ГЛАВА 17

Ревье изо всех сил старался держать себя в руках — его сокровище, его Сердце и Душа снова наедине с тем, кто причинил ей столько боли! И продолжает прямо сейчас — он чувствовал, что Кайли далеко не спокойна. Внешне женщина при бывшем муже всегда выглядела невозмутимо, но он догадывался, какие бури бушуют у нее в голове.

Опять они там вдвоем, наедине…

Ну как — наедине? Укладывают спать сына.

С каким удовольствием он заменил бы отца у кровати Ирната, вместе с Кайли сидел бы в каюте, рассказывая мальчику интересные истории, пока малыш не уснет. Но Байрат не оставлял арсу ни малейшего шанса, проводя с сыном и бывшей женой все оставшиеся после сна и общения с потенциальными покупателями часы. После прыжка в подпространство свободного времени и у капитана полным-полно, но, вместо того чтобы ухаживать за своей избранницей, он вынужден наблюдать, как Сагар нежится в эмоциях счастья, которые в избытке транслирует Кайли. Можно нагрузить женщину работой — как-никак, она все еще помощник Геста, то есть член команды «Млечного», — да рука не поднимается. Она столько перенесла, пусть уж наслаждается общением с вновь обретенным сыном! Ему всего-то и надо немного потерпеть — до Акватора три дня осталось, день там, а потом неделя обратной дороги. И все — дальше они полетят без навязчивого рея, и он ни минуты не упустит! Очарует, обаяет, закружит голову, даст ей и малышу все, что женщина пожелает… Только бы взглянула на бедного арса с любовью, только бы у нее пробудились к нему чувства! Не хочет он завершать слияние обманом и насильно привязывать Кайли… Хочет, чтобы она не из-за благодарности или от безысходности вручила ему свою судьбу, а по любви или хотя бы из симпатии.

Инстинкты приказывали ворваться и уничтожить соперника, но то инстинкты, а умом Ревье понимал — Байрат ему не страшен. Бывший мгновенно осознал, что ловить ему здесь больше нечего — арс, тем более высший арс, свою женщину никому не отдаст. Если ир добровольно не уйдет в сторону, попытается повлиять на женщину — арс может и помочь. Радикально, без инсценировок, чтоб исчез уже наверняка.

Ир это понимал, потому благоразумно отступил.

Скрипел зубами, но отступил. А куда ему деваться, даже если не принимать во внимание брачную татуировку арсианина? Кайли измену не простит. Как только она узнала, что муж, пусть и под другим именем, женился, и его новая жена беременна, он для нее как мужчина перестал существовать. Перешел в категорию «бывший», оставшись лишь отцом общего сына.

Не Байрат его соперник, а сердце Кайли. Получится ли растопить его? Излечить от боли? Сможет ли оно вновь полюбить?

Он-то знает, что ей с ним будет лучше, навсегда отступят голод и тяжелая работа. Ей никогда не придется встретиться с соперницей или узнать о ее существовании — потому что для обретшего связанную арсианина отныне существует только одна женщина — его половинка. Он весь мир бросит к ее ногам, исполнит все, что она ни попросит, только бы… только бы полюбила… только бы ответила взаимностью!

Благословение и проклятье его расы — брачная привязка. Благословение — благодаря ей все союзы у арсиан исключительно крепкие, дети растут в гармонии и любви, а их родители не надышатся друг на друга.

Проклятье — потому что при достижении брачного возраста каждый арс ходит по лезвию ножа. Привязка у мужчины может возникнуть в любое время и к любой женщине, достаточно одного случайного прикосновения кожи к коже.

У прекрасной половины запечатление происходит иначе: естественно, когда женщина сначала влюбляется в мужчину, начинает испытывать к нему притяжение, симпатию. Вслед за которыми, при отклике арса, у нее начинается процесс слияния. И искусственно — когда измученный начавшейся привязкой арс, не дождавшись ответа от избранницы, просто крадет женщину и, насильно или уговорами переспав с ней, запускает у той запечатление.

У мужчин все проще и сложнее одновременно — привязка может возникнуть не только в любой момент, но и к любой женщине, подходящей по возрасту и энергетике. При этом она может мужчине совершенно не нравится и даже вызывать неприязнь. Но раз процесс запущен, ему никуда не деться. Собственно, поэтому предприимчивые арсианки охотятся за наиболее перспективными женихами, подкарауливая их где только можно. Все арсы, достигшие брачного возраста и еще не обретшие связанную, даже дома носят перчатки и позволяют приближаться к себе только близким родственницам — матерям и сестрам. Но поскольку все время сидеть в фамильной крепости невозможно, они вынуждены появляться в обществе, рискуя в любой момент перейти в категорию женихов. Потом, после завершения привязки, мужчина в любом случае будет боготворить свою половинку, как бы ни относился к ней до этого, но пока процесс не завершен, несчастный сходит с ума, понимая, как влип. Некоторые готовы покончить с собой или убить коварную девицу, пока процесс обратим.

Да что далеко ходить — он сам покинул родную планету, фактически сбежал и уже десять лет скрывается в Глубоком Космосе, спасаясь от матримониальных планов одной весьма настырной девицы! Отец Пьетры Тиане сол Вик-Дарс отправил его отцу предложение о союзе отпрысков, но Ревье ответил отказом, хотя этот брак был выгоден Династии, и родные уговаривали молодого мужчину. Мол, ну и что, что ты ее терпеть ненавидишь, после привязки она для тебя станет единственной.

К сожалению, несостоявшаяся невеста не приняла отказ, а то, что Ко’Танс Оревье сол Ак-Дарс ее не выносил, избегал и категорически не желал видеть своей избранницей, девицу не останавливало. Высшую арсианку младший принц Династии вполне устраивал, и она не собиралась считаться с мнением потенциального жениха.

Юный Ревье еле избежал ловушки, вовремя догадавшись, что ушлая девица с молчаливого одобрения обеих семей поджидает принца в его спальне. Он бежал сначала из дворца, а потом и из галактики, в чем и с чем был.

И вот теперь, когда он наконец встретил женщину, пробудившую в нем не только инстинкты, но и искренний мужской интерес, и готов сражаться за ее благосклонность со всем миром, ему приходится ждать. И переживать — а что если Кайли все-таки простит Байрата? Вдруг тот сумеет вымолить для себя второй шанс??

Р-р-р-р!!!

Наконец, Сагар вышел в коридор, и капитан сделал вид, что только сейчас появился на жилом ярусе.

— Уснул? — поинтересовался он у Байрата, подошел ко входу в каюту и с удовлетворением отметил, как помрачнело лицо мужчины, стоило ему протянуть руку к двери.

Да, теперь ваша, рей, очередь злиться и ревновать! Причем мне терпеть чуть больше недели, а вы всю оставшуюся жизнь будете помнить, что эта женщина теперь для вас навсегда потеряна! Недостойно радоваться чужому горю, но муж сам виноват. Останься он верен, Кайли с радостью вернулась бы, а теперь…

— Да, уснул, — ответил Сагар. — Не пора ли нам обсудить варианты полета наследницы на Даластею и последующего представления императору чудесным образом выжившего наследника? К слову, надо продумать Убедительную легенду — как мальчик спасся, кого похоронили вместо него. И где он до сих пор скрывался.

Ревье замер, уже занеся ногу через порог, — рест подери, а ир прав! Пора, давно пора!

— Идем в рубку, — на ходу поменяв направление движения, ответил капитан, набирая вызов на ручном коммуникаторе. — Гест, дерни Торвиса, и оба на капитанский мостик. Какие тефтели? А, для малыша… Хорошо, пусть Тор отставит в сторону, что там у него уже сгорело, и сразу приходит. Ты, надеюсь, ничего не спалил? Отлично. Через три минуты все должны быть на месте!

— Итак, что мы имеем? — Ревье по негласной договоренности взял на себя роль координатора идей. — Несколько трудноразрешимых задач с одной стороны и жизнь матери и ребенка — с другой. Лично меня волнует второе, и раз безопасности Кайли и мальчика что-то угрожает, мы должны все предусмотреть!

— Еще здесь решается судьба моей планеты, — буркнул Байрат. — Что до безопасности, то мы постараемся все учесть. Потом, если вдова прибудет с телохранителями омоном и арсианином, то только полный идиот с атрофированным инстинктом самосохранения может решиться ей навредить.

— Вот и разгребал бы проблемы сам, — вполголоса огрызнулся Торвис. — Переложил все на женщину и рад! Достаточно одной случайности!

— Я не…

— Тихо! — гаркнул капитан. — Нашли время и место! Он прав! На планете живые существа существуют, к тому же это родной дом мальчика. Если есть возможность вернуть ему наследие предков, а заодно не позволить дяде спустить планету с молотка, то нужно попытаться. Наша задача как раз и заключается в том, чтобы обезопасить визиты Кайли и никому не позволить ей навредить. Говорите, Сагар.

— Все не так сложно и опасно, как кажется со стороны. Во-первых, на Даластее многие недовольны политикой Райтона и с радостью поддержат мою… вдову. Особенно если узнают, что она все передаст счастливо избежавшему смерти сыну. Во-вторых, Его Величество умен и дальновиден. Империи выгодно, если управление планетой останется под рукой Дома Ашанти и при этом под присмотром арса Династии Ак-Дарс. Я правильно определил ваш статус, капитан?

— Правильно, только не стоит кричать об этом, — буркнул арс. — Кайли…

— Когда вы собираетесь рассказать ей правду? — перебил Байрат, вперив в капитана злой взгляд. — И как к появлению такой связанной отнесутся ваши близкие? Насколько мне известно, высшие арсы не связывают жизнь с иномирцами. Кайли имеет право знать, на что подписалась!

Гест и Торвис переглянулись и синхронно шагнули к капитану, загораживая его от рея.

— Все нормально, — махнул им Ревье. — На корабле женщина и ребенок, поэтому никаких разборок не будет. Все возникшие недоразумения мы уладим мирно. Или разберемся потом, после приземления, и уж точно не на глазах Кайли. Ир, все вопросы, которые касаются моей связанной, я решу без участия третьих лиц. Придет время, и она узнает все, я не намерен скрывать правду от матери моих будущих детей. Надеюсь, вы верите, что я никому, — подчеркнул он голосом, — не позволю не то что обидеть, а даже косо посмотреть на Кайли и Ирната? На Дарсе чтят обычаи, связанная пара неприкосновенна, связанная высшего арса — священна! Происхождение здесь не играет никакой роли, главное наличие привязки, которая обеспечит здоровое и чистокровное потомство.

Байрат отвел глаза и кивнул, показывая, что удовлетворен ответом.

— А вы, рей, помните, что на Терре вас ждут? — продолжил Ревье. — Не рискуйте собой, подумайте о своих близких — им не выжить без вашего покровительства и заботы!

Ир звучно скрипнул зубами, но промолчал.

— Отлично, я вижу, что теперь все настроились на рабочий лад! Сагар, начнем с вас — опишите варианты и обрисуйте задачи и подводные камни, с которыми мы рискуем столкнуться как на Даластее, так и на Адельраде.

— Кайли необходимо показаться на Даластее, чтобы у подданных отпали вопросы о подмене. И, как я говорил, ей нужно забрать папку и письмо. Последнее должны были ей передать вместе с завещанием. Оно может до сих пор находиться у императорских нотариусов вместе с копией завещания, тогда получите его на Адельраде. Папка наверняка у Райтона. Вскрыть ее он не пытался, есть надежда, что она лежит в его кабинете или спальне. Скорее всего — в кабинете, туда никто посторонний не заходит. Вам понадобятся деньги, чтобы не только долететь до Адельрада, но и привести вдову в порядок — кожу, волосы, руки. Одеть ее как подобает, поэтому без папки не обойтись. Но Ирната показывать на Даластее нельзя!

— Как вариант — мальчик останется на орбите в «Млечном» вместе с Торвисом, — предложил Гест, — а мы с Кайли спустимся на поверхность в челноке.

— Думаю, это достаточно безопасно, — кивнул арс. — Включу полную внешнюю защиту. Если заранее не афишировать появление вдовы, никто из ваших врагов не успеет приготовиться. А о мальчике они и не подозревают.

— Нам всего-то надо сесть, на флаере долететь до дворца, войти, забрать наряды и что там еще? А! Папку. И вернуться на «Млечный». Если ничто не помешает, управимся за два часа, ваши не успеют очухаться, как нас и след простынет. Войти-то во дворец сможем? — уточнил Гест.

— Сможете, — ответил Байрат. — Кайли узнают, препятствовать не Решатся. Весть, что она — единственная владелица, давно облетела всю планету. Но Райтону сообщат, поэтому действовать придется быстро. Я свяжусь завтра с Сентья. Хорошо бы прибыть на Даластею, когда брата не будет во дворце. Может, на рудники отправится или еще куда. Свяжу вас, чтобы вы общались с Сентья напрямую. Он не предаст, все поручения выполнит.

— Помощник, который знает все входы-выходы — это отлично. Но наряды?.. — выгнул бровь капитан. — Чьи?

— Ну была же у жены правителя богатая и красивая одежда? Чтобы не тратиться на пошив и покупку новых тряпок, заберем старые, — вмешался Торвис. — Заодно предъявим достоверную причину появления Кайли — она вернулась за нарядами, это любой поймет! Женщины еще и посчитают возвращение оправданным.

— Не уверен, что ее гардеробную не растащили или не выбросили одежду, — пробормотал Байрат. — Хотя Райтон питает к моей же… вдове определенные чувства. Он мог и сохранить ее вещи. В любом случае — увидите на месте. Драгоценности у нее тоже были, и немало, в том числе фамильные.

— Вот! Женщина вернулась за своими вещами, замуж не выходила, заметка в Сети — поклеп. Запись в Реестре… Кстати, можно на нее взглянуть? — Торвис потянулся к визору и забормотал, набирая адрес. — Система Волопаса, галактика Солей, планета Даластея, Реестр актов гражданского состояния, раздел — «заключенные браки»… Отсчитываем полтора года назад…

Мужчины напряженно ждали: Байрат с отвращением, Ревье и Гест с легким интересом.

— Ага, вот нужный месяц. Листаем…

Торвис прошел весь список сверху донизу. Потом пролистал в обратном порядке и повернул к Байрату изумленное лицо.

— Ничего нет! А где были опубликованы фото и заметка?

— Ничего не понимаю, — Байрат дотянулся до сенсорной панели и проворно заскользил по ней пальцами. — Точно, нет. Но она была, я не слепой и не идиот! Потом, Сентья тоже видел эту запись, как и многие другие жители Даластеи. Списки, внесенные в Реестр, как вы видите, лежат в свободном доступе! Но добавлять записи можно только с одного устройства, что в главном департаменте. Чтобы с него войти в систему, нужны ключи, которые хранятся у разных людей, введенные в определенной последовательности. Слишком много придется привлекать лишних свидетелей, это неоправданно.

Байрат задумался.

— Если только… Если Райтон не установил прямой допуск на личный фонъютер.

— Это возможно?

— Это противозаконно, очень сложно, почти невозможно. Но кто-то же смог сначала поместить эту информацию, а потом ее удалить? Кроме департамента, сильный фонъютер есть только у меня. Был. Теперь, видимо, он у Райтона. Ах ты, паршивец!!!

Продолжая рассуждать вслух, он набрал новый адрес, дождался, когда открылась нужная страница, и прилип к экрану.

— Рест меня подери, фото и заметка, которая была под снимком, тоже исчезли!

— Вам точно не померещилось? — нахмурился Торвис.

— Не померещилось, — ответил вместо ира капитан. — Я видел своими глазами и то, и другое. Еще когда на Соноре были.

— А-а…

— И что это означает?

— Боюсь, что кое-кто не просто так подтер упоминания о мнимом браке вдовы, — мрачно ответил Байрат. — У меня только одно предположение…

— Кайли должна принять наследство мужа, иначе все заберет какой-то там Фонд. Кто-то подчистил фейки, потому что теперь эта информация мешает его планам, — произнес Ревье.

— Райтон не просто так искал мою вдову! И раз не нашел ее, а наследство терять не хочет…

Капитан и рей встретились взглядами, секунду буравили друг друга и одновременно произнесли:

— Подставная наследница!

— Точно, как я сразу не догадался! — в волнении Байрат забегал по тесной рубке, не обращая внимания, что остальные едва успевали от него уворачиваться. — Фарго не мог предать, он уверен, что передал папку вдове — ему просто подсунули похожую на Кайли женщину! Рест чешуйчатый, и где только Райтон ее взял? Причем так вовремя?! Неужели я ошибался, и он все-таки имел отношение к покушениям?

— Это уже не так важно — виноват ли ваш брат в покушениях. Все уже свершилось, — вернул его в реальность Гест. — Но если двойник вдовы существует, то кто-то может попытаться выдать его за настоящую наследницу. Как с папкой…

— Думаю, что никто не доверит баснословные деньги ничем не связанной девице. Видимо, ваш брат после вступления вдовы в права наследования планировал на ней жениться. И тогда исчезновение записи в Реестре и заметки в Сети вполне логично, — добавил Ревье. — Ведь если Кайли уже замужем, он не сможет прибрать ее к рукам.

— В таком случае, Кайли в гораздо большей опасности, чем мы думали, — озвучил Байрат витающий в воздухе вывод.

— Все отменяем? — с надеждой поинтересовался Торвис.

— Ни за что! — сверкнул глазами арс. — Чтобы о моей связанной по Космосу ходили грязные слухи?! Мол, то за одного вышла, то за другого, а теперь пара третьего? Мы должны предотвратить появление подставной вдовы, а еще лучше — переиграть вашего брата.

Они просидели до утра, перебирая варианты. Споря, сверкая друг на друга глазами, находя компромиссы и снова споря. У каждого свой жизненный опыт, свои предпочтения и возможности, сложно все это совместить так, чтобы все оставались довольны.

Конечно, невозможно подготовить такую операцию за несколько часов, тем более что для этого нужна свежая информация о положении дел на Даластее. В конце концов, наметив основные направления, мужчины разделили обязанности, и каждый взялся за свою часть плана.

Арс взял на себя финансовый вопрос, Байрат — разведку на Даластее и частично — на Адельраде. Торвис колдовал над составами и микстурами, призванными помочь Кайли быстрее набрать форму. А Гест ворожил над двигателями флаера и челнока, от маневренности и скорости которых могли зависеть жизни пассажиров.

По общей договоренности Кайли держали в относительном неведении, да и ей было не до них — все время женщина уделяла сыну.

Ирнат прекрасно освоился и целый день звенел колокольчиком то на одном ярусе «Млечного», то на другом, а Кайли повсюду его сопровождала. По вечерам она сама купала мальчика, а потом укладывала его спать, старательно напевая песенку, которую надиктовала Мицури. На язык просто просилась колыбельная, которую она пела Ирнату в младенчестве, но Кайли никак не могла решиться ее спеть. Будто блок какой-то стоял. Или она просто боялась, что ребенок не поймет, запротестует, потребует песенку Мицури?

Слишком много переживаний связано с этой мелодией и нехитрыми словами! Потом, Ирнат скучал по Мицури. Уже на второй день мальчик спросил о своей второй маме и с удовольствием передавал ей приветы во время ежедневных сеансов связи с Террой. И выслушивал ответные, с только им одним с приемной матерью понятными словами и намеками.

Кайли мучилась от ревности.

Глупо, конечно, но она ничего не могла с собой поделать!

С одной стороны, она испытывала огромную благодарность к женщине, которая сберегла ее сына, растила его как своего собственного. С другой, ей хотелось, чтобы между ней и Ирнатом установилась такая же близость. Появились общие воспоминания. Чтобы ее сынок говорил ей — «а помнишь?!» И… и перестал так часто говорить о новой жене своего отца: «А мама Мицури говорит, что надо так». Или: «А мама не разрешает делать этак».

Умом она понимала, что ребенок не может перестроиться так быстро, что в течение полутора лет именно та женщина была главным человеком в его жизни. Он привык к ней, привязался.

Нужно просто набраться терпения, пусть все идет своим чередом! За этими переживаниями она совсем не обращала внимания на то, чем заняты мужчины.

Ревье, Байрат и Гест почти не попадались ей на глаза, с головой погрузившись в свои дела, а вот Торвис постоянно крутился рядом, подсовывая ей еду и какие-то напитки. Раз в сутки непременно укладывал на час, а то и больше, в медицинскую капсулу, внимательно следил, чтобы женщина высыпалась и не забывала принимать витамины.

На Акватор прибыли вовремя, и пока экипаж занимался выгрузкой, Торвис и Байрат устроили Кайли с сыном экскурсию на планету. Ну как — экскурсию? Байрат повел Ирната в детский развлекательный центр, а Торвис затащил поммеха в огромный СПА-салон.

— Зачем? — поразилась она, увидев вывеску на всеобщем. — Там же, наверняка, очень дорого!

— Не дороже денег, — отрезал кок. — Ревье выделил необходимую сумму и велел всю ее истратить на тебя! Ты знаешь кэпа, с ним лучше не спорить!

Она покорилась, с сожалением подумав, что с гораздо большим удовольствием провела бы время с сыном…

В салоне она пробыла больше десяти часов, в течение которых ее искупали в десяти водах, перемежая ванны разными притираниями и обертываниями. На лицо и руки наносили маски, отпаривали, массировали, полировали ногти. Волосы… О, волосы! Она сбилась со счета в количестве сеансов, которым они подверглись.

И это еще не все! В салон доставлялись наряды, которые приходилось примерять в перерывах между очередными обертываниями или ваннами.

Нельзя сказать, чтобы ей совсем уж не нравилось, но при одной мысли, сколько Ревье спустил на это денег, у женщины испортилось настроение. Ведь капитан «Млечного» совсем не богат, он истратил на нее, похоже, всю выручку за доставку груза… Мало ему с ней хлопот, еще такие расходы!

— Кайли, ты потрясающе выглядишь! — воскликнул Торвис, когда она, обновленная, сияющая, облаченная в легкое, струящееся платье, смогла покинуть гостеприимный салон.

Байрат смотрел во все глаза, сжимая ладошку сына, и ничего не мог сказать, лишь пожирая бывшую жену взглядом.

— Кайли, ты такая красивая! — воскликнул Ирнат. — Почему ты раньше не надевала это платье?

— Потому что на корабле в платье неудобно, — ответила она и, избегая сорящего взгляда Байрата, перевела разговор на другую тему. — А как ты провел день, милый?

— Замечательно! Сначала мы пошли в такое место, где много воды.

— Аквапарк, — пояснил Байрат. — Лучший в этом сегменте Космоса.

— Аквапарк?.. Но Ирнат…

— Умеет плавать. Не беспокойся, я с него глаз не спускал.

— Там горки, водопады и так весело! — тараторил мальчик. — А потом мы пошли внутрь большой горы, и там ездили по лабиринту с чудовищами! Я охотился на гроссов и сам стрелял из настоящего элстера!

— Адаптированного, — снова успокоил ее Байрат. — По его размеру и весу, и без лазерного лезвия.

— Потом мы обедали на та-а-акой высоте! Там пол из прозрачного пластика и все-все видно — улицы, флаеры, людей! — сыпал подробностями ребенок. — А после обеда пошли в магазины, и это было уже не так интересно.

— Зато полезно, — добавил отец. — Кайли, я купил ему немного одежды, книги, игрушки и… В общем, сама потом посмотришь. Уверен, все пригодится!

Женщина кивнула.

— Ну что, возвращаемся? — чувствовать себя красивой и нарядно одетой неожиданно оказалось очень приятным. Она и не помнила, каково это — ухаживать за телом и носить новую одежду. Забыла это ощущение чистоты, легкости и восторга…

На Комбинате и в Приюте она старалась не выделяться, не привлекать внимания противоположного пола, денег едва хватало на скудную еду, а воды всегда было мало даже для душа, что уж говорить про обертывания и питательные маски? Про них она и не вспоминала!

Но оказалось, что ее тело помнило удовольствие и негу от косметических процедур, и сейчас просто парило от удовольствия. А еще оказалось неожиданно приятно видеть реакцию мужчин, в частности Байрата, который, похоже, забыл как дышать и как моргать, не отводя от нее глаз.

Когда они вернулись на «Млечный», выяснилось, что корабль уже разгружен, часть продуктов с Терры продана, и грузовик снова готов к отлету.

— Овощи и мясные туши с руками оторвали, — встретил их, что называется, с порога, Гест. — Капитан цену поднял втрое, чем хотели изначально, все равно через полчаса все вымели. Так что, Сагар, если не станете лениться — подниметесь. Вырубайте к ресту леса, расчищайте поля под овощи и пастбища. Кайли… О-о-о…

Женщина довольно улыбнулась и перехватила злющий взгляд Байрата, направленный на остолбеневшего Геста.

— Прибыли? — Ревье появился внезапно, будто спешил издалека, даже запыхался. И замер, пожирая женщину глазами. — Торвис… Ты был прав — посетить салон было необходимо! Кайли… звездочка… Ты ослепительна! Настоящая королева! Так, взлет через полчаса, всем занять свои места! Ирнат, малыш, ты составишь мне компанию?

— В капитанской рубке? — ахнул мальчик.

— Да. Мне нужна твоя помощь.

— Да! — от нетерпения ребенок принялся приплясывать, не сводя взгляда с арсианина. — А что я буду делать?

— Отлично! Тогда беги к себе, переоденься во что-нибудь менее нарядное и сразу приходи. — Ты сядешь в антиперегрузочное кресло и будешь держать капитанский жезл. Сможешь?

Когда «Млечный» вышел в космос, Ирнат уже вовсю клевал носом. Сказался долгий, полный событий и впечатлений день.

— Пойдем в кровать, — ласково предложила ему Кайли и помогла выбраться из кресла. — Купаться сегодня не будем, ты достаточно наплескался на Акваторе!

В каюте мальчик, не открывая глаз, переоделся в пижаму и лег на кровать.

— Песенку, — пробормотал в полудреме.

Кайли поправила ему одеяло, погладила вихрастую головенку и неожиданно даже для себя, запела колыбельную, что пела крошке-сыну на Даластее.

Прикрыв веки, она выводила нежную мелодию, вспоминая то счастливое время и не замечая, как по щеке скатилась слеза. Одна. Потом вторая…

— Мама, — пробормотал Ирнат, поворачиваясь на спину. — Мама?

И раскрыл глаза.

Кайли оборвала песню и вытерла мокрые дорожки, встретив серьезный взгляд сына.

— Мама!!! — Ребенок подскочил, обхватил тонкими ручками ее шею, прижался всем телом. — Мама!! Ты же моя мама?! Я помню, помню эту песню! Я так по ней скучал, но мама Мицури ее не знала… Мама, ты больше не улетишь от меня на звезды?

— Нет, — комок в горле мешал говорить и дышать.

Кайли обняла сына, укрыла, загородила от всего мира, баюкая на руках, не замечая струящуюся по лицу соленую влагу.

Он вспомнил! Ее малыш вспомнил маму! Вспомнил песенку! Узнал!!! Можно больше не скрываться и не прятаться, можно звать его сыном!

— Мамочка… Где ты так долго была? — прошептал мальчик. — Я тебя так ждал!

— Я искала моего сыночка, — ответила Кайли. — Думала, что он погиб… Улетел на звезды. И путешествовала от планеты к планете, надеясь его найти.

— Я нашелся!

Ответить она не успела — с грохотом, едва не снеся дверь, в каюту влетел взъерошенный капитан. И, убедившись, что с женщиной и ребенком все в порядке, без сил прислонился к чудом уцелевшей переборке…

— Рест, — отмер капитан, — я думал, что умру, когда почувствовал, что ты плачешь. Сам не помню, как спустился. Скатился, скорее всего, надо глянуть, лестница цела ли… По какому поводу потоп?

Ответить она не успела, потому что ребенок завозился и, обхватив ладошками ее лицо, потянул на себя.

— Мамочка, почему ты плачешь? Я же нашелся!

— От радости, сыночек, — всхлипнула Кайли.

— Гм, — кашлянул арсианин. — Так, понимаю…

— Я нашел маму! — радостно воскликнул Ирнат. — Она пряталась в тот комбинезон и тряпку на голове, поэтому я ее не сразу узнал! Мамочка, почему ты раньше не пела мою песенку, не надевала красивое платье и не отпускала волосы? Я бы давно тебя вспомнил!

— Потому что на корабле не носят платья, — пояснил Ревье, — а распущенные волосы могут попасть в любой механизм или зацепиться за что-то. Иди-ка ко мне, герой! Так ты — тот самый Ирнат, которого мы с твоей мамой столько времени искали? Ты тоже хорошо прятался!

— Я не прятался, я жил с папой и мамой Мицури на Терре!

— Значит, пряталась ваша Терра, потому что мы ее не сразу нашли, — арс одной рукой обнял мальчика, другой притянул к себе Кайли. — Ну ничего, теперь никто больше не потеряется, обещаю! И мы всегда будем вместе — ты, мама и я.

— А папа?!

— А папа будет приезжать к нам в гости. У него поселок, хозяйство, стройки и посевы. Много дел. Но он обязательно будет часто связываться с тобой по фонопу. Здорово, правда?

— Здорово. Но я не хочу жить без папы! И скоро мой братик родится… — Ирнат нахмурился.

— Ты и не будешь жить без папы! — заверил Ревье. — Наоборот, теперь у тебя не только две мамы, но и два папы! Смотри — на Терре папа Сагар и мама Мицури, а на «Млечном Пути» — мама Кайли и… папа Ревье. Ты согласишься быть мне приемным сыном?

Он замер, ожидая ответа.

Мальчик сосредоточенно засопел, потом посмотрел на мать, перевел взгляд на арсианина и просиял.

— Да! И вы научите меня водить корабль?

— Научу всему, что знаю и умею сам! — арс прижал женщину крепче и перехватил малыша так, чтобы он частично оказался на руках у матери. — И теперь у нас все будет хорошо! Мы полетим на разные планеты, ты увидишь столько интересного! А когда подрастешь, поступишь в самую лучшую школу. И раз я теперь твой папа, говори мне «ты», согласен?

— Согласен!

Стараясь не издавать шума, Байрат отошел от дверного проема, прислонился лбом к прохладной переборке.

Надо вернуться в свою каюту, но услышанное не отпускало, хотелось выть и биться головой о стены.

Сам виноват! Сам! Не на кого кивать…

— Ир? — из горестных размышлений вырвал тихий шепот кока. — Вам нехорошо? Пройдемте в медотсек!

Байрат мотнул головой, показывая, что нет причин для беспокойства, но Торвис стоял рядом, не собираясь уходить. Тогда Байрат оторвался от стены, намереваясь вернуться в каюту, лишь бы избежать внимания кока, но тот уже подхватил его под руку.

— Идемте в медотсек! — не терпящим возражений шепотом произнес Торвис, и потянул его за собой. — Я, как корабельный врач, настоятельно рекомендую вам восстанавливающие процедуры!

Сил спорить не было, да и не хотелось, чтобы его увидели в столь подавленном виде. Особенно сын и бывшая жена…

И он пошел, ведомый Торвисом. Послушно протиснулся в помещение, сел на предложенное место, равнодушно позволил прикрепить к пальцу медицинский сканер.

— Да, нервы ни к ресту! — заметил врач, рассматривая на мониторе появляющиеся цифры.

— У вас есть какое-нибудь успокоительное? — вяло поинтересовался рей.

— Успокоительного у нас полно, осталось выбрать, какое лучше всего подойдет именно вам, — глубокомысленно изрек Торвис. — Я бы рекомендовал транский коньяк, но есть и более сильный вариант — самогон вьеттов.

— А менее радикальное средство?

— Вытяжка пустырника, настоянная на обычном спирту, с добавлением экстракта слюнных желез горного мурвиала.

— Значит, самогон, — передернувшись, решил Байрат. — Я собирался спать, когда кто-то с грохотом пронесся мимо, выскочил. И…

— Понимаю. Тоже слышал. Что же, что ни делается — к лучшему? Малыш вспомнил маму. По песенке, надо же!

— Она с рождения ее ему пела. Как на руки брала, так и напевала, — вздохнул Байрат. — Конечно, он не мог не запомнить. На подсознании отложилось, отпечаталось, сохранилось, а как снова услышал, так в памяти и всплыло.

Байрат замолчал, пытаясь перевести дух.

— Ир, вы сильный человек, вы справитесь, — Торвис поставил перед ним полный стакан. — Выпейте, нужно снять спазм.

— Одна ошибка… И вся жизнь вверх тормашками, — мужчина потряс головой и отхлебнул сразу полстакана огненного «успокоительного», будто это обычная вода.

После второй порции Торвис начал поглядывать на него с беспокойством. Но тут веки Байрата потяжелели, речь стала бессвязной, и он отключился прямо посреди фразы.

— Ну, слава Космосу! Наконец-то! — выдохнул Торвис, набирая номер на ручном коммуникаторе. — Гест, зайди в медотсек, помоги мне.

— Ого, кто это его так? — ом с интересом рассматривал распростертое на койке тело.

— Осознание потери и вьеттский самогон, — коротко пояснил кок. — Помоги переложить его в капсулу! Запущу одну программу — утром встанет другим человеком.

— Тор?!

— Да нет, не в том смысле! Подлечу нервы ему, уменьшу чувство вины. А то он сам себя заживо съест. Слышал, что случилось? Малец маму узнал! Она ему песенку спела, какую пела раньше, и он вспомнил.

— Нет, не слышал, я же у челнока был. И что там?

— Полное счастье и слезоразлив. От радости, естественно. И кэп там же. В общем, идиллия.

— Поэтому этот выглядит так, что краше в крематорий привозят?

— Угу.

— Тогда крути настройки так, чтобы его не корежило больше и вес переживания как рукой сняло. А то и себя изведет, и своей беременной нервы истреплет. К слову — у меня все готово. Двигатели поют, увеличил маневренность, снизил расход топлива, существенно прибавил скорости. Можно приступать к выполнению плана!

— Значит, завтра и начнем! — кивнул Торвис, захлопнув крышку капсулы и набирая на панели только ему известные символы. — Я поставил таймер на двенадцать часов по стандартному времени, пусть поспит подольше. За это время кэп расскажет Кайли наш план. Этот, — он кивнул в сторону капсулы, — конечно, не за страх, а за совесть старается, но Ревье решил перебдеть и кое-какие детали от экс-супруга утаить. Кто знает, вдруг случится утечка? Не специально, а нечаянно. Он один раз уже допустил промашку, едва не похоронил семью, лучше перестраховаться. Ревье рисковать жизнью и здоровьем своей женщины и приемного ребенка не собирается, так что, пусть рей поспит, всем от этого только польза.

— Разумно. Но удобнее с объяснениями подождать до завтрашнего вечера. На орбиту Терры выйдем уже к обеду, сбросим балласт и можно общаться, никого не сторонясь. Я мальца займу, или ты, чтоб не мешался и не услышал лишнего, а кэп все Кайли расскажет. И сразу возьмем курс на Сонор.

— Уже завтра? — Торвис остановился и повернулся к Гесту. — Ом, ты не шутишь?

— Чем слушал, говорю же — увеличил производительность двигателей! Не зря несколько дней из машинного отделения почти не вылезал, капитан знает, а для рея будет сюрприз — на три дня раньше домой попадет.

— Только он этому сюрпризу вряд ли обрадуется, — заметил Торвис. — Но я согласен — чем скорее он покинет «Млечный», тем всем спокойнее. Значит, последнюю ночь спим как беженцы? Это радует!

Омон и человек покинули медотсек и едва не на цыпочках прошли мимо каюты капитана, отметив, что сорванная дверь уже стоит на месте и изнутри не доносится ни звука. Она очутились в камбузе, где молча, отработанными движениями, развернули надувной матрас и улеглись, повернувшись спинами друг к другу. Торвис засопел почти сразу, а Гест какое-то время вздыхал, не зная, как половчее пристроить вторую пару рук…

Наконец, на корабле воцарилась полная тишина, и только мерное гудение двигателей указывало, что «Млечный» продолжает путь.