось справиться с головокружением и приоткрыть веки. Мир появился в узкой щелке, будто Лера заглядывала в него через раздвинутые жалюзи. И мир этот был ей незнаком, казался враждебным. Серым, мрачным, холодным. В то же мгновение вернулась память. Лера не напивалась, и мучает ее сейчас не похмелье. И из леса она никуда не уезжала.

Когда на трассе что-то произошло и все бросились туда, Лера чуть замешкалась. Она как раз осматривала то место, откуда была отделена рука трупа, и быстро все бросить, не повредив ткани, не могла. Встретилась взглядом с Ильей, как бы говоря, что будет чуть позже, и тот кивнул. Все убежали, а Лера убрала руки от трупа, стянула перчатки, намереваясь последовать за друзьями, но услышала за спиной шаги. Кто-то из друзей вернулся, но она не успела посмотреть, кто именно. Что-то мокрое и дурно пахнущее прижалось к ее лицу, чьи-то крепкие руки обхватили плечи. Она дернулась, пытаясь вырваться, но сознание стремительно угасало, и мир почти сразу погрузился во тьму. Лера чувствовала, будто ее тащат куда-то, но не могла ни открыть глаза, ни позвать на помощь. Потом ее кинули в какое-то тесное помещение, но, сколько времени она в нем провела, Лера не знала. Она то впадала в забытье, то снова приходила в себя без возможности открыть глаза. Как потом оказалась в другом месте, уже не помнила, но точно знала, что находится не там, где была первоначально.

Когда перед глазами перестали плыть разноцветные круги, Лера смогла сесть и оглядеться лучше. Она находилась не то в подвале, не то в старой кладовке. Помещение оказалось маленьким, около пяти квадратных метров, без окон, так что едва ли могло быть комнатой в квартире. Но совершенно точно больше, чем то, в которое ее сунули изначально. От бетонного пола тянуло мрачным холодом, тело совсем задеревенело после лежания на нем. Деревянные стены не видели ни краски, ни обоев. Здесь не было мебели, только тусклая лампочка, залепленная испражнениями мух, слабо освещала пустое помещение и единственную дверь в нем. Но даже от такого тусклого света Лере хотелось зажмуриться, до того болела голова. Ни на что не надеясь, Лера с трудом поднялась и, держась за стены, поскольку те ежесекундно грозились уплыть от нее, дошла до двери, толкнула ее. Дверь с тихим скрипом отворилась, обнажив за собой маленький темный коридор с еще одной дверью.

Прежде чем идти дальше, Лера около минуты стояла, прислонившись лбом к стене и прислушиваясь. Вокруг разливалась тишина, было слышно, как где-то вдалеке жужжит генератор. Значит, она, скорее всего, за городом, в частном доме. Кто привез ее сюда? И почему не запер? Едва ли у похитителя были добрые намерения, людей не похищают для того, чтобы вручить им приятный подарок. Не запер, потому что знал, что ей не выбраться? Или ждал, когда она попробует сбежать? В любом случае сидеть в подвале и смиренно ждать конца Лера не собиралась.

Как она вообще могла так глупо попасться? Неужели похититель все то время, что они возились с трупом, был где-то рядом, прятался за деревьями, наблюдал за ними, ждал, когда кто-то из них останется один? Лера была уверена, что стала случайной жертвой, кто вообще мог предугадать, что на трассе произойдет авария, все уйдут туда, а она задержится? Как так вообще вышло, что Яна несколько часов была в лесу одна, а ей, Лере, хватило трех минут?

Но как же, оказывается, легко в нашем мире похитить взрослого человека! С детьми все понятно, дети зачастую уходят с преступниками добровольно, польстившись на обещание конфет или желая помочь отыскать котенка. А даже если идти не хотят, то им бывает стыдно отказать взрослому или начать звать на помощь. Лера с высоты своего возраста не понимала этого, но читала подобные исследования. Но даже если находились те, кто звал на помощь, как много взрослых им помогали, а не отворачивались, делая вид, что ничего не замечают? С детьми, в общем, все было понятно, но оказалось, что похитить взрослого ничуть не сложнее. Это можно сделать возле дома, на остановке, даже на месте преступления, как выяснилось. Утром, днем, вечером – совершенно неважно. Нужно просто подгадать момент.

Головокружение наконец стало чуть меньше, и Лера, по-прежнему держась за стены, дошла до двери, нажала на ручку. Комната, в которую она попала, не сильно отличалась от предыдущей: была такой же мрачной, серой и темной, но здесь стояла кое-какая мебель. Кривоватый шкаф в углу, старый письменный стол и стул возле него, продавленное кресло и музыкальный центр у противоположной стены. Подняв взгляд на стену над столом, Лера обомлела. Серая поверхность оказалась увешана небольшими листиками, стикерами, фотографиями. А на фотографиях были Яна, Никита, она сама, Леша, Воронов, старый знакомый Никиты – Савелий Павлович Шевелев и его сын, чета певцов Девятовых, ее собственные двоюродные сестры и все-все люди, которые так или иначе соприкасались с расследованиями, которые маг им подбрасывал. Были тут и те, кого Лера никогда не видела, но не сомневалась, они тоже имеют к этому отношение. На некоторых снимках были подписи, очевидно, где и когда их сделали, другие оставались неподписанными. Никакой системы в них Лера не проследила, но у нее все еще болела голова, а сердце теперь стучало так гулко, что каждый удар отдавался в висках, еще сильнее увеличивая боль и мешая думать.

Он псих, это было ясно и раньше, но теперь Лера поняла, что он одержимый псих. Одержимый и очень умный, раз сумел сделать все эти фотографии и ни разу не быть замеченным. А значит, ей следует уносить отсюда ноги, что бы он ни задумал. Но сделав еще один шаг, Лера поняла, что такое настоящий ужас: чуть в стороне от основных фотографий висела еще одна, ее собственная. А внизу всего одно слово: «Жертва».

Лера отступила на шаг назад, потерла лицо руками, решая, что делать. Мысли в голове кружили бешеным роем, сталкиваясь, обгоняя одна другую. Бежать отсюда, это ясно, но как?

Из этих двух комнат должен быть выход, не телепортировали же ее сюда сквозь стены! Лера вышла в крохотный коридор, еще раз внимательно его осмотрела и обнаружила то, чего не видела раньше: еще одну дверь, на этот раз железную, практически сливающуюся с поверхностью стены. Если первые две двери оказались не заперты, то едва ли ей так повезет в третий раз, но дверь поддалась! Тревожный голосок внутри твердил, что это не к добру, но Лера отмахнулась от него. Это выход – и она обязана им воспользоваться.

За дверью оказалась лестница, ведущая наверх и зажатая с двух сторон стенами. Опираясь на них руками, Лера торопливо поднялась по ступенькам, снова оказавшись в коридоре, но на этот раз длинном, заканчивающемся с одной стороны дверью, а с другой – заколоченным досками окном. Сквозь щели в досках в помещение проникал яркий солнечный свет, давая понять, что уже день. И эта дверь оказалась первой, которую похититель запер.

Недолго думая, Лера рванула к окну, схватила нижнюю доску и дернула на себя. С рвущим душу скрипом старые гвозди вылезли из стены, оставив доску в Лериных руках. Что ж, не так и сложно. Вторая доска поддалась еще легче, а вот с третьей пришлось повозиться. Гвозди сидели в стене мертво, а сама доска переломилась посередине, и теперь отрывать пришлось два куска по отдельности. Но жажда жизни творила еще и не такое, и Лера смогла с ними справиться. Проем был маленьким, но возиться с четвертой доской ей не хотелось. И так потратила слишком много времени. Ободрав спину и порвав джинсы на бедре, Лера оказалась снаружи.

Дом стоял среди леса. Точнее, с трех сторон его окружал лес, а с четвертой через несколько метров от стены начинался крутой обрыв. У Леры закружилась голова, едва только она глянула вниз, а потому она поспешила отойти назад. Вокруг, насколько хватало глаз, простирались заросшие кустарниками и деревьями скалы, а за обрывом синело, сливаясь на горизонте с небом, море. Небольшой горный массив, состоящий из всего двух вершин, в их области был лишь один и находился примерно в пятидесяти километрах от города. Когда-то его хотели сделать туристическим, но, чтобы проложить здесь безопасную дорогу, потребовалось бы слишком много денег, и проект заморозили на стадии разработки. Море, омывающее эти скалы, было неспокойным и холодным, без пологого пляжа, поэтому отдыхающие сюда почти не ездили, разве что яхты иногда провозили туристов мимо. Лера приезжала сюда очень давно, еще в школе, и местность помнила плохо, но, если ей не изменяла память, какие-то дома тут все-таки были. Здесь строили дачи те, кто предпочитал активному отдыху или огороду простое уединение. А значит, у нее есть шансы дойти до соседей и позвать на помощь.

Осторожно обойдя дом по периметру, Лера не заметила машины, на которой ее могли бы привезти. Вряд ли похититель несколько километров нес ее на себе, значит, уехал. Почему не запер, второй вопрос, но теперь Лере следует как можно скорее уносить ноги, пока он не вернулся.

Страшно хотелось пить, но возвращаться в дом за водой она не стала. Окно, из которого она вылезла, выходило на обрыв, в противоположную сторону от дороги, а значит, есть небольшие шансы, что похититель не сразу заметит ее побег, она сможет выиграть себе немного времени. Отойдя в сторону от тропинки так, чтобы видеть ее и не уйти в глубь леса, но иметь возможность спрятаться за огромными валунами в случае необходимости, Лера начала осторожно спускаться вниз. Дорога здесь была плохой, неасфальтированной, сделанной практически руками тех, кто строил себе дома, а в нескольких метрах от тропинки лес и вовсе напоминал скалистые джунгли, но Лера отважно их преодолевала, прислушиваясь к каждому шороху. Ноги то и дело скользили по гладким камням, иногда она падала и проезжала вниз несколько метров, останавливаясь только тогда, когда могла ухватиться за ветки деревьев. Ободрала себе ногти, порвала джинсы еще в двух местах и наверняка набила кучу синяков, но упорно шла вперед. Лера понимала, что сил ей сейчас придает адреналин, выплескивающийся в кровь, но надпочечники не смогут долго пахать на максималках, и рано или поздно она выдохнется. Хорошо бы до этого момента уже найти какой-то дом.

– Да сколько же здесь этих камней, – вслух прошипела она, поскользнувшись на очередном и съехав вниз на приличное расстояние.

– Очень много, – раздалось вдруг совсем рядом.

Лера испуганно подняла голову и увидела мужчину, стоящего чуть выше на склоне. Мужчину она узнала сразу, слишком хорошо помнила его портрет. Значит, не ошиблась в предположениях: ее похитил маг. Но как он сейчас нашел ее? Неужели все это время шел следом, а она не увидела и не услышала? Зачем позволял ей убегать?

Выяснять ничего из этого Лера не собиралась. Оттолкнулась руками от камня, на котором лежала, приняла вертикальное положение и бросилась вниз, уже не разбирая дороги, не стараясь выбирать тропинку поудобнее. Маг бежал за ней почти бесшумно, по камням скользил гораздо виртуознее, и не было ничего удивительного в том, что нагнал ее буквально несколько минут спустя. Лера что было сил оттолкнула его от себя, закричала и снова бросилась вперед, но не разглядела впереди овраг. Попыталась остановиться, но ноги уехали на гладком камне, и она рухнула вниз, в последний момент, как в кино, удержавшись руками за край обрыва. Тело повисло над оврагом, грудная клетка с силой ударилась о камни.

«Держись!» – приказала себе Лера, стараясь не поддаться панике. Она понимала, что ей ни за что не вытянуть себя наверх, да и зачем? Ведь там маг. Но и падать вниз был не вариант: овраг глубиной метров пять, если она не расшибется насмерть, то сломает ногу и все равно никуда не уйдет.

Маг показался сверху секунду спустя. Он смотрел на Леру внимательно, без сочувствия, но и без злорадства. Лера ждала, когда он наступит ногой на ее пальцы, и те разожмутся вопреки ее воле, но вместо этого маг наклонился и ухватил ее за запястья.

– Не так быстро, милая, – усмехнулся он, вытягивая Леру наверх.

* * *

Было так странно сидеть во дворе Бюро судебной экспертизы, но ждать в нем не Леру, что Яна никак не могла отделаться от противного щемящего чувства в груди, которое словно сжимало ледяными пальцами сердце, мешая ему нормально биться. Это чувство появилось несколько часов назад в лесу, когда Алексей обнаружил смартфон Леры на земле, и усилилось после того, как Яне удалось вздремнуть полчаса. Во время этого короткого сна, балансирующего на грани реальности, Яне снилось, что она захлебывается в темной воде, с трудом понимая, где верх, а где низ. Она крутилась вокруг своей оси, отчаянно барахталась, но что-то держало ее, тащило вниз, не давая всплыть. Когда ледяная вода хлынула в горло, Яна беззвучно закричала и проснулась. Тело колотила крупная дрожь, сердце заходилось в бешеном вальсе, а по щекам градом катились слезы.

– Я не понимаю, что ты хочешь, – рыдала Яна, пытаясь взять себя в руки.

Наверняка Анна, к которой она обращалась, ее не слышала, но Яна не понимала смысла этих снов, не знала, как может помочь призраку обрести покой. Сначала лес, затем обрыв, теперь вот – вода. Где искать тело Анны? Как упокоить ее душу?

После того, как стало ясно, что Лера исчезла и явно не по своей воле, в лес были вызваны дополнительные группы полицейских и криминалистов, но поиски не дали результатов. Лес в том месте был не слишком густым, поэтому, кто бы ни уволок Леру, он умудрился сделать это аккуратно, не указав свой путь. Искать следы на земле, устланной мхом и листьями, оказалось бесполезно. Слишком много людей топталось там до этого. Даже служебная собака сначала вроде бы взяла след, но потеряла его на пути к деревне, а второй раз и вовсе не смогла.

Поиски в лесу еще продолжались, поэтому каждый не расставался с телефоном в ожидании вестей. Яне пришлось выдержать серьезный разговор с папой по поводу ее ночных «прогулок» по лесу в одиночестве. На этот раз Элиза не встала на ее защиту, очевидно, считая, что Максим прав, скрылась в розарии, и Яне пришлось отбиваться самостоятельно. Впрочем, делала она это не слишком охотно, тоже признавая правоту родителя. Это во-первых, а во-вторых, она очень устала и страшно хотела спать, сил искать аргументы в свою защиту просто не было.

Когда папа собрался в город, Яна поехала с ним. Позволила довезти себя до дома, где снимала квартиру, и, повинуясь потребностям организма, прямо в одежде легла на диван, продолжая при этом сжимать телефон в руках. Тогда-то ей и приснился этот выматывающий, отнимающий последние силы сон. Стряхнув с себя его остатки, Яна отправилась в душ, но шторку не задергивала, то и дело поглядывая на экран лежащего на раковине смартфона. Она ужасно боялась пропустить звонок с новостями о Лере.

Никита позвонил ближе к обеду, но, увы, ничего обнадеживающего не сказал. Он ехал в Бюро, чтобы узнать результаты вскрытия найденного в лесу тела, и Яна рванула туда же. Во дворе Бюро был не только Никита, но и остальная компания: Лосев и Воронов сидели на скамейке и дымили как паровозы, Саша стоял чуть поодаль, прислонившись спиной к фонарному столбу. На нем была уже не та одежда, что в лесу, а форменные штаны и рубашка с коротким рукавом, но выглядел он таким же помятым, как и остальные. Значит, успел сбежать с работы.

– Пока не нашли, – ответил на невысказанный вопрос Никита, когда Яна, запыхавшись, подошла к ним.

– Черт знает что такое! – выругался следователь, со злостью пыхтя сигаретой. – Никаких следов, она будто испарилась.

– И непонятно, каким образом ее увезли, – добавил Леша. – В крайнем доме в деревне установлены камеры видеонаблюдения, одна из них захватывает дорогу. Кроме нас, там до семи утра никто не ездил!

– А с другой стороны деревни он не мог подъехать? – уточнил Саша.

– Вряд ли. Там дорога в лес упирается. Тропа есть, конечно, но по ней только тракторы ездят, обычным машинам это не под силу.

– Мои люди проверяют все дома в деревне, – сказал Воронов. – Есть вероятность, что Лера в одном из них, но пока пусто.

– А пешком по лесу уйти они не могли? – не унимался Саша.

– Несколько километров идти пришлось бы, – покачал головой Леша. – Бездыханное тело так долго не потащишь.

– А в сознании Лера орала бы как резаная, – добавил Воронов. – Знаю я эту девицу.

– Если только к ее голове не был приставлен пистолет, – заметил Никита. – Ведь никаких следов борьбы возле тела мы не нашли, ее могли не унести, а увести.

– Да мы там вообще никаких следов не нашли! – выплюнул Воронов.

Яна тоже считала, что Лера кричала бы, но вдруг она на самом деле кричала? Остальные были пусть не так далеко, но ведь горел автобус, кричали люди. Друзья могли не услышать Леру. А еще ее очень смущало это отсутствие посторонних. Что, если Леру увел или унес кто-то из своих? Ведь Яна, стоящая в стороне от автобуса, то и дело теряла друзей из виду. Кто угодно мог отойти от автобуса, вернуться к Лере. Чисто теоретически у Воронова, Лосева или даже Саши мог быть с собой пистолет. Да, они должны брать их только в особых случаях, а затем сдавать, но Яна хорошо знала, что порой такие формальности в полиции обходят. Да ведь даже без пистолета с любым из них Лера могла уйти по доброй воле, если бы они что-то сказали. А с Ильей или Никитой тем более.

Яна даже головой мотнула, отгоняя подобные мысли, но сам собой вспомнился вопрос Воронова, уверена ли Яна, что Никита не имеет отношения к магу, который он задал ей однажды. И она ведь даже в некотором роде обрадовалась такому быстрому новому делу, не придется скучать по Никите. Мог ли тот думать, как она, потому и подбросить призрака так быстро?

Внутри все противилось подобным мыслям, но папа всегда учил, что хороший следователь опирается на факты, а не собственные желания. Папе когда-то тоже пришлось подозревать Элизу в страшных преступлениях, и хоть в итоге он ошибся на ее счет, но мысли были правильными, да и направление расследования вывело его на истинного преступника. Так и Яне не следует закрывать глаза влюбленностью. Впрочем, на помощь пришла логика: если бы Никите потребовалось похитить или куда-то увезти Леру, у него была бы куча куда лучших возможностей. Он мог бы просто увести ее из квартиры, а не из леса, где полно народу и есть большие шансы быть замеченным. Так что уж кого-кого, а Никиту ей подозревать точно не стоит.

– Надо еще что-то делать с призраками, – мрачно заметил Леша, бросив взгляд на Никиту и Яну, признавая, что в этом вопросе компетентны только они. – Если они так и продолжат появляться на дороге, до беды недалеко. Туристам в автобусе просто повезло, что мы оказались рядом, иначе жертв было бы не избежать.

Саша и следователь тоже посмотрели на них, ожидая ответа.

– Честно говоря, я не знаю, что сказать, – признался Никита, устало потирая ладонями лицо. – Я почти уверен, что нам нужно найти и похоронить тело Анны, чтобы она упокоилась. И мне кажется, ее труп должен быть где-то рядом с тем местом, где появляется призрак. Ночью Илья и Лера сказали, что труп убийцы перемещали, он на этом месте пролежал не так долго. Может быть, переместили его не так и далеко? Сложно, знаете ли, вести в багажнике мумифицированный труп на дальние расстояния. Может быть, и тело Анны где-то рядом. Пока она была вместе со своим убийцей, тот удерживал возле себя и ее душу, а когда его не стало, она освободилась.

– Попробуем поискать собаками, – решил Воронов. – Вдруг им удастся привести нас туда, где изначально лежал труп убийцы. Может, и девица там же.

– Если только ее тело не бросили в воду, – пробормотала Яна.

Все повернулись к ней.

– С чего ты взяла? – озвучил общий вопрос Саша.

– Мне снился сон, что я в воде, захлебываюсь ею, пытаюсь всплыть, но кто-то тянет меня на дно.

– Хреново, – выдохнул в воздух облачко сизого дыма Лосев.

– Не думаю, что это значит, будто тело Анны бросили в воду, – покачал головой Никита. – Сейчас она уже определенно не смогла бы захлебнуться. Может быть, именно так она и умерла, отсюда и сон.

– Хорошо бы Илья дал нам какие-то подсказки, – вздохнул Леша, указав подбородком на дверь бюро.

Та как раз приоткрылась, выпуская к ним судмедэксперта. Илья с легким удивлением оглядел большую компанию, будто ждал одного только следователя, и сразу молча поинтересовался делами с Лерой, но Воронов только отрицательно качнул головой. Илья понял все без слов.

– В общем, труп ваш принадлежит мужчине, – начал Илья. – Возраст около тридцати пяти, плюс-минус. Сколько мертв, сложно сказать. Лет десять, не меньше, может, больше. Тело мумифицировалось, значит, лежало точно не там, где мы его нашли. Точнее скажет экспертиза ДНК, но я почти уверен, что рука его. Отделена не так давно, думаю, как руку забрали, так и остальное тело на другое место перенесли.

– От чего умер? – спросил Воронов.

– Удар тупым предметом по голове. Раздроблены кости черепа, пострадал мозг.

– А есть какие-то признаки, что рядом с ним могло быть еще одно тело? – поинтересовался Никита.

Илья посмотрел на него удивленно, качнул головой.

– На теле я не обнаружил никаких чужеродных тканей. Так что, если кто-то и был, они не соприкасались.

Все присутствующие переглянулись.

– Я могу предложить кое-что, – задумчиво проговорил Илья, видя, что никто не спешит комментировать. – Можно попробовать воссоздать черты лица по костям черепа.

– Метод Герасимова, я слышала про такое! – тихонько сказала Яна.

Илья кивнул.

– Не прям точный портрет получится, конечно, но не хуже фоторобота. Тем более у нас сохранены ткани, получится достаточно неплохо.

– И ты сможешь это сделать? – с некоторым сомнением спросил Воронов.

– Я смогу в этом помочь, – уклончиво ответил Илья. – Замерить необходимое и передать данные антропологу, который это сделает. У меня есть знакомый, он увлекается такими вещами, сделает не настоящий, а виртуальный портрет.

– Какой хотите делайте, но дайте мне его лицо, – бросил Воронов, поднимаясь со скамейки. – Как-то же мне нужно подгрести за другими и установить наконец его личность.

Яне показалось, что это был укол в адрес ее и Никиты отцов, но она ничего не сказала. Одно было ясно: призрак девушки, убийца с оторванной рукой, исчезновение Леры – все это как-то связано. И нужно копать со всех сторон.