Часть 12

Описать чувство отвращения, которое, осознав всю глубину фразы, почувствовала Май одним словом невозможно. В нем было презрение и горечь, но еще больше – холодной иронии, колючей, как ледяные крошки.- Ты завидуешь Даяру? – с трудом разжав пальцы, окаменевшие на дверной ручке, Волчица обернулась к недавнему другу. – Неужели ты настолько не можешь преодолеть свою зависть, что начал сочинять подобные гнусные нелепости?- А если не сочиняю? – выражение лица Лиама стало обеспокоенным. Покачав головой, он шагнул ближе, попытавшись взять девушку за руку, но та отстранилась от парня. – Майдин, я хочу тебе лишь счастья. То, что ты испытываешь к своему так называемому мужу – иллюзия, и ты в ее плену. Этот оборотень забрал тебя у меня. Ты привязалась к нему от безысходности!- Даяр открыл мне глаза на то, что я не видела, - Волчица грустно улыбнулась. – Он спас меня, спас от бед. И не только меня, но и моих родных.Лиам, слушая девушку, опустил глаза в пол и, покачивая головой, крепко сжал челюсти. Сжались и его губы, и кулаки, сильно напряглись плечи.- Он никого не спасал. Просто купил. И ты позволила ему, - грустное настроение юноши быстро сменилось на ненавистную ярость. – Ты позволила ему. И продалась. Продалась как потаскуха! Хотя я мог дать тебе все, абсолютно!..- Ты жалок. До противного, - Майдин отступила к двери спиной вперед, изучая лицо своего недавнего возлюбленного. Снова взявшись за ручку двери, она заторопилась убраться подальше с удвоенным желанием. Отворив дверь, Волчица коротко взглянула на Лиама прежде, чем выйти наружу, повторяя сама себя, - Оставь в покое меня и мою семью.Май сама не знала насколько быстро она вернулась домой. Ее потряхивало от прошедшей беседы и она довольно долго не могла найти для себя занятия, которое могло бы избавить девушку от отвращения. Однако, встреча с прошлым дало свои ростки – какая-то часть Волчицы маялась, мечась, как зверь в клетке, по прутьям которой стучали загнавшие в ловушку охотники. Было жутко, было противно и тесно.Все валилось из рук. Ничего из начатого не спорилась до такой степени, что Майдин до боли закусывала ладони, борясь с наваждением. Зачем Лиам сказал ей такие гнусные вещи? Почему, почему он так уверен в своих словах? Он не настолько глуп, чтобы намерено нести бред, поэтому его поступок…- Майдин? С тобой все хорошо? – ласковые и такое теплые руки мужа легли на плечи девушки. Почувствовав прикосновение, Волчица бросилась на шею Даяру, принявшему ее в свои объятия. Чувство защищенности раскрепостило Май, и она разрыдалась от облегчения.- Так долго, ты так долго не приходил! – она прижалась губами к его шее, ощущая тепло мужской кожи.- Меня не было совсем немного! – оборотень гладил жену по щекам, улыбаясь ей. Прижав к себе, он некоторое время вообще не шевелился, давая супруге время успокоиться. – Ты беспокоилась, что староста не отпустит Атея и Майрин? Напрасно, он понял, что для ребят это самое лучшее будущее. Единственное, в чем осталась небольшая загвоздка – дом и земля, но Томас сам проследит за его продажей. Или выкупит сам. По крайней мере, если ты не хочешь оставить его за собой.- Ты все правильно сделал, - Майдин прижалась щекой к груди Даяра, начав улыбаться от наступающего спокойствия. Ее защитник рядом, он не позволит никому и ничему враждебному приблизиться к тому, что ей дорого. – Теперь все хорошо.- Я рад, - Даяр заправил Майдин прядку волос за ухо и поцеловал ее в висок.Неловкость и беспокойство растаяли туманом. Слыша голос Даяра, девушка занималась делами, украдкой поглядывая на так же не ленящегося мужчину. Нашедшие развлечение на улице дети не появлялись почти до самого вечера, поэтому равномерное течение быта не нарушали детские шалости, но даже когда их счастливый смех зазвучал в стенах дома, Май не испытывала неудобства. Более того, ей казалось, что лишь немного пошатнувшаяся гармония разорвет ее душу на части.Глубоким вечером, прислушиваясь к сонным шепоткам сестры и брата, устроившихся на печи, Майдин вязала воротник. Они с Даяром сидели у стены на своей соломенной постели, и оборотень практически не выдавал того, что дремлет в тепле, ласково перехватив супругу за талию. Волчица же, чувствуя спиной силу мужа, не тревожила его отдых. Лишь ненадолго оторвавшись от вязания, она оглядела комнату, утопающую в полумраке, разгоняемом оставленной лучиной, и тяжело вздохнула. – Брошенные семена ужасных обвинений со стороны Лиама давали всходы и не просто крепились – они поднимались бурьяном воспоминаний событий, произошедших в доме Седрум больше шести лет назад. Четкость произошедшего истерлась за годы, но Май все равно помнила, как помогала деревенскому знахарю лечить мать, находившуюся в бреду от глубоких ран. От маленькой Рин приходилось скрывать то, что отец больше не вернется к ним. Как она могла рассказать ей, что их отца больше нет? Маленький Атей, едва начавший говорить, мог просто капризничать, плачем звать родителей, но при виде старшей сестры затихать, но Майрин…Дина помнила, как мать строго наказала ей с младшими не выходить из дома, едва отец услышал шум со стороны сарая. Девушка, кажется, только-только из укромного уголка смотрела на стоящую в проеме двери мать, тревожно мнущую край накинутого на плечи шерстяного платка. Когда же эхом донесся полный боли вскрик, внутренний холод сковал тогда еще девочку на месте. Когда же на шум пришли соседи, было уже поздно. В ту ночь химерины пришли впервые и, еще напуганные, подались прочь, но для нескольких семей уже этот визит унес жизни дорогих людей.Мама прожила ненамного дольше отца, но двойная потеря сильно подкосила силы новой хозяйки двора. Без мужских рук хозяйство пошло на упадок, многое пришлось продать, чтобы просто похоронить родителей и подготовиться к зиме. Осиротевшим детишкам помогали, но ничто не смогло заменить родителей…От подкравшейся пустоты детства Майдин хлюпнула носом и отложила работу от себя. Даяр от звука глубоко вздохнул, чем привлек к себе внимание. Волчица подняла на него взгляд и, ласково улыбнувшись, поцеловала его подбородок. Оборотень улыбнулся сквозь дремоту и открыл глаза, молчаливо взглянув на жену.- Даяр, - шепотом позвала девушка, и мужчина улыбнулся шире, подняв одну руку к ее лицу, - мне нужно тебе сказать…- Да? – так же тихо усмехнулся зверочеловек, касаясь губами ее губ. Нежность мужа как впервые задурманила ее мысли. В попытках освободиться от прекрасных чар Май хотела прервать поцелуй, но Даяр только прижался сильнее. Рука обвила талию властно и сильно.- Даяр! – в выдохе произнесла она, коснувшись приближающиеся губы пальцами. – Любимый, позволь мне сказать, пожалуйста… Мне так тревожно…- Что же тебя беспокоит? – тоскливый взгляд оборотня изучал женские губы, но после поднялся, чтобы встретиться со взглядом Майдин.- Прости меня, милый, пожалуйста, - Волчица закусила губы, но даже почувствовав уходящий поцелуй мужа, не испытала облегчения. – Я виновата, что не была с тобой сегодня до конца правдивой. Мой поступок так гнетет меня!- Если дело лишь в этом, то не стоит убиваться, душа моя… - Даяр коротко поцеловал жену, коснувшись ее щеки. – Видимо, это я чем-то заставил тебя так поступить.- Дело вовсе не в тебе! – Майдин взяла в руки лицо мужа, любуясь знакомыми чертами. – Сегодня я встретила… Совершенно случайно, правда! Я встретила Лиама. Он… Он, - у Май от разочарования опустились плечи, - мы с ним могли пожениться прошлой осенью, но вместо этого я стала твоей женой, Даяр.Увидев промелькнувшую в глазах оборотня тоску, Волчица поспешно погладила мужа по волосам и щеке. Действие встретили недоуменным взглядом, который порадовал девушку – она удивила, но не отпугнула от себя.- Я счастлива, что произошло именно так, а не иначе, - Майдин коснулась Даяра легким поцелуем и прижалась к его груди. – Но Лиам не рад моему счастью. Более того, он ненавидит оборотней из-за произошедшего и поэтому наговорил мне столько гадостей!Даяр молчал, обнимая жену за плечи и успокаивающе гладил ее по спине- Лиам достаточно знает обо мне, чтобы ударить побольнее. Он утверждал, будто готов сбежать со мной, потому, что мне не место рядом с обманщиком. Будто бы он знает то, чего не знает никто в деревне! Якобы оборотни на самом деле прикрывают химеринов, которые мало от вас отличаются!.. – выговорившись Май крепко прижалась щекой к мужниной щеке, обвив его шею руками.Однако, какое-то странное напряжение в теле Даяра насторожило Волчицу, заставив ее отпрянуть и взглянуть на супруга. Мужчина хмурился, опустив хмурый взгляд и крепко сжав челюсти. Спокойное ровное дыхание сменилось тревожными вздохами, каждый из которого готов был перерасти в рык. Новая попытка обнять жену за талию у оборотня вышла очень осторожная и неуверенная.- Даяр, - Май опустила руку с плеча мужчины на широкую грудь, - Лиам что, говорил правду о вас и химеринах?Челюсти оборотня сжались сильнее, а морщина между бровями углубилась. Даже если зверочеловек не хотел говорить, девушка поняла, что она права в своей догадке. Ужас правды пробрал ее до глубины разума, застелив даже осознание того, что истина так долго не была известна. Наверное, узнай она об этом намного раньше, то в любой подходящий момент оставила бы уютный домик на берегу горной речки, ломанувшись едва ли не на ощупь через густой лес, если вообще бы не наложила на себя руки от страха.- Химерины убили моих родителей! – услышав собственный сорвавшийся голос, Май оглянулась на спальное место брата и сестры, но дети или крепко спали, или острый слух слишком усилил упавший до хрипа шепот.- Я знаю, - губы Даяра едва шевелились, а его боль, что не могло выразить тело, но тяготила душу, Волчица чувствовала как свою, - и от знания этого у меня чувство, будто твои родители – это и мои. Если бы ты поняла, что химе… хаддары… Они не виноваты в том, что с ними творится последние годы. Их кровь вырождается, и с деревней, прежде такой же большой, как и наша, начали происходить ужасные вещи. Безумие взрослых, слабость детей – если они вообще рождались. Безумие росло, забирая с собой контроль над телом. Опьянение от животной силы было слишком сильным против тех крупиц разума, что все еще оставались. Я знаю каково это – терять рассудок, я был сам близок к этому, готов к этому, но ты вернула меня обратно, Майдин, показала, что в моей жизни еще есть смысл. У них же нет такой помощи. Все, что мы можем – уменьшить потери, которые могут принести хаддары-химерины. И сохранить их тайну. Если бы все вышло наружу, то других хаддаров – если они еще остались – просто-напросто уничтожили. Стали бы устраивать на них охоту. Наверное, только редкость их животного облика уберегала их. Мы не давали им подходить близко, истребляя в лесу. Безумцы не уходили дальше вашей деревни – горы, холод и голод убивали их сами, но людям не стоило знать и части этого, поэтому мы и заключили с вами договор. Вашей деревне доставались «трофеи» - хвостовой шип, в то время как сами тела, после смерти мало отличимые от человеческих, мы доставляли родным для последних почестей… Они попросили нас, и мы сделали это. И они бы сделали это для нас, случись с нами подобное.- И тогда бы хи… хаддары заключили бы с нами договор? – задала сама себе вопрос Майдин, нахмурившись, но после повернула лицо к лику мужа, задумчиво надув губы. – Наверное, меня бы тогда выдали замуж на одного из хаддаров. Не представляю себя ничьей, кроме как твоей, Даяр…Внимательный взгляд оборотня долго изучал Май. Осторожная улыбка впервые появилась после долгого откровения, прогоняя тягучую горечь правды. Грубоватая мужская ладонь коснулась девичьей щеки.- Хаддары, может, и живут замкнуто, но они веселые ребята. И парни у них симпатичные есть, - хмыкнул оборотень, практически безразлично пожав плечами, вот только Майдин, немного изучившая любимого, разглядела прячущуюся ревность. – И у всех такие красивые золотисто-желтые глаза…Обиженно нахмурившись, Май пристально посмотрела на мужа и тихо прильнула к его груди, потершись щекой. Близкий запах и тепло мужчины успокаивали ее.- У тебя все равно самые красивые глаза, - Волчица вроде бы покачала головой, но получилось, что она снова и снова пыталась зарыться лицом в одежде оборотня.- Ну, они еще светятся в темноте, - Даяр будто продолжал набивать цену, но новую попытку его супруга прервала крепким объятием, и мужчина замолчал, прижав девушку к себе.- Я лишь боюсь, что Лиам расскажет правду местным… - робко вздохнула Май, наслаждаясь лаской.- Не расскажет. А расскажет – мы уйдем, и будем наблюдать издалека, все равно соблюдая договор с нашей стороны, - успокаивал ее мужчина, изредка слишком сильно сжимая жену, словно боялся потерять ее. Волчица торопливо подтянула к себе одеяло и завернула их обоих в его просторы.

Но и эта встреча подходила к концу. Отговаривая себя от предстоящей тоски разлуки, Майдин напоминала себе о том, что после наступления теплых дней она и ее родные вовсе уедут в ее новый дом, навсегда оставив позади тот, в котором она родилась и выросла. Девушка так решила для себя – даже если она и оставила здесь большую часть жизни, та в редких своих случаях была радостной и беззаботной, какой и следовала бы быть у ребенка. Оставляя же его в своем сердце, она оставит вместе с ним все свои горести и боль, которые ей больше не нужны. – Она счастлива, впервые за всю свою жизнь счастлива настолько, что закричи Май от своей радости, той бы не убавилось и на каплю.Даяр, готовящийся к уходу, медлил сам. Он отвлекался от сборов то поддерживая шалости, то чем-либо помогая жене с повседневными делами. Волчица, постоянно ловящая на себе игривые взгляды мужа, прекрасно понимала его поведение, хоть и первой решилась отвлечь себя от мыслей о расставании, пусть и недолгом. Решив помочь мужу, она ненадолго скрылась от него из виду, выйдя на приятный мороз, чтобы снять вывешенное сушиться стиранное белье. Вставшая колом одежда скорее складировалась на корзину, нежели складывалась в нее. От холодного воздуха пальцы Май быстро порозовели, но она не теряла задора, изредка косясь на светло-фиолетовое зимнее небо.- Хорошая сегодня погода, - раздался голос рядом с Майдин, и девушка обернулась. При виде Лиама она растерялась, но быстро взяла себя в руки, вернувшись к делу.- Чего тебе, Лиам? – бросила Май, чуть не выплеснув раздражение на уроненную в корзину одежду.- Я хотел тебя увидеть, - робко улыбнулся парень, зажмурившись от солнечного лучика и коротко подняв к небу глаза.- Увидел? – язвительно поинтересовалась девушка, поднимая корзину и направляясь к дому. – Можешь теперь отправляться восвояси. Я тебя не держу. Можешь идти, давай, давай!- Дина, да что с тобой? – Лиам преградил ей путь, коснувшись разделявшей их корзины с заиндевелым бельем. – Прости меня, что нагрубил тебе. Не знаю, что на меня нашло. Как подумаю, что ты в лапах…- Ты что, не расслышал, что я тебе сказала? Я не хочу ни видеть, ни слышать тебя и о тебе, а уж думать о тебе мне совсем неудел. Так что просто исчезни, словно и не приходил, - Майдин попыталась обойти наглеца, но тот крепко вцепился в ее ношу и, все-таки отобрав, поставил корзину на снег.- Перестань, малышка. Ты словно меня не узнаешь, - юноша взял Волчицу за плечи и легонько встряхнул. Его губы дрогнули в улыбке.Резко двинувшись, Май освободилась от хватки, шагнув назад. На лице ее появилась ярость, и Лиам заметно дрогнул под свирепым взглядом. Заминкой девушка воспользовалась, чтобы забрать белье и рвануть к дому, но отошедший от ступора юноша бросился следом, перехватив ее за руку и развернув лицом к себе. Он так близко находился, что Майдин ощущала его дыхание, но решимость ей очень захотелось переломить хорошей пощечиной, и та вполне бы отрезвила Лиама, если бы не звук закрывающейся входной двери совсем близко.Увидев Даяра, Волчица без слов ждала от него хоть какой-то помощи, но увидев его задумчиво-ледяной взгляд, почувствовала, как все внутри грохается в пустоту. Лиам в присутствии оборотня даже не попытался отойти от его жены, в то время как зверочеловек просто молчал, а, спустя минуту тишины с обеих сторон, решительным шагом отправился к калитке, поправляя тощую торбу на плече на ходу.- Даяр, постой! – Май практически швырнула корзину в снег, бросившись за ним следом, но широко шагающего мужчину догнать было нелегко. – Даяр, во имя всех Богов, остановись!Замерший на месте оборотень позволил к себе приблизиться, но даже при виде лица жены не изменился.- Любимый, в чем… - Волчица попыталась взять его за руку, но брови мужчины угрожающе сдвинулись.- В чем дело? – сквозь зубы свирепо выдохнул он, расправляя плечи. – В том, что женщина у нас сама выбирает то, что ей нужно!Поджав губы, он отвел глаза, переживая какие-то болезненные для него мысли, после чего тряхнул головой и, прибавив скорости, продолжил прерванный путь, боле не остановившись по просьбе супруги. В бессилии наблюдая за тем, как Даяр уходит, Майдин сдерживала вой боли в груди даже когда возвращалась обратно.Входя во дворик, поднимая с земли корзину, она не замечала все еще присутствующего Лиама до тех пор, пока почти не ткнулась в его грудь, когда парень перегородил ей путь к двери. Только тогда она подняла на него глаза, на которые уже навернулись слезы.- ТЫ! Убирайся прочь! – крикнула она в попытке отодвинуть преграду рукой, но, поняв тщетность усилий, двинулась к входу в дом через заднюю дверь. Парень шел за ней следом.- Милая, успокойся, все же хорошо, - неуверенно бормотал он, блекло улыбаясь.- Уходи! – рычала Май, пробираясь к входу в дом, но, бросив ношу у порога, схватилась за первое, что попалось под руку – небольшое поленце из ряда сложенных дров. При виде необычного оружия Лиам насторожился, особенно, когда оно полетело в его сторону, пусть даже и не попало.- Майдин, ты не в себе! Остынь! – в попытках подойти парень поднял руки, но это не уберегло его от очередного снаряда.- Убирайся! Я сказала – выметайся и не появляйся больше в этом дворе никогда! – Май швырнула в Лиама еще бревно и тот, сжавшись, скрылся за углом дома. Что до Волчицы, с уходом так и не состоявшегося жениха силы разом покинули ее. Девушка сначала долго смотрела на оставленную корзину с чистой одеждой, потом обводила взглядом разбросанные дрова. Вернув дровянику то, что ему причиталось, она взялась за корзину и наконец-таки вошла в дом через заднюю дверь, заперев ее после себя на засов. Случившееся слишком быстро разом надавило на Майдин, и она сползла по стене, прикрыв лицо руками, но хлынувшие слезы только усилили боль.

Надежда на то, что все образуется, робко пряталось в девушке весь остаток зимы, продолжавшей следить за детьми и домом. Но к тому времени, как сошел снег и зелень мало-помалу захватывала все вокруг, ничего не изменилось. Даже когда пришел первый маленький отряд оборотней, малознакомых Май. За прошедшие пару-тройку месяцев она заметно изменилась, и о перемене подруге не раз говорила Мари, всерьез опасающаяся за здоровье урожденной оборотницы. Майдин и сама себя чувствовала не слишком-то и хорошо, постоянно не высыпаясь и мучаясь от ломоты в теле. Разбитость преследовала ее, а вот чувство голода то наступало, то держалось где-то в поле зрения, ехидно показывая язык. Вот только Волчица почти не обращала на это внимания, поглощенная мыслью о том, что никогда не сможет видеть любимого мужа просто потому, что тот не позволил ей объяснить всю глупость и нелепость увиденной им сцены. По крайней мере, Лиам больше не беспокоил знакомую, держась от нее на расстоянии, да и Май и не видела, что тот продолжает за ней украдкой наблюдать. Ее разрывало желание самой отправиться за мужем, но останавливало то, что она хоть и чувствовала, но не знала дороги, и пара детей в доме.Подкрадывалось лето, и Май все больше времени проводила время на земельном участке при доме, хоть еще не так давно и не собиралась за него браться. Иногда она думала об отцветающем саду у мельницы, о пасеке неподалеку, и от невозможности увидеть всю эту красоту по ночам беззвучно плакала в тайне от сестры и брата, порой задающих ей вопрос о том, когда вернется «брат». Майдин молчала, поджимая в улыбке губы и пожимая плечами, снова и снова уходя от ответа в свой маленький садик.Последний не подводил – растеньица поднимались к свету, радуясь возможности расти. От зелени приходилось иногда отгонять оставшуюся с прошлого года пару куриц, норовивших проредить грядки. Случалось от них откупаться неаппетитным для птиц сорняком, не слишком жалуемом на участке.В очередной раз вырывая траву и скрадывая ее в плетенку, Май подняла голову, чтобы поправить выбившиеся из-под платка волосы, как вдруг заметила, что у изгороди из лозняка стоит знакомая фигура. Еще немного подняв взор, она почти сразу же опустила голову, принявшись рыхлить почву у корней готовившихся зацвести овощей.- Ты совсем не жалеешь себя, - произнес Лиам, скрестив руки на груди, но быстро опустил их вдоль туловища. – Только погляди на себя - во что ты себя превратила, малышка?- Не перед тобой мне оправдываться, - отрезала Май, отряхивая руки от земли и вставая.- Я желаю тебе только добра, - Лиам покачал головой, грустно рассматривая девушку.- Я запретила тебе… - Волчица попыталась отмахнуться от почти потерявшегося из вида юноши.- Я не зашел во двор, - вывернулся парень, уверенно улыбнувшись и перехватив одну руку другой за запястье. – Мне показалось, что мое общество – каким бы оно ни было – тебе не повредит.- Верно говоришь - «показалось». Оставь меня – это мне нужнее, - Майдин решительно поправила платок и двинулась по дорожке. Как назло, та шла вдоль забора.- А мне – и не только мне – кажется, что тебе нужно хорошенько отдохнуть. И поесть что-нибудь, - молчание девушки позволяло юноше говорить, и он этим пользовался. – Ты и раньше не слишком много ела, но теперь я могу тебе дать не только хорошую еду и приличный кров…- Ты оглох? Мне не нужно от тебя ничего! – Май обернулась к Лиаму, не зная, как ему объяснить все так, чтобы он больше и не вздумал заговорить с ней.- А я не могу тебя так оставить. Как ты не поймешь? – парень тяжело вздохнул, оглядывая девушку с ног до головы. – Мне больно видеть тебя такой. Особенно, когда твой «любимый муж» вот так тебя оставил…- Что ты хочешь? – прямо спросила Волчица, вдруг осознав, что может вновь сорваться как и прошлый раз. – Что я должна сделать ради собственного покоя? Что мне сделать, чтобы ты отстал от меня совсем?- Что сделать? – опешил Лиам от такого поворота событий. Видимо, он совсем не ожидал наступления, привыкнув к неуступчивости девушки. Пожевав губы, он довольно улыбнулся. – Проведи со мной вечер. Просто побудь рядом. Я всего лишь хочу, чтобы ты поужинала нормальной едой. Ты можешь молчать. Я лишь хочу увидеть, что ты действительно не нуждаешься во мне.- Я действительно не нуждаюсь в тебе, - Май сжала челюсти. Она очень давно так много не говорила ни с кем, даже с Мари.- Тогда докажи это. Приди сегодня в таверну на один вечер, всего один, - Лиам не сводил с Майдин тоскливого взгляда. – Я не прошу ничего большего. Пообещай…- Ма-ай-ди-и-и-н! – прервал разговор радостный зов Атея. Сам мальчишка вприпрыжку летел по улице, не смотря под ноги. Беспечность его подвела – он плюхнулся в пыль, споткнувшись о неровности дороги, но быстро вскочил, словно и не падал вовсе. Калитка не успела хлопнуть, закрываясь за мальчишкой, а тот уже подбегал к сестре.- Майдин, пообещай! – поторопил Лиам, видя, что внимания на его персону уделяют все меньше и меньше, но оборотница пропустила его слова мимо ушей – счастливый вид брата интриговал ее.- О-оборотни! – задыхаясь от восторга, выдал мальчик. – Пришли! Новые! Я волка видел! Даяра!- Даяр! – как заклятье шепнула Май, на ходу снимая рабочий фартук и отряхивая платье. Небольшая обида за то, что муж не пришел сразу к ней, начинала кусать, но Волчица знала, что простит ему все, что угодно, как только вновь окажется в его объятиях.Группа оборотней дружно обсуждали что-то между собой, пока половина из них собиралась в обратный путь. Знакомый запах обрадовал девушку, но как только она подошла еще ближе, последовало разочарование – Атей ошибся, хоть и ненамного – среди пришедших действительно был оборотень волк.- Кьяр, - устало позвала оборотня Майдин, подойдя к нему. Атей, последовавший за сестрой, с интересом изучал полулюдей. Май же, даже если и были среди охранников хоть один ее знакомый, не обратила больше ни на кого внимание.- Сестрица Майдин! – обрадовался юноша, шагнув к Волчице, но нерешительно остановился в шаге от нее. Девушка некоторое время разглядывала родича, а после, всхлипнув, повисла у оборотня на шее. Зверочеловек, обняв невестку, обменялся с родичами молчаливыми взглядами и двинулся в сторону деревни.Ненавязчиво Кьяр проводил обоих Седрум до дома, что со стороны Волчицы было несложно – она просто волочилась следом, вчепившись в мужское плечо, разбитая и расстроенная.. По дороге перевертыш почти ничего не говорил, все больше стараясь развеселить невестку, чем завоевал симпатию ее брата. Май пыталась отыскать хоть какие-то знакомые черты в оборотне, чтобы от отсутствия любимого не было так неприятно, чтобы создать хоть какую-то иллюзию того, что ее муж все-таки рядом с ней, но неудачи еще больше подавляли ее.- А здесь миленько, - произнес молодой мужчина, заходя под крышу домика. Оглядевшись, он поторопился усадить Майдин на лавку и заключить ее ладони в свои руки. Яркие глаза оборотня заглянули в потухшие очи девушки. – Сестрица, на тебе лица нет! Не знаю, что между вами с Даяром случилось, но вы с ним сейчас выглядите одинаково…- С ним все хорошо? – словно очнувшись ото сна, спросила Майдин.- Хорошо, если не считать, что его словно пыльным мешком пристукнули, - засмеялся Кьяр, вдруг нахмурившись и косясь по сторонам. Заметив продолжающего его изучать Атея, он подмигнул мальчику. – Малец, принеси сестрице водички с колодца похолоднее. Ей бы попить и умыться…- Меня Атей звать, - расцвел мальчишка, закивав. – Сейчас принесу!- Давай, Атей, - усмехнулся оборотень, глядя, как ребенок берется за ведерко и на радостях вылетает за дверь. Как только мальчик закрыл за собой дверь, Кьяр напрягся, болезненно сжав девушке пальцы, из-за чего она недоуменно на него посмотрела. Май попыталась высвободить руки, но оборотень только крепче вцепился, выводя Волчицу из ступора.- Кьяр, мне больно! – пискнула оборотница, и мужчина ослабил хватку.- Тогда объясни мне какого черта тут вообще происходит! – прошипел он, присаживаясь на корточки и строго посмотрев на Майдин. Через секунду его взгляд смягчился, став очень обеспокоенным. – Даяр изменился, очень, но сейчас его совсем не узнать и… - Кьяр поморщился, снова огляделся, как-то сжался в плечах. Его ноздри широко раздувались, когда он вдыхал и выдыхал воздух. - Я же знаю, что тут больше… но как же… - с подозрением покосился на девушку оборотень, а затем его лицо разгладилось, глаза расширились от удивления, на губах появилась восторженная улыбка.- Что? – непонимающе пожала плечами Майдин на такую перемену, осмотрев себя сама и снова посмотрев на Кьяра.- Завидую брату. И желаю вам и вашей дочке здоровья, - очень тихо прошептал оборотень, не в пример прошлому поведению погладив руки Май.