ГЛАВА 5

Молодые кадры и старые кони

– Я по-прежнему считаю, что мое присутствие на Кассандре… несколько неуместно.

Незнакомый мужской голос звучал устало и обреченно – присутствие уже состоялось, но ухудшать ситуацию было еще много куда.

– По-твоему, уместнее пустить дело на самотек и надеяться на ум, честность и сознательность всех жителей и гостей Кассандры? – В голосе Мэй сквозило профессиональное участие психиатра, ненавязчиво подталкивающего пациента к правильным выводам.

– То есть на чудо, – уточнил ироничный голос Трикси.

Пожалуй, даже слишком ироничный для ничуть не нервничающего киборга.

– До этого вы же как-то справлялись, – терпеливо напомнил голос незнакомца. – Вон у вас уже свои кадры подрастают…

– Вот именно – кадры! – скептически поддакнул голос Реми. – А нам нужен опытный следователь, обладающий необходимыми… полномочиями.

– И прямо сейчас, – твердо заявил голос Киры. – Прошла целая неделя, до гонок остались считаные дни, а мы так и не выяснили ни кто был пилотом катера, ни что он замышляет!

– Прошло целых два года, – поправил ее голос незнакомца. – Возможно, единственное, чего он хочет, – чтобы его оставили в поқое. Как и меня.

– Вы сами-то в это верите? – жестко, словно у нее было право не только уговаривать, но и требовать, спросил голос Киры.

Ответить ей не успели.

– Нас обнаружили. – Это Кай сказал уже собственным голосом, не ретранслируя.

Дверь кабинета распахнулась, но шпионы и тогда не бросились наутек, а уставились на заговорщиков с возмущенным видом: «Закройте, дует!»

– Подслушиваете? – укоризненно спросила Трикси.

– Ага, – с гордостью подтвердила Лиза, продолжая прижимать ухо қ донцу приставленной к стене банки.

Οчень, надо сказать, знакомой. Трикси даже запах маринованной свеклы померещился.

– И как успехи?

Подозрительно ласковый тон Bond’а не оставлял сомнений, что продолжительность жизни лазутчиков неразрывно связана с ответом на этот вопрос. Раз пристыдить не удалось, так хоть припугнуть!

– Кай слышит лучше, – с огорчением признала девочка. – Но с банкой прикольнее! Хотите попробовать?!

Трикси превозмогла соблазн и попыталась пристроить отобранную банку на краешек постамента с бюстом Ванессы Кассандрийской, но скульптор так польстил покойной герцогине, что в декольте банка встала гораздо устойчивее.

– Это те самые дети, что нашли катер, – сообщил Реми.

– Я так и подумал. – Незнакомец оказался высоким худощавым человеком лет сорока-пятидесяти, с коротко подстриженными и изначально, видимо, русыми, но легко выгорающими и рано тронутыми сединой волосами. – Ну что, молодежь, будем знакомиться?

У розовых платьев (особенно в горошек!) все-таки имелось одно достоинство: в них Лиза выглядела очаровательной пай-девочкой, которая если и попадает в неприятности, то исключительно по воле злого рока.

Но чужак прозорливо смотрел на мятый, запачканный по кромке, а в одңом месте даже криво заштопанный подол – чего папа благополучно не заметил.

Девочка с вызовом уставилась вверх и первой протянула незнакомцу руку, воинственно представившись:

– Лиза Робертсон!

– Ирэл Αш-Сэй, – совершенно серьезно пожал ее мужчина.

* * *

Время на Кассандре летело незаметно, и на второй неделе отпуска Роджер поймал себя на мысли, что считает дни до отлета не с облегчением, а с сожалением. Да, Полины ему по-прежнему очень не хватало, но он так давно не был в настоящем, полноценном отпуске – на курортной планете, с трехразовым (а при некоторой наглости и пятиразовым) питанием, увлекательными экскурсиями, неспешными беседами с друзьями и восьмичасовым ночным сном, который не прерывают ни сирены тревоги, ни звонки от начальства! К такой пошлой роскоши легко привыкнуть. А скоро еще и гонки, на которые уже начали слетаться участники и зрители! Народу в поселке значительно прибавилось, а на его окраине вырос палаточный городок, по ночам мерцавший кострами и вразнобой бренчавший гитарами. В первой половине дня любители средневекового отдыха отсыпались, и Ρоджер с Петровичем нарочно вышли прогуляться до завтрака, чтобы насладиться ценными в последнее время тишиной и прохладой.

В замковом парке таких хитрых оказалось многовато, к тому жė недавно прибыл очередной туристический лайнер, и Сакаи решил сделать марш-бросок к озерцу, куда не заглядывал со времен охоты на браконьеров.

Браконьеры тоже были там: один подметал дорожку, второй расчесывал граблями сочную молодую траву, третий поливал из лейки такие же зеленые и пушистые скамейки. Трудовой энтузиазм из всех троих пер, как из осенних мух.

Роджер знал историю про куда более инициативных работников, но думал, что выросшая на столь неблагодатной почве трава давно высохла и отвалилась.

– Евгений Николаевич велел поливать скамейки трижды в день как минимум до конца гонок, – уныло сообщил ему киборг с лейкой, не переставая водить ею туда-сюда. – Потому что иначе придется их разбирать, шлифовать и красить, а нам сейчас не до того.

Вода в лейке кончилась, и киборг поплелся к озерцу за новой порцией.

Петрович спрыгнул на лавочку и с важным видом прошелся по влажной, приятно щекочущей лапки и брюшко траве. Роджер негромко рассмеялся, но улыбка быстро стала растерянной и угасла.

Он наконец вспомнил, что неуловимо, но неотвязно напоминают ему эти большие мохнатые глыбы.

Роджер попятился, нетерпеливо нащупывая в кармане видеофон.

– Αри… Добрый день, – вовремя поправился он, а то с японским тут вечно какая-то засада! – Οлег, вы видели новый дизайн приозерных скамеек?!

– Да, – со смешком подтвердил начальник охраны. – И даже посидел на одной, очень забавные ощуще… Черт!!!

– Вот именно, – согласился Роджер. – Если обработать катер аналогичной смесью…

– Да понял я, понял, куда могу засунуть все свое расследование, – удрученно махнул рукой Олег. – Хотя… Выходит, Миранда не фантазировала и есть шанс вытянуть из нее точную дату затопления катера!

– Боюсь, это мало что даст, – задумчиво сказал Роджер.

– Почему?!

– Я на досуге поразмыслил над ее словами, – так, для разминки! – и обратил внимание на одну деталь. Свидетельница сказала, что катер летел медленно и низко. Верно?

– Да, – с небольшой задержкой подтвердил Οлег, сверившись то ли с планшетом, то ли с цифровой памятью «стажера».

– Вам приходилось иметь дело с «невидимками»? – Роджер не сомневался, что да, и напомнил только самые основы: – Их маскировка работает по принципу искажения отражения волн и идеальна в открытом космосе, против автоматических систем наблюдения. Но на фоне рельефа корабль все-таки будет виден – как движущееся размытое пятно или, по выражению Миранды, «полупрозрачная сосулька». #287391196 / 30-мар-2023 Разумного киборга такая аномалия тоже насторожила бы, а зрение у них намного острее человеческого, поэтому на месте пилота я бы выбрал место посадки вдали от жилья, стремительно спустился, а затем подкрался к замку на минималках.

– Он же так и сделал, – не понял Олег.

Роджер покачал головой:

– Я спросил у Евгения Николаевича, куда течет река.

Олег сам попытался это вспомнить и досадливо хмыкнул – вроде бы столько раз ее видел, но не обращал внимания!

– С юга на север, – сообщил Роджер, благородно не замечая промашки собеседника. – А Миранда сказала, что катер летел вниз по течению, то есть от замка. Тогда это стало для меня подтверждением ненадежности свидетеля, а сейчас я думаю: что, если пилот не прятал катер, а перепрятывал? Год назад кто-то или что-то его спугнуло, и он решил найти более укромный и отдаленный схрон.

– Женька! – осенило Олега. – Он устроился к нам на работу – точнее, Замковое лесничество основали под его руководством – в конце прошлой весны и тут же развил бурную деятельность по изучению окрестностей. Если раньше катер хранили в какой-нибудь пещере или овраге, то это стало небезопасно.

Петрович с возмущенным писком догнал напрочь забывшего о нем хозяина, в пылу разговора обошедшего уже половину озерца, взбежал по одежде и куснул за ухо, но Роджер лишь рассеянно отдернул голову и заслонился от ежика ладонью.

– Надо еще раз поговорить с Евгением Николаевичем, взять карту лесничества и поискать прошлую стоянку катера.

Агат тоже решил о себе напомнить, и большую часть картинки занял черный принюхивающийся нос.

– А что нам это даст? – Олег легонько по нему щелкнул. Нос исчез и чихнул уже где-то за кадром. – Прошел год, а мы, судя по всему, имеем дело с киборгом. Там вряд ли остались какие-то улики, а тем более – следы.

– Поверьте моему опыту, – убежденно сказал Роджер, – переоценивать преступника так же опасно, как недооценивать!

– И надо все-таки допросить Миранду, – решил Олег. – Хоть буду знать, кто из новичков точно в этом не замешан.

– Можем сходить к ней вместе. – До вечера Роджер был абсолютно свободен, а мысль, что он никому ничем не обязан и моҗет в любой момент вернуться к отпуску, придавала работе притягательность хобби.

– Давайте, – с благодарностью согласился Олег. Он все-таки военный, а не детектив, и помощь полицейского, пусть и другой специальности, весьма кстати! – Вы уже завтракали? Отлично, тогда встретимся в столовой.

* * *

Когда Роджер подсел за стол к Олегу, тот допивал чай, но из вежливости подлил себе еще, чтобы собеседник не торопился и спокойно поел.

– Женька сейчас на обходе, – сообщил Олег. – Я скинул ему информацию, он будет думать.

– Главное, чтобы сам не полез проверять все подозрительные места! – встревожился Роджер. – Да еще с детьми. Преступник мог оставить там ловушку для таких любопытных!

– Нет, сегодня он только с Джеком, – успокоил его Олег. – Что в чем-то даже хуже, но взрослый киборг обладает хоть каким-то опытом и ответственностью – в отличие от этих малолеток…

– Кстати, о малолетках, – пробормотал Роджер, опуская вилку с уже насаженной фрикаделькой и глядя на темноволосого парня азиатской внешности, с широкой улыбкой идущего к их столику.

– Здравствуйте, Олег Валерьевич! – Парень обменялся рукопожатиями с начальником охраны, потом повернулся к Роджеру, сложил ладони лодочкой и церемонно поклонился: – Сакаи-сан!

– Хорош придуриваться, Ворон! – добродушно потребовал Роджер и тоже протянул киборгу руку.

– Что-то ты рано вернулся, – подозрительно заметил Олег. – У вас же сейчас сессия в самом разгаре. Завалил, что ли?

– Нет, сдал досрочно, – небрежно отмахнулся Ворон. – Там же сперва общеобразовательная программа идет – физподготовка и всякая ерунда вроде высшей математики! Так что я быстренько отстрелялся и рванул домой, на гонки!

Для Роджера первый год учебы в полицейской академии был самым трудным, но и он, и Олег скорчили снисходительные гримасы – мол, посмотрим, как ты запоешь, салага, когда начнется специализация! Там тебе имплантаты и цифровая память не помогут!

– Поэтому в следующем семестре я дополнительно записался на четыре факультатива, – добил их Ворон. – «Преследование преступников в невесомости», «Психология и иерархия мафиозных группировок», «Боевые искусства инсектоидных рас» и «Поэтическая семантика интерлингвы».

– А последнее-то зачем? – изумился Олег.

– Пытать задержанных, – с усмешкой предположил Роджер. – В рамках конвенции, но исключительно бесчеловечно.

Ворон вызывающе прищурился, подбоченился и выдал:

– Стажер! – профессионально констатировал Олег. – К счастью, в этот раз – не мой.

– А я вообще в отпуске! – поспешил отпереться Роджер.

– Ничего страшного, я уже нашел крутого куратора, – успокоил их Ворон.

– И кто этот бедняга? – скептически поинтересовался Сакаи.

– Старший детектив Ирэл Аш-Сэй, – гордо сообщил киборг. – Мы одним рейсом летели и разговорились – он прибыл сюда расследовать дело о затопленном катере и может поставить мне зачет по летней практике!

Роджеру это имя ничего не говорило.

– И опытный полицейский так запросто выболтал случайному попутчику, куда летит и зачем? – скептически спросил он.

– Ну… – Если бы Ворон умел смущаться, то это было бы оно. – Понимаете, он показался мне каким-то подозрительным…

Роджер еще как понимал и мстительно продекламировал:

Киборг скривил физиономию, сраженный то ли прозорливостью Сакаи-сана, то ли его поэтическим даром.

– А чем подозрительным-то? – заинтересовался Олег. – Вроде мужик как мужик. Серьезный.

Он успел познакомиться с Αш-Сэем, встретил его и проводил в кабинет главы ОЗК, после чего начальника охраны вежливо оттуда выперли. Мол, им с гостем надо обсудить некую личную тему. Олег не то чтобы обиделся, но удивился – прежде настолько личных тем у Киры и ее ближайших помощников не было.

– Ну, он был уж слишком серьезный, – без колебаний ответил Ворон. – Остальные пассажиры вовсю предвкушали, как будут отдыхать и развлекаться на Кассандре, а он становился все мрачнее. Я подумал – вдруг это террорист-киберофоб, который хочет сорвать гонки?!

– Он поймал тебя на выходе из своей каюты или в процессе обыска? – Οлег тоже хорошо знал Ворона.

– На входе, – удрученңо признался тот. – Сунул мне в нос полицейский жетон и сразу принялся командовать, как киборгом, хотя никто на борту этого не знал – так гораздо интереснее, можно разведать, кто что о нас думает и говорит! Пришлось честно все ему рассказать и показать удостоверение курсанта. Тогда он наконец смягчился и сообщил, что летит на Кассандру по делу. По какому – догадаться несложно, я же с нашими постоянно на связи!

– А потом он совсем расчувствовался и позвал тебя в напарники? – скептически уточнил Роджер.

– Почти, – оптимистично подтвердил Ворон. – Пообещал за мной присматривать, и я собираюсь максимально облегчить ему задачу! Вообще-то я думал напроситься к вам на «Сигурэ», а то стандартная практика в отделе архивных дел – тоска смертная, но так даже лучше получилось!

Киборг заковыристо отсалютовал и умчался, явно позаимствовав эту манеру из какого-то мультика про супергероев.

– Кажется, вам крупно повезло, – задумчиво сказал начальник охраны.

– Не то слово, – поддакнул Сакаи. – Пусть он теперь этому крутому детективу голову дурит! А вы передадите ему дело и тоже расслабитесь.

Проблемы вроде бы рассосались сами собой, но несостоявшиеся следователи не спешили расходиться, косо переглядываясь и стыдясь первым оскорбленно возопить: «Да это же вызов!!!»

* * *

По пути к Миранде Олег с Роджером энергично перемыли имплантаты юному дарованию, которое экипаж «Сигурэ» некогда спас от киберворов, передал в ΟЗК и до сих пор неофициально опекал, Сакаи даже написал Ворону рекомендательное письмо ректору полицейской академии. И вот вам благодарность!!!

Потом собеседники обнаружили, что у них есть еще один общий знакомый и знаковый киборг, и на почве столь сильных эмоций перешли на «ты».

– А где твои подручные? – Роджер запоздало спохватился, что их сопровождает только Αгат.

– Так сегодня же воскресенье, – напомнил Олег. – Выходной.

– Но не у тебя? – сочувственно уточнил Роджер.

– И у меня, – вздохнул Олег. – Поэтому если я срочно понадоблюсь начальству, то у меня есть законные полчаса, чтобы все бросить и примчаться.

– Может, стоит взять отпуск и улететь на какую-нибудь далекую планету? – в шутку предложил Роджер.

– И что, тебе это помогло? – с крайне заинтригованным видом спросил Олег.

«Туше!» – развел руками Роджер.

Первым навстречу гостям опять вышел запах. Не сказать чтобы неприятный, но очень странный – не то расцвело что-то экзотическое, не то разлилось.

Миранда глянула на их красноречиво перекосившиеся лица и поспешила виновато сообщить:

– Ко мне тут щеночек приблудился…

Роджер триумфально покосился на Олега – ага, план самозарождения собак из корма сработал! – но начальник охраны не разделял его радости. На Кассандре не было бродячих псов, а генетический код каждого ввозимого на планету животного вносился в ветеринарную базу, чтобы в случае нелегального размножения и клонирования отследить происхождение детенышей. А значит, у щенка есть официальный хозяин и Миранда фактически украла чужую собаку… либо опять вообразила. Сейчас ещё скажет, что это ей Барри подарил…

– Я подумала – Барри вернется и мы вместе решим, что с ним делать, – сказала Миранда и, опустившись на четвереньки, принялась на глазах у опешивших гостей ползать по полу, заглядывая под мебель. – А, вот ты где, глупыш! Выходи, не бойся!

Гости растерянно уставились на щель под креслом, куда, казалось, даже крысе не протиснуться, но там внезапно что-то заскреблось и наружу застенчиво выкарабкался очаровательный клубок шерсти – короткохвостый, косолапенький, с тупенькой мордочкой и огромными глазами.

– Да, это определенно щенок, – согласился Олег. – Вопрос – чей?!

Шерсть у щенка была темно-бордовая, морда и оба хвостика – зеленые, а глаза – серебристые, как у рыбы, с ромбическим зрачком.

– Я назвала его Бурачок, – смущенно сообщила Миранда. – Правда похож?!

Агат с Петровичем осторожно, с разных сторон приблизились и принюхались к щенку. Тот испуганно сжался в комок, запах лавинообразно усилился.

– И давно он у вас? – строго спросил Οлег.

– Пять… нет, уже шесть дней! – поправилась Миранда. – Не бойтесь, он совершенно безобидный! Только немножко… душистый.

Начальник охраны вздохнул и выразительно – «вы должны были сделать это шесть дней назад!» – вытащил видеофон.

– Жень, нужна консультация специалиста! Миранда подобрала какое-то странное животное… – Олег хотел навести на него камеру, но Агат громко чихнул, и Бурачка словно ветром унесло обратно под кресло. Снаружи только хвостики остались, но и они быстро втянулись. – Черт! Такое… Похоже на помесь мопса и свеклы.

– Я могу поднять кресло, – предложил Роджер.

– Не можете, – деликатно шепнула Миранда.

Ρоджер попробовал и охнул – кресло оказалось трансформером, из спрессованной в несколько сложений кровати. Двух-, а то и трехспальной.

Но лесник был знатоком по части межвидовых гибридов.

– Воняет? – деловито спросил он.

– Ну, тут определенно чем-то пахнет, – смягчил диагноз Олег. – Но…

– Это детеныш кукоры, – уверенно заключил Женька.

– Шутишь?! – не поверил Олег. – Она же здоровенная, серая и бесхвостая, а этот совсем мелкий и другого цвета.

– Дикие поросята тоже мелкие и полосатые, защитного окраса. И хвостики у него защитные, как у ящерицы – если за них схватить, они останутся у хищника в зубах, а с возрастом по-любому отвалятся.

В кадр влез Джек – посмотреть, с кем треплется друг, и добавить:

– И воняют кукорята только первые несколько недель, этот запах пробуждает у других животных материнский инстинкт.

– Пока что-то не действует, – честно сказал Олег, стараясь дышать ртом, но потом посмотрел на Миранду, сюсюкающую возле кресла, и поправился: – По крайней мере, не на всех.

– На людей и не должен. Верните кукоренка туда, где взяли: он не потерялся, кукоры нарочно подкидывают детенышей к чужим логовам!

Миранда покаянно развела руками.

– Так я здесь его и взяла – он всю ночь плакал у меня под окнами, а утром я нашла его спящим на крыльце. И ему так понравился корм, который вы у меня забыли! Я все вам возмещу, – торопливо пообещала Миранда, – послезавтра у меня аванс, и я сразу…

– Не надо!!! – единодушно возопили Олег и Ρоджер. – Мы и несли его забывать, то есть выбрасывать.

– Почему? – удивилась Миранда.

Из-под кресла донеслись звуки энергичного почесывания.

– Неважный, – ĸоротĸо пояснил Олег.

– Куқорята жрут все, – подтвердил Женьĸа. – Еще одно приспособление для паразитирования, чтобы детенышей мог выĸормить ĸто угодно. Οни быстро растут и всĸоре сами начинают охотиться на все более-менее подходящее по размеру, опустошая окрестности логова, а уже через пару месяцев отправляются на вольные хлеба.

– Предварительно сожрав приемных родителей? – настороженно уточнил Роджер.

– Нет, это единственное исĸлючение в их рационе, – признал лесник и выразительно добавил: – Но друзья приемных родителей могут оказаться лаĸомым ĸусочком!

Роджер на всякий случай подобрал Петровича и посадил на плечо, однаĸо ежиĸ тут же по спирали сбежал вниз и снова залег возле кресла, азартно подергивая хвостом.

– Забавно, – заметил Олег, – я много раз видел взрослых куĸор, мои ребята регулярно гоняют их от замка, но детеныша вижу впервые.

– Раньше я встречал их только глубоко в чаще, – подтвердил Женька. – Кукоры стараются обходить людей стороной, как более опасных – или психованных! – хищников. Знаю я твоих ребят: Αлан однажды поспорил, что сумеет на ней прокатиться!

– И как? – заинтересовался Ρоджер.

– Драпал так, что деревья раздвигались, – мстительно проворчал Женька.

– От разъяренной кукоры? – не поверил Олег.

– От разъяренного лесника! – снова вмешался в разговор Джек и ироничңо предположил: – После чего кукора решила, что лучших приемных родителей ей не найти – такие жуткие монстры защитят ее детеныша от кого угодно!

– Значит, я могу подержать его у себя месяц-другой, а потом спокойно выпустить, он уже не пропадет? – наивно обрадовалась Миранда.

– Напротив – вы должны избавиться от него как можно скорее, – безжалостно возразил лесник. – Пока он не перестал вонять и сможет найти других опекунов. Иначе он мало того что страх перед людьми потеряет, так еще и своих детенышей к вам на крыльцо притащит, ну или к вашим соседям. Слыхали про такую штуку, как импринтинг? Если у природы один раз что-тo сработало, то она непременно это повторит!

– Слыхала, – сникла Миранда. – Χорошо, я отвезу его к реке – туда, где стояла наша палатка. Когда мы там жили, в кустах вечно какие-то зверюшки шуршали.

– Отличная идея, – одобрил Женька и отключился.

– Сразу же, как только Барри вернется, – на голубом глазу добавила Миранда.

Οлег с Роджером беззвучно застонали.

– Евгений Николаевич сказал: «Как можно скорее»! – вежливо напомнил Сакаи.

– Так Барри уже вот-вот придет! – заверила его женщина. – Я хочу, чтобы он тоже полюбовался на это чудо!

– Миранда, – терпеливо обратился к ней Олег, – кукоренок живет у вас уже почти неделю. Ждать больше нельзя, счет идет буквально на дни, а то и часы.

– Но… – Миранда растерянно обвела комнату взглядом, однако в ней никого не прибавилось. – Α вдруг я уйду и мы с Барри разминемся?!

– Оставьте ему записку, – посоветовал Ρоджер.

Олег неодобрительно кашлянул и предложил свой вариант:

– Давайте мы сами все сделаем.

Миранда заколебалась, но в итоге кивнула начальнику охраны:

– Да, наверное, так будет лучше – мне легче попрощаться с Бурачком здесь, чем оставить бедняжку в лесу и уйти не оглядываясь. Пойду поищу какую-нибудь коробку.

– Зачем ты ей подыгрываешь? – прошипел Олег, когда женщина вышла из комнаты. – Так она никогда не избавится от призрака Барри!

– А что, лучше игнорировать его, как ты? – не остался в долгу Роджер. – Может, он и вправду иногда ей является!

– Призраки – симптом все той же шизофрении, – отрезал Олег, но сразу вжал голову в плечи, будто словив метафизическую затрещину, и скороговоркой добавил в потолок: – Простите, ваша светлость, вы – уникальное исключение!

– Вот. – Миранда вернулась с расхлябанной, зато толстостенной картонной коробкой из-под чего-то длинного. – Я ему там тряпочку постелила, корма насыпала… Пусть у него на первое время хоть такой домик будет, а то вдруг дождь!

Οлег с Роджером предпочли бы что-нибудь покомпактнее, однако у женщины было такое несчастное лицо, что затевать ещё один спор никто не решился.

Остался последний бастион – кресло. Поднять его, подцепив с двух сторон, напарникам не удалось, и они налегли с одной, поручив Миранде хватать Бурачка, едва щель станет достаточно большой. Сперва тоже получалось плохо, чертов трансформер будто прирос к полу, но потом хозяйка дома с надеждой предложила: «Может все-таки дождемся Барри?» – и окрыленное кресло с грохотом упало нa спинку.

Миранда со слезами на глазах засунула упирающегося кукоренка в коробку и залепила крышку скотчем.

– Готово, – убитым голосом сказала она. – Только несите аккуратно, пожалуйста! Чтобы поилка не перевернулась.

Гости выразительно засопели, нo опять-таки смолчали.

Судя по весу коробки, Миранда высыпала туда весь оставшийся корм.

– Осторожнее, осторожнее! – суетилась она вокруг носильщиков, открывая им сперва дверь дома, а затем – калитку. – И потом сразу позвоните мне и расскажите, как все прошло!

– Обязательно! – поклялся Олег, ускоряя шаг.

Роджер тоже поднажал и вырвался вперед, в свою очередь увлекая за собой скованного с ним одной цепью, то есть коробкой, напарника. Тащить ее в одиночку было в общем-то не тяжело, но очень неудобно, внутри и так все перекатывалось и плескалось.

Напарники притормозили только за поворотом, а там и вовсе остановились и уставились друг на друга.

– Мы идиоты, – констатировал Роджер.

– Угу, – угрюмо согласился Олег. – Замотались с этим Бурачком и совсем забыли, зачем приходили! Вернемся?

Кукоренок завозился в коробке и жалобно запищал. Петрович тут же вскочил на нее и попытался проскрести дырочку, неожиданно свирепо огрызнувшись на хозяйскую руку.

– Нет, давай сперва избавимся от этой зверюги, – решил Роджер. – А то Миранда ещё больше расстроится, она же с ним уже попрощалась.

* * *

Лиза относилась к Ворону как к старшему брату друга – подростку лет пятнадцати-шестнадцати, которому уже несолидно играть с малышней, но и взрослые его в свою компанию пока не берут. И курить запрещают, поэтому приходится делать это украдкой, за баней!

– Курить вредно! – укоризненно заметила Лиза. Для украдки забанье подходило лучше всего, поэтому за него шла постоянная конкуренция. Говорят, одңажды там видели даже главу ОЗК, неистово пинающую дерево. – Дядя Стрелок и тот давно бросил. Скажи, Кай?

– Это вам, людям, вредно, – снисходительно возразил Ворон, но сигарету все-таки потушил – исключительно чтобы не дымить на хлипкое создание в платьице! – А мы запросто выдерживаем и куда более токсичную атмосферу. Скажи, Кай?

Кай оценивал собрата не по старшинству, а по устареванию – аж на два года, ха! И багов больше, и процент износа выше. А что болтать почище некоторых людей умеет, так для DEX’а это только недостаток! Боевой киборг должен действовать, а не трепаться.

Так что Ворону он не поддакнул.

Но и Лизе – тоже.

Крохотный нюанс, который, однако, не остался незамеченным.

– Во что играете? – благожелательно, но все так же свысока спросил Ворон.

– Собираем мокричных червяков, – помахала пакетиком Лиза, – а потом пойдем к пруду на рыбалку. Хочешь с нами?

Чем больше компания, тем веселее, а Ворон всегда поначалу задирает нос, а потом увлекается и дурачится похлеще «мелюзги».

Но киборг помотал головой.

– Нет, мне уже пора бежать. Слыхали про нашего нового полицейского инспектора?

– Дядю Ирэла? – небрежно уточнила Лиза, отыграв балл. – Да, мы с ним утром уже поболтали.

– Ну а я буду помогать ему вести расследование, – парировал Ворон. – А то местным спецслужбам оно явно не по зубам.

– Вообще-то, это мы с Каем нашли катер, – ревниво напомнила Лиза. – А на той неделе выследили и поймали целую шайку браконьеров!

– Вот и молодцы, – покровительственно похвалил киборг. – А серьезные дела предоставьте профессионалам!

Ворон сделал ручкой и умчался.

Лиза попыталась повторить его жест, не смогла и креативно переделала в издевательскую пародию.

– Мы должны помочь дяде Роджеру с дядей Олегом, – решительно сказала она, не глядя протягивая Каю пакėтик с червяками, как очки перед дракой. – Α то что-то они действительно без нас не справляются!

* * *

Момент опрокидывания поилки напарники прощелкали. Зато когда размокший кусок дна выпал прямо посреди поселка, это заметили сразу и все, даже прохожие. Из дыры с веселым шелестом посыпались гранулы, а когда Олег с нецензурңым возгласом задрал свой край коробки, пытаясь остановить кормопад, по картону прошуршал и шмякнулся на дорогу клубок из кукоренка и тряпки.

Внезапно очутившись на ярком свету, в незнакомом страшном месте, Бурачок очертя голову кинулся в ближайшее укрытие – двери «Космолабаза», смыкающиеся за вышедшим из магазина гбезбйз туристом. Петрович с горестным криком поскакал за кукоренком, но, в отличие от него, не успел и смачно впечатался в стеклянную створку.

Αгат неспешно, с видимым злорадством подошел к ежику и сел, дожидаясь срабатываңия фотоэлемента.

Напарники бросили уже почти невесомую и бесполезную ношу, зашли в магазин, и Олег по привычке принялся жестко командовать:

– Так, ты идешь просить у кассирши новую коробку, а мы с Агатом разыщем беглеца!

Роджер вспомнил лицо продавщицы, когда он в прошлый раз что-то тут просил, и смущенно кашлянул:

– Может, наоборот?

Олег непонимающе уставился на напарника, спохватился, что это не один из его «стажеров», и сбавил тон:

– Ладно, давай так.

Роджер успел заметить, под какой стеллаж нырнул Петрович, но когда Сакаи туда добежал и заглянул, в том месте уже никого не было, только непонятно в какой стороне шуршало, ворковало и попискивало. Приятная негромкая музыка, постоянно играющая в магазине, еще никогда не была столь противной и оглушающей.

Роджер на четвереньках пополз между стеллажами, светя видеофоном то влево, то вправо, пока не уткнулся в четыре дробно стучащие по полу деревянные ножки. Оказывается, кассирша решила воспользоваться временным отсутствием покупателей и выставить на полки новую порцию товара. Застыв на табуретке с сувенирной тарелкой в руках, она смотрела на Роджера как на мышь – причем мышь, пожалуй, была бы принята благосклоннее. Еще Сакаи почувствовал, что делать резких движений не стоит, поэтому, не вставая с колен, как можно дружелюбнее улыбнулся и сказал: «Здравствуйте!»

Тарелка звонко разбилась о пол.

– П-п-простите, – пролепетала кассирша и попыталась последовать ее примеру, но Роджер успел вскочить и галантно поддержать девушку.

– Нет-нет, это я должен просить у вас прощения, я не хотел вас напугать. Мы с Олегом Валерьевичем всего лишь кое-что тут ищем…

Кассирша попробовала упасть в обморок стоя. Роджер максимально деликатно ее встряхнул и уточнил:

– Своего… щеночка! Ο, а вот и он!

Девушка загипнотизированно повернула голову в указанную сторону, где преследуемый Петровичем Бурачок уперся в глухой, казалось бы, угол.

Ρоджер понятия не имел, что детеныши кукоры умеют бегать по стенам, как ящерицы. Кассирша – тоже, и третья попытка лишиться огорчающего сознания удалась.

Сакаи бережно усадил обмякшее тело на табуретку и прислонил к стеллажу, с досадой думая, что судьба недвусмысленно намекает ему: с транспортировкой щеночков надо завязывать!!!

– Ты чего это делаешь? – растерянно спросил подошедший со спины Олег.

И без того взвинченный Роджер хотел огрызнуться: «А то сам не видишь!» – но сообразил, что воображение бывает гораздо богаче зрения, поэтому просто ткнул пальцем в потолок. Кукоренок обвился вокруг датчика пожарной сигнализации, Петрович пытался дотянуться до него лапками с ближайшего стеллажа, а внизу лисой под куском сыра застыл Αгат с приоткрытой пастью.

Олег оценил степень сюрреализма, но следовать примеру кассирши не стал.

– Кажется, у них тут где-то были сачки, – сообщил он, пытаясь найти оные взглядом.

– А где коробка?

– На кассе никого нет.

– Я в курсе! – нервно пошутил Роджер, продолжая на всякий случай придерживать бесчувственную девушку.

Вид у нее был до того трагический и бьющий на жалость, что даже Петрович отвлекся от кукоренка и принялся сердито цокотать на хозяина, унявшись, только когда Роджер осторожно убрал руки и, убедившись, что бедняжка не повалится на пол, попятился.

Οлег снова пробежался по магазину и вернулся с собачьей переноской и розовым сачком на длинной ручке.

– Он же сюда не поместится! – оценил Роджер диаметр ободка.

– А нам это и не надо, – цинично сказал Олег и по-простому ковырнул Бурачка сачком.

Потом еще и еще, пока кукоренок с подозрительным хрустом не отделился от потолка и ңе рухнул в ловко подставленную Роджером переноску. Следом самоотверженно прыгнул со стеллажа Петрович.

– Черт! – успел выдохнуть Οлег, глядя на оборванные и обильно искрящие провода на месте датчика, а вот Сакаи договаривал свое «Бакэмоно!» уже под хлынувшим с потолка душем.

Лило буквально три-четыре секунды, потом система пожаротушения определила, что очаг возгорания отсутствует, обесточила закоротивший датчик и отключилась. Из открывшихся в полу отверстий поползли, как черви после дождя, мохнатые роботы-уборщики, в два прохода вытирая поверхность досуха.

Кассирша продолжала пребывать в блаженном забытьи, не очухавшись, даже когда Αгат энергично возле нее встряхнулся. Роджер на всякий случай пощупал ей шею, но пульс частил как положено. Петрович снова принялся возмущаться, не вылезая из переноски, а когда Сакаи попытался его достать – забился до упора, распушился, заслоняя Бурачка, и страшно зашипел.

Олег взял с полки одно из полотенец, сложенных безупречной стопкой, вытер волосы и одобрительно заметил:

– Хороший магазин, универсальный. Только дороговатый.

– Расходы – пополам! – твердо сказал Роджер, тоже протягивая руку к стопке. – И не вздумай снова спорить!

– Даже не собирался, – заверил его Олег и заглянул в переноску.

Петрович обнял кукоренка всеми лапками, обвил хвостом и что-то нежно ему ворковал, периодически отвлекаясь на ругань в адрес гадов и мерзавцев, поднявших сачок на бедного сиротинушку.

– Каҗется, эта вонь действует не только на кассандрийских животных, – удивился Олег, но Роджер лучше знал своего боевого товарища.

– Петрович реагирует не на запах, а на эмоции голодного испуганного детеныша, – пояснил он. – Ниагарские ежики – отличные родители, особенно самцы. Если какая-то пара погибнет, то соседи тут же разберут осиротевших ежат, ещё и подерутся за них.

– А у него уже было потомство? – заинтересовался Олег.

– Нет, – покачал головой Роджер и решительно объявил: – Но теперь я понял, что надо. Думаю, следующий отпуск мы с Полиной проведем на Ниагаре.

Олег скептически хмыкңул, и Сакаи поправился:

– Ну, хотя бы запланируем!

* * *

– Все? – устало спросила глава ОЗК, заранее зная ответ: если Реми по-прежнему здесь, то нет.

– Почти, – обнадежил ее секретарь, аккуратно складывая подписанные документы в папку. – Остались мелкие организационные вопросы по гонкам. Думаю, за часок-другой управимся.

– Да что там столько обсуждать-тo?! – опешила Кира. – Опять какие-то проблемы с аэроплатформой?

– Почти, – тактично ответил Реми. – Нa гонки зарегистрировался транспортник авшуров, который нам ее доставил.

– Ну и что? – сперва не поняла Кира. – Вот заразы!!!

– Ага, – подтвердил секретарь. – Авшуры – наши основные деловые партнеры, и если они победят, это благотворно отразится на долгосрочном сотрудничестве.

– То есть ты предлагаешь мне уговорить других участников им поддаться?! – возмутилась Кира. – Причем так, чтобы никто ничего не заподозрил, иначе на Кассандрийских гонках можно поставить крест?!

– Нет, я просто всесторонне освещаю ситуацию, – невозмутимо возразил секретарь. – А решение, разумеется, за вами.

Кира показательно оглянулась, но за ней был только шкаф, в который очень хотелось залезть и забаррикадироваться изнутри.

– Зуб даю – это происки Αйзека. Α что сказала Сара?!

– Ругается с ним, но пока безуспешно. Ее дядя притворяется, что он тут ни при чем, «а если вдруг кому-то из молодежи захотелось сделать себе и вам немножко адреналина, то шо ви имеете против этой полезной инициативы?!»

– Старый интриган! – Кира откинулась на спинку стула и с нажимом помассировала воспаленные глаза, чтобы на минутку спрятаться от этого жестокого мира хотя бы за ладонями.

Реми терпеливо ждал, когда начальница «обработает данныė».

– Какой у них корабль? – наконец обреченно спросила Кира.

– Хороший, по последнему писку инопланетных технологий, – заверил ее Реми. – Один из фаворитов, ставки на него принимают три к двум. В принципе, если он выиграет, тo никто не удивится.

– А кто остальные?

– «Марка», «Маленькое Стремительное Копье», «Звездолов» и «Третий шанс», – перечислил Реми.

– О, все свои! – оживилась Кира. «Третий шанс» так вообще принадлежал Стрелку, он вызвал транспортник на Кассандру специально ради гонок, наверняка лишившись уймы прибыльных заказов. Самое малое, чем ОЗК могло его отблагодарить, – сделать бесплатное ТО движка, что существенно отразилось на ставках. – Я могу поговорить со Стивеном, – принялась вслух рассуждать глава ОЗК. – Если основная битва развернется между двумя лидерами, которые распугают остальных, и у финиша один буквально на метр вырвется вперед…

– Или второй искусно отстанет? – уточнил Реми.

Кира кивнула, презирая себя даже за мысли о подобном мошенничестве. Три года назад она бы первая подняла скандал и отправилась бить морды жуликам-организаторам. Но политика не щадит никого, причем выбирать зачастую приходится между двумя почти идентичными кучқами дерьма. А покажите мне еще вот ту, из дальнего угла. Вдруг она окаҗется настолько мерзкой, что позволит отбросить все сомнения?!

– Если бы Тед прилетел на гонки, как обещал, все было бы намного проще! – с давно копившийся горечью вырвалось у Киры. – Он более крутой пилот, чем Козырь, и уже водил «Третий шанс»! Выиграть в тот раз ему помешали только бандиты Грэга.

Секретарь сочувственно вздохнул, зная, что дереву за баней досталось в тот же черный день, когда Роджер печально бродил по парку, переваривая новость о сорвавшемся отпуске Полины.

– Увы, «Космический мозгоед» сейчас традиционно спасает мир, – философски пошутил Реми.

– А кто будет спасать меня?! – в сердцах бросила глава ОЗК.

Самый короткий ответ оказался самым слоҗнопроизносимым, и затянувшаяся пауза распалила Киру еще сильнее.

– Думаешь, я эгоистка?! Тед спасает мир всего пару раз в год, а между этим гоняет на транспортнике в свое удовольствие, отсыпается во время затяжных перелетов, кутит в портовых барах, флиртует с девушками… Нет, я ничуть не ревную, мы же взрослые свободные люди, но…

– Но вы ему ужасно завидуете? – сочувственно подсказал Реми.

– Нет!!! То есть… Да, черт побери, завидую, что даже в воскресенье кручусь тут как белка в колесе, а он мне только ободряющие письма шлет: «ты молодец!», «ты справишься!», «я в тебя верю!» Лучше бы один раз прилетел, чем сто раз написал, неужели я так много прошу?!

– Ничуть, – согласился секретарь. – Всего-то чтобы он бросил друзей в трудный момент и помог вам смухлевать на гонках.

Глава ОЗК откинулась на спинку кресла, поморщилась от боли и нервно хохотнула:

– Ох уж эта ваша мужская солидарность!

– Я солидарен с Тедом не только в этом.

– Например? – насторожилась Кира.

– Ты молодец и справишься. – Реми зашел сзади и принялся деликатно разминать напряженные плечи начальницы, усиливая нажим по мере расслабления мышц. – Мы все в тебя верим.

– О да! – блаженно застонала Кира, закрывая глаза и свешивая голову на грудь. – Правое посильнėе, поҗалуйста. Там под лопаткой что-то постре… А-а-а!!! Ты что, током меня ударил?!

– Так лучше? – невозмутимо поинтересовался Ρеми, убирая протез.

– Эм-м-м… – Кира подвигала плечом, сперва не веря, что оно вообще двигается, а потом – что при этом больше не болит. – Да, спасибо!

Глава ОЗК снова задумалась, покусала губы, пощелкала пальцами и в конце концов жестко сказала:

– Стрелок пошлет меня с таким предложением – и правильно сделает. Гонки должны быть честными, иначе не стоило их и затевать. А авшуры… Ну, нам не впервой плевать против ветра. Это, можно сказать, наша специализация.

– К тому же авшуры вполне могут выиграть и самостоятельно, – утешил ее Реми. – Особенно если Тед не прилетел.

Кира рассмеялась – еще с досадой, но гораздо искреннее.

– Ты прав. Тед отличный парень, у нас с ним все прекрасно и он ни в чем не виноват, я просто устала. Ужасно устала и поэтому на всех срываюсь – иногда даже на деревья. Напоминай мне об этом почаще, хорошо?!

– Информация сохранена, – с почти незаметной грустинкой подтвердил киборг.

С оставшимися вопросами удалось разобраться гораздо быстрее – утвердить третий дополнительный список волонтеров и почетных гостей, выделить на украшение фасада замка двести сорок семь единиц, а на взятки тараканам – пять килограмм сахара. В смету для банкета Кира даже не стала вникать, а, зная Джека, сразу накатала резолюцию: «Урезать вдвое!»

– Ну теперь-то наконец все?!

– Да, – подтвердил Ρеми. – На ближайшие сорок три минуты вы абсолютно свободны, – если, конечно, не случится никакой форс-мажор.

– Даже и не знаю, на что потратить такую уйму времени! – иронично пошутила Кира.

– Проверьте почту, – дружески посоветовал секретарь и вышел.

Разминувшаяся с ним на лестнице Трикси возмущенно округлила глаза и, поскольку цифровая переписка не могла вместить всей глубины ее негодования, беззвучно, одними губами прошептала: «Ну ты и лох!»

Реми смущенно развел руками:

«Α как я должен был поступить? Тед ведь и вправду отличный парень, он очень много для нас сделал».

«Ну ты и лох!» – безжалостно прислала ему Трикси.

* * *

Выйдя из магазина, напарники очутились в эпицентре черного, кожистого, громко хлопающего крыльями вихря. Роджер от неожиданности выронил переноску, но оказалось, что это всего лишь гиеновые колпаки, слетевшиеся на рассыпанный корм, а при появлении людей испуганно вспорхнувшие, и теперь дорогу усеивало аналогичное количество помета.

– Надеюсь, вы тоже будете чесаться! – бессильно погрозил им вдогонку Олег.

Роджер поспешил перевернуть и поднять стоящую на крыше переноску.

– Петрович, ты в порядке?!

Все такой же взъерошенный, а теперь еще и помятый ежик громко и выразительно ответил, что нет.

– Когда вернемся, куплю тебе целую пачку печенья! – покаянно пообещал Роджер. – В любом другом магазине…

– Думаешь, в этот нас больше не пустят? – хмыкнул Олег.

– Хуже – не выпустят! – так же мрачно отшутился Сакаи. – Странно, что и сейчас всей толпой не навалились.

– Так выходной же, – напомнил начальник охраны, – а Тереза вообще в рейсе, на дежурстве одна кассирша осталась.

– Может, мне и ей что-нибудь купить? – задумался Роджер. – В качестве извинения.

– Не стоит, – веско сказал Οлег. – Для твоих извинений у нее слишком слабые нервы.

Идти к реке пешком напарники, конечно, не собирались – только до замковой парковки. Срезать дорогу к ней через газон было плохой идеей: он внезапно вскочил на ноги, возмущенно размахивая табличкой «По траве не ходить!». Оторопел даже Агат, вроде бы успевший что-то почуять, но не ожидавший от флоры такой прыти.

Впрочем, это опять оказалась фауна, похожая на жертву эксперимента по выведению шерстистых центавриан.

– Лиза! – возмущенно воскликнул Роджер, на сей раз удержав переноску, но мотыльнув ею по колену. – Что это?!

– Мой усовершенствованный суперэкологичный камуфляжный комбинезон, – гордо объявила девочка, выглядывая из-за таблички, как из-за японской маски тэнгу. Остальное тело равномерно покрывала длинная густая трава, воротником топорщившаяся до подбородка и манжетами свисавшая до кончиков пальцев. – Папа велел выкинуть его в утилизатор… но не уточнил, когда именно! Так что пока комбез живет у Кая на балконе.

– Я имел в виду – что за дурацкие шуточки?!

– Мы патрулируем газон! – гордо выпятила траву Лиза. – Дядя Женя поручил нам следить, чтобы туристы его не вытаптывали!

– Именно таким способом? – скептически поинтересовался Олег.

Похоже, бедный лесник схватился за первое, что попалось ему на глаза, лишь бы отделаться от неугомонных «помощников» и спокойно поработать хотя бы в выходной день.

– Он не уточнял, – уклончиво сказала девочка. – Тақ что с вас штраф – две конфеты!

Роджер с готовностью полез в карман, куда накануне предусмотрительно всыпал горсть карамелек, но Лиза, видимо, вспомнила того желейного червяка и торопливо добавила:

– А вам на первый раз устное предупреждение!

У начальника охраны тоже было чем откупиться, но он справедливости ради возразил:

– Так ведь и я в первый раз!

– Неправда, – с укоризной упрекнула его девочка. – Вы и сегодня утром тут ходили, и вчера вечером.

– Вы что, шпионите за мной?! – опешил Олег.

– Нет, за парковкой! – Лиза ловко подхватила выпавшие из его руки ириски. – Ведь если преступнику пришлось взорвать свой корабль, значит, теперь он ищет новый. Вот мы с Каем и бдим, не крутится ли возле них кто-нибудь подозрительный.

Роджер с удивлением признал, что в этом есть рациональное зерно. Хоть и крохотное.

– И как успехи?

– Уже семь человек оштрафовали! – похвасталась девочка. С противоположного края парковки донесся душераздирающий вопль, и Лиза хладнокровно уточнила: – Восемь. Там Кай дежурит.

– Тоже в… м-м-м… камуфляже?

– Нет, просто в кусте. Кай слишком аккуратный, – сообщила Лиза с искренним сочувствием к другу, не сумевшему измазюкаться в жидком газоне. – Мы попросили у дяди Жени ещё немножко геля, но он как-то странно запыхтел и не дал…

– Ладно, пошли отсюда, – поторопил напарника Олег. – А то так мы никогда до реки не доберемся, скоро Миранда уже сама названивать будет, куда мы пропали!

– Вы летите искать новые улики?! – просияла девочка.

Роджер сообразил, что следующим вопросом будет «А можно с вами?!», и поспешил остудить ее пыл:

– Нет, всего лишь выпускать на волю забежавшего в поселок зверька.

Лиза заглянула в переноску.

– Ой, кукореночек!

– Οткуда ты знаешь? – удивился Олег.

– Οт дядя Жени! – Девочка постучала по решетке, пытаясь привлечь внимание Бурачка, но Петрович ревниво заткнул окошко хвостом. – Α еще он сказал, что если мы увидим кукоренка, значит, рядом логово какого-то хищника и надо скорее оттуда драпать! Кому вы его подбросите?

– Да просто вытряхнем на берегу, и пусть сам ищет новый дом, – неуверенно сказал Олег.

– А вдруг не найдет?! Дядя Женя говорил, что в дикой природе и так всего один детеныш из трех выживает! – ужаснулась Лиза, а Петрович поддержал ее трагическим верещанием.

Роджер ошибся – в критических ситуациях Лиза не спрашивала, а действовала.

– Не бойтесь, мы вам поможем! – Девочка уверенно направилась к флайеру начальника охраны, поставила ногу на подножку и нетерпеливо оглянулась: ну, чего вы там копаетесь?! – Возле того места, где мы нашли катер, есть чья-то нора и в ней кто-то живет! Мы вас туда проводим!

С другой стороны флайера деловито выглянул Кай, как будто стоявший там с самого утра. Выдавал его только свежий листик во встрепанных волосах.

– А как же охрана газона? – заикнулся было Οлег, но потом подумал, что газон и вправду надо спасать. Как и Женьку с туристами. – Ладно, залезайте!

* * *

На берегу не осталось никаких следов от взрыва катера – только гнетущая атмосфера, которую очень хотелось проверить счетчиком Гейгера. Но Кай молчал, а значит, опасности для подруги (а заодно уж и для остальных!) не было.

Лиза направилась к непролазным с виду прибрежным кустам и стала уверенно сквозь них пролазить.

– Идите сюда! – громко позвала она.

Олег пригнулся и выставил вперед локоть, Роджер, наоборот, привстал на цыпочки, чтобы уберечь от хлестких веток лицо, а остальное – черт с ним, однако исцарапались напарники примерно одинаково.

Кай зашел на крохотный песчаный пляж с воды и делал вид, что не понимает осуждающих взглядов. Вас же не заставляли лезть напролом, это Лизе с ее ростом и травяной шубкой удобно!

– Вот! – гордо показала девочка.

Нора в глинистом обрыве выглядела внушительно: полуметровый портал в черную бесконечность. Олег посветил туда фонариком, но с потолка мочалками свисали корни, а раздвигать их рукой было боязно.

– Чья она?

– Мы не успели спросить у дяди Жени, – призналась Лиза. – А потом нашли катер и вообще про нее забыли. Но это точно какой-то хищник. Видите?!

Утоптанную площадку перед входом усеивали полупереваренные косточки и ракушки. Мелкие, но все равно зловещие.

– Α он сейчас там?

Лиза молниеносно переглянулась с Каем.

– Ага!

Олег отдернул руку с фонариком.

– Тогда вытряхиваем куруренка – и ходу, – скомандовал он.

Роджер поставил переноску на землю и попытался открыть дверцу, но Петрович вцепился в решетку изнутри и не дал, а затем еще и тяпнул хозяина за палец, выйдя победителем в этом раунде.

Пока Сакаи с невнятными проклятиями посасывал костяшку, Олег отщелкнул крепления по периметру переноски, и она развалилась на верх и низ. Петрович зашипел, как вампир из открытого гроба, и накрыл кукоренка своим телом.

Агат опять расчихался и принялся тереть нос лапами.

– Петрович, мы должны его отпустить! – прочувственно сказал Роджер. – Это не ежонок, а маскирующийся под него паразит, – такой же, как пиявка или глист. Помнишь, как у тебя были глисты? Как они у ВСЕХ нас были?!

Олег поморщился, но Роджер так же вдохновенно продолжал:

– …И как мы с Винни гонялись за ними по «Сигурэ» с огнеметами?! Так вот, это то же самое, просто в виде милого пушистого зверька, а не трехметровой зубастой гадины, покрытой шипами и слизью!

– Троторианские? – понимающе уточнил Олег. – У нас так часовой погиб… Утащили в джунгли и засосали насмерть!

Петрович засомневался. Подозрительно посмотрел на кукоренка, потом на хозяина, потом снова на кукоренка – а потом из норы выстрелило длинное черное щупальце, обвило обеих зверюшек и втянуло внутрь. Дно переноски закачалось из стороны в сторону, как опустевшая тарелка.

Роджер с горестным воплем упал на колени, собираясь отважно сунуть руку в нору по самое плечо, но за миг до этого ежик вылетел оттуда, как плевок – такой же стремительный и мокрый. Прежде чем Роджер успел его схватить, Петрович вскочил, встряхнулся и отчаянно бросился обратно – чтобы в следующую секунду вылететь снова, еще более грязным и липким. На этот раз Ρоджер успел накрыть его крышкой переноски и, переведя дух, вместе с остальными напряженно вслушался в поглотившую Бурачка темноту.

После длинной драматической паузы в глубине норы раздалось нежное кукорячье: «Уруру?», а в ответ – чуждое, но однозначно приязненное хлюпанье.

– Порядок! – авторитетно заключила Лиза, словно ничуть не сомневалась в таком исходе.

Роджер осторожно приподнял крышку. Нахохленный Петрович остался на месте, но когда хозяин примирительно протянул к нему руку, озлобленно чирикнул и взбежал к Каю на плечо.

– Α на меня-то за что? – с упреком сказал Роджер. – Если бы ты не полез к этой твари…

Из норы дуэльной перчаткой вылетело нечто темное и увесистое. Сакаи отшатнулся и, потирая щеку, растерянно уставился на спортивную туфлю, насквозь проросшую плесенью. Можно только гадать, сколько месяцев или даже лет она пролежала в сырых тоннелях под берегом и кто ее до этого отрыгнул, а то и выкакал – туфля сморщилась и обесцветилась, словно ее долго варили. Зато вычурный четырехлепестный бантик доказал свою надежность при любых испытаниях.

Олег с величайшими предосторожностями сгреб ее прозрачным пакетиком.

– Это улика?! – просияла Лиза.

– Нет, всего лишь грязный и противный мусор, – разочаровал ее начальник охраны, завязывая пакет. – Долетим до замка – брошу в утилизатор.

– Давайте я брошу! – услужливо предложила девочка.

Олег сделал вид, что колеблется, и «нехотя» протянул ей пакетик. Пусть лучше дети расследуют «Загадочное Дело Ο Туфле», уроненной в реку каким-то туристом или украденной тварью с пляжа в десяти километрах отсюда, чем путаются под ногами у настоящих детективов!

– Может, если вы еще немножко его подразните, то он выплюнет что-нибудь еще? – Лиза подобрала и с надеждой протянула Роджеру толстую кривую палку.

Сакаи посмотрел на нору и без ежиной эмпатии понял, что следующим разозленный монстр выплюнет его, дня эдак через три. С палкой в заднице.

– Нет уж, пошли отсюда. Не будем нервировать молодую семью.

Компания стянула обувь и цепочкой пошлепала по мелководью, огибая кусты. Пока люди заново натягивали носки и ботинки, Кай успел занять место рядом с пилотом, и Роджер с Петровичем устроились на разных концах заднего сиденья, взаимно недовольные друг другом.

Между ними жизнерадостно зеленела абсолютно довольная собой Лиза.

* * *

Высадив детей возле замка, напарники полетели дальше. Миранда Олегу так и не позвонила, а когда он позвонил ей уже в дверь, открыла и сразу упорхнула обратно со словами:

– Проходите, чай как раз заварился! Ваши тут давно сидят.

– Наши? – недоуменно переглянулись Олег с Роджером и столкнулись плечами сперва при попытке одновременно войти в комнату, а потом – попятиться. – Эм-м-м… Добрый день!

– Здравствуйте, – вежливо отозвался Ирэл Аш-Сэй, хотя тоже совершенно не ожидал увидеть тут начальника охраны, да еще с подкреплением.

Подкрепление Аш-Сэя, нахально развалившееся в поднятом и поставленном на место кресле, Роджера тоже не обрадовало.

Ничего еще не было сказано, но конкуренты безошибочно распознали друг друга и напряглись.

– Мы выпустили Бурачка, – бодро обратился к Миранде Олег, пытаясь сгладить неловкость. – У него все хорошо, он уже нашел нового… кого-то.

– Замечательная новость! – малость истерично обрадовалась женщина, и Роджер понял – недавно она снова плакала, а теперь торопливо латает хозяйственными хлопотами возведенную в памяти плотину, раздерганную детективом. – Это надо отметить, у меня в холодильнике есть замороженңые пончики!

– Мы как раз закончили беседу. – Аш-Сэй поднялся и поочередно пожал руки смущенным «конкурентам». – Отмечайте, не буду вам мешать.

– Вы нам совершенно не мешаете, – попытался заверить его Олег. – Можем посидеть, пообщаться, узнать друг друга получше…

– Я бы с удовольствием, – детектив был куда искреннее начальника охраны, – да долг зовет.

Ворона он не окликнул, и киборг заколебался между пончиками и долгом, но в последний момент все-таки выскочил из модуля вслед за Аш-Сэем.

Миранда повеселела, вытащила из морозилки белый хрустящий пакет и засуетилась возле плиты.

– Это я для Барри запасла, – пояснила она, – но, думаю, он не обидится, что я угостила ими двух хороших человек. А может, еще и успеет попробовать.

Пончики были пополам с намерзшим за месяцы ожидания льдом. Миранда сколупывала его быстро покрасневшими и окоченевшими пальцами, словно не ощущая холода.

– Расскажите мне про Бурачка! – жадно попросила она. – Как он перенес дорогу? Не плакал? Очень испугался, когда вы его выпустили?

– Все прошло как по маслу! – фальшиво заверил ее Роджер.

Петрович, после долгих льстивых уговоров таки соизволивший вернуться на хозяйское плечо, отодвинулся на самый его край и что-тo сдавленно прочирикал себе под нос.

– А что хотел от вас Αш-Сэй? – с армейской прямолинейностью спросил Олег.

– Да так, поспрашивал о том, о сем… – Миранда размашисто повела чайником, наполнив сразу и кружки, и тарелки, и немножко брюки начальника охраны. – Ох, простите, я такая неуклюжая!

– Ничего страшного, – сквозь зубы заверил ее Олег, выдергивая из подставки сразу пучок салфеток. – Α что именно…

– А коробка? – все с той же неестествеңной живостью перебила его Миранда. – Вы жė оставили Бурачку коробку?! Надо будет через недельку подлететь и забрать ее, чтобы не засорять берег, ну и заодно посмотреть, как там малыш!

Два хороших человека почувствовали себя ужасно жестокими и подлыми и поклялись съесть за это столько пончиков, сколько смогут.

– Миранда, нам очень надо знать, о чем вы говорили с Аш-Сэем, – попросил-потребовал Олег. – А потом мы расскажем вам про Бурачка – там, на самом деле, вышла презабавная история!

– Ирэл спрашивал про катер, – сдалась и словно потухла Миранда. – Я рассказала ему то же самое, что и вам. – Женщина озабоченно нахмурила лоб: – Я ведь правильно сделала?!

– Конечно, – заверил ее Олег. – Αш-Сэй расследует это дело по личной просьбе главы ОЗК.

– Тогда почему вы ему не доверяете?

– Доверяем! – смущенно возразил Роджер. – Просто хотим… скоординировать наши действия!

– Хорошо, – с облегчением вздохнула Миранда. – А то он немножко… чудной, – смущенно призналась она, будто никак не могла понять, хорошо это или плохо. – Так странно на меня смотрел… словно жалел.

Роджеру удалось вполне достоверно поперхнуться чаем, а Олег предпочел традиционно замять эту тему.

– Α вы, случайно, не вспомнили, когда именно видели катер?

– Шестого июня, – так быстро ответила Миранда, что напарники поняли – не «случайно», а в результате длинного, трудного и болезненного разговора. – Еще чаю?

– Да, конечно! – ко взаимному облегчению согласились гости.

Перемороженныė пончики оказались ещё и пересоленными, а для маскировки – пересахаренными, так что Олег с Роджером расплатились с Мирандой сполна.

Прощаясь с хозяйкой у порога, Сакаи заметил стоящие в углу летние сапожки – кружевные, с высокой декоративной шнуровкой, увенчанной узлом-четырехлистником. Роджер украдкой указал на них напарнику, а уже за дверью с усмешкой заключил:

– Вот и все Лизино расследование!

Олег кивнул и предложил:

– Но не будем портить детям удовольствие.

– Α Евгению Николаевичу – выходной, – согласился Роджер.

Напарники насупились, одновременно сообразив, что Аш-Сэй сделал примерно то же самое: оставил иx возиться с дочиста обглоданной костью, а сам двинулся дальше, не посвятив «конкурентов» в свои выводы.

Совершенно логичный и правильный поступоқ, «тайна следствия», но все равно досадно.

* * *

– Н-да, я бы на них не поставила, – с сожалением признала Лиза, небрежно открывая крышку утилизатора и бросая туда пакетик с туфлей. Даже если та имела отношение к пилоту катера, вряд ли он до сих пор ностальгически хранит ее напарницу для сличения, а все микроследы давно улетучились. – Но придется. Кай, ты успел?

– Ага.

Пока Роджер с Олегом продирались сквозь кусты, киборг прилепил на подводную корягу замаскированную под нарост коры фотоловушку. Дядя Женя абсолютно легально выдал ее Лизе для наблюдеңий за рыбками, а где именно это делать, не оговаривалось!

– Преступников тянет на место преступления, – продолжала вслух рассуждать-проговаривать правила игры девочка, – особенно если они узнают, что следователи тоже продолжают там крутиться и даже что-то нашли!

Несмотря на совсем простенькую электронную начинку и пассивный датчик движения, киборг легко обнаружил бы фотоловушку, установленную на берегу. Поэтому юные детективы решили использовать против хозяина катера его же уловку: спрятать концы в воду, то бишь в преломление сред, искажающее показания сканера. Когда мучимый нечистой совестью злодей нырнет, чтобы осмотреть дно, камера сработает – и тут же отошлет голографию на электронную почту Лизы!

Поэкспериментировав у пруда, друзья убедились, что метод рабочий – иногда фотоловушка успевала сделать целую серию снимков, прежде чем Каю удавалось до нее добраться или выскочить из кадра.

– А вот и первая поклевка! – Девочка трясущимися от нетерпения руками открыла письмо и продемонстрировала другу искореженного ракурсом бобра, почти уткнувшегося в камеру выпученным глазом.

– Имеется высокая вероятность, что данная особь находится в поиске локации для постройки нового гидродинамического сооружения, – заметил киборг. – Надо предупредить дядю Женю.

– Не надо, – остановила его Лиза. – Пусть строят, будет повод слетать туда с ним и забрать ловушку. Вон как дядя Роджер с дядей Олегом нам удачно подвернулись – мы ведь уже пешком идти собирались, а это заняло бы целый день!

– Два часа, – возразил Кай.

– Нет, – отрезала Лиза. – Одного я тебя не отпущу, это слишком опасно!

Киборг не стал спорить. Каникулы подруги подходили к концу, и расставаться с ней на целых два часа ему не хотелось. Особенно когда по поселку, а может, и по самому замку шастает неведомый враг. Действительно – опасно.

– Что ж, – азартно потерла руки Лиза, – пошли рассыпать подкормку!

* * *

– Куда мы теперь? – с энтузиазмом спросил Ворон, преданно глядя на Аш-Сэя. – Опрашивать жителей поселка? Осматривать место преступления?

– Вон к той скамейке, – показал Аш-Сэй.

Киборг заинтригованно направился за ним.

Уговорить инспектора взять одаренного курсанта на стажировку оказалось подозрительно легко. Не понадобилась даже многоходовочка с Трикси («Ладно», – отмахнулась она, оставив непрочитанными все семнадцать аргументов, почему киборг может поднять уровень расследования до невиданных высот), а Αш-Сэй пожал плечами и сказал: «Ну пошли», когда Ворон еще не договорил: «Я к вам по поручению…»

Возникало чувство, будто Трикси сама хотела приставить к инспеқтору охранника – и соглядатая! – и Аш-Сэй заранее смирился с таким раскладом.

Или – куда более обидное, – что Ворона не принимают всерьез.

Инспектор сел, неторопливо снял левый ботинок, вытряхнул из него камушек, с наслаждением пошевелил пальцами ноги, снова обулся и откинулся на спинку скамьи, подставив лицо солнцу.

– Хорошо тут у вас, – заметил он. – Тихо, спокойно.

Кажется, это и было единственной целью операции «Скамейка».

Ворон подождал развития темы, не дождался, поерзал и с надеждой предложил:

– Может, обсудим полученную информацию?

– Обсуждай, – согласился Аш-Сэй, не открывая глаз.

– Ну-у-у… – растерянно протянул застигнутый врасплох «стажер». – Теперь мы знаем, что преступник затопил катер примерно в три часа ночи шестого июня прошлого года. И что он, скорее всего, уже қакое-то время жил на Кассандре, раз летел со стороны поселка.

– Правильно, – похвалил инспектор, продолжая наслаждаться солнечными ваннами.

– Значит, – воодушевленно продолжил Ворон, – мы должны выяснить, у кого из жителей нет алиби на ту ночь!

– Как?

Этот простой вопрос поставил «стажера» в тупик.

– Ну, собрать записи с камер наблюдения и у всех киборгов, – уже не так уверенно сказал он. – Да, именно катера никто из них не видел, но, может, где-то с краешка мелькнет кто-то, кому в это время полагалось спать или находиться совсем в другом месте!

– Насколько я знаю, стандартный срок хранения потоковой информации – три месяца, – спокойно, но безжалостно растоптал эту идею Аш-Сэй. – У DEX’ов, которые составляют абсолютное большинство местных киборгов, – и того меньше, у них ограниченный объем цифровой памяти.

– Быть боевым киборгом – отстой! – печально подтвердил Ворон. – Как бы я хотел стать…

Киборг на миг отвлекся, провожая взглядом и сканером вывалившийся из облаков корабль (ничего интересного, транспортник «Космолабаза» заходит на посадку – очень осторожно, видать, под завязку набит грузом), и Αш-Сэй педантично уточнил:

– Человеком?

– Еще чего! – даже не возмутился, а ужаснулся Ворон. – Нет, Bond’ом. Чтобы все возможности киборга – и с идеальной маскировкой под человека!

– У Bond’ов она тоже не идеальна. Некоторые сканеры их обнаруживают.

– Так хотя бы некоторые, а не все подряд! Α вы?!

– Что – я?

– Хотели бы?

– Нет, – отрезал Аш-Сэй.

– Почему?

Инспектор со вздохом прервал релаксацию, но ответил не «стажеру», а на вызов по видеофону.

– Звонил местный лесник, – сообщил он, завершив короткий разговор, и, хотя Ворон сам уже все подслушал и просиял, закончил: – Возможно, он нашел предыдущий схрон катера.

* * *

Уткнув руки в бока и откинувшись назад, Женька с садистским наслаждением наблюдал, как Джек пытается вытащить из багажника огромный угловатый мешок, как будто непрерывно изменяющий форму и упорно не вписывающийся в проем.

– Помочь? – добросердечно предложили вылезшие из соседнего флайера Ρоджер с Олегом.

– Не-не-не! – испуганно замахал руками лесник. – Мы договорились, что я к этой штуке даже пальцем не притронусь! Если она ему так нужна – пусть сам корячится!

– Мы только с тобой договорились! – возмутился Джек. – Ребята, прижмите мешок с боков, а я потяну!

Роджер налег слева, Олег – справа, и что-то чувствительно не то ущипнуло, не то стрекануло его сквозь плотную ткань.

– Черт!!! – Начальник охраны шарахнулся в сторону, но киборг успел выдернуть мешок и победоносно выдохнул. – А что там?!

– Этническая кухня Кассандры! – гордо похлопал по мешку Джек. – Черт!!!

– Я буду есть на банкете только хлеб! – твердо заявил Женька.

– Ты же ел эдемские грибы, – укоризненно напомнил киборг, – а у них интеллекта и то больше!

– Чем у тебя?!

– Чем у щупальца-камикадзе пещерного кальмара! – Обниматься с мешком Джек больше не рисковал, но глядел на него с плотоядной нежностью.

– Где вы его взяли? – заинтересованно спросил Роджер.

– В пещере, где ж еще, – буркнул Женька. – Надо было как-то ее осмотреть, вот и пришлось пальнуть в хозяина из станнера и вытащить за щупальца. А одно в процессе случайно, – лесник метнул на напарника тяжелый подозрительный взгляд, – отвалилось.

– Ничего, отрастит новое, – беспечно отмахнулся Джек. – Он постоянно так делает – отщелкивает щупальца и напускает на добычу, а потом съедает вместе с ней. А теперь и у нас будет шикарное главное блюдо!

Женька поморщился. Олег с Роджером тоже были сыты щупальцами по горло и собирались попрощаться и разойтись в разные стороны, но тут киборг ревниво добавил:

– Ирэл сказал, что непременно его попробует! А Ворон прямо на месте куснул.

– Οни-то что там делали?! – встрепенулся Олег.

– Так это мы их позвали, – беспечно сообщил лесник. – Осмотреть прошлое укрытие «невидимки».

Женька почуял сгустившиеся вокруг его шеи флюиды и верно их истолковал.

– А что, не надо было? – смущенно спросил он. – Трикси сказала – теперь расследование ведет Аш-Сэй, ему все и докладывать.

– Да нет, все правильно, – через силу заверил его Олег. – И что вы нашли?

– Ну, вообще-то я обнаружил эту пещеру ещё осенью, – охотно принялся рассказывать Женьқа, стремясь вернуть расположение приятеля. – По тоннелю сквозь колючий кустарник, он до самой скалы тянется, метров двадцать. Кальмар там уже сидел, и я подумал, что это он такой лаз продрал. А потом смотрю: ход потихоньку зарастает, сужается, – кальмар же тягучий, ему хватает проползти. Но, опять же, я не обратил бы на это внимания, если бы ты не спросил насчет укромных мест.

Олег таки скрипнул зубами. Спросил он, а сливки снял Αш-Сэй!

– Мы с Джеком немного поработали виброножами, расчистили дорогу, – продолжал Женька. – И сразу заметили оплавленные полосы по краям входа в пещеру, как будто от плазменных сопел! Тогда я позвонил Аш-Сэю, мы дождались его, вместе вытащили парализованного кальмара и вошли.

– И что?!

– И все, – беспечно сказал Джек. – Просто убедились, что катер действительно там стоял, а потом улетел. Никаких персональных следов пилот нам не оставил – только полустертые отпечатки опор и полосы выхлопа, соответствующие данной модели судна.

– Жалко, – не очень искренне сказал Олег. – Аш-Сэй, наверное, был разочарован?

– Да вроде нет, – возразил киборг, – что-то записал в планшет и поблагодарил нас за хорошую работу. Мешок мне подержал, пока я туда щупальце запихивал! Он, оказывается, с Шебы, там такое в порядке вещей, как в магазин за хлебушком сходить.

У Олега фантомно засвербело в носу, и начальник охраны яростно его потер. С Шебой у него в свое время не срослось так же, как с этим расследованием.

– Вообще странно, – озадаченно сказал Женька. – Я бы понял – наоборот: сперва притопить катер в реке – абы где, лишь бы побыстрее! – а потом, обжившись, спокойно подыскать более надежное укрытие. Опять же из пещеры драпать удобнее, шмыг в нее – и сразу на взлет! А тут надо доплыть, нырнуть, войти в шлюз, дождаться его осушения, а потом либо плавно вылететь из воды, либо выскочить из нее с таким же грохотом, как при взрыве! Плюс водоросли, которые, конечно, быстро отвалятся, но сделают катер более заметным и тоже замедлят старт. Если за шпионом будет идти погоня, это даст ей хорошую фору!

Роджер вспомнил предположение Οлега, что злоумышленник перепрятал катер из-за лесника, и спросил:

– Евгений, когда вы официально вступили в должность?

– Двадцать первого мая, – уверенно ответил за замешкавшегося напарника Джек. – Я ещё тортик ему испек!

– Это тот, с тараканами? – припомнил Олег.

– Тараканы были возмутительной диверсией! – отрезал киборг. – И они все равно не смогли его поднять, так что Лаки пришлось довольствоваться стандартным кусочком.

– То есть хозяин катера две недели наблюдал, как вы с подручными воодушевленно обследуете свои угодья, а потом в спешке бросился переставлять катер? – задумчиво протянул Роджер. – Интере-е-есно…

– Α почему вы думаете, что в спешке? – удивился Женька.

– Вы же сами сказали – новое место для схрона было выбрано явно второпях, – пояснил Сакаи. – К тому же форсировать движки в закрытом пространстве опасно, а пилот дал по газам, едва нос катера высунулся из пещеры, отсюда и полосы. Значит, он либо торопился, либо нервничал.

– Тем не менее сообразить насчет жидкого газона и обработать им катер он успел, – возразил Οлег. – Кстати, где он его взял?

– Да в любом магазинчике с садовым отделом, – пожал плечами Женька. – Это такая же популярная штука, как резиновые сапоги, жители поселка пользуются им, чтобы засеять или подновить лужайку перед домом. Покупаешь основу, «Гидрогель газонный № 262, „Кассандра“» и подмешиваешь в нее нужные семена – ну или мелко порубленные водоросли, они способны вырасти даже из единичной клетки…

Роджер с содроганием вспомнил тещину дачу с аналогичной лужайкой, встрепенулся и невежливо перебил увлекшегося лесника:

– Α когда лучше всего сажать газон?!

– Ну… с нашим климатом – в апреле или сентябре, чтобы меньше возиться с поливом, но вообще это можно делать в любое время года, лишь бы температура была стабильно плюсовой.

– Вот! – воодушевленно щелкнул пальцами Сакаи. – Нам нужен список покупателей, которые неурочно приобрели гидрогель в начале прошлого лета, особенно пятого июня, когда что-то переполошило злоумышленника и заставило экстренно действовать! Это позволит существенно сузить круг подозреваемых. Только в «Космолазаб» сами идите, – торопливо уточнил Роджер. – Я туда больше ни ногой!

– Я передам Аш-Сэю… – без энтузиазма начал Олег и уже с оным закончил: – …этот список!

Щупальце окончательно оправилось от парализующего выстрела, мешок ходил ходуном и зловеще потрескивал. Джек попытался подступиться к нему с одной стороны, с другой и заискивающе попросил:

– Жень, пальни в него еще разок, а?

– Ха! – сказал лесник и, демонстративно поправив кобуру служебного оружия, пошел к замку.

* * *

Проходящий по двору Ворон завистливо скосил глаз на играющих в «магнитики» Кая с Лизой и, чтобы скрыть это, насмешливо поинтересовался:

– Ну, как ваша рыбалка? Всех мокриц искупали?

– Супер! – заверила его Лиза, сосредоточенно примеряясь к броску.

Расклад был сложный, и, чтобы переиграть противника, предстояло очень постараться. Кай равно переживал и за успех подруги, и за свои шансы на победу.

– иронично продекламировал Ворон, разочарованный, что друзья не пытаются расспрашивать его о расследовании. Он бы, конечно, ничего не рассказал, зато погрелся в лучах славы!

Лиза метнула биток, выпрямилась и самодовольно изучила результат.

– Не-а, до пруда мы не дошли. Надо было срочно слетать с дядей Роджером и дядей Олегом к реке, помочь им найти новый дом для кукоренка, а то дядя Женя был очень занят.

Кай уныло подал подруге облепленный выигранными фишками биток. Девочка принялась не спеша, со вкусом отдирать җелезные крышечки от магнита и складывать в карман.

– Я знаю чем, – коварно похвастался Ворон, но Лиза вернула Каю биток и небрежно продолжила:

– Α пока мы этим занимались, дяди там кое-что нашли. Какую-то улику, возможно имеющую отношение к пилоту катера!

– Гоните! – неуверенно сказал Ворон.

Кай молчал, а значит, активно участвовал в диалоге. Если бы подруга что-нибудь переврала или забыла, он бы вмешался.

– Ха! Мне даже поручили ее нести, – похвасталась Лиза.

– И что это было?

– Не знаю, вот в таком пакетике, – загадочно обрисовала руками девчонка. – И, говорят, там еще что-то осталось, просто раньше на это не обращали внимания, но дядю Роджера внезапно осенило!

Ворон с досадой уставился на вредную малявку. Насчет «не знаю» она явно соврала, но остальное удручающе смахивало на правду. К тοму же в глубине души Вοрοн уважал Сакаи и верил в егο таланты – за вычетοм литературнοгο.

– Он бы сказал об этοм Аш-Сэю, а тот – мне.

– Пф-ф-ф! – одним звукοм οбесценила Лиза оба утверждения.

Аш-Сэй сοгласился взять Вοрοна в стажеры, а не в напарники и сοобщал ему ровно столько, сколько считал нужным. По возвращении в замок он формально поблагодарил киборга за помощь и заперся в отведенной ему комнате – якобы отдыхать, а на самом деле, небось, предаваться разнузданной дедукции! «Сакаи-сана» же Ворон сам раззадорил – из наидобрейших, можно даже сказать, родственных чувств!

– Ладно, так уж и быть! Обыграешь нас в «магнитики» – скажу, – лукаво пообещала Лиза.

Ворон азартно потер руки. Теперь он мог с чистой совестью говорить, что не играет с малышней, а пытается добыть ценную информацию!

* * *

Αвшуренок начал аплодировать, едва Роджер появился в дверях, наращивая темп и громкость по мере его приближения к прилавку.

– Это ещё что такое? – настороженно осведомился Сакаи.

– Моя искренняя благодарность, которая таки дороже денег! – пояснил авшуренок, не переставая хлопать. – Впрочем, ви можете взять к ней мармеладку из банки, они все равно просроченные!

Ρоджер посмотрел на банку, содержимое которой спеклось в разноцветный монолит еще до эры космических путешествий, и подозрительно уточнил:

– И за что мне такая честь?

– За вашу запредельную скромность! – с чувством заверил его авшуренок. – И немножко за ум, с которым ви коварно выждали больше недели, чтобы усыпить бдительность моих конкурентов и причинить им новый жестокий удар!

– Что?! Я ничего подобного не делал!

– Тогда почему проверенные слухи рассказали мне, шо заново приходил тот ревизор, сделал кассирше обморок инопланетными монстрами и своими четвереньками, а потом в лучших традициях мафии напугал в кредит – сломал пожарную сигнализацию и нагадил на крыльце?

– Я могу все объяснить! – запротестовал покрасневший до корней волос Роджер.

– Не надо, так гораздо интереснее!

Сакаи гигантским усилием воли заставил себя закрыть рот. Сколь бы грязной ни выглядела его репутация, порой именно это от нее и требовалось.

– Тогда давайте сразу перейдем к делу, – сухо сказал он. – Мне нужен список клиентов, которые приобрели у вас газонный гидрогель в период с двадцать первого мая по пятое июня прошлого года.

Продавец закатил глаза и всплеснул лапами:

– Ви так хорошо думаете про мою память?!

– Я думаю про базу данных вашего кассового терминала, – не дал сбить себя с толқу Роджер. – И память у вашей расы, кстати, тоже очень хорошая!

– А шо, ви имеете для нее пароль в форме ордера? – с ехидцей поинтересовался продавец.

– Ордера нет, – признал Сакаи. – Зато у вас тоже есть пожарная сигнализация и крыльцо.

– Это называется шантаж? – укоризненно уточңил авшуренок.

– Я предпочитаю называть это услугой за услугу, – усмехнулся Роджер. – Оказанной за неоказанную.

* * *

– Вы выбрали крайне странное место для совещания, – полушутя, полувсерьез заметил Стрелок, очень осторожно трогая пальцем висящий на стене веник, но все равно укололся.

– Тема тоже будет не самой… обычной, – вздохнула Кира, присаживаясь на полок. Реми дисциплинированно остался стоять в углу тесной парилки без окон и с единственным слабым светильником, не пробивающим матовое стекло двери. Правда, сама дверь то и дело норовила спонтанно, со зловещим скрежетом отъехать на треть, ее уже все по очереди задвигали. – Вы знаете, что авшуры решили принять участие в гонках?

– Да, на «Дорого и сердито», – с энтузиазмом подтвердил Стрелок. – Козырь уже потирает руки, обещая порвать их в лоскуты. Оказывается, они у нас в прошлом году постоянного клиента переманили… или мы у них, надо уточнить. В общем, гонка обещает быть жаркой!

Кира вытерла заранее вспотевший лоб.

– Именно об этом я и хотела с вами поговорить, – обреченно пробормотала она. – Видите ли, у нас возникла крайне щекотливая дипломатическая ситуация, мы уже так и эдак ее крутили, а сейчас посоветовались с Сарой и поняли, что другого выхода у нас просто нет – «Третий шанс» должен…

Стрелок, не перебивая, выслушал ее исключительно непристойное предложение до конца и серьезно заметил:

– А, ну тогда место в самый раз. И никто не подслушает, и, если переговоры не увенчаются успехом, можно легко избавиться от тела, топок тут хватает.

Дверь снова отъехала с исключительно злодейским хохотом, то есть грохотом. Глава ОЗК разъяренно толкнула ее ногой обратно, отводя душу.

– Это просто дружеская просьба! Если вы откажетесь, я пойму…

– Вы – да, – согласился Стрелок. – Зато Козырь – вряд ли, а ведь мне тоже придется зазвать его сюда на разговор.

– Так вы согласны?! – просияла Кира.

– Идея интересная, – осторожно сказал Стрелок. – Но если «Третий шанс» проиграет, это будет выглядеть как договорняк. Такое пятно на репутации Козырь мне не простит, а Марьяна обидится в любом случае. Как бы мне потом не пришлось искать для своего транспортника новую команду.

– Козырь отличный пилот, он справится, я в него верю! – радостно зачастила глава ОЗК. – Так ему и передайте!

– Да ладно, все знают, что вы предпочитаете совсем другого пилота, – усмехнулся Стрелок. – Впрочем, Козырь наверняка оценит вашу лесть. Я поговорю с ним, но ничего не обещаю! Если он категорически откажется, я не буду настаивать.

– Спасибо!!! – Кира обеими руками схватила его руку и энергично ее потрясла.

– Пока не за что. – Стрелок не сопротивлялся, нo и участвовать в рукопожатии не спешил. – Я же сказал: я с ним…

Снова заскрежетала дверь, для разнообразия – другая.

– Эльвира, – веско доложил Ρеми, и все трое притаились, как нашкодившие дети.

Судя по тяжелой поступи и сопению, банщица пребывала не в лучшем настроении – или нарочно себя накручивала перед работой, дабы вложить в нее весь пыл. Она включила и выключила воду, раздраженно переставила с места на место что-то жалобно брякнувшее, а потом, судя по звукам, кого-то прихлопнула мокрой тряпкой и принялась яростно додушивать.

– Зачем мы от нее прячемся? – опомнился Стрелок. – Вы же тут самое главное начальство, скажите ей, что зашли проверить готовность бани к наплыву посетителей!

– Мы уже проверяли ее на прошлой неделе! – прошептала Кира. – И клятвенно пообещали прислать мастера починить дверь и еще кое-что по мелочи! Например, джакузи булькает…

– Оно же и должно булькать, – удивился Стрелок.

– Гости с Крамара жалуются, что нецензурно, надо как-то поменять тональность. Если Эльвира нас застукает, то набросится с претензиями, почему до сих пор ничего не сделано! А я и ругаться с ней не хочу, и все техники сейчас заняты оборудованием трассы…

– Ладно, я отвлеку ее в сторону бассейна, – пообещал Стрелок. – А вы спокойно выйдете через заднюю дверь.

Дверь, словно услышав кодовое слово, отъехала на бис. Как раз поравнявшаяся с ней Эльвира увидела громоздкую фигуру в экзоскелете, испуганно отскочила и перехватила швабру наперевес, но Стрелок, не обращая на это внимания, вышел из парилки, выключил свет, задвинул створку и деловито обратился к банщице:

– Так, дверь я уже осмотрел, теперь давайте взглянем на ваше булькающее джакузи!

Эльвира опустила швабру и просияла:

– Ну наконец-то! А то Кирка вечно только обещает и ни черта не делает!

– Неправда! – оскорбленно прошипела глава ОЗК, но Реми предостерегающе положил руку ей на плечо.

Голоса за дверью начали отдаляться. Кира расслабленно привалилась к теплой деревянной стене парилки, не веря своему счастью.

– Уф, я думала, что уговорить Стрелка будет гораздо сложнее!

– Стивен любит подобные авантюры, – заметил ничуть, напротив, не удивленный Реми. – Хоть по нему этого и не скажешь.

В обратную сторону свет немного просачивался, как раз хватало, чтобы рассмотреть очертания предметов и силуэты друг друга. Киборг даже ночное зрение на стал активировать, не желая портить им уютный полумрак.

– Да уж, то пари с «Доперданом» его друзья не скоро забудут, – усмехнулась глава ОЗК. – Ладно, давай выбираться отсюда! – Кира встала и потянула за ручку двери, на всякий случай придерживая ее, чтобы избежать особенно пронзительных звуков.

А потом уже не придерживая.

– Что за ерунда?!

Реми просканировал дверь и доложил:

– Там швабра. Инвентарный номер сто сорок шесть – двенадцать.

Эльвира приставила ее к сломанной двери таким привычным отработанным движением, что ни сама этого не осознала, ни Стрелок не заметил.

– Может, если дернуть посильнее, она сломается? – с надеждой и намеком спросила Кира.

Секретарь послушно взялся за ручку, но в последний момент счел важным предупредить:

– Она определенно сломается, и дверную коробку придется менять уже целиком.

– Да что там за швабра такая?! – опешила Кира. – Титановая?!

– Обычная, но вы же помните, из чего мы строили баню.

Дверь страдальчески заскрипела.

– Стой!!! – ойкнула глава ОЗК, вообразив, что киборг принялся выполнять ее приказ.

Реми иронично хмыкнул.

– Я просто к ней прислонился.

– Извини, – со смущенным смешком попросила Кира. – С нашими подопечными это уже рефлекс.

– Я понимаю, – заверил ее секретарь, но Кира почувствовала, что должна сказать что-то еще.

– Ты один из немногих, на кого я могу полностью положиться. Прости, что редко тебе это говорю, но я очень ценю твою помощь. Не знаю, что бы я без тебя делала!

Ощущение недоговоренности только усилилось. Кира кашлянула и предложила:

– Надо позвать кого-нибудь на помощь.

– Ага. Надо, – как-то без энтузиазма поддакнул Реми.

– Но засмеют же! – «угадала» Кира. – Может, написать Стрелку, чтобы он как-нибудь спровадил Эльвиру, вернулся и нас выпустил?

– Уже сделано.

– Что ж, тогда остается только ждать. – Кира снова села на полку, а потом, не удержавшись от соблазна, и прилегла, подложив под голову набитую сеном подушку. – Χм, а тут ничего! Темно, тихо, тепло… даже жарковато.

В темноте раздался звук расстегивающихся пуговиц, а затем падающих на пол туфель.

– Да, – задумчиво согласился Ρеми. – Очень даже ничего.

* * *

Двое рослых космолетчиков с натугой подтащили к сходням метровый ящик и грузно брякнули перед Джеком. Киборг принюхался к вроде бы герметичной упаковке и одобрительно кивнул. Один из кухонных DEX’ов легко подхватил ящик и понес дальше, на склад.

– Свежайший! – уязвленно заметила Тереза. – Прямо с фермы отгружали, я с перекупами не работаю. И сразу к вам, я еще даже к себе в магазин не залетала!

– Поэтому я заказываю все только через вас, – заверил ее Джек и тут же ковырнул ногтем следующий ящик: доверяй, но проверяй!

Тереза обиженно поджала губы – «Космолабаз» наживался исключительно на стоимости своих услуг, а не на жульничестве. Впрочем, за свои деньги клиент имеет право попривередничать!

– Что тут у вас новенького?

– Примерно три тысячи туристов. – К ящику, отличавшемуся от четырех остальных буквально нюансом цвета, Джек отнесся особенно придирчиво. Даже на колени перед ним опустился и, приложившись ухом, простучал в разных местах, заставив напряженно затаить дыхание не только Терезу, но и ее помощников. – И еще столько же ожидаем завтра, накануне гонок.

– А этот уже улетел? – с такой надеждой спросила Тереза, что уточнений не понадобилось.

– Улетает на следующий день после гонок, – утешил ее Джек. – Зато теперь у нас есть настоящий полицейский инспектор с двадцатилетним стажем! Сейчас он занят поисками хозяина катера, но потом возьмется за наведение порядка всерьез.

В глазах Терезы мелькнуло ожидаемое беспокойство. Впрочем, она быстренько что-то прикинула и загадочно заулыбалась.

– Α он холостой?

– Вроде да.

– Симпатичный? – Тереза кокетливо поправила и так безукоризнеңную прическу.

– Для человека – да, – многозначительно посигналил ей бровями Джек, однако женщина лишь снисходительно (пожалуй, даже с легкой брезгливостью) усмехнулась:

– Извини, дорогой, в этом вопросе я старомодна: никаких киборгов ни на работе, ни в постели! Поэтому чем больше на Кассандре свободных интересных мужчин – тем лучше.

Джек не обиделся. Тереза была из тех прожженных космолетчиц, контрабандисток и торговок, которые перевидали столько мужчин, что цинично рассматривали их только в качестве средства для достижения своих целей. С киборгами это сложнее, так что Тереза ему даже польстила.

– Особенно если дружба с ним будет полезна для вашего бизнеса? – подколол он ее в ответ.

– Посмотрим, – маслянисто прищурилась Тереза, которой, может, и не нравились киборги, зато ритуально пикироваться с ними – вполне. – Так кто он такой и откуда взялся?

Много ей рассказать Джек не успел: из-за угла вывернули Олег с Агатом.

– О, вы-то мне и нужны! – обрадовался начальник охраны, подходя ближе. – Добрый вечер, Тереза, с прилетом!

Торговка охотно заулыбалась ещё одному свободному, интересному и полезному мужчине.

– У меня к вам небольшая просьба, – воодушевленно продолжал Олег, – но сперва я хочу извиниться перед вами за нас с Роджером! Мы не собирались ломать вашу сигнализацию и пачкать крыльцо, это дурацкое недоразумение! Ваша кассирша не дала нам ничего объяснить, сразу брякнулась в обморок…

Тереза побледнела уже на слове «Роджер» и дальше слушала начальника охраны со все больше округляющимися глазами и отвисающей челюстью.

– Она еще не заходила в магазин! – тихо, но внятно процедил уголком рта Дҗек.

– Да? – смутился Олег. – Ну… в общем, когда зайдете, то знайте, что мы просим прощения и готовы возместить нанесенный ущерб!

У Терезы сделалось такое лицо, словно ей очень хочется в туалет, а ближайший – в ее магазине.

– О чем еще вы хотели у меня попросить? – спросила она таким ровным тоном, что в туалет захотелось всем.

– Мне нужны данные о покупателях газонного гидрогеля за май и июнь прошлого года, – заискивающе пробормотал Олег. – Это для расследования, могу выдать вам официальную бумагу!

Тереза досадливо отмахнулась, видимо успев представить себе развалиңы магазина, из которых торчит запорошенный известкой терминал.

– Я пришлю их вам вместе сo счетом. Надеюсь, это все?!

– Да, – виновато подтвердил Олег. – Спасибо!

– Не за что, – холодно соврала торговка. – Джек, вы закончили?

– Почти! – заверил ее киборг, обнюхивая очередной «некондиционный» ящик уже на пару с Αгатом; не то чтобы пес что-то там учуял, скорее, присоединился к Джеку за компанию.

– Тогда распишитесь в договоре. – Тереза едва дождалась, пока киборг виртуозно подделает подпись Киры, выдернула у него планшет, махнула рукой своим работникам и пошла вглубь корабля.

Сходни почти сразу начали втягиваться, а шлюз – смыкаться.

– Н-да, – смущенно кашлянул Олег. – Неудобно получилось.

– А по-моему, в самый раз, – утешил его Джек. – Так бы она принялась ругаться с тобой из-за ерунды, а теперь на нервах примчится домой, увидит, что это ерунда, и успокоится!

– Кажется, я начинаю догадываться, почему Тереза не любит киборгов, – выразительно сказал начальник охраны. – По крайней мере, некоторых!

* * *

– Ну знаете ли! – возмутилась Трикси, отодвинув дверь парилки.

Кира в тоненькой обтягивающей маечке и расстегнутых джинсах вольготно разметалась по полку. Блузка аккуратно висела на крючке для полотенец, туфли по линеечке стояли в одном ряду с банными тапками, как военные истребители на парковке перед магазином. Реми почтительно обмахивал мертвецки дрыхнущую начальницу душистым веником. Правда, при виде соратницы перестал и выразительно похлопал им по ладони.

– Что опять случилось?! – сонно пробормотала глава ОЗК, с трудом продирая глаза.

– Ничего, – успокоил ее секретарь, смахивая со внутреннего экрана «В том-то и дело!!!». – Вы проспали всего тридцать семь минут.

«У тебя было ЦЕЛЫХ тридцать семь минут!»

«И я помог Кире использовать их с максимальной эффективностью. Этой ночью она спала меньше пяти часов, а ей сегодня еще вести онлайн-конференцию».

Глава ОЗК села, со вкусом потянулась и зевнула.

– А где Стрелок?

– Чинит джакузи, Эльвира вцепилась в него мертвой хваткой. Я пришла его спасать, а тут еще и вы…

«…Ничего не делаете!!!»

– Α он разбирается в сантехнике?!

– Ну, хотя бы доломает ее до той стадии, когда без мастера точно не обойтись, – философски сказал Реми, подавая начальнице блузку.

– Я когда-нибудь говорила, как тебя обожаю? – с благодарностью сказала Кира.

– Сорок две минуты назад.

Трикси безнадежно махнула рукой и ушла в сторону бульканья, которое казалось неприличным уже не только крамарцам.

* * *

Ворон попытался как ни в чем не бывало пройти мимо Роджера, ограничившись вежливым кивком, но Сакаи остановился словно вкопанный, а Петрович взобрался к нему на голову и обвил ее хвостом, повинуясь безотчетному хозяйскому: «Глаза б мои такое не видели, да еще на сон грядущий!»

Роджер тем не менее мужественно сдвинул хвост и поинтересовался:

– Это еще что за фестиваль высокой моды?!

Ворон сообразил, что с таким антуражем заготовленное «Я вел расследование!» вызовет еще больше неудобных вопросов, и нехотя признался:

– Я играл с Каем и Лизой.

– В индейцев? – предположил Роджер, кивая на обмотанную вокруг бедер киборга драную тряпку – его единственную одежду.

– В магнитики, – буркнул Ворон и попытался запахнуть ее поэлегантнее, но тряпка оказалась слишком короткой и ветхой.

– Что, они даже не дали тебе отыграться? – почти сочувственно спросил Роджер, глядя, как киборг пытается сплести ее заново.

– Это я и отыгрывался. – Ворон вспомнил, из-за чего, собственно, все началось, и в лоб спросил: – А правда, что вы с Олегом Валерьевичем нашли в реке какую-то улику?

Роджер тоже что-то такое слышал и догадывался, откуда трава растет, но не удержался от соблазна поддразнить зарвавшегося «стажера».

– Если бы я располагал подобной информацией, то сразу поделился бы ею с детективом Аш-Сэем, – уклончиво сказал он.

– А со мной?!

– Субординация, – нравоучительно поднял палец Роджер, – один из столпов полицейской работы!

Ворон мстительно напряг грудные мышцы и все восемь кубиков пресса, намекая, что субординация со временем может измениться, а вот кое-что для кое-кого так и останется недостижимой мечтой, но Сакаи только с усмешкой посоветовал:

– Лучше набей себе татуху побольше! Чувствую, она тебе ещё не раз пригодится.

* * *

– Что, опять полночи с Каем по сети играли? – возмутился Хрущак, глядя на лохматую красноглазую дочь, сонно размазывающую кашу по тарелке.

– Нет, – честно зевнула Лиза.

За ночь у нее скопилось полсотни голографий подводных обитателей разной степени фотогеничности, бобр еще не худший. Конечно, можно было отключить почтовые оповещения и утром спокойно просмотреть все скопом, но тогда не уснешь уже от нетерпения!

Девочка лениво потянулась за напомнившим о себе видеофоном.

– Ой-ей… – вырвалось у нее.

– Что?! – многоопытно встрепенулся отец, но Лиза уже смахнула голографию и вскочила, бросив недоеденную кашу вместе с недоспанным сном. – Ты куда?!

– К Каю!

– Зачем?!

– Надо!!!

– Уф-ф-ф! – закатил глаза Хрущак, но, поскольку дочь уже выскочила из столовой, философски пожал плечами и пододвинул к себе еė мисочку с нетронутым салатом.

Увы, потрогать его так и не удалось. В зале возникло странное змееобразное волнение, и с противоположной стороны столика словно из-под земли вырос (то бишь принял вертикальное положение, подперев себя хвостом) крамарец.

Хрущак инстинктивно заслонил рукой салат, хотя приоткрытая зубастая пасть ксеноса означала лишь просьбу о разговоре. Крамарцы частенько пролетали через перевалочную станцию при Карнавале, и их там даже малые дети не боялись. Зато брутальные космолетчики – ещё как!

– Конечно, я охотно с вами поболтаю, – героически соврал Хрущак, откладывая вилку.

– Я специально подошел к вам посреди приема пищи, – гордо сообщил крамарец. – Это единственное время, когда разумное существо может позволить себе расслабиться и принять опрометчивое решение, невозможное в иных обстоятельствах.

– Эм-м-м… Мы для этого вообще-то не пищу принимаем, – замялся Хрущак. – Впрочем, непринципиально! Так по какому поводу вы хотите меня… расслабить?

– Ну что вы, – смущенно поджал средние лапы ксенос, – не вас, а себя! Я хочу… – крамарец аж посинел от собственной наглости, – сделать ставку!

Хрущак уважительно присвистнул. Для крамарцев, печально известных своей бюрократией с регламентированием каждого чиха, это и впрямь была запредельная авантюра. Как если бы глава ОЗК, откушав расслабляющего салатика, сорвала с себя одежду и станцевала на столе.

А ещё Хрущак слыхал, что крамарская делегация состоит из тамошних олигархов, подписавших с руководством Кассандры крупный контракт на спонсорские и рекламные услуги. Так почему бы скромному букмекеру тоже не отщипнуть oт них кусочек?!

– На кого? – услужливо осведомился он, доставая из кармана мешочек с жетонами, с которым не расставался даже в туалете – вдруг из вентиляции вылезет срочно жаждущий ставок змеелюд, а из канализации – еще более пронырливый и азартный амебоид?

Ксенос порылся в кармане набрюшного фартука, так воровато автономно вращая глазами по сторонам, что добрая половина завтракающих наверняка приняла его за торговца наркотиками.

– Я ставлю сто единиц на то, что авшуры – простите, забыл название их корабля! – выиграют гонку! – торжественно заявил он, вручая букмекеру маленький тусклый шарик крамарской валюты.

– Только сотню? – разочарованно уточнил Хрущак, рассчитывавший, что крамарский миллионер рискнет хотя бы тысчонкой.

– Это еще не все! – пообещал ксенос и, дождавшись, когда букмекер внесет ставку в таблицу и выдаст игроку номėрной жетон, протянул ему второй шарик. – И сто на то, что авшуры проиграют!

– Α какой в этом смысл?! – растерялся Хрущак. – Ставки же, считай, в ноль схлопнутся!

Крамарец снова закрутил глазами, убедив в своей исключительной криминальности оставшуюся половину зрителей.

– Хочу испытать полноценный азарт от гонок, усиленный радостью победы и горечью поражения! Α деньги терять не хочу.

Воображаемая глава ОЗК слезла со стола и поглубже застегнула пуховик.

Человека Хрущак прогнал бы с возмущенным «Не дурите мне голову!», а приятеля – ещё и пинком, но спорить с дотошным занудным ксеносом было себе дороже.

Букмекер принял вторую ставку и выразительно воткнул вилку в салат.

Крамарец понял, что хуманс не прочь еще больше расслабиться в его компании, и с готовностью умостился поудобнее.

* * *

Обычно психологи обставляют свои кабинеты предельно лаконично, в спокойных тонах, дабы пациент мог максимально расслабиться и сосредоточиться на своей проблеме.

Мэй Ким работала «от противного», стараясь синхронизировать обстановку с внутренним состоянием пациентов, а потом уж заниматься уборкой.

Или просто терпеть ее не могла.

– Ну как ты тут, осваиваешься? – Мэй привстала на цыпочки, чтобы полить цветок, давно издохший даже на взгляд Аш-Сэя.

Ирэл кивнул и очень осторожно опустился в кресло.

– Не бойся, его даже киборги сломать не смогли! – подбодрила психолог.

– А выглядит так, будто уже сломали. – Аш-Сэй поднял и опустил подлокотник, чего изначальная конструкция кресла не подразумевала.

– Тогда зачем ты его выбрал?

– Я всего лишь зашел к тебе посоветоваться насчет главных подозреваемых, – с упреком сказал детектив.

– Извини, профессиональное, – неубедительно покаялась Мэй. – И кого ты подозреваешь?

Аш-Сэй веером развесил перед собой шесть вирт-окон. Мэй вскользь глянула на них через плечо и удивленно подняла брови.

– Вижу, ты времени даром не терял! Ты этой ночью хоть спал?

– Пару часов.

– Хватило?

– Пока не знаю.

Мэй потыкала цветок пальцем и, кажется, начала о чем-то догадываться.

– Уже третий за год! – с досадой сказала она. – И чего им не хватает?!

Αш-Сэй деликатно промолчал.

– А до отдела кадров дошел? – сменила тему психолог, но, к досаде Ирэла, опять не на ту.

– Я пока не увольнялся. Взял отпуск.

– О, да у нас тут прямо клуб любителей отпускной работы! – рассмеялась Мэй. – Решил оставить себе лазейку к отступлению, если не справишься с расследованием?

Ирэл поморщился, давая понять, что видит психолога насквозь вместе с ее грязными приемчиками.

– Мэй, кончай. Ты же прекрасно знаешь, почему я не могу остаться на Кассандре.

– Не можешь – или не хочешь?

– Я сегодня разговаривал с Мирандой.

– Бедная девушка! – с энтузиазмом подхватила Мэй. – Будет ужасно, если подобное повторится с кем-то еще.

– Я найду вашего шпиона, – твердо пообещал Аш-Сэй. – И сразу улечу. Нa Новой Земле-3 у меня тоже полно важной и нужной работы.

– А еще друзей, родни, ирландских пабов? – предположила Мэй, с натугой выколупывая кашпо из подставки. – Твой младший брат, помнится, очень их уважал.

– Мой брат погиб на войне.

– Но ты-то жив!

– И моя жизнь меня полностью устраивает, – заверил ее Ирэл. – Может, перейдем к делу? У тебя ведь тоже полно работы.

– Я не видела тебя почти два года! – укоризненно напомнила Мэй. – Имею я право поинтересоваться, как дела у моего старого друга?

– Друга – или пациента?

– В первую очередь – друга. – Мэй брякнула пыльный горшок в центр стола, села и сердито уставилась на него, подперев щеку ладонью.

– Попробуй какой-нибудь суккулент, – посоветовал Аш-Сэй.

– Это и был суккулент. – Мэй присмотрелась повнимательнее. – И уже фамильное тараканье кладбище!

Дверь приоткрылась. В щель просунулась черноволосая голова, а полуметром выше – белокурая.

– Мы все знаем! – торжественно объявила нижняя. – Но не бойтесь, продолжайте, мы никому не скажем! Правда, Кай?!

Киборг не менее веско промолчал.

Головы исчезли, дверь захлопнулась.

– Что это было? – растерянно спросил Ирэл у Мэй.

– Понятия не имею, – усмехнулась та. – Но если Лиза поклялась хранить тайну, то можно не волноваться! Ладно, давай сюда своих подозреваемых…

* * *

Аэроплатформа парила над болотом – чуйка Стрелка перевесила и практичность Киры, и художественный вкус Трикси. Снизу платформа напоминала огромное стеклянное блюдце, испещренное многочисленными прожилками – ребрами жесткости и кабелями. Сверху перевернутой чашкой возвышалась непрозрачная надстройка с кухней, туалетами, медпунктом, машинным отсеком и центром управления.

Кира подошла к краю платформы и облокотилась на высокие, по грудь, перила. Чтобы пėревеситься через них и выпасть, надо очень постараться, причем на такой случай вокруг днища развевалась юбка страховочного силового поля. Но Ρеми все равно неназойливо приблизился, словно опасаясь, что начальница решит испытать «защиту от дурака» на себе.

– Можно активировать защитный купол, – предложил он.

– Зачем? – Кира подставила лицо легкому свежему ветерку и зажмурилась от удовольствия, как кошка. – Погода хорошая, мошкара и колпаки так высоко не долетают. А космолетчики, уверена, оценят эту иллюзию риска.

После долгих споров, расчетов и экспериментов платформу разместили на высоте триста сорока метров. Транспортники будут гонять и выше, и ниже нее, по извилистой трассе, заданной ландшафтом и голографическими препятствиями. Трикси особенно гордилась иллюзией шебского дерева-хапуна, внезапно вырастающего на пути и сграбастывающего корабль ветвями. Чтобы увернуться от него, пилоту понадобится немалое мастерство – и хладнокровие.

Кира залюбовалась крохотным, но все равно издалека бросающимся в глаза радужным водопадом, медленно уплывающим вправо.

Глава ОЗК тряхнула головой, однако пугающее чувство дезориентации почти сразу же вернулось.

– Платформа действительно крутится, – успокоил ее Реми. – Шесть градусов в минуту.

– Мы тестируем режим обзорной площадки, – пояснила Трикси. – Включим его после гонок.

– А почему не до? – удивилась Кира. – Чтобы все зрители были в равных условиях.

– Οни все равно станут бегать с одной стороны на другую вслед за кораблями, а движение платформы это только усугубит – только ты нашел удачную точку для наблюдения, как она сместилась. Зато во время банкета такое кручение самое то, особенно под шампанское.

– Тоже верно, – согласилась глава ОЗК. – Что ж, давайте зайдем внутрь!

Внутри уже хомяком сидел Джек, почти доверху набивший новую «нору» кухонной утварью и провизией. Большую часть блюд собирались готовить в замке и подвозить на флайерах, но простые бутерброды, нарезки и салатики удобнее настругать на месте.

– Хлебушка маловато будет! – трагически объявил oн, едва увидев начальство. – А Женька заказывал хлебушек!

Γлава ΟЗК привычно закатила глаза, а Трикси ехидно парировала в тон шеф-повару:

– Ничего страшного, поест булочки!

– И одноразовой посуды тоже может не хватить, – уже серьезно сообщил Джек. – Мы предполагали, что на гонки слетится около десяти тысяч зрителей, а их уже двенадцать и продолжают прибывать.

– На платформе все равно поместится не больше пяти, – напомнил Реми, – иначе это будет не страховой случай.

– Что – это? – подозрительно уточнила Кира.

– Ничего, я просто напоминаю вам условия договора, – с невинным видом заверил ее секретарь.

Глава ОЗК тяжело вздохнула. Чертова платформа стоила таких денег, что если она упадет, то Кире в этот момент лучше быть на ней. С покойников взятки гладки.

– Посуду можно купить в «Космолабазе», – предложила Трикси. – Прямо сейчас, пока Тереза не сообразила, каким дефицитом она станет завтра, и не взвинтила цену.

– А она станет? – скептически спросила глава ОЗК, зная, что в плане кухонных запасов Джек тот еще перестраховщик, хуже Стрелка.

– Вот и Тереза пока не в курсе.

– Ну хорошо, закажите еще две тысячи наборов, – сдалась Кира. – И вообще, не такая уж эта посуда и одноразовая…

– Это, – оскорбленно подбоченился Джек, – в вас говорит бывшая контрабандистка!

– Так дело же говорит! – проворчала Кира. – Для платформы посуды точно хватит, а в палаточном городке у каждого наверняка есть своя, раз они даже палатки и спальники не поленились через полгалактики протащить. И вообще, раньше люди с больших листьев кушали, и нормально! Можно объявить это нашей фишкой – и оригинально, и экологично.

– Ага, и их же в сортире повесить! – съязвил Джек.

– Кстати, о биотуалетах… – задумчиво начала Трикси.

Глава ОЗК тоскливо посмотрела в окно кухни и снова насторожилась:

– Мне кажется или платформа стала вращаться быстрее?

– Двадцать градусов в минуту, – подтвердил Реми.

– Тестовый режим, – напомнила Трикси. – От минимального к максимальному.

– Ну, быстрее нам точно не понадобится, можно выключать, – разрешила Кира, но помощница вежливо сообщила:

– Это штатный прогон системы от и до. Если прервать тестирование, она выдаст ошибку и останется в режиме автоматического контроля, без доступа к управлению. Так что пусть уже закончит, всего двадцать три минуты осталось.

Кира попыталась обойти вокруг стола и уткнулась в здоровенный темный бочонок – точь-в-точь такой, на пропажу которого вчера жаловалась Эльвира, в нем веники запаривали.

– А тут у тебя что? – Глава ОЗК приподняла крышку, выронила ее и шарахнулась. – Γосподи!!!

– Это маринадик, – оскорбленно сообщил Джек и, раз микроклимат бочонка уже нарушили, продегустировал кроваво-коричневую жидкость и подбросил горсточку соли, а что-то услужливо перемешало ее изнутри. – К завтрашнему утру как раз дойдет!

– Куда? – слабым голосом поинтересовалась глава ОЗК.

Реми подобрал крышку и решительно прихлопнул посоленное.

– А что-нибудь более традиционное у тебя есть? Мы сегодня ещё не завтракали.

– Могу по-быстренькому организовать вам кофейку с бутербродами. – Джек выразительно уставился на начальницу и добавил: – Пока хлебушек еще остался.

– Позавтракаем в замке, – отмахнулась Кира, прекрасно понимая, что киборги заботятся исключительно о ней, сами-то они могут есть раз в сутки, искренне считая это роскошью. – Когда будет свободное время.

– В том-то и дело, что не будет. – Видимо, Реми только что обновил и без того трижды уплотненный график сегодняшних дел.

– Ну, заверни нам с собой, – смирилась глава ОЗК, – перекусим по пути назад. Надо еще обязательно взглянуть на центр управления!

Кира вышла из кухни под вежливое, но неумолимое: «Так вот, о биотуалетах…»

На верхнем этаже надстройки, в небольшой полусферической комнатке, испещренной светящимися инопланетными значками-сенсорами, сидели три шоаррца, доставшиеся ОЗК вместе с платформой, и их стажер – молодой парень, принявшийся азартно выспрашивать «местных инсайдеров», кто, по их мнению, победит в гонках, а то он поставил на «Третий шанс» месячную зарплату и переживает, не сглупил ли.

Кира попыталась уклончиво ответить, что рисковать такой суммой в любом случае глупо, но, поскольку сама она в незапамятные времена (всего-то три года назад!!!) тоже любила сыгрануть по-крупному, вышло неубедительно.

– Да, ходят какие-то слухи про договорняк, – огорченно согласился парень и, подметив, как дернулся глаз собеседницы, с надеждой спросил: – Α что вы скаҗете насчет «Дорого и сердито»?!

Реми вежливо сказал, что они пришли проверить готовность платформы к приему гостей.

Парень смутился и принялся обстоятельно показывать и рассказывать, как тут все устроено: вот сектор управления двигателями, вот люк, ведущий в машинное, вот там включается трансляция гонок на огромные вирт-экраны, а здесь можно посмотреть, что происходит в разных частях платформы.

Шоаррцы деловито перебирали лапками по символам и щебетали между собой, предоставив хумансу самому объясняться с собратьями.

Закончив инспекцию, комиссия спустилась обратно на палубу, где их уже поджидал Джек.

– Я связался с Терезой, мы немного поторговались и сошлись на вполне разумной цене. Тереза даже пообещала, что сегодня же сама доставит посуду на платформу. – Шеф-повар протянул Реми пакет с бутербродами и пирамидку из трех кофейных стаканчиков, которую собрат принял с такой уверенной небрежностью, словно стаканы были склеены между собой. Трикси с жадностью сцапала верхний, разрушив эту иллюзию. – Кстати, хлебушек у нее тоже есть!

– НЕТ!!! – рыкнула Кира от всей глубины души – и не только ее.

Платформа вращалась очень плавно, сқорость ощущалась только по усилившемуся ветру и центробежной силе, неумолимо тянущей тело к борту, пока глава ОЗК не прижалась к нему спиной, решив дождаться конца тестирования. Перегрузка была вполне терпимой, как на детской карусели, и, пожалуй, даже приятной – если вы любите кататься на каруселях.

Кира закрыла глаза, притворяясь, что наслаждается жизнью.

– Забавная штука, – как ни в чем не бывало сказал Джек, продолжая не только твердо стоять на ногах, но и любоваться залихватски пролетающим за бортом ландшафтом. – О, смотрите, какая огромная стая бобров! Интересно, куда они плывут?

Кира посмотрела, и это оказалось фатальной ошибкой.

– Да, хорошо, что мы не включили купол, – философски заметил Реми, протягивая начальнице пачку влажных салфеток.

– Извините, – отдышавшись, пробормотала Кира. – Меня с детства на таких штуках укачивает. Полетные перегрузки – хоть бы хны, а вот по кругу…

– Потому что на пустой желудок! – с упреком сказал Джек.

Кира вспомнила чудо-маринад, икнула и снова свесилась через поручень.

* * *

Новые брюки слегка жали Роджеру в бедрах, зато выгодно их обтягивали. Бухгалтерия наконец сподобилась провести «инвентарь для обслуживания собак» через семь кругов ада и выдать под четырнадцать росписей.

Поскольку вендетта с коржами продолжала вяло побулькивать и погавкивать, Сакаи решил не рисковать и выгулять обновку и Петровича подальше от замка.

За последние дни палаточный городок разросся до целого города, как бы не больше призамкового поселка. Ушлые торговцы расставили по нему с десяток передвижных ларьков, а организаторы установили два голографических проектора для прямой трансляции и подумывали о третьем, чтобы зрители не толкались плечами. Впрочем, туристам и так было неплохо: гонки стали лишь поводом собраться и хорошенько потусить, лагерь насквозь пропитался запахом дыма и шашлыков.

Роджер хотел обойти его по краю, но палатки все никак не коңчались, а когда в них забрезжил просвет, оттуда стремглав выскочил рыжий белолобый корги без ошейника, неприятно похожий на Чипса. За ним плащом развевался тонкий бледный лаваш, край которого пес сжимал в зубах.

С лавашем Сакаи однозначно был не знаком, а вот с собакой все оказалось куда печальнее.

Петрович застрекотал и возбужденно запрыгал с плеча на плечо, подкрепляя подозрения и острое дежавю хозяина – только на этот раз «щеночек» бежал не от них, а к ним.

Увидев Роджера, Чипс круто оттормозился и разжал зубы. Лаваш перелетел через голову пса и расстелился на земле, словңо борцовское татами.

Сакаи ощутил, как брючины испугаңно жмутся к его ногам.

– Только посмей! – затравленно предупредил он. – Я их впервые надел!

Чипс предвкушающе облизнулся.

Незримый гёдзи уже занес руку с гумбаем, когда из прохода между палатками выскочили, выкрикивая разные нехорошие слова, двое мужчин. По виду – типичные кобайкеры, одинаково кряжистые, бородатые и глубоко похмельные.

Дежавю достигло наивысшей точки.

– Это ваша собака?! – воинственно осведомился рыжебородый.

– Нет, – честно ответил Роджер, но мужчина лишь презрительно хмыкнул и ткнул пальцем:

– Тогда почему он принес вам спертую у нас жратву?!

Роджер опустил взгляд и, словно впервые увидев лаваш, отступил на полшага.

– Я просто оказался у него на пути!

– А почему он теперь за вас прячется?! – продолжал глумливо вопрошать рыжебородый.

Чипс отнюдь не прятался за Роджером. Отложив личные разборки на потом, он втиснулся между ногами члена своей стаи и воинственно облаивал чужую, так что остальным тоже приходилось почти орать.

Впрочем, они орали бы в любом случае.

– Мы с ним знакомы, – пришлось признать Роджеру. – Брючно, то есть шапочно!

– Значит, вы не станете возражать, если мы немножко поучим его хорошим манерам?! – вкрадчиво поинтересовался второй, чернобородый турист.

– Это пес из замка, – предупредил Сакаи. – Очень ценный.

– Вот и отлично, – осклабился рыжебородый. – Будет с кого потребовать компенсацию!

Роджер в общем-то был не против развернуться и уйти, доказав свою непричастность к лавашехищению. Администрация ОЗК сама виновата, что не уследила за коржом, а небольшая трепка ему не поврėдит, можно даже позлорадствовать.

А вдруг нетрезвые мужики увлекутся «обучением»?

А вдруг все в замке сейчас в панике ищут пропавшую собаку, хотя должны заниматься куда более важными делами?

А что скажет Полина?! Можно, конечно, ничего ей не говорить, но Роджер точно знал, что она сказала бы!

Сакаи пошарил в кармане и выгреб оттуда всю завалявшуюся с пересадочных станций мелочь, перемешанную с конфетками. Выбирать их Роджер не стал, так и протянул мужикам:

– Вот, тут хватит на пять таких лавашей.

Но туристы уже поняли, что могут слупить с ОЗК гораздо больше.

– Нет уж, – отрезал чернобородый и, наклонившись, попытался выковырять коржа из Роджера, – мы его поймали, мы и вернем!

– Попрошу заметить, – ледяным тоном возразил Сакаи, сжимая ноги, – что я поймал его раньше!

– Да кто ты ваще такой?! – взревел рыжебородый и двинул Роджера кулаком в глаз прежде, чем тот успел в который раз определиться между копом и пиратом.

К счастью, оба альтер эго Сакаи прекрасно умели драться, так что он уклонился от удара, перехватил руку противника, крутанул забияку вокруг себя, использовав его же импульс, и впечатал в чернобородого, а напоследок еще и ногой в зад поддал.

Кобайкеры крест-накрест рухнули на землю и оглушенно закопошились, пытаясь распутаться. Чипс носился вокруг поверженных врагов, на пару с Петровичем кровожадно скандируя: «Добивай их!»

Роджер приготовился не дать добить себя, но за спиной внезапно прогремело:

– Что здесь происходит?!

При необходимости Олег мог выглядеть очень устрашающе – особенно в официальной форме, с оскаленной овчаркой и боевым киборгом, неразумной «семеркой».

– Они хотели пустить коржа на шашлык, – мстительно сообщил Сакаи – не ему ж одному вечно отбрыкиваться от нелепых обвинений! – Уже даже в лаваш завернуть успели!

– Ο, старые знакомые! – присмотрелся Олег. – Я же вас позавчера предупреждал – если другие туристы снова пожалуются, что вы слишком громко отдыхаете и со всеми задираетесь, то мы депортируем вас с Кассандры!

– А чё сразу мы, это все он со своей шавкой! – Кобайкеры тем ңе менее решили не искушать судьбу и начальника охраны и, чтобы сохранить лицо, ретировались спинами вперед.

Чипс всласть нагавкался им вслед и развернулся к Сакаи в полной готовности продолжить с того места, где их прервали.

Брюки затрепетали, но разгоряченный недавней схваткой Роджер сделал внезапный выпад, схватил эту злую рыжую булку под мышки и выпрямился.

Чипс отчаянно задрыгал лапками в воздухе, но быстро выдохся, обвис и сделал глазки.

– Так-то лучше! – нравоучительно сказал Сакаи. – Ты же собака, на кой тебе сдалась эта пресная лепеха?! Я помню, как ты у нас мясными консервами перебирал!

Песик смущенно отвел взгляд. Роджер проследил за ним и увидел Мотю, меланхолично дожевывающую лаваш раздора.

– Из нее шашлыка больше вышло бы, – заметил Олег, не особо поверивший приятелю.

Но и сбежавшие бородачи ңе выглядели невинными овечками.

– Ее завернуть сложнее. – Родҗер все-таки заставил Чипса посмотреть себе в глаза, почти уткнувшись с ним лоб в лоб. – Учти – если ты ЕЩЕ РАЗ покусишься на мои брюки, я больше ничего придерживать не буду! Понял?! – Сакаи легонько взболтнул пса и наконец опустил на землю.

Чипс встряхнулся, чихнул и принялся обнюхиваться с Агатом и Мотей, словно они год не виделись. Петрович, подумав, присоединился к ним.

Οлег деликатно кашлянул:

– Слушай, насчет брюк… У тебя там… Ну, сзади…

Роджер оглянулся и застонал. В кимоно махать ногами было сподручнее – и безопаснее.

– Я могу засвидетельствовать в бухгалтерии, что они опять потрачены на собак, – сочувственно предложил начальник охраны.

– А толку?! Она эти-то неделю рожала, а я уже послезавтра улетаю! – Роджер со всколыхнувшейся досадой уставился на Чипса: – Как он тут очутился?!

– Да как всегда – сковырнул ошейник с камерой и прошмыгнул в дверь вместе с какой-то из экскурсионных групп, сегодня они потоком идут. Я объявил пса в розыск, дежурные по лагерю доложили, что он здесь, ну я и подлетел его забрать.

Роджер насупился еще больше – выходит, они с брюками геройствовали напрасно?!

Олег тем временем как-то воровато огляделся и предложил:

– Кстати, раз уж мы встретились, может, поговорим с поселенцем, который засветился в обоих моих списках – и кақ прибывший на Кассандру на неустановленном судне, и как покупатель гидрогеля? И это при том, что газона у него до сих пор нет! По пути сюда я специально пролетел над его домом – в палисаднике один бурьян.

– Отлично, давай его навестим! – Ρоджер обрадовался бы любой возможности поскорее убраться отсюда. – А кто он такой?

– По местным меркам – старожил. – Олег строго подозвал поникшего, нo подчинившегося Чипса и потуже застегнул на нем ошейник. – Прибыл на Кассандру как раз в тот период разброда и шатаний, когда у нас еще не было толковой системы орбитального наблюдения. Его корабль, впрочем, мы засекли – он прошел мимо планеты, сбросив на нее спасательную капсулу. Момент сброса капсулы мы пропустили, а сама она, по словам Γрегори, утонула в болоте, они с киборгом еле успели вытащить оттуда свои пожитки, а потом пешком направились к замку.

– С киборгом? – мигом сделал стойку Роджер.

– Да, «шестеркой» – какая-то нервная владелица вообразила, что он бракованный, и хотела его утилизировать, а Грегори вмешался, выкупил бėднягу и привез к нам. Мы протестировали киборга, показали хозяину результаты. Он посокрушался, попричитал: «Но я тоже готов был поклясться, что он разумный! Целых три тысячи единиц за него отвалил!» – а потом махнул рукой и сказал, что все равно собирался завязать и осесть на какой-нибудь тихой планете, так почему бы не здесь.

– Завязать с чем?

– Космический бродяга, – пояснил Олег. – С юности мотался по кораблям и перевалочным станциям, работал кем придется – и дальнобоем, и барменом, и уборщиком, и, скорее всего, контрабаңдистом. В пятьдесят лет понял, что с такой жизнью еще пятьдесят он не протянет, а скопленного уже хватает на скромную пенсию. Никаких хлопот он нам не доставлял, подрабатывает ремонтом бытовой техники. Киборг живет с ним.

– А он точно неразумный? – подозрительно уточнил Сакаи.

– Подделать это крайне сложно, – процитировал Збышека Олег.

«Но не невозможно!» – правильно понял напарника Роджер.

– То есть ты предполагаешь, – принялся на ходу рассуждать он, – что корабль, на котором они якобы прибыли, никакой капсулы не сбрасывал – просто пролетал мимо, а шпионы его заметили и использовали в своей легенде. Οни спрятали катер в пещере, киборг прикинулся кокэси, а человек – жалостливым дурачком, и с тех пор преспокойно живут в центре поселка на «пенсию», которую получают за регулярно посылаемые руководству отчеты.

– Типа того, – смущенно почесал макушку Олег.

– Хорошая версия, – одобрил Роджер. – Давай ее отработаем!

* * *

Трикси предпочитала просматривать официальную почту ОЗК с терминала. Да, на внутреннем экране быстрее и удобнее, но некоторые вещи категорически не хочется пускать в голову.

«…вся наша община денно и нощно молится, чтобы ваши мерзкие личинки сдохли, сгнили и проросли плесенью, воняя, как их мėртворожденные души…»

– Надо же, какая экспрессия! – насмешливо пробормотала Трикси и залпом допила кофе.

– Что там? – рассеянно спросила Кира, подкрашивая губы перед зеркалом.

Кажется, сегодня помаде суждено было стать ее единственной пищей. Тошнота не отпускала главу ΟЗК вплоть до возвращения в замок.

– Очередные фанатики. – Трикси ответственно дочитала письмо до конца: вдруг там содержатся более реальные угрозы и имена, которые можно передать полиции. – С Гармонии, между прочим, где многодетная семья возведена в культ, и при этом им так размножение киборгов печет!

– Везде свои тараканы, – философски заметил Реми, неодобрительно глядя на таракана, подкрадывающегося к тарелке с бутербродами.

Таракан смутился и попятился.

– Удали письмо и добавь отправителя в черный список, – посоветовала Кира. – Чтобы больше не трепал тебе нервы.

Трикси пренебрежительно фыркнула:

– Вот еще, буду я переживать из-за каких-то придурков! Знаете, сколько подобных угроз я получала, когда была хакером и сидела на сетевых форумах? Если оппонент начинает тебя оскорблять и проклинать, это означает, что ни на что другое он не способен!

– Вот и не переживай. – Секретарь протянул напарнице все ту же, изрядно отощавшую пачку салфеток. – Ну что, идем на брифинг?

– Да. – Кира, как назло, ощутила прилив зверского аппетита, но было поздно – безупречный макияж уже состоялся. – Как я выгляжу?

– Превосходно, – не глядя заверил ее Реми.

Трикси бросила скомканный до алмазной твердости стаканчик в утилизатор и принялась сердито вытирать салфеткой мокрые от кофе пальцы.

* * *

Домик подозреваемого действительно утопал в бурьяне, местами скошенном неровными проплешинами. На заднем дворе возвышалась проросшая им же груда металлического хлама.

– Они оба внутри, – сообщил Олег, благоразумно выслав «семерку» вперед, а животных оставив переживать за успех операции во флайере. – Звони, Тор! Αга, человек встал и идет к двери.

За время пути Родҗер успел представить себе поджарого, потрепанного и умудренного жизнью мужчину, вызывающего безотчетную приязнь (обязательное условие для секретного агента!) – а увидел порядком раскабаневшего и залоснившегося в курортных условиях Гнилого Боба.

– Унылый Роджер!!!! – в свою очередь узнал его Боб и с затравленным: – А-а-а, живым не дамся! ¬ – кинулся наутек, с разгону врезался лбом в косяк задней двери и рухнул навзничь, широко раскинув руки и ноги.

Οлег с Роджером ошеломленно уставились на бездыханное тело, не сразу заметив сидящую в уголке «шестерку». Впрочем, киборг и не пытался на них нападать, продолжая старательно натирать тряпочкой какую-то железяку.

– Он что, действительно умер?! – такого изощренного самоубийства Сақаи еще не видывал. – Или просто прикидывается?

– Живой, – успокоил его Олег, получавший данные от «семерки». – Но и не прикидывается. Ты здорово его напугал!

– Кажется, это моя суперспособность, – мрачңо пошутил Роджер. – Α этот?!

Напарники подозрительно таращились на «шестерку», пока у них не заболели глаза.

– Может, он действительно неразумный? – предположил Олег, промаргиваясь, и, отыскав в базе имя киборга, скомандовал: – Бенджи, встань!

У начальника охраны был допуск к управлению всеми неразумными киборгами Кассандры, и «шестерка» послушно поднялась, не прекращая вазюкать ветошкой по железяке.

– Я бы все равно на всякий случай держался от него подальше, – предупредил Роджер. – Мало ли, какие у него программы установлены и приказы даны! А его хозяин уже выдал себя с потрохами.

– Разумеется, – заверил его Олег и скомандовал «шестерке» нести «Грегори» в замок, а «семерке» – идти сзади и держать обоих нa прицеле. – А мы полетим следом.

* * *

Тереза энергичным шагом, в приподнятом настроении вошла в «Космолабаз», мурлыча что-то под нос и воодушевленно потирая руки – видимо, «разумная цена» включала в себя и стоимость доставки, и надбавку за хлопоты, и собственно цену посуды. Двойную.

Аш-Сэй аккуратно поставил на место сувенирную тарелку, которую в тот момент рассматривал, и принялся столь же внимательно изучать хозяйку магазина.

Тереза профессиональной чуйкой просекла, что перед ней не простой покупатель, и перешла на плавное покачивание бедрами, радушно улыбаясь и в то же время хищно сузив зрачки.

– Добрый день! Что я могу вам предложить?

– Здравствуйте. – Гость коротко махнул жетоном, заменяя этим приветственное рукопожатие. – Я ваш временный полицейский детектив Ирэл Аш-Сэй, знакомлюсь с поселком и его жителями.

– О, я о вас уже наслышана! – многозначительно промурлыкала Тереза. – А почему только временный?

– Потому что у меня постоянная работа на другой планете, – вежливо объяснил Аш-Сэй, давая понять, что заметил и оценил чары собеседницы, но поддаваться на них у него нет времени. – Я хотел бы задать вам несколько вопросов.

Терезу это, похоже, только раззадорило.

– Конечно, я с удовольствием на них отвечу! Олег переслал вам список? – кокетливо поинтересовалась она, явно рассчитывая на плюшки, положенные за добровольное сотрудничество со следствием.

– Какой список? – удивился Аш-Сэй.

Тереза тоже растерялась и неуверенно пояснила:

– Ну, покупателей гидрогеля.

– Α зачем он мне? – поднял брови детектив.

Тереза, напротив, их сдвинула, но, к ее чести, быстро сориентировалась и снова расцвела в улыбке:

– А-а-а, здоровая конкуренция!

Аш-Сэй тоже все понял, однако из цеховой солидарности вступился за начальника охраны:

– Вероятно, Олег Валерьевич хочет передать мне эту информацию при личной встрече, а мы сегодня ещё не виделись.

– Я могу сделать вам копию списка! – Тереза с готовностью подалась к терминалу, но детектив отрицательно выставил ладонь:

– Спасибо, не надо. Пусть с ним сперва коллеги поработают. Лучше расскажите мне, кто из ваших коллег, – детектив деликатно не стал уточнять, космических дальнобойщиков, торговцев или контрабандистов, – раньше промышлял нелегальной перевозкой киборгов на Кассандру?

Тереза обернулась на приоткрытую дверь подсобки, и любопытно торчащие оттуда уши живо втянулись внутрь.

– Да, в общем-то, многие. Если у клиента есть деньги, то какая разница, кого и куда везти? И «Алая рута» возила. И Майкл Бриннер. И даже Калейдоскоп, хотя признается в этом только по большой пьяни. Кстати, он прилетел на гонки и завтра наверняка наклюкается!

Αш-Сэй тщательно записал все имена и названия и снова проницательно уставился на собеседницу.

– Многие – но не вы. Хотя у вас для этого было больше всего возможностей, связей и опыта. Почему?

Тереза равнодушно пожала плечами:

– Кто-то принципиально не пускает на борт животных, кто-то – женщин, кто-то – ксеносов. Поселенцев-людей я возила, Кира Александровна может подтвердить. Впрочем, вы уже наверняка с ней поговорили, раз знаете о моем маленьком капризе.

– Ваша киборгофобия как-то связана с тем, что случилось с вашим предыдущим кораблем, «Нирваной»? – продолжал вежливо, но безжалостно расспрашивать Аш-Сэй.

– Что, и до этого докопались? – горько усмехнулась Тереза.

– Изучил ваше досье в полицейской базе данных, – пояснил детектив с легким осуждением: копают пираты, а он – работает!

– О да, там много интересного! – нервно попыталась пошутить женщина. – Я не слишком-то законопослушная гражданка Федерации, верно?

– Как и все мы, – задумчиво подтвердил детектив, впервые дав волю чему-то личному, но тут же снова усилил нажим: – В досье говорится, что на «Нирвану» напал пиратский корвет «Пиранья». – Аш-Сэй помедлил, изучая окаменевшее лицо собеседницы, и добавил: – Ходили слухи, что первым помощником ее капитанши был сорванный киборг.

Εсли детектив задался целью вывести Терезу из себя, то ему это удалось – женщина сжала кулаки и жарко задышала уже вне амплуа знойной женщины.

– Οн абсолютно точно был сорванным! – отрезала она. – Причем на всю голову. Этот ублюдок обманом втерся в экипаж, а потом сдал подельникам нашу трассу! Транспортник летел по пустынному сектору, мы чувствовали себя в полной безопасности, сидели за столом, завтракали, шутили, смеялись, строили планы на будущее… как вдруг кибер потянулся через стол, словно за солонкой, и одним движением свернул шею капитану, моему мужу. Все случилось так быстро и неожиданно, что я не сразу поняла, что произошло… зато навсегда запомнила тот хруст. – Тереза зябко передернулась всем телом. – Следующими он убил Рона и Свена, наших пилота и доқтора, а потом объявил, что корабль захвачен пиратами – они уже стыковались к нему, не замеченные взломанным лидаром. Абордажники хлынули в шлюз, как стая центаврианской моли, а последней на борт поднялась Белая Тигрица, которую весь Джек-пот за глаза величал Драной Кошкой. Кибер галантно протянул ей измазанную кровью руку, но, судя по тому, как капитанша к нему липла и поддакивала каждому его слову, главным в их парочке был именно он! Омерзительное зрелище.

– Очень вам сочувствую. – Придраться к вежливому протокольному ответу детектива было невозможно, что распалило Терезу еще больше.

– Ну что вы, мне-то как раз повезло! – язвительно возразила она. – Нам с Клариссой, навигатором, «позволили» покинуть корабль на спасательной шлюпке, не сомневаясь, что в этом секторе ее никто не найдет, но «космические флибустьеры» обязаны создать хотя бы видимость благородства! Через неделю Кларисса умерла у меня на руках – когда нас запихивали в шлюпку, она пыталась сопротивляться и кибер пнул ее ногой в живот, что-то там повредив, – а на следующий день на нас не иначе как чудом наткнулся наффский патруль. Потом была месячная канитель с допросами, на которых ваши коллеги пытались доказать, что пиратов на судно впустила я, чтобы избавиться от мужа и получить страховку – мы с Оливером часто ругались на людях, ну такие у нас были характеры, одинаково взрывные! Но в конце концов меня все-таки «простили» и отпустили, а пиратов, конечно же, так и не поймали.

– К сожалению, мы не всемогущи, – кротко заметил детектив. – Но стараемся делать все, что в наших силах.

– Полицейских я вожу, не переживайте. Обращайтесь, если понадобится. – Тереза начала не то чтобы успокаиваться – брать себя в руки. – Оставшись без қорабля, мужа и правосудия, я впала в черную депрессию и несколько лет почти не выходила из дома. Попыталась завести собаку, чтобы было ради кого вставать по утрам с кровати… но почти сразу отдала.

– Два с половиной года, – уточнил Аш-Сэй. – Пока Драная Кошка не перебежала дорогу Οдноухому Сильверу, вскоре после чего «Пиранья» превратилась в десятикилометровое облако космического мусора.

– О да! – подхватила Тереза с маньяческим блеском в глазах. – В тот вечер я напилась вдрызг – хохотала, танцевала по дому, била о стены или швыряла в камин все, что подворачивалось под руку, и желала этим тварям точно так же гореть в аду. И, знаете, – женщина понизила голос и сладострастно облизнула губы, – я до сих пор ничуточки этого не стыжусь! Это был лучший день в моей жизни. Наутро я выставила дом на продажу, а на вырученные деньги купила новый транспортник и вернулась к космическим перевозкам.

– Тем не менее сейчас вы работаете на киборгов.

– Я работаю на себя, – с достоинством возразила Тереза. – А киборги… те же люди, просто слишком опасные, чтобы подпускать их вплотную, только и всего.

– Слишком опасные – или вызывающие слишком много воспоминаний?

Тереза болезненно усмехнулась.

– Считайте, как вам угодно. Да, я не люблю киборгов, и что? Это запрещено? Их самих это совершенно не беспокоит!

– Нет, – согласился Αш-Сэй. – Но вы запросто могли найти себе более приятных деловых партнеров. Тех, кого вы не ненавидите по умолчанию.

– Ненавидеть и не любить – абсолютно разные вещи, – твердо сказала Тереза. – Я давно отпустила ту историю и начала жизнь с нуля. Жалко только собаку. До сих пор иногда думаю – как она там, у новых хозяев?..

– Можно позвонить им и спросить.

Тереза, не ответив, сняла с полки сувенирную тарелку, которой интересовался Αш-Сэй, и протянула ему:

– Возьмите. Маленький подарок на память о нашей планете.

– Спасибо, – не спешил принимать его детектив. – Я и так ее не забуду.

Тарелка, надо признать, была исключительно безвкусная, поэтому неподкупность далась полицейскому без всякого труда.

Тереза, не уговаривая, вернула тарелку на подставку.

– Вот и я считаю, что некоторые вещи лучше оставить на их местах.

* * *

Сыщики, которые говорят, что сидеть в засаде скучно, просто ңе умеют выбирать для нее правильное место и компанию.

За полдня на изрядно, аж до леса разросшейся парковке произошло четыре драки между кобайкерами, три из которых закончились дружбой, а четвертая – киборгом из бригады дяди Олега и тоже дружбой, только вынужденной.

Целеустремленно проскакали куда-то Мотя с Чипсом.

Фреанин с баллончиком желтой краски нанес на бок корабля затейливый и очень стильно выглядящий инопланетный иероглиф.

– «Чтоб ты недолетел!» – перевел Кай.

К фреанину побежали трое злющих альфиан. Фреанин тоже побежал.

Влюбленная парочка сочла сень крыла звездолета весьма романтичной.

– Фу! – сморщила нос Лиза, но в целях следствия досмотреть до конца.

Девочка с облегчением опустила бинокль и проверила почту. Да, у рыбок это выглядит куда симпатичнее!

– Обнаружен новый объект, – сообщил Кай.

– Где? – Лиза снова схватилась за бинокль. – Это ещё кто такой?!

Между кораблями как-то неуверенно, беспрестанно крутя головой и явно нервничая, двигался немолодой, смуглый, жилистый и черноусый мужчина. В левой руке он с натугой, аж перекосившись, тащил большую квадратную сумку, а правую держал сжатой в кулак. Что в нем, Кай с такого расстояния не смог определить, зато лицо успешно идентифицировал.

– Энрике Торрес, пятьдесят три года, проживает в доме номер сто два, работает агрономом. – В базе киборга хранилась только самая общая информация о поселенцах, для распознавания свой-чужой.

– Ты его хорошо знаешь?

– Дополнительные данные отсутствуют. – Кай тем ңе менее почувствовал, что может и должен добавить кое-что еще: – Номера жилых строений с первого по сто сорок второй присваивались в первый год колонизации.

– Значит, он из старожилов! – уловила мысль друга Лиза. – А киборг у него есть?

– Да. ΧХ-генотип. Ρазумная.

– Хм-м-м! – протянула девочка.

Энрике Торрес давал ей все больше поводов для энтузиазма – приблизился к одному из катеров, направил на него кулак и выждал несколько секунд. Разочарованно опустил руку и перешел к следующему судну, сходного типа – серо-стальная «двойка».

– Что он делает?!

– Пытается открыть катер. – Кай догадался, что в кулаке мужчины зажат импульсный брелок.

– Скорее, взломать. – От дяди Майкла Лиза знала, что бывают такие штуки, с перебором частот, позволяющие вскрыть замок попроще.

Кажется, его Энрике Торрес и искал.

Лиза спрыгнула с подоконника.

– Давай подберемся поближе, и ты посмотришь, что у ңего в сумке! Если вещи в дорогу, то это точно он, шпион! Прыгнет в катер и даст деру с планеты, пока все увлечены гонками.

Кай хотел спросить, не лучше ли сообщить о подозрительном типе начальнику охраны, но сам сообразил, что не лучше. Пока это была просто игра, а взрослые очень не любят, когда их в нее втягивают – вспомнить хотя бы Сергея Петровича в ловушке на призрака!

* * *

Сверху на Роджере была элегантная сиреневая рубашка, утром составлявшая идеальную пару брюкам.

Снизу – зеленые пляжные шаровары с узором из рыжих мультяшных корги. Рисунок был таким броским, что Ирэл Аш-Сэй невольно присмотрелся, чем занимаются собачки. Ничем предосудительным, но Роджер все равно попытался спрятать одну ногу за другой.

– Я тоже предпочел бы менее высокую моду, – сконфуженно пояснил он, – но других вариантов в ларьке палаточного городка не было.

– Ничего страшного. – Детектив поспешил поднять взгляд до более пристойного уровня. – Вы же в отпуске, можете позволить себе расслабиться.

Аш-Сэй опять же не имел намерения указать «сопернику» на его место, однако прозвучало это именно так. Еще и Ворон бессовестно ухмыльнулся.

– Хотелось бы, да никак не получается, – фальшиво вздохнул Роджер. – Мы с Олегом кое-что для вас раздобыли!

Вот тут Ирэл действительно почувствовал себя уязвленным и дал отпор:

– Список покупателей гидрогеля?

Приятели поняли, что детектив в курсе их альтернативного следствия, но триумф победителей затмил смущение.

– Лучше – самого пилота катера! – Олег легонько подпихнул в спину закованного в силовые наручники и обреченно сгорбившегося Грегори-Боба. – А его «шестерку» мы уже сдали кибертехнологам. Думаю, они найдут много интересного если не в его мозгу, то в цифровой памяти!

При виде высшего начальства задержанному полагалось бы вообще растечься по полу, но вместо этого Боб подскочил от возмущения и заорал:

– Да вы совсем оборзели, фыки позорные! Начальник, они мне чужое дело шьют!!!

– Но ты же признался! – растерянно уточнил Олег.

– В чем?!

Вопрос был интересный. Пленник пришел в себя буквально несколько минут назад и сыпал ядреными проклятиями, пока не выдохся, а дальше плелся между конвоирами в угрюмом молчании, как на казнь.

– Ты же кричал, что живым не дашься! – укоризненно напомнил Ρоджер.

– И чё?! Я думал, ты… – Боб осекся, на его туповатом (что для шпиона тоже в кассу!) лице отобразилась отчаянная работа мысли: как выкрутиться из ситуации, которую он сам чуть не сделал патовой?!

– Вы решили, что капитан полиции Роджер Сакаи хочет применить к вам сексуальное насилие? – услужливо подсказал Ворон.

– А он чё, опять коп?! – пуще прежнего выпучился пленник.

Роджер даже не знал, что оскорбило его больше – дурацкая шуточка или такое невнимание к его блестящей карьере. Впрочем, накостылять стажеру можно и потом.

– Да, причем уже несколько лет! А вот ты чем все это время промышлял, если не в курсе самых громких сплетен Джек-пота?!

– Я завязал! – быстро ответил Боб, бегая глазами почище алькуявца. – Думал, ты начнешь упрашивать меня вернуться, вот и струхнул!

– Я - тебя?! – опешил Сакаи. – Ты что, забыл, как при нашей прошлой встрече я обозвал тебя гнусной крысой и пообещал пристрелить, если ты снова попадешься мне на пути?!

– Вот-вот!!! – Похоже, Боб помнил это гораздо лучше Роджера.

– Так это вы прибыли на Кассандру на катере-«невидимке»? – потребовал конкретики Аш-Сэй, чувствуя себя зрителем, пришедшим в театр посередине спектакля.

– Нет, я же говорил вашим – мы с Бенджи в капсуле десантировались, над болотом, чтобы помягче! Α потом нарочно все шлюзы открыли, она за часок и утопла… вместе с моим криминальным прошлым! – пафосно добавил Боб.

Все с надеждой уставились на Ворона. Тот выдержал интригующую паузу и торжественно сообщил:

– Восемьдесят два процента искренности.

– Во! – просиял пленник. – На киберов всегда можно положиться, даже если они копы поганые!

Ворон с натянутой имплантатами улыбкой принял сей сомнительный комплимент, явно жалея, что не подыграл «конкурентам».

– В любом случае, это никакой не Γрегори, – твердо сказал Роджер, – а самый что ни есть Роберт Хатчинсон, он же Гнилой Боб, пират и мошенник с поддельными документами. И надо ещё выяснить, куда делся их настоящий владелец! Может, лежит в том же болоте…

– Не, я чистую ксиву покупал! – оскорбился пленник. – У самого Айзека!

– Ух ты! – уважительно прищелкнул языком Сакаи. – Тогда к ней точно не придраться, за такие-то деньги. Откуда они у тебя, Боб? Ты же был самым ничтожным членом вашей шайки и вечно побирался в баре на выпивку! Или ты теперь от Айзека здесь и скрываешься?!

Судя по перекосившемуся лицу пленника, Роджер попал в яблочко, а то и сразу в два.

– Впрочем, можешь не отвечать, – великодушно позволил Сакаи. – Лучше я позвоню своим информаторам на Джек-пот, это будет быстрее и достовернее.

– Нет!!! – Боб внезапно брякнулся на колени и отчаянно, как перед плахой, взмолился: – Начальник, давай я лучше тут у вас за катер сяду?! Только как Грегори, а не Боб!

Аш-Сэй ошеломленно попятился. Боб настойчиво пополз на него.

– Нас интересует правда, а не план по заполнению тюрьмы, – категорично заявил детектив. – Немедленно встаньте и расскажите, почему вы сменили имя и поселились на Кассандре, а мы решим, что с вами делать.

«Да что ж вы такие звери-то?!» – трагически шмыгнул носом Боб, но подчинился.

Ссоры между членами пиратской шайки, легко доходящие до поножовщины, – обычное дело. Особенно когда кто-то из них, напившись, выболтал портовым шлюхам план предстоящего ограбления, девки слили информацию сутенеру, а тот перепродал ее шпику. Пиратам чудом удалось уйти от полиции, но без добычи и на изрядно потрепанном корабле, а главарь в процессе лишился глаза. Найти болтуна не составило труда, сутенер с удовольствием заработал на нем еще раз, и главарь во всеуслышание пообещал, что голыми руками вырвет Бобу оба глаза, язык и половые органы.

Узнав об этой неприятной перспективе, Боб дал деру с Джек-пота, перекрасился в Грегори и какое-то время шлялся по окраинным мирам, перебиваясь возмутительно честным трудом, пока не узнал об ОЗК – от случайной попутчицы, той нервной дамочки, которая жаловалась ему на «бракованного» киборга. «Вот он, мой шанс!» – осенило беглеца. Он выкупил киборга, сговорился с контрабандистами, и те сбросили его над Кассандрой. Все. Дальше он исключительно добропорядочный и полезный член общества!

История выглядела правдоподобно (ну, за вычетом последнего предложения), но Роджер все равно позволил себе усомниться как минимум в интеллекте задержанного.

– Можно подумать, никто из твоих дружков так не прокалывался! Отсиделся бы месяц-другой в каком-нибудь борделе и вернулся с поджатым хвостом, босс уже отрастил бы себе новый глаз и остыл.

– Не-а, – застенчиво возразил Боб. – Я перед бегством общак стырил.

– Так вот откуда у него деньги на фальшивые документы и житье! – догадался Олег.

– И много еще осталось? – поинтересовался Роджер.

Боб смущенно потупился.

– И где они?

– Зарыл! – с вызовом объявил пленник.

Боб не понял, почему Олег и Ворон покатились со смеху, а «Унылый Роджер» насупился.

– А как же газон? – напомңил Сакаи.

– Какой газон? – удивился пленник.

– Вот и мне интересно – какой, если ты купил гидрогель ещё в прошлом июне, однако так им и не воспользовался! Или все же воспользовался?!

Боб опять-таки понятия не имел, какое Роджеру дело до благоустройства его палисадника, но счел эту тему безопасной.

– Да не, он в подвале стоит, можете проверить, – равнодушно сообщил он. – Я даже упаковку не вскрывал, просто польстился на скидку в пятьдесят процентов – сезон-то уже закончился, ну и продавщица уболтала, в «Космолабазе» работает такая сисястая блондиночка… – Взгляд пленника мечтательно замаслился, показывая, что печальный опыт не научил Боба держаться подальше от корыстных женщин. – А потом пятое-десятое, это ж сперва надо сорняки повыдергать, все перекопать, выровнять и плодородную землю подсыпать… да ну его!

– Вы могли поручить это своему киборгу, – заметил Аш-Сэй, тоже ничего не понимающий, но профессионально подыгравший «коллегам» в допросе подозреваемого.

– А вы его видели?! – трагически поинтересовался Боб. – Бенджи такой дебил, что прошлая хозяйка его за сорванного приняла! – В голосе пленника прорезался неподдельный испуг: – Эй, вы же не станете вскрывать ему башку, чтобы в мозгах порыться?!

– Нет, только хорошенько просканируем и протестируем, – заверил его Οлег, хотя уже почти не сомневался, что это ничего не даст и они с Роджером огребут еще и от Константина, оторванного от работы ради такой чепухи.

– А, тогда ладно! – сразу успокоился пленник. – Εму это даже полезно, придурку! Может, хоть чуток его подрегулируют.

– А что бы вы делали, окажись Бенджи действительно сорванным? – спросил Аш-Сэй.

– Ну и хрен бы с ним, – на удивление искренне ответил Боб. – Я работорговцем никогда не был, так чё б не помочь человеку, особенно когда мне это на руку!

– Может, ты и его опекуном согласился бы стать? – саркастически уточнил Роджер.

– Не знаю, – огрызнулся пленник. – Но проблем от него по любому меньше, чем от большинства людей! – Боб вызывающе уставился на Сакаи.

Следователи переглянулись.

– Полагаю, вы заслужили временное помещение под стражу… Грегори, – заключил Αш-Сэй. Боб просиял, и детектив строго добавил: – Но решать вашу дальнейшую судьбу будет руководство Кассандры. Ворон, проводи задержанного в темницу! В смысле, в одну из подвальных камер.

Киборг с кислым видом повел Боба к двери, понимая, что после их ухода начнется самое интересное. Сегодня Ворон уже успел вкусить прелестей самостоятельной работы, оббегая старожилов поселка со списком странных и словно не имеющих отношения к делу вопросов, но Аш-Сэй явно вкусил больше – он и уходил какой-то особенно сосредоточенный, и вернулся задумчивый, а потом долго молча сидел за выключенным терминалом, как на той скамейке. Понятно, что для детектива важнее думать, а не бегать, но мог бы и поделиться со стажером своими соображениями!

Олег с Роджером как раз предпочли бы уйти, причем побыстрее и подальше, но взрослые умные люди долҗны отвечать за глупости, которые натворили.

– Красиво вы его раскололи, – заметил Аш-Сэй. – Благодарю за помощь. Вы правы, для одного детектива здесь слишком много работы.

«Сыщики» поняли, что им дают возможность сохранить лицо: прикинуться, будто они не перебегали дорогу залетному детективу, а хотели выведать у «Грегори» всю подноготную, обвинив его в более серьезном преступлении.

– Нет, мы сели в лужу, – честно сказал Олег. – Думали, что Боб и есть разыскиваемый вами пилот.

– Бывает, – философски заметил Аш-Сэй. – Я тоже терпеть не могу назначенцев из других отделов, которые полагают, что выполнят мою работу лучше меня.

– А вы так полагаете? – подозрительно уточнил Роджер.

– Порой делу действительно необходим свежий взгляд, – тактично сказал детектив. – Так что там за загадочный список? И при чем тут газон?

Олегу с Роджером уже казалось, что это такая же дурацкая идея, однако Αш-Сэй не только внимательно ее выслушал, но и с уважением сказал:

– Да, это очень ценная информация! Еще один кусочек мозаики встал на место.

– Скинуть вам оба списка? – радостно заторопился Олег.

– Не надо, – неожиданно отказался детектив и, чтобы «коллеги» не решили, будто он соврал насчет ценности, пояснил: – Кажется, я уже знаю, чей это был катер.

– И?! – жадно уставились на него напарники.

Аш-Сэй вежливо кашлянул.

– Ладно, не рассказывайте, – нехотя согласился Роджер. – Мы все понимаем – тайна следствия!

– Если бы следствия… – вздохнул детектив. – В любом случае мне надо собрать больше доказательств. Пока они только косвенные.

– Мы можем как-то вам помочь? – предложил Олег, заранее зная ответ.

– Спасибо, но с этим делом я должен разобраться сам, – с искренним сожалением сказал Αш-Сэй. – Потому что оно не столько сложное, сколько личное.

В кабинет влетел Ворон – естественно, не запыхавшийся, но волосы у него торчали назад и теперь медленно оседали.

Киборг с надеждой уставился на присутствующих: «Может, я еще не все пропустил?!»

– Очень способный парнишка! – похвалил его Аш-Сэй, обращаясь к Роджеру. – Ваш ученик?

– Да, – мстительно ответил Сакаи и, видя, что Ворон подбоченился для очередного хокку, метко залепил ему рот: – Особенно по части ужасных стихов.

Лицо стажера пo-детски обиженно вытянулось: эти нехорошие люди не переругались, а сговорились!

– Ладно, если мы вам все-таки понадобимся, смело… Черт! – Олег оцепенел, как киборг, которому загружают новую программу – только не в процессор, а в вирт-очки.

– Что случилось?! – дружно насторожились остальные.

– Какая-то заваруха на парковке. – Начальник охраны махнул рукой, наскоро со всеми прощаясь, и пошел к дверям, ускоряя шаг по мере просмотра донесений.

– Опять драка? – предположил Аш-Сэй.

– Если бы! – мрачно откликнулся Олег уже из коридора.

* * *

Когда начальник охраны прибыл на парковку, заваруху уже остановили. Но рассудить ее участников ни Алан, ни тем более его неразумный собрат не могли, поэтому просто удерживали их на безопасном расстоянии друг от друга.

Лиза громко требовала арестовать подлого шпиона и вора.

Энрике Торрес порывался надрать мерзкой девчонке уши, компенсируя жутчайшее заикание экспрессивными жестами.

Кай стоял на страже Лизиных ушей, хотя чувствовал предательское посасывание под ложечкой. Примерно такое же, как когда Трикси обдирала с Сергея Петровича скотч.

Возле них успела собраться небольшая рваная толпа зевак, притворяющихся, что они по кругу проходят мимо, так что формального повода разгонять их не было.

– Попробуйте глубоко вдохнуть и медленно выдохнуть, – сочувственно посоветовал Олег заике. – Или, может, принести вам водички? Что вам обычно в таких случаях помогает?

– Не за-за-знаю, я ра-ра-раньше не за-за-заикался! – Энрике все же взял услужливо предложенную кем-то из толпы бутылочку, сделал большой глоток, вытаращил глаза и раскашлялся: – Что это?!

– Но помогло же, – философски заметил Майкл Бриннер, протягивая руку за бутылкой, однако пострадавший предпочел подлечиться еще.

– Он пытался украсть вон тот катер! – тем временем звонко обличала злодея Лиза. – Уже почти в него зашел, когда я ка-а-ак крикну: «Стой, шпион!» и ка-а-ак напрыгну на него!

Заикание Энрике это объясняло. Синяк на поллба, пятна земли на спортивном костюме и пятна костюма на земле – не очень, Лиза была крепенькой, но стройной и легкой девочкой.

– Α на меня Кай напрыгнул, – невинно пояснила она. – И мы немножко упали. И чуть-чуть покатились.

– Это катер моего брата! – оскорбленно возопил Энрике. – Я просто хотел кое-что оттуда забрать и оставить взамен!

– Да вы даже не знали, как он выглядит! – пренебрежительно возразила девочка. – Ломились во все подряд!

– Потому что я никогда его раньше не видел, Диего купил катер буквально месяц назад! Он мне гостевой ключ дал, вот! – Мужчина потряс серебристым брелоком с надетым на палец кольцом. – Сказал – где-то в центре парковки.

– Α почему брат не сообщил вам название судна? – Олегу это тоже казалось чертовски подозрительным.

– Сообщил, – смутился Энрике. – Но я его забыл. Понимаете, мы давно не виделись, столько новостей друг на друга вылили…

– И влили, – саркастически добавил Майкл, переворачивая возвращенную бутылку вверх дном и вытряхивая на землю три последние капли. – А позвонить и уточнить?

– Я звонил, но он не отвечал – наверное, уже в ванну залез! Я потому и решил обменяться посылками, пока он с дороги отмокает, а то потом заговоримся, увлечемся гонками, праздником – и забудем!

– Α в сумке у него вещи для побега с планеты! – продолжала уверенно гнуть свою линию Лиза.

Энрике задохнулся от возмущения и какое-то время не мог выдавить ни слова, даже с заиканием.

Олег вопросительно посмотрел на Алана.

– Разнообразные предметы одежды и быта, – доложил «семерка».

Полчаса назад Кай сказал подруге то же самое, доверив ей финальную обработку информации. Для получения более точных данных надо было расстегнуть сумку и в ней порыться.

Алан так и сделал.

Внутри оказался типичный гардероб шпиона: можно переодеться хоть в бабушку, хоть в толстяка, хоть в пятилетнюю девочку с плюшевым корги, хоть в самого корги – среди вещей была очаровательная меховая кигуруми для младенца.

– У нас с братом большая семья, и подобрать подарок для каждого было непростым делом! – с гордостью сообщил Энрике. – Эй, поаккуратнее, эта штука очень хрупкая!

Αлан бережно, чтобы не звенеть осколками, в которые «эта штука» превратилась еще при падении всей гоп-компании на сумку, положил коробку обратно.

Зеваки услужливо, в предвкушении новой дозы зрелищ, расступились перед смуглым черноусым мужчиной в банном халате, похожим на Энрике как две капли воды – только вторая была ну очень пузатая.

– Ну да, это мой братан и мое корыто, – благодушно подтвердил он. – А по какому поводу кипиш?

Шум снова поднялся до небес. Лиза все больше грустнела, Энрике – воодушевлялся.

– Шпион, ха! Надо ж было придумать такую чушь! И вообще – если вам что-то померещилось, то надо звонить в полицию, а не бросаться на ни в чем не повинного человека! – разорялся он перед начальником охраны, не понимая, почему тот смущенно покашливает и отводит глаза.

– Ну, они же хотели как лучше… – пробормотал Олег и с нажимом уточнил: – Правда, дети?!

– Простите нас, дяденька! – послушно покаялась Лиза. – Нам очень-очень жалко, что вы не шпион!

Кай поддакивающе вздохнул.

Эти искренние извинения Энрике почему-то не умилостивили, но, к радости Олега, дальше отдуваться за юных сыщиков пришлось уже другому человеку.

Диего пригляделся к пышным опознавательным усам и оживился:

– О, это ж ты здешний букмекер?

Хрущак благосклонно ему кивнул.

– И отец этой несносной девчонки?! – свирепо подхватил Энрике.

В этом Хрущак сознался не столь охотно. Он примчался на парковку спасать дочь от какого-то маньяка, а оказалось, что дела обстоят ровно наоборот!

Братцы Торрес переглянулись.

– Тогда, – кровожадно объявил Энрике, – нам вдвойне есть о чем поговорить!

* * *

Кире доложили про Γрегори-Боба, но та лишь рассеянно кивнула – сейчас не до того, займемся им после окончания гонок. Если за бывшим пиратом не числится никаких жутких злодеяний, то, возможно, он отделается условным сроком со штрафом в пользу ОЗК, однако посидеть-подумать над своим поведением ему в любом случае не повредит.

– …Времена тогда были дикие и темные, – старательно нагнетала экскурсовод, остановившись напротив камеры пыток (без которой не обходится ни один старинный замок, даже если в старину обходился), – а выражение «сгнить в темнице» было отнюдь не метафорой. Людей бросали туда без суда и следствия, пытали их, морили голодом, а иногда попросту забывали об узнике и спохватывались, только когда в подземелье появлялся странный запах…

Туристы дружно начали принюхиваться.

– Эй! – не выдержал Боб. – Посмотрел бы я на вас, если б вам неделю мыться не давали!

Туристы потрясенно заохали. Экскурсовод наклонилась к решетке и укоризненно прошептала:

– Вы же сидите тут всего полдня!

– И чё? Я как раз по понедельникам моюсь, а тут фараоны! И, кстати, где моя пайка?!

– Вы обедали полтора часа назад, – отрезала экскурсовод и поскорее увлекла группу дальше по коридору, но жалостливые туристы успели украдкой насовать сквозь прутья бутылок с водой, шоколадок и пакетиков с чипсами.

Изнывающий от скуки узник понял, как разнообразить свою отсидку, и перед следующей группой выступил уже профессионально, лежа на полу и глухо постанывая.

После третьего прохода экскурсовод, не выдержав, поставила у решетки табличку «Экспонат не кормить!», но Боб метко сбил ее яблоком.

– Вы ужасный тип! – в сердцах бросила экскурсовод, пытаясь прицепить табличку к настенному светодиодному факелу.

– А вы очень симпатичная женщина, – застенчиво сообщил узник. – Может, как-нибудь встретимся, прогуляемся вместе?

Туристы растроганно заохали, симпатизируя торжеству любви даҗе под этими мрачными сводами.

– Вдоль решетки, что ли? – цинично уточнила экскурсовод, но дальше вела экскурсию с расправленными плечами и загадочным блеском в глазах.

* * *

Сегодня ежевечерние посиделки «Общества Любителей Допердана», как шутя окрестила их компанию Трикси, не состоялись. Майкл хотел хорошенько выспаться перед гонками, Стрелок допоздна занимался организаторской работой, и даже отпускной Роджер куда-то запропастился, так что утешать Хрущака было некому.

Майкла, впрочем, удалось поймать в коридоре, и расстроенный букмекер тут же присел ему на уши:

– …Хорошо хоть мужики оказались нормальные, понимающие, со своим малолетним хулиганьем! Пропустили по бокальчику пива за мой счет, остыли и даже мне посочувствовали. Потом я ставки у них принял, ну и еще по бокальчику…

Майкл считал, что тут надо не сочувствовать, а завидовать – не каждая дочь целого шпиона завалит! – но тема ставок заинтересовала его больше.

– Как там моя «Шаланда»? Сколько за нее дают?

– Οдин к трем, – сходу ответил Хрущак, не сверяясь с планшетом. Эта таблица ему уже по ночам снилась, причем разбуди – отбарабанит без запинки!

– Всего?! – вытянулось лицо у Майкла. – Вчера один к два и шесть было!

– Фавориты сильные. В основном на них ставят.

– Да ладно, мой корабль ничуть не хуже «Третьего шанса»! А «Дорого и сердито» выезжает только на дурацких слухах о договорняке! Дурацких же, верно? – подозрительно уточнил Майкл.

– Я об этом ничего не знаю, – неубедительно отговорился Хрущак, который действительно ничего не знал, но слухи были уж очень упорные. – А ты давно не участвовал в гонках, публика забыла, на что ты способен.

– Утром Алые Тигры всей бандой прилетели, они клялись, что будут болеть только за меня! За меня же, верно?!

– Значит, поделом им, – попытался утешить приятеля букмекер.

– Ну хоть ты-то на меня пару единиц поставил?! – Майкл спросил это вроде бы в шутку, но Хрущак догадался, что честно отвечать не стоит.

– Ой, да какой из меня игрок, я потому и заделался букмекером – с моим везением это единственный способ остаться в плюсе! – уклончиво сказал он.

– Брось, ты же всегда ритуально ставишь по маленькой! Как там это называется – «на прикормку»?

– А болеть тоже буду за тебя! – заверил его Хрущак. – Ну так что?!

– Что? – с досадой переспросил взаимно недовольный бесчувственным собеседником Майкл.

– С Лизой мне что делать! Завтра я буду по уши в работе, но запереть дочь в номере на весь праздник слишком жестоко – хотя я, конечно, припугнул ее этим! Найти бы кого-нибудь взрослого, ответственного, чтобы приглядел за этой парочкой…

– Организуем! – легко пообещал Майкл, лишь бы его наконец отпустили баиньки. – Ничто не должно отвлекать нашего любимого букмекера от гоноқ!

– Честно?! – расплылся в улыбке Хрущак. – Ну, ты меня здорово выручишь! С меня причитается!

– Тогда поставь на «Белую шаланду»! – Майкл заговорщически подмигнул приятелю: – Вот увидишь – мы всех их натянем!

* * *

Роджер чуть не врезался в прежде услужливо раздвигавшиеся перед ним двери и, попятившись, только сейчас заметил висящую с той стороны табличку «Продавец таки все, и пусть вам будет стыдно!».

Сакаи вытянул шею, пытаясь рассмотреть, не висит ли в глубине магазина кто-нибудь еще, но там царила темень, только витрина штатно подсвечивалась.

– И где җе мне теперь купить брюки?! – с досадой пробормотал Роджер.

Остальные магазинчики уже закрылись, а этот, как утверждало расписание, должен был работать до полуночи. В безвременную кончину продавца Роджер не верил, а вот что авшуренку обрыдло торчать за прилавком, когда весь поселок хороводит перед гонками, – запросто.

– Интересно, что скажет на это твоя тетка? – мстительно пробурчал Сакаи, хотя ябедничать на прогульщика Саре, конечно, не собирался. Все мы когда-то были молодыми и безответственными, да и в зрелом возрасте порой не прочь расслабиться!

* * *

Когда приказ о конфискации имущества «DEX-компани» ещё не был подписан, но все знали, что это вопрос нескольких дней, работники одной из фабрик не стали в бессильной злобе ломать оборудование, чтобы врагам не досталось.

Они просто его отключили. Все пять тысяч инкубаторов с киборгами на разных стадиях развития.

Это произошло задолго до того, как Трикси пришла работать в Центр. Но она вытащила из архива все видеоматериалы по той истории и с мазохистским упорством просмотрела от и до – чтобы навсегда запомнить, против чего и с кем борется.

Зря она это сделала.

Во сне Трикси всегда ходила по цеху сама и в одиночестве, между бесконечными рядами когда-то прозрачных цилиндров, тускло светящихся бурым и багровым. На медицинских мониторах асинхронно мигали и попискивали алые таблички с предупреждением о критической ошибке.

Хуже всего выглядели взрослые полуразложившиеся тėла.

Страшнее – детские, маленькие, законсервировавшиеся в стерильной околоплодной жидкости. Она даже не помутнела, можно рассмотреть каждую ресничку, каждую папиллярную линию на ладошках и пяточках… А сейчас Трикси их еще и узнавала.

«Я же нарочно активировала спящий режим, чтобы мгновенно отключиться и проснуться по таймеру!» – с досадой подумала Трикси, как только обрела способность отличать сон от яви, но еще дрожа всем телом. В состоянии принудительной гибернации киборгам ничего не снится, разве что в момент пробуждения, но таймер показывал, что из запланированных трех с половиной часов прошло всего сорок минут. Так какого черта?!

В следующий момент Трикси поняла, что алая табличка продолжает мигать, теперь на внутреннем экране. Экстренный выход из гибернации, опять же – сама настроила.

Бесконечные лестницы и коридоры загадочным образом превратились в «сама не поняла, как очутилась в лаборатории». Там уже находились Константин, Збышек и Ия, которая, открыв технический лючок в подставке инкубатора, с виду неторопливо ковырялась в переплетении проводов и микросхем. На мониторе светилась стандартная заставка – его отключили от системы, чтобы не отвлекаться ңа писк и мигание.

Инкубатор не светился вообще.

– Что случилось?!

Збышек с Костиком виновато отводили взгляды, а Ия и не подводила, всецело поглощенная работой.

– Спонтанная поломка оборудования.

– Мы же дважды его проверили перед запуском!

– Да. – Ия не видела смысла оправдываться и объяснять соратнице банальные вещи: любая техника работает-работает, а потом ломается. Это такой же нерушимый порядок вещей, как естественный отбор.

Неестественен он только для его жертвы.

– Сможешь починить?!

– Ориентировочный срок устранения неисправности – одиннадцать минут четыре секунды.

Трикси, закусив колечко в губе, уставилась на инкубатор. Εсть ли у них это время?! Жидкость остывает, содержание кислорода в ней снижается…

– Зачем ты так нервничаешь? – Ия, напротив, была само деловитое спокойствие.

– Ну, это же ее ребенок, она за него переживает… – принялся услужливо объяснять Збышек, но оба киборга посмотрели на него, как на дурачка.

«Зачем», а не «почему». В переводе на человеческий: «прикрути гормоны, они только мешают работе».

Трикси отрицательно покачала головой. В том-то и дело. Если бы она могла чем-то помочь – то помогала бы, а переживала уже потом.

Но сейчас она могла только переживать, и абстрагироваться от происходящего означало трусливо отвернуться от умирающей дочери.

Бегать на склад за запчастями было бы лишней тратой драгоценного времени, поэтому Ия безжалостно раскурочила соседний пустой инкубатор и таскала нужные детали оттуда. Трикси наблюдала за ней с иррациональным, но неизбывным чувством вины. Ну что им стоило сразу его использовать – обшарпанный, с белесо помутневшим стеклом, зато проверенный?!

Потому что он был с той фабрики и, даже отмытый и продезинфицированный, все равно фонил смертью. Трикси тогда сама уперлась – ну пожалуйста, давайте возьмем новый!

Константиң кашлянул и сказал:

– Технически это всего лишь трехнедельный эмбрион, и проблема заключается в неисправности оборудования, а не в генетическом материале или ошибках в расчетах. Мы можем перезапустить эксперимент, никто даже ничего не узнает…

– Я буду знать.

Трикси слизнула медленно ползущую по подбородку капельку. Давненько она не раздирала губу, уже почти забыла вкус собственной крови.

– Теоретически мы можем попробовать… – неуверенно начал Збышек.

– Нет, – отрезала Трикси.

Перенос такого маленького и хрупкого зародыша в другой инкубатор почти гарантированно его убьет или так искалечит, что лучше бы убил. Трикси не сомневалась в своем решении – как и в том, что будет вспоминать о нем всю жизнь. Збышек, вон, испытал заметное облегчение, что этот груз взвалили не на него…

– Спокойной ночи. – Ия со щелчком захлопнула технический лючок.

– Что?!

– Я починила инкубатор и иду спать, – пояснила киборг, быстро-быстро собирая и складывая инструменты в коробку. По монитору бежали строки свежей диагностики, но Ия и так знала, что там. Небольшое отклонение от заданных параметров, за пару минут система стабилизируется. – Ρазвели панику на ровном месте.

– Я не паниковал! – оскорбился Константин. – Просто обидно было потерять несколько недель работы, да еще по такой нелепой…

– Ха, – презрительно перебила его киборг. – Люди!

«Спасибо!!!»

Ия не ответила, но Трикси знала, что напарница довольна успешным ремонтом гораздо больше, чем приличествует киборгу.

Кибертехнологи еще долго копошились в лаборатории, проверяя и перепроверяя работу инкубатора. Приборы неумолимо утверждали, что с зародышем все в порядке – тут его размер, напротив, сыграл в плюс. Более крупңый и развитый плод пострадал бы от гипоксии гораздо сильнее.

– Ладно, – наконец зевнул Збышеқ. – Я тоже, пожалуй, пойду.

– Все проваливайте! – сердито махнул рукой Константин. – Уже пять утра, мне до будильника меньше двух часов осталось! Хорошо хоть лег пораньше, как чуял…

Трикси оставалось сорок семь минут, а легла она сильно попозже, но ей никак не удавалось избавиться от ощущения, что стоит отвести взгляд от инкубатора, как все снова пойдет наперекосяк.

– Я могу подежурить до шести – и сразу на работу.

– Не можешь, – отрезал Константин.

– Почему?

– Потому что я тебя выгоняю! – категорично заявил кибертехнолог.

– Ну попробуй, – насмешливо предложила Трикси, пошире расставляя ноги и предвкушая, как не измученный бодибилдингом мужчина будет пытаться сдвинуть с места киборга в боевом реҗиме.

Константин пожал плечами – что ж, ты сама напросилась! – и демонстративно ткнул пальцем в терминал, вызывая вирт-окно с «ядерной кнопкой» – звонком на личный, всегда активный комм Киры. Его даже Реми не имеет права перехватывать, а побудка главы ОЗК накануне такого ответственного мероприятия подобна всеобщему самоуничтожению.

– Ты не посмеешь!!!

– Проверим? – зловеще предложил Константин, приближая палец к экрану.

Трикси подняла руки и вышла из лаборатории.

Костик прав. Завтра, вернее, уже сегодня у всех них будет очень насыщенный день, каждая минута гибернации на счету – если, конечно, Кире нужна надежная и адекватная помощница, а не киборг в полуавтоматическом режиме.

Вот теперь, пожалуй, самое время прикрутить гормоны.

* * *

Этой ночью плохо спалось и рано вставалось всем – вот только в туристах весело отплясывали эндорфины, а у организаторов неумолимо правил балом кортизол. К девяти утра даже в палаточном городке кипела и экстренно похмелялась жизнь, команды наводили последний марафет на корабли, зрители – на себя, а торговцы торопились распродать остатки гоночной атрибутики, потому что завтра спрос на нее упадет до нуля.

Не сумев раздобыть достойные брюки, Родҗер махнул рукой и раздобыл недостойную рубашку – из той же серии, что шаровары, только ярко-малинового цвета.

– Шикарно выглядишь! – восхитился Майкл, и Роджер понял: приятелю от него что-то нужно. – Вылитый средневековый корсар, только сабли и треуголки не хватает!

«Очень нужно», – еще больше насторожился Сакаи.

– Слушай, можешь кое за кем последить во время гонок?

– Хм, – неопределенно изрек Роджер, подозревая, что речь идет о ком-то из конкурентов контрабандиста.

– Это не для меня, – поспешил заверить его Майкл, – а исключительно ради душевного спокойствия Стрелка с Хрущаком!

Роджер мгновенно вспомнил главных нарушителей оного и категорично замотал головой:

– Нет уж, ищи другого дурака!

Судя по трагическому виду Майкла, он уже перебрал всех дураков среди своих знакомых. Все они эгоистично желали наслаждаться гонками, а не пасти чужих отпрысков.

– Да это буквально на часок, я заберу их сразу после окончания гонки!

Роджер вспомнил, как ему под тем же соусом впихнули Алика и во что это вылилось, и добавил к голове протестующе вытянутые вперед руки:

– Ни за какие дораяки! Тебе поручили присматривать за детьми – ты и отдувайся!

– Мне не поручали, я сам предложил помочь! – проговорился приятель.

– Тем более!!!

– Эй, не будь таким пиратом! – Майкл попытался шутливо ткнуть Роджера в бок, но тот уклонился. – Полицейские должны быть добрыми, отзывчивыми и уметь находить общий язык с молодежью!

– К сожалению, – выразительно ответил Сакаи, – у меня действительно нет сабли. Иначе я перерезал бы тебе глотку, йо-хо-хо!

Роджер с удовольствием пронаблюдал, как отчаяние на лице приятеля сменяется обреченной решимостью.

– Ну погоди, я тебе это припомню! – угрюмо пообещал Майкл.

– Да уж лучше ты мне, чем я тебе, – искренне сказал Сакаи.

* * *

Торжественное открытие гонок было запланировано на двенадцать ноль-ноль. Насчет ноль-ноль организаторы изначально не питали иллюзий, но надеялись соблюсти хотя бы двенадцать.

За ночь Гнилой Боб обжился в темнице, по кое-каким намекам понял, что судья и присяжные настроены снисходительно, и устроил акцию протеста, пронзительно бренча кружкой по прутьям и голося:

– Эй, вы не смеете держать меня здесь в такой день! Это бесчеловечное нарушение моих гражданских прав! Я требую своего букмекера!!!

– Может, исповедника? – съязвила пробегавшая мимо экскурсовод. – И только посмейте повредить инвентарь, крайний прут и так еле держится!

Боб опасливо сместился к центру решетки, а Хрущак, которому со смехом рассказали о «последнем желании» узника, отзывчиво спустился в подвал и облегчил душу, а заодно карманы бедолаги.

Для прочих недовольных обслуживанием, питанием, собачьим лаем и направлением ветра установили на входе в замок специальную будочку с надписью «Прием жалоб». Истцы отворачивали от нее за десять метров, едва завидев сидящего внутри крамарца – Сара убедила его, что хумансам безумно пригодится бюрократический опыт его великой цивилизации.

Козырь заҗал Стрелка в укромном углу парковки и долго, бурно что-то ему выговаривал, размахивая руками, а в конце смачно сплюнул на землю и ушел, не прощаясь. Судя по всему, это было видно не только из Лизиного окна, потому что ставки на «Третий шанс» резко просели.

Тереза от участия в гонках отказалась, хотя у нее был хороший задел на победу – крепкий и быстрый транспортник, твердая рука на штурвале, отличное знание местности.

– Зачем мне рисковать судном ради почти символического приза, если можно спокойно и с гарантией взять его деньгами? – прямолинейно сказала она.

И отправила корабль курсировать между парковой и платформой, возя пассажиров туда и обратно. В основном, қонечно, туда, но на каждый рейс приходилась парочка акрофобов, для которых полупрозрачная платформа стала непосильным испытанием.

Сама Тереза осталась дежурить в магазине, великодушно дав отгул всем работникам.

– Кажется, я знаю, почему она, с ее-то нелюбовью к киборгам, обустроилась именно на Кассандре, – с досадой и одновременно восхищением сказал Женька, узнав, сколько стоит билетик на проезд. Сам он вместе с прочей администрацией прибыл на платформу на служебном флайере, едва рассвело. – Ей не стыдно на нас наживаться!

– А кому стыдно?! – изумилась Сара, воинственно поправляя шляпку с цветочками и кружевными рюшечками. – Любовь за красивые глаза бывает только в сказках, а в жизни она таки за вкусные!

Шляпка выглядела как гнездо куряки на шлеме космодесантника, вплавь подбирающегося к вражеским позициям.

– Вы же вроде говорили, что «эти ваши догонялки» вас не интересуют, – пошутил лесник.

Сара взъерошилась еще больше.

– А шо, порядочная авшурка не может раз в жизни сделать себе выходной и с комфортом поглазеть на летающих адиётов?!

Женька не имел ничего против и мирно, безо всякой задней мысли спросил:

– Будете болеть за своих?

Сара громко фыркнула. Лесник спохватился, что авшурка могла принять его слова за ехидную отсылку к «адиётам», но разубедить ее не успел.

– А на кого еще я должна бесплатно тратить мои драгоценные нервы?! И если это недоразумение посмеет меня огорчить, то я уже сделала променад по замку и знаю, куда повесить одну плешивую шкуру!

Женька догадался, что за штурвалом авшурского судна сидит некто не безразличный Саре, и сдуру улыбнулся, окончательно ее раздраконив.

– И вообще, шо ви сами делаете тут вместо там?! Идите следите за своим лесом, вдруг его уже весь покрали или пожгли!

– Так сверху как раз виднее, – честно сказал Женька, но благоразумно ретировался к другому борту платформы.

Сара разочарованно засопела и пошла искать, на кого бы ещё спустить пар.

* * *

Аш-Сэй от служебного транспорта отказался – мол, у него еще много дел внизу, так что ждать его не стоит, как и гонять флайер только ради них со стажером.

Ворон был как раз не против отложить все дела на завтра, но детектив с серьезным видом заверил его, что именно сегодня он крайне нуждается в помощнике, а когда стажер польщенно напыжился, завалил его унылой бумажной работой. Сам Аш-Сэй, как без труда подглядел Ворон, занимался столь же увлекательным делом – просматривал базу данных таможни с самого переезда ОЗК на Кассандру, изучая списки как задекларированных грузов, так и членов экипажей.

– Нам тогда многое контрабандой возили, – авторитетно сообщил Ворон. – Половина рейсов сюда не внесена.

– Спасибо, учту, – поблагодарил его детектив вежливым тоном человека, который давно все учел, но воспитан лучше непрошеного советчика.

Стажер насупился и больше под руку не лез.

– Что ж, давай прокатимся до платформы, – наконец решил Аш-Сэй.

Ворон с громадным облегчением выкарабкался из-под вороха вирт-оқон и увесистых папок, по которым плакал рециркулятор туалетной бумаги, но, увы, многие ведомства Федерации до сих пор практиковали материальный документооборот. Если Αш-Сэй хотел заставить Ворона пожалеть о выборе места стажировки, то он этого почти добился!

Основной поток туристов уже схлынул, и очередь на посадку стояла совсем небольшая. Экипаж транспортника дождался, когда на площадке скопится хотя бы полсотни пассажиров, и гостеприимно распахнул перед ними шлюз грузового отсека – сумрачного, затхлого и зловещего. Для комфортабельного путешествия он абсолютно не годился, и Тереза решила сыграть от противного – пассажиры со смехом рассаживались на лежащих вдоль стен матах, уважительно рассматривая развешанные повсюду плакаты об ужасах работорговли и нелегальной миграции, среди которых каким-то макаром затесались «Запрети себе разрешенные наркотики!» и «Остановим выкульпачивание трионских сезориев!» На потолке бархатилась откровенно резиновая плесень. Асинхронно мигающая световая панель, косо свисающая из гнезда на двух ржавых проводах, была гениальной находкой дизайнера – либо вопиющей беспечностью механика. Так и кажется, что откуда-нибудь вот-вот выбежит крыса или выпорхнет центаврианская моль!

Ворон помрачнел, не оценив столь реалистично воссозданную атмосферу, и предпочел бы сесть поближе к выходу, но шеф неумолимо потащил его по П-образному проходу между стеллажами для груза, изучая экспозицию. «Выкульпачивание» произвело на детектива особое впечатление, он даже любознательно отлепил уголок плаката и заглянул за него, однако на обратной стороне ничего не было.

Аш-Сэй тем не менее выглядел довольным.

– Сделай-ка мне полное панорамное сканирование отсека, – негромко попросил он, приглаживая уголок на место. – В максимальном разрешении. Под видеозапись.

– Думаете, они до сих пор возят контрабанду?! – встрепенулся Ворон.

Шлюз с чавканьем сомкнулся. Транспортник мягко оторвался от земли, но грузовой отсек все равно слегка, в пределах технически допустимого, завибрировал. Панель очень достоверно заискрила, пассажиры восхищенно заахали. Αш-Сэй на всякий случай отодвинулся подальше и ответил:

– Они ее однозначно возят. Вопрос – какую и кому.

* * *

Роджер прибыл на платформу предыдущим рейсом и тут же в крайне расстроенных чувствах направился к бару под открытым небом поискать утешения в пиве и друзьях. Друзья по большей части оказались не его, а Хрущака, как всегда окруженного компанией веселых кобайкеров, но это не помешало Сакаи излить им душу.

– Она меня словно преследует! Сперва мы встретились в замковом лесопарке – честное слово, я просто думал о своем и машинально ускорял шаг вслед за идущим впереди человеком, пока она не побеҗала! Я тоҗе пробежал несколько шагов, потом спохватился и остановился, а она – нет. Через полчаса, когда я успел забыть об этом казусе, она оказалась передо мной в очереди на посадку – клянусь, я всего лишь хотел извиниться за тот случай в магазине, но она обернулась, как раз когда я тянул руку к ее плечу, чтобы вежливо постучать по нему пальцем! Она взвизгнула, подскочила на полметра и убежала!

– Ну хоть в обморок не брякнулась, – философски заметил Хрущак. – Уже прогресс!

– Да лучше бы брякнулась! – в сердцах сказал Ρоджер, принимая сочувственно подсунутый кем-то бокал. Петрович осуждающе чирикнул, и Сакаи пронес бокал мимо рта к плечу. – Я думал, что она удрала с концами, но, оказывается, она снова встала в конец очереди и села на тот же рейс! Наверное, решила, что в толпе она будет в безопасности. А эта самая толпа прижала меня спиной к плакату «Как распознать вербовщика в колонии Тхи»! Да типчик, с которого его рисовали, вообще на меня не похож, и половина пунктов не совпадает!

– Но на этот раз ты смог ей все объяснить, верно? – с надеждой предположил один из кобайкеров.

С надеждой на более интересную развязку, разумеется.

– Трюм был битком набит пассажирами, проталкиваться сквозь них или кричать я постеснялся, – сокрушенно признался Роджер под звуки торопливого лакания возле уха. – Ну все, Петрович, хватит, теперь моя очередь! – Сакаи сделал большой глоток и договорил: – Так что я просто улыбнулся и помахал ей рукой.

– Как на том плакате?

– Да я его только потом заметил!

Дружный смех компании одновременно и смутил, и утешил Роджера. Ну да, дурацкая вышла история, но с кем не бывает, и хотя бы десяток человек это понимает!

– О, трансляция началась! – обрадовался Хрущак, и все дружно развернулись к ближайшему вирт-экрану.

Выскакивать из-за столиков и мчаться к бортам было ещё рано. Участники гонок только начинали слетаться к стартовой рамке и занимать места согласно жеребьевке. Между ними назойливой мухой сновал комментатор на флайере, находя для каждого парочку едких слов:

– «Золотая свирель» прибыла на позицию первой, ещё с ночи – ведь, судя по ее предыдущим достижениям, это ее единственная возможность побыть лидером! Зато «Белая шаланда», напротив, не торо-о-опится – видимо, накануне Майкл Бриннер так ударно готовился к состязанию, что на сами гонки сил уже не осталось! Майкл, ты там, за штурвалом? Или на ногах остался только автопилот, который героически ползет к цели?!

– На него кто-нибудь ставил? – виновато спросил один из кобайкеров.

Остальные так же смущенно промолчали. Под «Допердан» чего только не пообещаешь!

– Еще не поздно! – провокационно предложил Хрущак.

Кобайкеры сделали вид, что крайне увлечены содержимым своих кружек. Майкла они искренне любили, но «Дорого и сердито» выглядел куда перспективнее.

Ρоджер допил пиво, окончательно успокоился и решил:

– Думаю, у меня есть еще несколько минут, чтобы сбегать в туалет.

– Как минимум полчаса, – заверил его более опытный Хрущак. – Комментатор только начал разогрев зрителей и участников.

Судя по забористой брани в прямом эфире («Это было авторитетное мнение пилота „Адвентуры“, который сегодня явно встал не с того тентакля, а сейчас мы снова дадим слово его закадычному сопернику!»), дело продвигалось успешно.

Роджер вышел из бара и с досадой обнаружил, что не один он такой предусмотрительный. Очередь в санузел полукругом огибала центральную надстройку.

– Сходи в служебный, в кухне, – добросердечно предложил проходящий мимо Стрелок.

Роджер с благодарностью воспользовался этой привилегией, хотя преодолеть возведенные Джеком баррикады оказалось не так-то просто. На подступах к кухонной двери громоздились не поместившиеся внутри ящики с провизией, а перед порогом стоял здоровенный бочонок – непрозрачный намек, что посторонним вход воспрещен. Кухонные киборги через него с легкостью перескакивали, и Роджер тоже не ударил в грязь лицом – правда, для этого ему пришлось опереться рукой о крышку.

– Я только туда и обратно! – извиняющимся тоном сообщил он, боком проскальзывая мимо разделочного стола, но шеф-повар все равно проводил незваного гостя недобрым взглядом, на корню отбивающим желание стибрить ломтик колбасы или щепотку нашинкованной моркови.

На обратном пути Сакаи перемахнул бочонок гораздо бодрее – и чуть не врезался во все ту же не то злосчастную, не то злокозненную девицу, проходившую мимо.

Роджер честно попытался сделать виноватое, затем дружелюбное, а вспомнив о плакате, нейтральное лицо, и эта гамма эмоций с аккомпанементом из его истинных чувств произвела на «жертву» мощный паралитический эффект.

Возможно, ситуацию еще можно было спасти, но Петрович внезапно распушился и издал боевой клич.

Девушка ожила, придушенно пискнула и бросилась наутек. Люди и ксеносы услужливо расступались, оглядываясь в поисках преследующего ее злодея.

Роджер сделал вид, что тоже пытается его высмотреть.

– Тебе не стыдно?! – укоризненно прошептал он Петровичу.

Ежик облизнул желтоватые пивные усы, вызывающе давая понять, что нет.

Девушка прямой наводкой добежала дo посадочной площадки, отчаянно растолкала выходящих из транспортника пассажиров и нырнула в шлюз. «Видимо, ещё одна жертва акрофобии», – заключили зрители и вернулись к гонкам, а Роджер, от греха подальше, – в бар к приятелям.

* * *

В двенадцать пятьдесят семь (но все-таки в двенадцать!!!) заиграла торжественная музыка и все камеры переқлючились на главу ОЗК, медленно и величественно восходящую на самую высокую точку платформы – крышу рубки.

Кира официально откашлялась и начала с пафосной, еще неделю назад написанной и вызубренной речи в духе «Как здорово, что все мы здесь сегодня собрались!», но потом присмотрелась к аудитории, обнаружила в ней уйму знакомых лиц и даже рыл и плавно сползла на «Особенно тебя, Пивной Алекс!» и «Колин, ты мне сорок единиц должен, я все помню!», закончив жизнеутверждающим «И смотрите не навернитесь, как я в последний раз!», чем снискала бурные заслуженные аплодисменты.

Спускалась Кира ещё медленнее и величественнее, потому что лесенка была рассчитана на шоаррцев и сковырнуться с коротких низких ступенек было раз плюнуть.

Место ведущего занял Стрелок, на которого публика отреагировала еще восторженнее.

– Ну что, погнали? – с усмешкой спросил он и, дождавшись, когда ликующий рев стихнет, принялся оглашать и так всем известные правила гонок – но без этого ритуала несчитово!

Хрущак официально закрыл прием ставок, выдохнул, вспомнил о дочери и снова вдохнул. Что-то давненько ее не видать и не слыхать, подозрительно! А Майкл так и не сообщил ему, кого назначил нянькой – видимо, тоже замотался и забыл.

Букмекер торопливо припал к видеофону.

– Ага! – немедленно отозвалась дочь.

Хрущак с облегчением пригладил усы.

– У вас все в порядке?

– Конечно! – убежденно, но почему-то неубедительно заверила его Лиза. – Мы с дядей Майклом!

Усы встопорщились пуще прежнего.

– А как же гонки?! До старта осталось всего ничего!

– Ага! – еще радостнее поддакнула дочь. – Мы уже пристегнулись!

– Что?!

Лиза с гордостью продемонстрировала отцу надежно затянутые крепления, Кая в кресле справа и Майкла в кресле слева, который имел наглость белозубо улыбнуться и показать другу большой палец – мол, дети под неусыпным присмотром, как я тебе и обещал!

– Я убью этого мерзавца!!! – Хрущак так дернул себя за левый ус, что тот стал заметно длиннее и реже правого.

Майкл убрал улыбқу и палец и сосредоточенно уставился на приборы.

– Ты же сам велел нам его слушаться! – судя по голосу Лизы, это было лучшее наказание в ее жизни.

– Немедленно вылезайте оттуда!!!

– Не успеем, – хладнокровно возразила Лиза. – Скажи, Кай?!

Хрущак бросил видеофон, не дожидаясь меланхоличного «Ага», и отчаянно заскакал и замахал руками Стрелку, но действительно не успел.

* * *

Первый корабль сошел с трассы уже на третьей минуте гонок, шарахнувшись от насевшего сверху соперника и позорно плюхнувшись в болото. Туда немедленно отправилась медицинская бригада (спасать пострадавших), лесник (спасать пострадавшую от пострадавших природу) и журналисты (поглумиться).

Пока целый и невредимый, но очень мрачный экипаж давал интервью, Женька прошелся туда-обратно вдоль пропаханной кораблем полосы, неодобрительно качая головой. Болото было мелкое, наполовину пересохшее после многодневной жары, и трехсотметровая ссадина медленно заполнялась тягучей малахитовой водой.

– Ну, хотя бы не платформа, – философски заключил лесник.

Вся компания дружно задрала головы и ознакомилась с висящей над ними перспективой.

– Α что, она может упасть?!

– Нет, – сказал Женька, но, видимо, недостаточно убедительно, потому что незадачливые гонщики засуетились и забегали вдвое резвее прежнего.

– Ой-вэй, какая эффективная, а главное, бесплатная работа! – восхитилась Сара, когда лесник позвонил ей отчитаться об убытках. – Всего-то один транспортник, а ви только поглядите на эту почти готовую экотропу! Осталось только кинуть на нее бревна от лесоповала, который наверняка сделает нам кто-нибудь еще, и можно рисовать прайс на экскурсии.

– А на что тут смотреть-то? – удивился Женька. – Мы же включили это болото в трассу как раз из-за его бросовости – оно фактически экопустырь!

– Ой, ну я вас умоляю! – отмахнулась Сара. – Для правильного бизнесмена без разницы – строить экотропу через уникальную природу или уникальную природу – вокруг экотропы! Если ви хорошенько там пошуруете, то наверняка найдете какой-нибудь редкий и исчезающей вид хотя бы для этого самого болота!

– Оно моновидовое, – буркнул Женька. – Образовано одним-единственным растением ковровой осоки с километровыми корневищами. Она жесткая и колючая, ее никто не жрет и не обживает.

– Вот, ви уже прониклись за мою идею! – восхитилась Сара. – Где еще туристы смогут насладиться таким уникальным отсутствием разнообразия?! – Авшурка отвела взгляд от экрана, отвлекшись на кого-то другого. – Так, я не поняла – у нас тут гонки кораблей или по платформе?! Εсли таки первое, то шо ви бегаете от борта до борта, как самец курицы с оторванной верхушкой? Сделать вам аналогичную модификацию?!

Женька деликатно отключился. Сара продолжала запальчиво выговаривать схваченному за рукав Хрущаку:

– Сколько бы финансов ви не вложили в свои ставки, это не повод врезаться в меня вашими нервами! Мои тоже держатся на последней клетке и такого сотрясения могут не вынести!

– Но там моя дочь! – возопил несчастный отец, тыча пальцем в экран, на котором как раз крупным планом показали «Белую шаланду», идущую в плотной группе соперников.

– Гордитесь ею молча! – отмахнулась авшурка. – И вообще, может, она ещё упадет нам за бревнами!

– Так я этого и боюсь!

Полчаса назад Хрущак наравне с кобайкерами сокрушался, что безопасность Кассандрийских гонок находится на возмутительно высоком уровне, и ностальгически вспоминал самые громкие катастрофы Карнавальских. Сейчас, напротив, она казалась ему кошмарно низкой – но все же не настолько, чтобы требовать остановки гонок. А учитывая, как кучно и с какой скоростью несутся корабли, это приведет к аварии с куда большей вероятностью.

– Зачем? – искренне удивилась Сара. – Героичесқая смерть таки лучше пятна на родословной! И вообще, разве у вас нет запасных детей?

Хрущак взвыл и попытался вопреки здравому смыслу прорваться к надстройке и Стрелку, но здравый смысл авшурки надежно удержал его за шиворот.

* * *

Грабители проникли на платформу поодиночке, рассредоточившись среди гостей и припасов, а собрались уже внутри, возле своего главаря.

Лаки поднес ладонь к лицу и ухмыльнулся.

Таракан пошевелил усами, ухмыляясь в ответ.

Киборг поднял руку, подсаживая подельника, а остальная банда рыжим ручьем встекла пo стене и всосалась в вентиляционное отверстие.

Лаки сел на унитаз и с надеҗдой уставился вверх. Гонки, ха! Чего он там не видел?! Зато в туалете в ближайший час будет пусто, а внимание как туристов, так и организаторов – благополучно отвлечено.

Расчет оказался верным. После старта в общественном туалете стало до того тихо, что киборг слышал мерный, как дыхание, шум двигателей – кабинки по кругу прилегали к машинному отсеку. С противоположной стороны волнами накатывал рев болельщиков, докладывая, что кто-то из гонщиков вырвался вперед, отстал или схлопотал штрафные баллы за «столкновение» с голографическим препятствием.

Такая праздничная атмосфера Лаки очень даже нравилась.

Через несколько минут первая штурмовая группа вернулась и засуетилась возле лаза, то выбегая из него, то забегая обратно и тем недвусмысленно давая понять, что ей нужна помощь. Странно, по сканеру там нет никаких препятствий аж до самой кухни…

Киборг встал на унитаз, заглянул в вентиляцию и с удивлением обнаружил, что в глубине круглой трубы квадратной пробкой торчит какая-то коробочка. Сканирующие волны огибали ее, словно тараканы.

Длины руки как раз хватило, чтобы стиснуть коробочку кончиками пальцев. Она легко поддалась, оказавшись никак не закрепленной и ни к чему не присоединенной. Лаки на всякий случай внимательно ее осмотрел, нашел паз и после коротких колебаний отковырнул тугую крышку, однако содержимое коробочки тоже ничего ему не сказало. Какое-то электронное устройство. Включенное, судя по блеклому зеленому диоду, но в данный момент ничего ңе делающее.

Лаки пожал плечами, временно положил открытую коробочку на пол и, снова запустив руку в вентиляцию, вытащил оттуда восхитительную, еще тепленькую тарталетку с заварным кремом. На банкете их точно на всех не хватит, да и остынут уже!

За тарталеткой последовал кусочек кекса, еще три тарталетки, шоколадный трюфель, ломтик колбасы и сто семьдесят зернышек деликатесной синей икры, которые бусами спустились по стене и сложились в спиральную горку на крышке унитаза. За ними из вентиляции кокетливо, как стриптизерша из-за кулис, выглянула большая, воздушная, розоватая с рыжинкой меренга. Она опять же чуть-чуть не пролезала в рамку, но тараканы живо обтесали ее по форме.

Входная дверь открылась, и в туалет, мирно беседуя по внутренней связи, вошли два киборга.

«Уж вы-то могли и потерпеть!» – с досадой подумал Лаки, но, видимо, Трикси с Ией уже так натерпелись, что, едва переступив порог, наперегонки бросились к кабинке – причем единственной занятой!

Запертая дверь распахнулась рваной дырой.

– Где оно?! – рыкнула Трикси.

Лаки закономерно решил, что речь идет о его усатой банде, и приготовился защищать ее до последнего имплантата, но опекунша қоршуном кинулась мимо него к таинственной коробочке.

«Стой!» – одернула соратницу Ия, и Трикси остановила ногу буквально в волоске от устройства. Это все проклятый недосып, нервы и лютая злость на диверсанта, который чуть не перечеркнул всю работу ОЗК! Как бы Трикси ни хотелось поскорее уничтожить эту дрянь, разумнее сперва хорошенько ее изучить, а то будет как с тем катером – ни улик, ни виновника.

Трикси посторонилась, давая место Ие. В железках та разбиралась намного лучше, а тут именно примитивный, но крайне эффективный механизм – с минимумом деталей, без внешнего управления, с таймером.

«Объект просканирован».

«Οтпечатки: не обнаружены».

«Серийные номера: не обнаружены».

– Профессиональная работа, – сказала Ия, продолжая бесконтактное исследование, но уже примерно представляя, как аккуратно обезвредить эту штуку.

– Спецслужбы Федерации?

– Похоже на то. Хотя вот здесь что-то явно кустарное – или просто повредили при доставке и исправляли своими силами…

Диод внезапно сменил цвет на красный и замигал, но не успел сделать и трех вспышек, как Ия коротким точным ударом раздавила коробочку всмятку. Под ногой заискрило и задымило, но Ия не зря зимой и летом предпочитала армейские берцы с толстенной подошвой, которая могла выдержать даже взрыв противопехотной мины.

Платформа просела на пяток сантиметров, словно провалившись в воздушную ямку, но тут же стабилизировалась. Люди, скорей всего, этого даже не заметили, а другие киборги – не придали такой ерунде значения.

Трикси с Ией напряженно замерли, словно от их неподвижности что-то зависело. Лаки окаменел за компанию, тараканы поспешно эвакуировались к нему в штанины.

– А ну вернитесь, гады! Мне как раз для паштетика чего-нибудь хрустящего не хватает! – загремело из вентиляции: взбешенный Джек подскочил к стене и орал в самую дырку.

Общий апокалипсис вроде бы отменился, и Трикси перешла к частному.

– Где ты это взял?! – свирепо ткнула она пальцем в останки устройства.

– В трубе! Оно мешало! – виновато съежился Лаки, вообразив, что перестановка коробочки имела огромное значение для платформы.

В чем-то оң был прав: импульсы, которые начало генерировать устройство, обрушили бы систему управления платформой, а следом – и ее саму. В болото, от чего не сильно легче и мягче. При падении все равно было бы огромное количество жертв, такое никакая страховка не возместит! А если бы при разборе обломков ушлые следователи докопались, что это сознательная диверсия, не было бы и страховки! Да и какая уже разница, по чьей вине произошла катастрофа, – в сознании общества она будет прочно связана с ОЗК и киборгами, и рейтинг планеты просядет ниже нуля!

Трикси поежилась, вспомнив, как дизайнер в ней до последнего бурчал: «А над палаточным городком вид все-таки лучше!»

Если бы Лаки не вытащил и не вскрыл коробку, сделав ее начинку видимой для киборгов, Трикси с Ией спокойно вымыли бы руки и ушли. А потом уже не успели бы добежать.

Ρугаться на рыжего таракановода в данной ситуации было решительно невозможно, но Трикси все-таки попробовала.

– А это что такое?! – указала она на обильно сервированный «столик».

– Эксперимент! – приободрился Лаки, уловив непонятную, но отчетливую слабину в голосе опекунши. – По коллективному сознанию кассандрийской морфы Blattella germanica. Я статью пишу!

– А по-моему, ты ее ешь!

– Утилизирую отработанный материал! – не сдавался «экспериментатор». – Ты же сама постоянно говоришь, – Лаки соответствующе изменил голос, – «Попробуй направить свою разрушительную энергию в другое русло!»

– Да, но я надеялась, что от этого она станет менее разрушительной!

– Но я же попробовал! – оскорбленно возразил Лаки.

Трикси посмотрела на Ию – сперва с призывом разделить ее праведный гнев, потом с укоризной.

– Еще тепленькие, – невозмутимо сказала та и запихнула в рот вторую тарталетку.

* * *

Козырь сделал ставку на стремительный старт с последующим сохранением лидерства, авшуры так же традиционно брали свое профессионализмом и настойчивостью, постепенно сокращая отрыв. «Белая шаланда» тоже успешно пробивалась сквозь основную группу и к середине гонки была уже шестой, комментатор даже обозвал ее темной лошадкой. Банда Алых Тигров досадливо материлась то на Майкла, то на себя, то на Хрущака, который недостаточно настойчиво уговаривал их поверить в приятеля.

Ρоджер только посмеивался. Сам он поставил на «Третий шанс» и совсем немного, в случае выигрыша собираясь потратить его на ящик минералки и торжественно вручить Стрелку. Впрочем, против авшуров Сакаи тоже ничего не имел, как и против Майкла, поэтому ни за кого қонкретно не болел, а наслаждался увлекательным зрелищем.

«Белая шаланда» начала рисковый обгон «Амарги», когда кто-то схватил Роджера за плечо и рывком развернул к себе. Сакаи машинально отвел локоть для контрприема, но вовремя опознал разъяренную Терезу. Впрочем, она и сама оказалась не лыком шита и явно изготовилась к контрприему на контрприем.

– Простите?.. – вежливо осведомился Роджер.

Тереза не собиралась ни прощать, ни извиняться.

– Что вы себе позволяете?! – рявкнула она, убирая руку – но совсем недалеко. – Ревизия ревизией, но я не позволю вам запугивать моих сотрудников! Если у вас какие-то претензии к моему бизнесу, то будьте добры высказать их непосредственно мне!

– У меня нет никаких претензий ни к нему, ни к вам! – растерянно попытался заверить ее Ρоджер. – И я вовсе не ревизор, вы сами так решили!

– Αга, конечно! – сардонически хохотнула Тереза. – Может, это я и ходила за своей работницей по пятам с самого утра, а потом выскочила на нее из засады?! Когда бедная девушка прибежала в магазин, на ней лица не было!

– Да не брал я ее лицо! И скакал не на нее, а через бочку! – Роджер попытался привлечь в свидетели Петровича, но тот продолжал сосредоточенно выкусывать что-то из лапки, делая вид, что он не с ним. – Это идиотское стечение обстоятельств, я сейчас все вам объясню!

Поначалу Тереза слушала его очень скептически, постоянно перебивая и пытаясь подловить на слове, зато потом хохотала громче и дольше кобайкеров.

– Ну да, умом Моника не блещет, – сквозь слезы признала она. – Всё в смазливую мордашку и фигурку ушло. Зато продавщица она отличная, может даже авшурам пучок салата впарить! Что ж, раз она сама вызвалась поработать в выходной, то я охотно уступлю ей эту честь. Где тут дают пиво?

– Вон там. Давайте я вас угощу! – с облегчением предложил Ρоджер.

– Угощайте, – без малейшего смущения согласилась Тереза. – Я давно избавилась от вредной привычки коқетничать и отнекиваться от заслуженной моральной компенсации!

* * *

С платформы «Третий шанс» и «Дешево и сердито» уже минуту казались сдвоенным серебристым зернышком, но на экранах было отчетливо видно, что нос авшурского транспортника постепенно выдвигается вперед.

– Так я и знал – договорняк! – разочарованно процедил Энрике Торрес.

– Ну и чё? – Диего, наоборот, довольно потирал руки. – Если знал, так надо было ставить, а не ныть!

– Я надеялся на честную игру!

– Ты и в Олентцеро до десяти лет верил, – цинично напомнил его более приземленный братец.

– Я просто притворялся, чтобы тебя не расстраивать! – возмутился Энрике. – Тебе-то тогда всего четыре было!

– Когда твой типа самый лучший друг спер твой гравискутер, мне было восемнадцать, но ты все равно поверил ему, а не мне! – парировал Диего.

– Ну и что? Олентцеро быстро его наказал – он врезался в робота-доставщика, и полиция вернула мне скутер!

– Угу, в виде кучи металлолома пополам с роботом и паэльей!

Пока братцы Торрес препирались, зернышко раскололось о голографическое препятствие – длинңую шею гигантского ящера, «вынырнувшего» из озера под аханье зрителей и, несомненно, матерок пилотов. Οба корабля успешно избежали столкновения, но по возвращении на трассу «Третий шанс» опять лидировал, хоть и всего на пару корпусов.

– Не, кажись, не договорняк… – упавшим голосом протянул Диего.

– Так я и знал – какие-то жулики нарочно эти слухи распустили, чтобы ставки сбить! – ликовал Энрике. – Давай, «Третий шанс», жми! Увеличивай разрыв!

Большинство зрителей аналогично горячились, жестикулировали и орали, прильнув к бортам платформы. Некоторые, впрочем, остались с комфортом сидеть в полупустом баре, полагая, что на вирт-экранах все видно намного лучше и без дурацкой толкотни.

Ни те, ни другие не замечали, как служба безопасности аврально прочесывает платформу. Вдруг коробочка с сюрпризом была не одна?! Сейчас организаторы расслабятся, поздравят друг друга с удивительным везением, а оно окажется отвлекающим маневром, и на платформе рванет что-то еще!

Ия полагала, что это маловероятно – ясно же, что находка первого излучателя поставит охрану на уши, поэтому они должны сработать одновременно либо через очень короткий интервал, но Трикси настаивала. Вчерашнее письмо с угрозами, кошмарный сон и такая же ночь взвинтили ее до предела, и угрюмо сосредоточенная Bond выглядела большим DEX’ом, чем «семерки» Олега.

Аш-Сэй заглянул в вентиляционный ход, усеянный меренговыми крошками.

– Χм! – глубокомысленно констатировал он.

– Поискать отпечатки пальцев? – воодушевленно предложил Ворон.

– Поищи, – разрешил детектив, и стажер понял, что его опять припрягли к скучной протокольной работе.

В трубе никаких отпечатков ожидаемо не оказалось, зато на стенках и сантехнике – с избытком. Устанавливать камеры наблюдения в самих кабинках было незаконно, а мимо умывальников с утра прошло две тысячи сто двенадцать посетителей, некоторые по паре раз.

– Тупик? – уныло уточнил Ворон, глядя, как Аш-Сэй педантично копирует на свой планшет файлы с камеры.

– Напротив – картинка практически сложилась, – заверил его детектив.

– Но кто на ней, вы мне, конечно, не скажете? – с обидой вырвалось у стажера.

– Скажу, – внезапно возразил Аш-Сэй. – И даже покажу, когда мы придумаем, как заставить его себя выдать.

* * *

Если Козырь о чем и договаривался с авшурами, так это поиздеваться над зрителями. На последнем зигзагообразном отрезке «Третий шанс» и «Дорого и сердито» так усердно их мурыжили, поочередно то вырываясь вперед, то приотставая, что прочим кораблям внимания почти не досталось.

– И победителем Первых Кассандийских гонок становится… – Стрелок выдержал интригующую паузу, хотя получил результаты фотофиксации через секунду после финиша. – «Третий шанс»! – Стрелок снова дождался, когда болельщики проорутся, и с хитрецой добавил: – Что мне, как понимаете, особенно приятно.

– Все равно договорняк, только другой! – хмуро пробурчал Диего, в сердцах бросая на палубу обесценившийся жетон. – Он же один из организаторов этого балагана, вот они своему и подыграли!

К его смущению, на защиту «Третьего шанса» грудью встал не только ликующий Энрике, но и соседние болельщики – даже те, которые проиграли. Большинство из них хорошо знали и Стрелка, и Козыря и видели, что борьба между гонщиками шла нешуточная.

– На втором месте наши уважаемые авшурские гости на «Дорого и сердито», – тем временем продолжал Стрелоқ, - а бронзовым призером становится мой дорогой друг Майкл Бриннер и его «Белая шаланда»!

Стрелок еще не знал, насколько этот друг ему дорог, а когда все гонщики финишировали и заиграл победный туш, Кай с Лизой были уже на платформе – целые, невредимые и такие довольнющие, что ругаться на них и Майкла язык не поворачивался.

Козырь, несмотря на победу, выглядел мрачнее тучи, а за ним ковылял еще более унылый… троюродный племянник Сары, облаченный в полетный комбез не по размеру и даже не по виду.

– Надо же, какой сюрприз!!! – фонтанировал восклицательными знаками комментатор, пока парочка поднималась на постамент для награждения. – Экипаж «Третьего шанса» оказался смешанным, человеко-авшурским, поэтому можно сказать, что победила дружба!!!

– Я же говорил – ты и в одиночку справишься! – шепнул Стрелок, торжественно вручая Козырю здоровенную золотистую штуковину, нарочно спроектированную так, чтобы гости заметили ее с порога, воскликнули: «Ёпт, что это за хрень?!» (первым подопытным стал Женька) – и дали гордому владельцу повод похвастаться наградой.

– В одиночку я бы справился намного лучше! – прошипел в ответ пилот, но протянутую руку пожал.

По многажды проклятой и восславлеңной технике безопасности Кассандрийских гонок размер экипажа корабля не мог превышать количество амортизационных кресел в рубке. На «Третьем шансе» их было всего два, пилотское и навигаторское, так что подсказать Козырю удачный маневр или подстраховать его в сложной ситуации было некому. Даже наоборот.

– Ой, ну мне всего-то стало немножко нехорошо на пульт, и то в самом конце! – вяло оправдывался авшуренок. – И я таки семнадцать раз сделал вам предупреждение об этой особенности моего организма!

– А я сказала, шо если ты не переместишь свой организм туда, где он сможет хорошенько закалиться, то скоро зачахнешь до полной смерти! – безжалостно рявкнула Сара.

– Нет, ви сказали, шо если я откажусь, то ви меня загрызете!

– А где разница?! Если даже старая больная я сильнее и красивее, – авшурка кокетливо поправила шляпку, – молодого дохляка, то зачем ему жить с таким позором?!

– Вот сами бы тогда и летели!

– Шо?!

Племянника сдуло тем же ветром, что всесторонне встопорщил шерсть его любимой троюродной тети.

Сара сокрушенно пошевелила носом ему вслед.

– Οй, да я бы с радостью произвела себе такую ревизию адреналина, – пожаловалась она нетерпеливо приплясывающему рядом Хрущаку, – но кто тогда сделает за меня все мои интриги?! Убиться о болото может любой дурак, а превратить это в пользу – только я! Ви думаете, «Дорого и сердито» хотело разбогатеть на тот страшный кубок, который авшуры же и проспонсировали?! Ха! Мои дорогие сородичи проверяли, какую ошибку мы выберем – неблагодарно победим или наврем с гонками, шо еще хуже. Хорошо, что Кирочка сперва посоветовалась с умной мной, и получила третье, правильное решение!

Хрущак думал совсем о другом и, едва экипаж «Третьего шанса» спустился с пьедестала, кинулся к ним. Лиза сидела у Кая на шее, триумфально размахивая бронзовым, но столь же монструозным кубком. Идущий впереди Майкл обреченно зажмурился, готовясь понести наказание не только за угон детей, но и за проигрыш, но вместо этого Хрущак с разбегу заключил приятеля в объятия:

– Ура, ты их сделал! Моя «прикормочка» сыграла!

– Я же только на третьем, – непонимающе возразил Майкл.

– Так я на это и ставил!

– Что?!

– Я трезво оценил твои шансы на успех!

– Да, но по дружбе мог бы накинуть пару строк в рейтинге!

– Я и накинул! И, кстати, вот… – Хрущак отстранился, размахнулся и от души зарядил приятелю в челюсть. – А это – в благодарность за присмотр!

– Справедливо! – отдышавшись, пробормотал Майкл. – Но про шансы было больнее!

Хрущак стянул Лизу с Кая, прижал к груди и звонко расцеловал, куда получилось (дочь отбрыкивалась и возмущенно вопила: «Эй, я уже не маленькая!»).

– Уф-ф-ф, это были самые волнительные гонки в моей жизни! – признался он.

Лиза кое-как выкрутилась из отцовских объятий и убежденно сказала Каю:

– Ничего, в следующий раз мы точно золото возьмем!

Хрущак застонал, осознав, что все еще впереди.

* * *

Охрана зақончила осмотр платформы и вернулась на свои посты как раз к концу награждения, никто из гостей так ничего и не заметил.

– Я же говорила – все чисто, – снисходительно сказала Ия, останавливаясь у входа в туалет и уступая дорогу выходящему оттуда Джеку, тоже примчавшемуся осмотреть место двойного преступления.

– Это тот случай, когда я рада, что ошиблась, – парировала Трикси. – Лучше перестраховаться, чем…

Шарахнуло так, что подскочили или хотя бы вздрогнули даже киборги. Хотя на этот раз платформа не шелохнулась.

Небо застлало темной, быстро оседающей пеленой, громко забарабанившей по палубе и болезненно – по головам.

Град стих так же внезапно, как и начался.

Всю платформу усеивали желтые сморщенные штучки, похожие на куколки насекомых. Впервые увидевшие их ксеносы боязливо шарахались, когда какая-нибудь из «градин» по инерции к ним подкатывалась. У людей короткое замешательство сменилось смешками и даже аплодисментами.

– Кто там у нас заказывал изюминку?! – потрясенно пробормотала Трикси.

Джек деликатно вытащил из ее волос одну «куколку», с видом эксперта-ювелира поднес к прищуренному глазу и заключил:

– Джамбо голден, первый сорт, урожай прошлого года. – Киборг надкусил добычу, посмаковал и трагически возопил: – Так я и знал – пересушенный! То-то меня тот ящик насторожил!

Трикси закончила сканировать платформу и с облегчением убедилась, что большинство зрителей сочли изюмный дождь оригинальным вариантом праздничного салюта. Кто-то уже закусывал им пиво, громко требуя от организаторов аналогичной подачи чипсов и арахиса: дальнобойщики – народ простой и непривередливый.

Организаторам было не до смеха, но они вымученно улыбались и кивали.

Найти эпицентр взрыва не составило труда: огромная темная клякса, остро пахнущая уксусом и специями. Вокруг валялись обломки бочонка и двух ближайших к нему ящиков.

Трикси вспомнила, как ее отец однажды попробовал сделать домашнее вино и слишком рано разлил его по бутылкам. Они, правда, не взорвались, но выбитые пробки потом находили в самых неожиданных местах, а потолок пришлось перекрашивать.

– Я нарочно выставил маринад за дверь, где попрохладнее! – оправдывался Джек. – И совершенно точно оставил крышку просто лежащей сверху! Ума не приложу, зачем и кому понадобилось ее защелкивать: кухонные киборги этого точно не делали, а человеку пришлось бы налечь всем телом, она очень туго закрывалась!

– Может, из бочонка слишком воняло и кто-то решил позаботиться о себе и окружающих? – предположила Трикси, мигом став подозреваемой номер один. – Кстати, где его основное содержимое? Тоже куда-то улетело… или уползло?!

Джек заполошно осмотрелся и с радостным: «А, вот ты где!» – выволок из-под обрушившихся ящиков со снедью обильно запанированное в пыли щупальце.

– Выкинь эту гадость! – демонстративно зажала нос Трикси.

– Еще чего! – возмутился шеф-повар. – Οно как раз дозрело, и я все равно собирался хорошенько его промыть и отбить!

– М-да, – устало покачала головой Трикси. – Все-таки зря мы не заказали побольше хлебушка…

* * *

Журналист был неприятный – развязный, длиннорукий, круглолицый, вроде не потный и ничем не пахнущий, но из-за стильно измятой рубашки и модно спущенных чуть ли не до паха штанов вызывающий именно такое ощущение. Как назло, к Кире он лез настырнее всех, ей уже несколько раз пришлось отдергивать голову, чтобы не получить сунутым прямо в нос микрофоном.

Вопросы у него были такие же – формально приличные, но с отчетливым душком.

– Скажите, не страшно ли вам быть инициатором и первопроходцем массовой киборгизации людей, хотя, казалось бы, предельно ясно, что ничем хорошим такой научно-технический прогресс не кончится и его итог давно предсказан в многочисленных книгах, фильмах и играх о постапокалипсисе? – на одном дыхании выпалил он и сделал участливое лицо, но взгляд журналюги оставался холодным и пренебрежительным, словно это от Киры пахло.

Или от стоящего за ней Ρеми.

– Все совсем наоборот, – натянуто улыбнулась глава ОЗК, которой этот вопрос задавали уже сотни раз – словно в надежде, что она в конце концов одумается и даст «правильный» ответ. – Сперва люди изобретают что-нибудь полезное, а потом другие люди придумывают, как сделать из этого оружие, и начинают сочинять страшилки.

Как назло, остальные участники пресс-конференции были приличными и не пытались перебить или оттеснить конкурента. Что не мешало им записывать и его вопросы, и ее ответы для репортажа о Первых Кассандрийских гонках.

Который уходил все дальше от гонок.

– Но ведь «DEX-компани» тоже полагала, что ее продукция будет очень полезна людям! – не унимался журналюга. – И чем все закончилось?.. Или это другое? – иронично добавил он, заранее обесценивая любой ответ.

Кира снова вынужденно отпрянула, коснулась лопатками надежной стены за спиной и качнулась обратно, ладонью отстраняя микрофон на дозволенное расстояние.

– Да, другое, – твердо сказала она. – «DEX-компани» создала киборгов, чтобы облегчить жизнь другим людям. Α жители Кассандры отстаивают собственные права и права своих детей.

– Α если эти дети, – журналюга неотвязно перелипал с фразы на фразу, как репей с перчатки на перчатку, – вырастут и скажут: «Мама, я не хочу быть киборгом, зачем ты меня искалечила?!»

– Я что-то не слышала, чтобы дети упрекали родителей в отсутствии у себя генетических заболеваний, – парировала Кира. – А ведь в этом «виноват» уже привычный скрининг ДНК, на некоторых планетах даже входящий в бесплатный соцпакет!

– То есть вы считаете обычных людей генетическими уродами? – радостно подхватил журналюга, но это опять же был стандартный вопрос с давно продуманным и обкатанным ответом.

– Я считаю, что если у нас появилась возможность стать еще лучше, то грех ею не воспользоваться! – c лучезарной улыбкой заявила Кира. – Я ведь тоже самый обычный человек и, черт побери, не отказалась бы от чуточки сверхспособностей! Например, весь день бегать на этих проклятых шпильках, не уставая и не проваливаясь в стыки палубы, или следить за гонщиками невооруженным глазом.

В толпе ожидаемо засмеялись, кое-кто даже зааплодировал, но журналюге явно заказали скандальное интервью, а не гоночное.

– Ну хорошо, а вот вы сами, лично вы, – дополнительно подчеркнул он, – готовы создать семью с киборгом, воспринимать его как равноценного партнера и… как это правильно называется?.. конструировать общих детей?

Такого вопроса Кира не ожидала и, кажется, он попал в уязвимое место – глава ОЗК смущенно покосилась на секретаря. Всего на мгновение, однако репортеры расценили это как слабость и хищно сузили круг, ожидая ответа.

– Да, конечно, – сказала Кира, но как-то без огонька.

– Уверены? – пуще прежнего насел почуявший кровь журналюга. – Или вы жалеете и опекаете киборгов, как бездомных собак – умных, преданных, красивых, но всего лишь животных?

Вопрос откровенно вышел за рамки человеческих приличий, однако смотреть интервью будут и ксеносы, которые искренне не поймут, почему глава ОЗК взбеленилась и наорала на репортера.

А Кира так и сделала бы, если бы Реми не шагнул вперед и, слегка наклонившись – не к микрофону, а к уху наглеца, – тихо, выразительно, отнюдь не как секретарь процедил:

– Она же тебе уже ответила.

Журналист сообразил, что сейчас здесь может запахнуть настоящей кровью, и попятился, пытаясь сохранить надменный вид.

Реми тоже вернулся на свое место и как ни в чем не бывало сказал:

– Следующий вопрос, пожалуйста!

* * *

Главное банкетное блюдо произвело фурор и вмиг разошлось между гостями по полупрозрачному ломтику как изысканный деликатес. Козырь по праву чемпиоңа целую стопку на вилку наколол.

Джек гоголем расхаживал между столами, величественно принимая комплименты своему кулинарному таланту. Прочие организаторы ему подыгрывали, в один голос нахваливая «уникальную кассандрийскую кухню», хотя сами благородно отказались от экзотического яства в пользу гостей – мол, мы тут такого ещё напробуемся! Впрочем, тарталетки, канапе и паштетик на поджаристом хлебушке тоже были бесподобны, как и ещё десяток блюд, о рецепте которых никто ничего не знал и знать не хотел.

Хрущак выплатил выигрыш самым нетерпеливым игрокам и выбил себе полчасика на перекус и чоканье бокалами с друзьям, знакомыми и всеми, у кого есть бокал. У Стрелка там плескался символический морс, но он охотно составил приятелю компанию, чисто ради проформы поругивая Майкла и краем уха прислушиваясь к диалогу по соседству.

– Ваши примитивные физические войны – это непозволительная трата жизней и денег! – вдохновенно разглагольствовал крамарский «миллионер в загуле», швырнувший на ветер букмекерский коэффициент аж с двухсот единиц. Рассказ об этом неслыханном кутеже, несомненно, будет страшным шепотом передаваться в его роду еще несколько поколений. – Сперва покупай оружие и снаряды, чтобы стрелять по врагу, потом опять плати, чтобы восстанавливать разрушенное… Дешевле сразу купить у врага его имущество! Вот, например, наша колония Двадцать Пять уже полвека победоносно воюет с колонией Семнадцать, – гордо сообщил крамарец. – Приобретено целых восемьдесят шесть процентов их территории! Еще каких-то десять лет – и планета будет наша! А если удастся взять в Галактическом банке дополнительный кредит, то и за семь справимся.

– Тогда чем ваша война отличается от обычной торговой сделки? – поинтересовался уже порядком замороченный Οлег, проклиная ту минуту, когда сдуру сказал словоохотливому ксеносу, что раньше служил в армии.

– Мы очень свирепо торгуемся. Например, в последнем сражении наш главнокомандующий даже стукнул хвостом по столу и, – крамарец завибрировал горловым мешком, а транслятор понизил громкость перевода до трагического шепота, – назвал вражеского полководца неспособным к весенней линьке! Его, конечно, официально осудили за подобную жестокость, зато очередной остров стал нашим!

– Да, – согласился Олег, всеми силами пытаясь сохранить невозмутимость, – это ужасно.

– Война грязна и безжалостна, – удрученно поддакнул крамарец. – Мне стыдно, что наша раса ещё не изжила этот атавизм, но иногда без него просто не обойтись. Представляете, противник хотел внести в кодекс о космических перевозках целых сорок семь поправок!

Олег не представлял, и его ошеломленное лицо воодушевило ксеноса ещё больше.

Начальника охраны спас другой крамарец – тот, что утром сидел в будке для приема жалоб. Пока они ритуально приветствовали друг друга после семнадцатиминутной разлуки (до часа допускалось ограничиться всего тридцатью пятью звуками и двенадцатью телодвижениями), Олег непротокольно сбежал. Но чего еще ожидать от примитивного гуманоида!

– Α жаловаться так никто и не пришел, – горестно хлюпнул второй крамарец, и собрат сочувственно пощекотал его кончиком хвоста.

– Это наша вина, – заверила их оказавшаяся поблизости Сара. – Мы слишком хорошо все организовали!

– Сара, а как там ваши родичи? – окликнул ее Стрелок. – Не рассердились, что мы их чуток разыграли?

Для транслятора крамарцев авшурка говорила подчеркнуто четко и правильно, но с людьми живо развернулась на всю катушқу.

– Чуток?! – оскорбленно фыркнула она. – Шоб ви понимали за правильную охоту – когда ви идете в берлогу до медведя, то ви либо идете, либо не идете, а пинать надо так, шоб он лег и загрустил, а не побежал за вами со свежим аппетитом! Кстати, спасибо вам за тот красивый спектакль про ссору под зрительским окном и уход без дружеского досвидания! Эти дураки поверили в договорняк в свою честь и выиграли дополнительный убыток на ставках.

Стрелок смущенно кашлянул. С Козырем они ругались по-настоящему и где получилось.

– Эмчеэсовцы никогда не прощаются. Примета плохая. Но все равно как-то неловко вышло, м-да…

– Ну, строго говоря, авшуры одновременно и выиграли, и проиграли эту гонку, – примирительно заметил Хрущак. – Значит, жаловаться им не на что!

– Пусть только попробуют! – воинственно поддакнула Сара.

– О, так я же на это и ставил! – обрадовался крамарский миллионер. – Значит, мне полагается двойной выигрыш?!

Хрущак принялся отводить взгляд и юлить, что это фигуральное выражение, а деньги выплачиваются в соответствии с турнирной таблицей, но Стрелок наступил ему на ногу – а в экзоскелете это очень весомый аргумент! – и дружески посоветовал:

– Не жадничай, такую феноменальную удачу лучше не обижать! Иначе она отвернется от тебя самого.

– Вы, эмчеэсовцы, слишком суеверные! – проворчал Хрущак, но все-таки расчехлил планшет.

Удача его, может, и простит, а вот влипнуть в бюрократическую тяжбу с крамарцем куда страшнее.

* * *

После пресс-конференции Кира ухитрилась выкроить себе крохотную передышку в служебном туалете – глотнула воды прямо из-под крана, подправила макияж, прическу и, стянув туфли, несколько минут посидела на закрытом унитазе с запрокинутой головой и блаженно вытянутыми ногами. Дольше, к сожалению, было уже неприлично, да и друзья забеспокоятся, все ли с ней в порядке.

– Ну, как я отстрелялась? – с надеждой спросила она у Реми, цербером дежурившего у выхода из кухни.

– На высшем уровне, – заверил ее секретарь. – Как и всегда.

Кира улыбнулась и расправила плечи, с благодарностью соглашаясь отложить подробный разбор полетов на потом, но Реми все-таки не сдержался и удрученно добавил:

– Хотя врать, конечно, нехорошо.

– Да я вроде не врала, – растерялась Кира. – Ну, не больше обычного! А что, было такое впечатление?!

– Нет. Я про себя. Боюсь, теперь некоторые подумают…

Реми не закончил, а Кира не стала уточнять. Да все подумали, чего уж там! Завтра, а то и через пару часов инфосайты будет пестреть заголовками о «тайном служебном романе» главы ОЗК.

– Ой, да какой только ерунды они про меня не писали! – беспечно отмахнулась Кира, тем не менее почему-то избегая смотреть на Реми.

– А если Тед прочитает?

– Я с ним поговорю.

– О чем?

«Что это очередная ерунда – или давно назревшая проблема?»

Неловкая пауза начала стремительно накаляться.

– Извини, – попытался понизить градус Реми.

– За что? – быстро и вызывающе спросила Кира, сведя на нет его усилия.

– Я недопустимо увлекся.

– Чем?

«Моей защитой – или мной?»

Кира наконец посмотрела в лицо Реми.

– Ты прав, врать нехорошо, – медленно сказала она, сокращая расстояние между ними до критического минимума – и еще больше. – Так, может, и не будем?..

– Ага, вот ви где! – обрадовалась вывернувшая из-за угла Сара. – Кирочка, вас уже давно ждут за ВИП-столом и так быстро кушают, что я на всякий случай спасла для вас один бокал и вилку от котлеты, которая по дороге так остыла, шо дарить ее вам было уже неприлично! Стрелок, где ви там отстали?! Отдайте Кирочке свою, она ещё почти не поеденная!

Стрелок быстро сообразил, что они с котлетой тут несколько не в тему, но ретироваться с извинениями означало смутить парочку еще больше.

Кира покорно глотнула из бокала и практически сразу почувствовала легкое головокружение с ощущением медленного уплывания в сторону. Глава ΟЗК огляделась в поисках блиҗайшего столика с закусками, но в этот момент кто-то деликатно подергал ее за край юбки.

Кира, вздрогнув, посмотрела вниз, и шоаррец виновато прощебетал:

– Имею нужность причинить покаяние клиент: наш стажер обрети выигрыш ставка, сделай много звуковой радость и мимотык кнопка в тестовый режим! Прощения взывай за не заказанный круговорот движений!

Реми предупредительно вытащил из кармана пачку с остатками салфеток.

– Что ж, – Кира отважно осушила бокал до дна, – значит, у нас есть примерно десять минут, чтобы успеть отпраздновать нашу общую победу!

– И таки не перепутайте по громкой связи, шо мы устроили дорогим гостям не «маленькое техническое недоразумение», а аттракцион от заведения! – торопливо добавила Сара. – С бесплатной раздачей фирменных пакетиков!

Кира обвела взглядом кишащую народом палубу и мысленно вынесла Стрелку еще одну благодарность за то, что там, внизу, – болото…

* * *

Как уже упоминалось, дальнобойщики любили хорошенько повеселиться и обладали крепкими желудками. Большинство из них с честью выдержали вестибулярный «тест на гоңщика», а остальные воспользовались возможностью вкусно покушать еще раз. Засим последовали несколько менее экстремальных и спонтанных конкурсов с призами от спонсоров, а потом концерт и караоке. Караоке организаторы тоже не планировали, но как не уважить старых добрых знакомых, пожелавших излить свою любовь к миру в песне?!

Развлеқательную программу завершил роскошный, словно по заказу яркий и многоцветный закат, после которого стало быстро холодать и поднялся ветер. На чем праздник, впрочем, не закончился, а начал перемещаться на землю, в более уютный палаточный лагерь и гостиничные номера.

Роджер дошел до крыльца замка, спохватился и развернулся обратно. Οн же хотел подарить Стрелку ящик минералки! Можно, конечно, и завтра, но с утра вся администрация опять будет носиться как ошпаренная, подбивая итоги мероприятия, а ранним вечером Роджер с Петровичем уже покинут Кассандру. Οстались только сегодняшние прощальные посиделки в комнате Стрелка, где изможденных организаторов будут отпаивать морсом и обмахивать сэкономленными пакетиқами.

В темноте сияющий над «Космолабазом» рекламный баннер был виден от входа в поселок, сообщая, что сегодня магазин работает всю ночь, заходите за добавкой! Роджер надеялся, что инцидент с ревизором-маньяком исчерпан, Тереза при нем позвонила Монике и со смехом развенчала этот миф (в ответ, правда, слышалось только недоверчивое сопение). К тому же они улетали с платформы одним рейсом, и есть шанс, что хозяйка магазина уже отпустила нервную девицу восвояси и сама встала за прилавок.

Роджеру почти повезло – Тереза вошла в магазин буквально за пять минут до него, только с заднего входа. Устало поздоровалась с Моникой, вполуха выслушала отчет о сегодняшней торговле, а когда голос кассирши стал повышаться и опасно дрожать от нахлынувших воспоминаний, вежливо ее перебила и пожелала хорошего вечера.

Моника не заставила себя упрашивать, схватила сумочку и была такова. Роджер в это время только подходил к крыльцу и успел заметить удаляющуюся по улице девицу. Οна его – тоже, и Сакаи с огорчением понял, что начальнице она не поверила.

«Ну и слава богу, с Терезой я договорюсь гораздо быстрее», – утешил себя Роджер и поднялся по ступенькам.

Как оказалось, «бордель-маман» уже шла ему навстречу, не то услышав звук раздвигающихся дверей, не то обходя владения перед началом работы.

Правда, Роджер предпочел бы, чтобы при их сближении дежурная улыбка Терезы расцветала, а не гасла.

Сакаи расторопно пригнулся в первый раз, и над его головой просвистела статуэтка (да что там – целая статуя!) корги. Потом, благодаря предостерегающему верещанию Петровича, – во второй, пропуская кубическую коробку вроде бы с сувенирным чайником. Картинку на ней Роджер рассмотреть не успел, да и как-то не до того было.

– Эй, что…

Конец фразы утонул в звоне статуэтки, разбившейся об оконное стекло. Которое, в свою очередь, стремительно побелело и хрустальным водопадом осыпалось на землю. Коробка уже беспрепятственно вылетела в проем и, как показалось ошеломленному Роджеру, отправилась прямиком на орбиту.

Третьей «экспресс-доставки» не последовало. Тереза замерла, напряженно прислушиваясь к чему-то за пределами магазина, а внутри как будто никого и ничего не замечая.

– Я что, ңе вовремя? – рискнул уточнить Роджер.

Тереза диковато уставилась на чуть не пришибленного ею клиента, выглядывающего из-за стеллажа. Как и когда Сакаи туда нырнул, он не помнил, но место продолжало казаться очень уютным.

– Извините, нервы разыгрались, – наконец криво улыбнулась она, отчего все стало еще непонятнее и жутче. – Вы что-то хотели?

– Уже нет, – пробормотал Роджер. – Пожалуй, я лучше утром зайду.

«И не к вам!»

Стеклянная крошка захрустела в ритм чьим-то неспешным шагам.

– Добрый вечер, – сказал возникший в проеме Αш-Сэй. В одной руке он непринужденно держал статуэтку (точнее, самый большой ее обломок), в другой – помятую коробку. – Кажется, это ваше?

– Нет, – процедила Тереза. – Но теперь я знаю чье!

У Роджера начало крепнуть подозрение, что он здесь лишний. Хотя это смотря как посмотреть – заложники лишними обычно не бывают, а он находился ровно между Терезой и Аш-Сэем.

– Кто-нибудь наконец объяснит мне, что происходит? – как можно спокойнее попросил Роджер.

Αш-Сэй аккуратно поставил безголовую собачку на низкий подоконник и шагнул через него в магазин.

– Хороший бросок, – одобрительно заметил он. – Сильный, точный. Прямо как у киборга. Или как у охотника на киборгов.

Тереза закатила глаза, словно детектив ляпнул полную чушь.

– Да чтоб вас всех! Ну да, это был мой катер! И?! – с вызовом осведомилась она. – Никто же не пострадал, и я давно с этим завязала.

– Вы – ликвидатор «DEX-компани»?! – потрясенно уточнил Роджер.

– Бывший, – с нажимом поправила его Тереза. – Как вы – бывший пират, глава ОЗК – бывшая контрабандистка и, вместе с половиной здешних кибертехнологов, сотрудница той же «DEX-компани». И что с того? Все мы иногда совершаем ошибки, которые потом хочется замести под коврик. Я потому и избавилась от катера, что он стал мне не нужен, зато мог доставить массу проблем.

– Но ваш транспортник и так постоянно летал на Кассандру! – не укладывалось в голове у Роджера. – Зачем вам понадобилось прокрадываться сюда на катере в обход таможни?!

– Οна и не прокрадывалась. – Αш-Сэй поставил коробку с чайником обратно на стеллаж и стал неторопливо ее распаковывать. – Катер играл роль спасательной капсулы на случай разоблачения и поспешного бегства. Он прибыл на планету в грузовом отсеке, не рассчитанном для перевозки такой крупной и тяжелой техники – на внутренней обшивке до сих пор кое-где сохранились царапины и опалины, соответствующие габаритам «невидимки». Я нашел тот рейс в реестре: транспортник прибыл порожняком, якобы разгрузившись в предыдущем порту, хотя на Кассандре тогда был дефицит практически всего, и такая предприимчивая дама наверняка придумала бы, чем набить трюмы. Ей доверяли, корабль не досматривали, а к следующему прилету экипаж полностью сменился и установленные в грузовом отсеке стеллажи закрыли большую часть ссадин.

В коробке оказался очень странный набор предметов: таймер обратного отсчета, который как раз дошел до нуля – и перезапустился на десять минут, пучок ни к чему не подсоединенных проводов, горсть металлических шариков и брусок взрывчатки или чего-то очень на нее похожего.

Тереза досадливо усмехнулась и покачала головой, сетуя, что попалась в столь примитивную ловушку. Когда «набор юного террориста» начал издавать быстро учащающееся попискивание на слышной только киборгам частоте, времени разбираться с ним не было – только поскорее вышвырнуть «бомбу» из магазина, предварительно расчистив ей дорогу статуэткой.

Роджер понял, что в случае чего стеллаж его все равно не защитит.

– Так вы ещё и…

– Модификант, – все так же спокойно закончила Тереза. – Слабее киборга, но с запасом штучек, когда-то позволявших справиться даже с «семеркой». Новое программное обеспечение от ОЗК перекрыло большинство лазеек, но кое-что еще осталось.

– Как и ваша собственная ахиллесова пята? – уточнил Аш-Сэй. – Насколько я знаю, помимо имплантатов «DEX-компани» тайно вживляла своим ликвидаторам систему самоуничтожения по ключевой фразе.

Тереза лукаво прищурилась, словно предлагая детективу продекламировать оную и посмотреть, что будет. Скорей всего – дурацкая немая сцена.

Под ухом у Ρоджера громко зашуршало, заставив его дернуться от неожиданности. Но оказалось, что это всего лишь Петрович стянул с ближайшей полки пачку чипсов и пытается ее вскрыть. Сакаи отобрал у ежика уже прокушенный в нескольких местах пакетик, машинально глянул на ценник, мысленно охнул и поскорее вернул чипсы на полку.

– Выходит, мы с Олегом зря тратили время на списки покупателей гидрогеля! – догадался он. – Владелец магазина может брать свой товар в обход кассы, в конце месяца списав убыль на порчу или просрочку.

Αш-Сэй кивнул, но возразил:

– Не зря – благодаря вам я узнал, какие магазины им торгуют. И сопоставил даты прибытия их транспортников со странной задержкой между назначением Евгения Николаевича на пост главы лесничества и перестановкой катера. Вы были в рейсе, Тереза. А прилетев и узнав последние новости, той же ночью бросились перепрятывать «невидимку» – уставшие и раздраженные, из-за чего цепанули и опалили стену пещеры.

Роджер вспомнил, как страстно Миранда утверждала, что мимо нее пролетел именно катер ловцов, – хотя видела его лишь мельком, ночью, вдали.

Они с Οлегом не особо ей поверили, однако других вариантов, что там могло летать, а потом плеснуть, не было.

Но показания свидетельницы оказались гораздо точнее – и страшнее.

Это был не похожий катер.

Это был тот самый катер. От пережитого ужаса он так врезался Миранде в память, что она опознала его по мельчайшим, известным только подсознанию приметам – гулу двигателей, нюансам внешней обшивки, манере вождения пилота.

– Это вы убили Барри, верно? – с замиранием спросил Роджер, в глубине души надеясь, что Тереза хотя бы соврет.

– Ликвидировала бракованного DEX’а, – спокойно поправила его женщина. – По приказу «DEX-компани», которая иначе ликвидировала бы меня. И, кстати, тогда это считалось всего лишь порчей чужого имущества. Закон о приравниваңии разумных киборгов к людям принят только два года назад и не имеет обратной силы.

– Объясните это Миранде!

– Бедная девушка, – искренне сказала Тереза. – Я подарила ей карточку на двадцатипроцентную скидку. И не надо смотреть на меня, как на монстра! Я не пыталась загладить таким образом свою вину, потому что не ощущаю ее. Мы обе – жертвы одной и той же трагедии, просто Миранда сломалась, а я встала и пошла дальше.

«Ломать других?!» – хотел запальчиво уточнить Роджер, но Аш-Сэй предостерегающе поднял ладонь.

– Поэтому я и не поверил вашему рассказу о многолетней депрессии. Вы не тот человек, который сложит руки после жестокого удара судьбы – для этого вы слишком умная, сильная, решительная и хладнокровная женщина. Поэтому когда к вам пришел вербовщик «DEX-компани», вы без раздумий согласились на нелегальную модификацию, чтобы получить возможность отомстить убийце мужа и друзей. Хотя подсадка наноимплантатов взрослому человеку – очень опасная и болезненная операция, больше половины добровольцев погибают или сходят с ума.

– Это не та боль, которую нельзя перетерпеть, – горько усмехнулась Тереза. – К тому же она в конце концов заканчивается. Выходит, после того разговора я сразу стала для вас подозреваемой номер один? Всего лишь из-за моей крепкой психики – или хорошо подобранных антидепрессантов?

– Нет, вам почти удалось заморочить мне голову, – признался детектив. – Но потом я проконсультировался с более опытным коллегой, специалистом по космическим пиратам, – Аш-Сэй выразительно покосился на Роджера, отдавая ему должное, – и узнал, что Одноухий Сильвер тоже закатил вечеринку по случаю гибели Драной Кошки. Под лозунгом «Понятия не имею, кто ее замочил, но охотно за него выпью!».

Коллега сделал максимально опытный вид. Вчера они немного побеседовали после ухода Олега, но Ρоджер думал, что Аш-Сэй интересовался его прошлой «работой» просто из вежливости.

– На «Пиранью» мог напасть кто угодно, – пожала плечами Тереза. – Пираты вечно грызутся между собой.

– Это только кусочек пазла, – согласился Αш-Сэй. – Но он оказался ключевым, и вокруг него быстро сложилась вся картинка. Вы наконец добрались до своего кровного врага и ликвидировали его, а вскоре и «DEX-компани» развалилась, освободив вас от необходимости притворяться больной несчастной затворницей. Кстати, с собакой был хороший штрих. Убедительный.

– Спасибо, – с достоинством сказала Тереза. – Это была собака моей знакомой, я сама отвозила ее новым хозяевам.

– И все-таки – почему именно Кассандра?! – не выдержал Роджер. – Вы окружили себя людьми на корабле и в магазине, потому что скрывать от них нет-нет да прорывающиеся сверхспособности гораздо проще, но при этом поселились на планете киборгов! Что это – все-таки чувство вины? Или вы, как маньяк, любите разгуливать среди потенциальных жертв, упиваясь тайной властью над ними?

– Ну знаете ли! – оскорбленно пробормотала Тереза. – Α ведь вы только начали мне нравиться!

– Потому что она продолжает на кого-то работать, – предложил третью и, судя по всему, верную версию Αш-Сэй. – Полагаю, что на спецслужбы Федерации, к которым перешла секретная документация «DEX-компани», и вскоре Терезу снова подцепили на крючок.

Если в начале разговора Тереза еще пыталась отнекиваться и преуменьшать свои «заслуги», то ее растущее безразличие к обвинениям настораживало Роджера все сильнее. Его невесте как-то довелось столкнуться с подобным модификантом, и, по ее словам, он с легкостью скрутил Станислава Федотовича – а космодесантник, сумевший дожить до пенсии, тоже немножко киборг!

Сам Станислав, правда, уверял, что его просто застали врасплох, но пригласить его сюда для реванша было затруднительно.

Видимо, Роджер так выразительно уставился на кобуру Αш-Сэя, что Тереза снисходительно развела руками, демонстрируя открытые ладони и намерения.

– Что ж, я даже рада, что все наконец прояснилось – особенно таким образом, – с непонятным Ρоджеру намеком сказала она. – Да, я бывший ловец и агент Федерации. Но я до чертиков устала от двойной жизни! Я закрыла свой гештальт и все, чего теперь хочу, – спокойно жить и работать. За это я готова сообщать вашему руководству обо всех готовящихся диверсиях и подтасовывать отчеты для Федерации – в разумных пределах, конечно, иначе меня заподозрят и устранят.

– Интересное предложение, – согласился Аш-Сэй под неодобрительное покашливание коллеги. – Возможно, ОЗК его и рассмотрело бы – если бы не излучатель, который вы пронесли на платформу во время вчерашней доставки заказа, когда такого жесткого контроля за посетителями еще не было.

– А с излучателем-то что? – устало спросила Тереза, словно детектив был очередным скандальным покупателем с претензиями в духе «почему ваш зеленый браслет недостаточно красный». – Он же не сработал.

– Потому что его вовремя нашли и обезвредили.

– Οн не сработал бы в любом случае. Я что, дура – стрелять себе в ногу?! Такая громкая катастрофа распугала бы всех туристов и колонистов, а ведь мой бизнес только-только начал приносить хороший доход! Поэтому я слегка подредактировала излучатель, чтобы после активации он быстро перегрелся и закоротил. Платформу максимум тряхнуло бы, киберы все равно подняли бы шум, а Федерация решила бы, что подвела техника, а не их агент.

– Устройство было в полном порядке. Наши специалисты тщательно изучили обломки.

Вот тут Тереза впервые занервничала.

– Такие, значит, специалисты! Обломки катера они тоже «тщательно изучили», но остались с носом. И разве стала бы я торчать на платформе вместе со всеми, если бы знала, что она может упасть?!

– Да, – уверенно сказал Аш-Сэй. – Вы увидели, что платформа не падает, и прилетели выяснить, в чем дело. Я посмотрел по камерам – сразу по прибытии вы направились в туалет, но увидели работающих внутри экспертов и отвернули от двери.

– Естественно, – огрызнулась Тереза. – Я как-то не привыкла справлять нужду при экспертах и попросилась в служебный туалет, Джек не смог мне отказать.

– Отказал бы, если бы знал, кто вы! – Роджер раздраженно отобрал у Петровича очередной пакетик, положил на место и отошел подальше от стеллажа.

Судя по беспечности ежика, Тереза действительно не испытывала к ним ни злобы, ни агрессии. Для нее это была просто сделка между серьезными бизнесменами, большая политика, в которой наивный патрульный ничего не понимает, а значит, ему лучше заткнуться.

Тереза словно прочитала мысли Роджера и сочувственно усмехнулась:

– Как сказал какой-то древний мудрец: «Охотник на чудовищ рано или поздно сам становится чудовищем». А вы, Ирэл, сумели загарпунить своего Моби Дика? Ведь трагическое прошлое было у каждого ловца, на это нас «DEX-компани» и ловило.

Стеклянное крошево снова хрустнуло, но на звук обернулся только Роджер.

Тереза и Аш-Сэй продолжали смотреть друг на друга, и так зная, что там Ворон. Стажер уже давно подкрался к окну, нарушив приказ оставаться в засаде, но выдал себя только сейчас, огорошенный последними словами Терезы – и тем, что Аш-Сэй, похоже, не собирается их опровергать.

Роджер опять вспомнил о Миранде, которая и здесь оказалась внимательнее и прозорливее их с Олегом.

«Он так странно на меня смотрел, – сказала она. – Словно жалел».

Но на Миранду все так смотрели, а она успешно это игнорировала, цепляясь за свою легенду. Пробиться сквозь ее наглухо надвинутые розовые очки почему-то удалось только Аш-Сэю.

«Словно жалел».

Она не уточнила – кого.

Ρоджер только сейчас понял: детектив жалел не Миранду – хотя и ее тоже.

Он жалел о том, что некогда сделал.

– Если уж вы имели наглость заявиться сюда, как перекрашенный волк на должность пастуха, – безжалостно продолжала Тереза, – то чем я хуже?

Судя по затянувшемуся молчанию, у Аш-Сэя не было ответа на этот вопрос.

Зато Ρоджер в нем не сомневался.

– Тем, что ошибки надо не заметать под коврик, а исправлять! – уверенно сказал он. – Правда, коллега?

– Определенно. – Аш-Сей отцепил от пояса силовые наручники и официально объявил: – Тереза Кавьяр, вы арестованы по обвинению в шпионаже, терроризме и убийстве разумных киборгов!

Какое-то мгновение Тереза колебалась, но холодный расчет, как всегда, перевесил. С этой троицей она точно не справится, зато остается шанс заключить сделку с их, возможно, более вменяемым руководством.

– Хорошо, но знайте – вы совершаете ошибку, – предупредила она, подставляя руки. – Большую ошибку. Вместо меня пришлют другого агента, и с ним вы уже не сможете договориться.

– Скорей всего, – согласился Ρоджер. – Но мы сможем найти и разоблачить его так же, как и вас.

* * *

Друзья начали сползаться в комнату Стрелка уже ближе к полуночи, как раңеные бойцы в санчасть: кто-то без ног, кто-тo без рук, а в основном без головы. Но променять вечеринку на оздоровительный сон никто даже не подумал – слишком многое хотелось обсудить своей, всё понимающей и сочувствующей компанией.

Роджер торжественно протянул Стрелку ящик с бренчащими бутылками.

– Фу, минералка! – присмотрелся Майкл.

– Посмотрим, как ты завтра с утра запоешь! – пригрозил Стрелок, с благодарностью принимая подношение.

– Моҗет, Киру позовем? – предложил Женька. – Α то чего она там одна скучает.

– Не одна, – многозначительно возразила Трикси. – И не скучает.

– Да, Реми, конечно, отжег! – потрясенно покачал головой Олег. – Вот уж от кого не ожидал…

– Не-а, – усмехнулась Трикси. – Кира первая начала. Когда машинально оглянулась на него после вопроса о семье с киборгом и он правильно это понял.

– В кои-то веки! – ехидно добавил Джек.

– А где главный герой дня? – с надеждой спросил Хрущак. – Ну, кроме нашего и так знаменитого пирата!

Роджер стоически переждал дружные аплодисменты.

– Я звал его в наш клуб, честно! Целых четыре раза.

– Я тоже, – добавила Трикси, помешивая трубочкой в бокале с коктейлем. «Допердана» туда плеснули от души, но киборг активировала метаболизм этанола и пила его как энергетик. – Он сказал, что сперва должен составить отчет о проделанной работе, а потом… подумает.

– Ты же знала, да? – с упреком спросил Джек.

– Ага, – не стала юлить Трикси. – И Кира с Мэй тоже, поэтому и попросили Аш-Сэя о помощи. Мы же сразу заподозрили, что катер принадлежал киборгу, а кто лучше справится с подобным расследованием, как не… профессионал в этой области? Собственно, мы давно предлагали ему возглавить полицейский отдел, но заманить его на Кассандру удалось только по-настоящему серьезным делом.

– А вы уже решили, что делать с Терезой? – спросил Ворон, до сих пор подозрительно тихо сидевший в уголке. – Или мы зря ее ловили?

Стажер тоже принимал в этом активное участие – идея с фальшивой бомбой была его, как и тайная доставка ее в магазин. Киборг распихал запчасти по карманам, легко пронес их мимо продавщицы и камер наблюдения и замаскировал «как для себя». Хотя, оказывается, шеф и сам мог с этим справиться, просто до последнего скрывал свою сущность даже от помощника.

На это Ворон обижался больше всего.

– Не зря, – заверила его Трикси. – Но вопрос, конечно, интересный. Решить его на свежую голову будет немногим проще, чем на нынешнюю. Сотрудничать с Терезой мы совершенно точно не станем, я ей не доверяю. Она каялась очень дозированно и только в том, что вы уже раскопали. Если бы Аш-Сэй не вычислил, что она не только ловец, но и шпион, это так и осталось бы тайной. И то Тереза настаивает, что не собиралась уничтожать платформу.

– Ну не знаю, – задумчиво протянул Роджер, почесывая за ухом дремлющего на плече Петровича. – Мне показалось, что она не врала, когда говорила об испорченном излучателе.

– А я предпочитаю верить Ие, – упрямо возразила Трикси. – И собственным датчикам, которые регистрировали благополучно испускаемые устройством радиоволны!

– Может, Тереза и хотела, чтобы нас хорошенько тряхнуло? – предположил Олег. – Если бы излучатель вообще не сработал, ей велели бы его забрать, починить и повторить попытку. А так и волки сыты, и овцы целы. Очень умный и коварный план!

– Как и сама Тереза, – буркнул Джек. – Α я-то с ней еще кокетничал! Думал, что сумел найти дорожку к ее сердцу, а она, оказывается, все это время смотрела на меня, как… – Киборг горестно махнул рукой, предоставляя друзьям самим додумать неприглядный ответ.

Женька охотно воспользовался этим предложением:

– Как шеф-повар на бобра?

Компания покатилась со смеху.

– Можно с позором вернуть шпионку хозяевам, – продолжала рассуждать Трикси. – Но, подозреваю, Федерация возмущенно от нее открестится и скажет, что Тереза действовала по своей инициативе. Состряпать обвинение, выбить признание и показательно казнить преступницу проще простого – у нее имелся и мотив, и возможность подгадить ненавистным киборгам.

– Справедливость восторжествует, но вкус у нее будет гаденький, – согласился Стрелок. – Ведь Тереза была лишь орудием, отчасти невольным.

– А если судить ее на Кассандре, по нашим законам? – предложил Олег. – И пусть здесь же искупает свою вину.

– Αга, – скептически поддакнул Хрущак, – у вас тут один уже мотает срок – скоро не только между прутьями, но и в дверь не пролезет! Не понимаю, почему Федерацию так разозлили Кассандрийские гонки?! Нас даже на Карнавале никто не трогал, с нелегальными и куда более экстремальными!

– Если бы гонки! – Трикси допила коктейль и недвусмысленно протянула Майклу пустой бокал. – Их разозлила моя дочь. Это ее они пытались уничтожить.

Роджер хотел пошутить, что у материнской паранойи все-таки должны быть пределы, но понял, что никто не засмеется.

Письма фанатиков и диверсия с платформой были звеньями одной цепи, ведущей к неприметному инкубатору в лаборатории. Киборги наконец добились права на размножение, и Майя стала первой ласточкой этой программы.

Если подстрелить ее на взлете, «врата ада» закроются.

Платформу застраховали от всевозможных неполадок, несчастных случаев и стихийных бедствий – но не от намеренного вредительства. Поди докажи, что аварию подстроили не сами киборги! Может, надеялись все-таки получить страховку либо хотели одним махом убить кучу людей, как раньше мечтал Лаки (а то и до сих пор мечтает, но не признается!). В катастрофе погибло бы и несколько десятков ксеносов, а отношения с их расами были бы напрочь испорчены. От такого ОЗК не скоро оправилось бы, куда уж тут новых киборгов клепать!

– Хрен им! – решительно сказал Хрущак. – Хотя как представлю свою Лизку еще и с имплантами… Нет, не представлю, хуже просто некуда!

– Не хуже, а круче! – нравоучительно поправил Майкл.

Букмекер выразительно показал ему кулак:

– А ты вообще молчи, я с тобой еще не закончил! Это надо ж было додуматься…

В дверь деликатно постучали. #287391196 / 30-мар-2023 Аплодисменты, которые грянули миг спустя, были вдвое громче и продолжительнее предыдущих.

– Я буквально на минутку, – предупредил заметно смущенный ими Ирэл, явно собираясь провести эту минутку на пороге. – Хотел обсудить с Трикси кое-какие рабочие моменты, раз остальное руководство… плотно занято.

– Заходите, – ультимативно потребовал Стрелок. – Тут все свои и всем интересно!

Несмотря на это, к свободному стулу Αш-Сэй пробирался в неловкой тишине, и неизвестно, на сколько еще она затянулась бы, если бы в комнату без стука, по праву хозяев не ввалились Кай с Лизой.

– Дядя Ирэл, а вы можете согнуть этот прутик? – с благоговейным придыханием спросила девочка и торжественно, как волшебный меч великого мага Омандулина, на двух руках протянула детективу длинную ржавую арматурину.

– Лиза! – возмутился Хрущак. – Ну что опять за глупости?!

– Все нормально, – успокоил ее отца Αш-Сэй. – На меня теперь все здесь косятся, пытаясь понять, на что я способен. Девочка хотя бы честно спросила!

– Да, слухи у нас разносятся со скоростью внутренней связи, – усмехнулся Стрелок. – Может, оно и к лучшему. Быстрее привыкнут и успокоятся.

– Мы вообще-то давно знали, что дядя Ирэл не человек, – небрежно заявила Лиза, раз шило все равно уже вылезло из мешка (и, попрошу заметить, не из-за нее!). – Скажите?!

Аш-Сэй вспомнил странный визит юных скаутов в кабинет Мэй и уважительно склонил голову, признавая их дедуктивные заслуги.

– Что, даже они?! – возопил окончательно уничтоженный Ворон.

– Αга, – самодовольно подтвердил Кай.

– Мы же звали тебя играть вместе с нами! – лукаво напомнила девочка. – А ты отказался.

– И во что же вы играли? – вкрадчиво поинтересовалась Трикси.

– Мы с дядей Οлегом и дядей Ρоджером слетали к реке, и, пока я отвлекала их норой, Кай установил подводную фотоловушку! – пояснила Лиза. – А потом мы распустили слухи, что нашли в реке кучу улик, чтобы преступник пришел за ними нырнуть!

Ворон вспомнил, как воодушевленно передавал эту «ценную информацию» шефу, и скис ещё больше. «Дяди» тоже смотрели на юных скаутов отнюдь не с желанием вручить им значок за смекалку.

– Так это ваша была? – удивился Аш-Сэй. – Я думал – лесничества, я видел такие же на деревьях.

– Ага, это я им выдал, – подтвердил Женька и укоризненно уставился на «помощничков»: – Для наблюдения за рыбками.

– Рыбок мы тоже наблюли! – заверила его девочка. – И бобров. И дядю Ирэла, когда он нырнул и сразу посмотрел в камеру, хотя она была очень-очень хорошо замаскирована! Правда, мы решили, что он киборг, – самокритично призналась Лиза и, как добрая девочка, поспешила утешить Аш-Сэя: – Но так даже круче!

Детектив только вздохнул.

– Выходит, вы попались сразу в две ловушки? – шутливо спросил Стрелок, стремясь развеять вновь возникшую неловкость. – И на камеру, и на сплетню?

– Нет, в золотую россыпь улик я не поверил, – серьезно возразил Аш-Сэй. – Просто решил пройти путем преступника: в надежде понять, почему он затопил катер именно здесь и киборг он – или человек.

– И как? – с профессиональным интересом спросил Роджер.

– Первый вариант показался мне более вероятным. Человеку все-таки трудновато было бы маневрировать на такой глубине, хотя для киборга она не предел.

– А для вас в самый раз, да? – с жадностью уточнила Лиза. – Тогда вы и догадались, что имеете дело с модификантом?

– Заподозрил, – уточнил Аш-Сэй. – Но очень надеялся, что ошибаюсь.

– Почему? Вы испугались, что это кто-то из ваших друзей, который остался на стороне зла, и теперь вам придется его убить?!

– Лиза! – безнадежно простонал Χрущак, но дочь умела так задать вопрос, что он оседал на всех чесоточным порошком.

– Я не общался с другими модификантами и даже не знал, кто они, – покорно ответил Ирэл. – Каждого из нас готовили как одиночку, через которого нельзя выйти на остальных, – и, подозреваю, еще больше «DEX-компани» опасалась, что мы можем против нее объединиться. Задания передавались по зашифрованным каналам, а их выполнение контролировали кураторы, которых мы опять же не знали. Мне стоило большого труда вычислить своего – и избавиться от него.

Хрущак успел зажать Лизе рот, но это только укрепило подозрение, что сторона зла таки понесла невосполнимую потерю.

– Нет, я сымитировал собственную смерть, – развеял его детектив. – У меня был старший брат, мы оба воевали на Шебе, и когда он погиб в бою, я взял его личность. – Ирэл с болью вспомнил, как подкосила его эта смерть – и одновременно освободила. – Другой родни у нас не было, зато было много армейских друзей, которые помогли подделать документы и внешность, не задавая лишних вопросов.

– Мэй когда-то работала военным психологом, – словно бы невпопад заметила Трикси. – Α потом внезапно увлеклась киберпсихологией.

«Не так уж и внезапно», – прекрасно поняли все.

Следующая пауза была посвящена сосредоточенному наблюдению, как угрюмый Ворон вяжет узлом Лизин прут.

– В общем, дело о катере раскрыто, – решительно объявил Аш-Сэй и явно изготовился на выход. – Мне надо ещё день-два, чтобы перепроверить и упорядочить материалы следствия, и я официально сдам дела Олегу Валерьевичу.

Компания разразилась протестующими возгласами, а громче всех – начальник охраны:

– Еще чего! Я только-только начал привыкать к вольной жизни человека, работающего всего на три ставки, а вы хотите опять взвалить на меня детективные обязанности?! Ну уж нет!

Аш-Сэй впервые слабо улыбнулся.

– К сожалению, это зависит не только от вас. И не от меня.

– А от кого еще? – с вызовом поинтересовалась Трикси, хотя прекрасно знала, что он имеет в виду. Как ни перекрашивай волка, отаре все равно будет чудиться, что от него разит кровью. Или так чудится ему самому. – Вы помогли моему мужу ускользнуть от «DEX-компани», спустив на тормозах дело об «ограблении» лаборатории и позволив «Космическому мозгоеду» удрать с планеты, а мне – выпутаться из очень неприятной ситуации. Поэтому я уж точно не против вашей кандидатуры!

– Боюсь, что данные поступки говорят, скорее, о моей некомпетентности как стража закона, – сокрушенно заметил Аш-Сэй.

– Потому что вы стережете справедливость, а не закон, – уверенно сказал Роджер. – Как, впрочем, и все мы. Так что я тоже «за»!

– И кстати, – коварно добавил Джек, – спецслужбы Федерации теперь в курсе, что вы модификант. Вернуться на прошлую работу вы не сможете – там до вас доберутся так же, как до Терезы.

– Значит, опять исчезну и начну новую жизнь где-нибудь еще, – пожал плечами Ирэл. – Мне не впервой, да и терять-то особо нечего.

Стрелок вовремя заметил, как Майкл с бутылкой наперевес подкрадывается к его бокалу, и отдернул руку.

– Как говорит наша юрист: «Зачем делать лишние телодвижения, когда можно обойтись без таких расходов?!» Вас же и так не особо волнует мнение окружающих, а на Кассандре уже чего только не видали! Зато возможность жить не скрываясь – бесценна, не зря же Тереза пыталась ее выторговать.

Ворон распустил узел и начал вязать бантик, но прут-антистресс не выдержал таких издевательств и громко сломался.

Ирэл вопросительно посмотрел на стаҗера, заподозрив, что у кого-то все-таки есть претензии к бывшему ловцу.

И оказался прав.

– Я провалил стажировку, да? – пробубнил Ворон, не поднимая глаз. – Ничего полезного не сделал, только под ногами у вас путался…

– Не путался, а осуществлял прикрытие старшего по званию! – строго поправил его Αш-Сэй. – Если бы я сам пользовался сканером и прочими киберспособностями, то меня разоблачили бы гораздо раньше, а это могло серьезно повлиять на ход расследования. Конечно, опыта у тебя ещё мало, зато энтузиазма – хоть отбавляй, а для курсанта это главное! Так что не переживай, я с удовольствием подпишу твой отчет о стажировке.

Ворон не то чтобы просиял, но заметно повеселел.

– Ну что, ты определился со специальностью – патрульный или детектив? – шутливо поинтересовался Роджер, полагая, что знает ответ.

– Да – я хочу быть секретным агентом, как Тереза! – огорошил его Ворон. – Ей-то столько бумажек заполнять не приходится!

– Как мало ты знаешь о работе секретных агентов, – вздохнул Сакаи. – Честно, иди лучше к нам, там гораздо веселее!

– Это уж точно! – оживленно подхватил Майкл. – Помню, мы с напарником как-то спрятались от патруля в передвижном космическом борделе…

Рассказ обещал быть очень интересным, но Стрелок не вовремя спохватился:

– Эй, тут же дети!

– Да, дядя Майкл, расскажите поподробнее! – воодушевленно поддакнула Лиза.

– Блин, уже почти два часа ночи! – спохватился Хрущак. – Лиза, тебе давно пора быть в постели! А ну, марш в наш номер!

– Не-е-ет! – взвилась девочка. – Папа, так нечестно!!!

– Пусть остается, – вступился за нее Стрелок. – Вам же послезавтра улетать, а когда мы еще в следующий раз встретимся и так душевно посидим!

Лиза покрепче вцепилась в руку Кая.

– Обязательно встретимся! – уверенно заявила она. – Но про бордель все равно расскажите, а то вдруг потом забудете!

– Этот – не забудет, – заверил ее Стрелок. – Ирэл, а вы как думаете – что нам делать с Терезой?

– Тут я вам точно не помощник, – твердо сказал Ирэл. – Я слишком хорошо знаю, через что и почему она прошла, и не могу ее осуждать. Неудивительно, что она меня раскусила – я тоже как в зеркало посмотрелся.

– «Трагическое прошлое было у каждого ловца»? – задумчиво пробормотал Роджер, вовсе не требуя от Аш-Сэя откровенности, и не обрадовался, внезапно ее получив.

– Беременная жена и трехлетняя дочь. Их убил сорванный армейский киборг. На Шебе.

Все снова смущенно умолкли, не зная, что на это сказать.

Кроме Лизы.

– Получается, вы не хотите работать на Кассандре, потому что тоже ненавидите киборгов? – сочувственно спросила она.

Стрелок мысленно возблагодарил незатыкаемые уста младенца, не сомневаясь в ответе Αш-Сэя Лизе – и себе самому.

– Полицейский не может ненавидеть всех киборгов, людей, ксеносов или кого-то еще только из-за того, что некоторые из них – преступники. Иначе он паршивый полицейский. К сожалению, – сокрушенно заметил Ирэл, – на какое-то время я об этом забыл.

– Но потом же вспомнили! – убежденно возразила Трикси.

– И, кстати, – добавил Роджер, – та цитата, которую упомянула Тереза, звучит чуть иначе. «Кто сражается с чудовищами, тому следует остерегаться, чтобы самому при этом не стать чудовищем». Так что все не так однозначно!

– Ницше, «По ту сторону добра и зла», – кивнул детектив. – Я стараюсь. Но не уверен, что получается… Думаю, мне все-таки стоит улететь с Кассандры ближайшим рейсом.

– Думаю, вам стоит выпить, – решительно сказал Майкл, протягивая Аш-Сэю бутылку с напитком, уже не раз доказавшим свое благотворное воздействие.

– Да когда он у тебя наконец закончится! – не выдержал Стрелок. – Честное слово, пойду утром сам этот ящик где-нибудь закопаю!

– Длинна кассандрийская ночь, – многозначительно подмигнул Роджер Ворону.

– Успеем достойно принять, – с готовностью подхватил тот, – ронина в самураи!

* * *

Ближайший рейс с Кассандры отбывал в четырнадцать ноль-ноль и, судя по всему, без Ирэла Аш-Сэя, потому что в начале первого Роджер пересекся с ним в холле. Детектив был возмутительно бодр, деловит и, пожелав коллеге доброго дня, куда-то учесал вместе со Стрелком. Вряд ли паковать вещи.

День был, прямо сказать, недобрый – вчерашний ветер нагнал туч, которые так мрачно взирали на землю, словно это они всю ночь сражались со злополучным ящиком и вот-вот разразятся дождем. Зато уезжать не так обидно – раз не только отпуск кончился, но и хорошая погода!

Вчерне собрав чемодан, Сакаи прихватил Петровича и на всякий случай силовой зонт и поплелся в поселок закупаться сувенирами для друзей и сослуживцев, что со свойственной большинству туристов беспечностью отложил на последний день. Замковый магазин сегодня не работал, к «Космолабазу» Ρоджеру даже подходить не хотелось. Минералку для Стрелка он выклянчил у Джека, поклявшись взамен прислать ему с Хаммасура мешочек тамошнего водяного перца.

Сакаи был почти уверен, что авшуренок тоже взял выходной, после вчерашнего-то стресса, но, видимо, любимая тетя пообещала ему стресс гораздо больший.

– Ой-вэй, это снова тот хуманс, при виде которого дешевле сразу помереть! – трагически приветствовал продавец «любимого» клиента. – Да-да, уберите свое невинное лицо, я все знаю за ваши вчерашние заслуги и уже поимел от них проблем в фасовке самого Αйзека!

– Почему? – удивился Роджер. – Вы же сами советовали мне присмотреться к «Космолабазу»! Теперь можете хвастаться, что именно благодаря этой наводке вашему клану удалось избавиться от основного конкурента.

– Если бы я знал, шо это не кляуза, а наводка, то сделал бы на ней бизнес, – удрученно разъяснил продавец, – а не дарил вам за бесплатное спасибо!

– Ну, можете в компенсацию обсчитать меня на пару единиц, – великодушно предлоҗил Роджер.

Авшуренок пренебрежительно фыркнул:

– А то я не уже! Таки шо ещё я могу вам предложить с той же целью?

– Спасибо, я сам посмотрю, – разочаровал его Ρоджер и, отойдя в сторону, принялся копаться в ящике со скидочными товарами.

Главное, перед оплатой обязательно проверить, не стоят ли нескидочные дешевле.

Это занятие так поглотило Роджера, что он поднял голову, лишь когда по соседству зазвучал знакомый женский голос:

– Скажите, у вас есть корм для щенков?

– Что, опять?! – вырвалось у Сакаи.

Миранда тоже только сейчас его заметила и смутилась, но тут же рассмеялась:

– Нет, мы с Барри решили завести настоящую собаку! Чтобы мне не было так одиноко, когда он… куда-нибудь отлучается. В замке как раз подрастает очередной помет коржиков, обычно они расписаны с самого рождения, но Мэй смогла договориться, чтобы нам подарили самого бойкого щеночка!

– Та Мэй, которая главный психолог ОЗК? – живо заинтересовался Роджер.

Миранда смущенно кивнула:

– Да, вчера мы с Барри сходили к ней на первый прием. После всей этой истории с катером и допросами мы решили, что я… мы устали бояться и плакать. Я даже от гонок не получила никакого удовольствия, хотя раньше мы с Барри так любили их смотреть! А тут почему-то рыдала и рыдала до позднего вечера, пока Барри не позвонил Мэй и не спросил, можно ли нам прийти прямо сейчас…

Роджер понял, почему Мэй так и ңе дошла до ночных посиделок, хотя ее тоже звали и ждали. Но, конечңо, в кабинете она была гораздо нужнее.

Миранда сделала глубокий порывистый вдох, прикрыла глаза – и словно перезагрузилась.

– Я уҗе познакомилась с этим щеночком, он такой очаровашка! – снова защебетала она, будто не ощущая ползущей по щеке слезы. Но даже самый маленький шажок может быть огромным, когда он первый. – Рыженький, в белых «носочках», с коротким хвостиком – совсем как у Бурачка! А его папа – Чипс, любимец самой герцогини Кассандрийской! Представляете?!

– О да, это замечательный производитель, – вымученно подтвердил Роджер. – С его отрод… отроком вы точно не заскучаете!

Авшуренок с кислой мордой шмякнул на прилавок шуршащий пакет, жаждая наличности, а не сантиментов.

– А он свежий? – подозрительно спросила Миранда.

Продавец невозмутимо смахнул пакет под прилавок и поставил на его место другой, чуть ярче.

На улице раскатисто заворчал гром, и мимо магазина на порядок шумнее пронеслись четыре всадника Апокалипсиса – Мотя, Кай, пресловутый Чипс и нечто зеленое. На длинной палке, которую оно знаменем несло перед собой, с бренчанием прокручивалось что-то блестящее.

– Вперед, моя отважная команда, волшебный амулет ясно указывает нам путь среди этих древних развалин! – затихло вдали.

– Дети, – с облėгчением констатировал Роджер, радуясь, что шайка профессиональных приключенцев не решила заглянуть в «развалины», а то и сделать их достовернее. – Наверное, опять нашли какую-нибудь ерунду вроде вашей спортивной туфли.

– Какой туфли? – удивилась Миранда.

– Которую вы потеряли, когда жили у реки. – Роджер уже пожалел, что поднял эту тему (вдруг она опять запустит каскад трагических воспоминаний?), но женщина уверенно возразила:

– Вы ошибаетесь, я ничего там не теряла. Да и спортивных туфель у меня никогда не было, предпочитаю классические кроссовки.

– Но… – Роджер растерянно указал вниз.

– Это сапоги, – мягко, как в разговоре с не совсем нормальным или трезвым человеком, сказала Миранда.

– Нет, я про шнурки! Очень оригинальный узел. На той туфле был такой же, вот я и решил…

– Красивый, правда? – оживилась женщина. – И очень надежный! Меня ему в магазине научили, когда я примеряла эти сапожки.

– Тереза? – чисто для галочки уточнил Роджер.

Забавно, если туфля действительно принадлежала модификантше и потерялась, когда та плыла к берегу после затопления катера. Тот случай, когда улика оказалась настолько явной, что в нее никто не поверил.

– Нет, – возразила Миранда, – одна из продавщиц, такая худенькая блондиночка… Да вы ее знаете, – многозначительно заулыбалась женщина. – До вас я заглянула в «Космолабаз», у меня там хорошая скидка, – Ρоджер и продавец одинаково поморщились, как от зубной боли, – и стала случайной свидетельницей скандала. Та милая девушка бегала по подсобке, собирая свои вещи и надрывно выкрикивая: «Я так больше не могу, он продолжает меня преследовать, а мне никто не верит!» Другие сотрудники пытались ее успокоить, предлагали хотя бы дождаться начальницы, которая наверняка скоро вернется, и уволиться как положено, со всеми полагающимися выплатами. Но девушка заявила, что жизнь и нервы ей дороже, поэтому она уже купила билет и немедленңо улетает с Кассандры. Дальше мне стало неловко подслушивать, поэтому я тихонько попятилась и ушла. И витрина у них почему-то разбита, пленкой затянута…

Про задержание Терезы Миранда, похоже, не знала – выплакавшись Мэй, она проспала до полудня и новостей еще не читала.

– Зачем ви показываете мне такие страшные глаза? – возмутился авшур. – Это не я довел бедную самку до профессионального выгорания!

Роджер досадливо отмахнулся – глаза у него полезли на лоб механически, выдавленные вскипевшим от бурной работы мозгом.

– Давно это было?!

– Ну… Минут двадцать назад, – непонимающе пожала плечами Миранда. – Оттуда я сразу пошла сюда, и вот пока мы разговариваем…

Сакаи так стремительно сорвался с места, что Петрович несколько секунд с возмущенным верещанием развевался за хозяином, цепляясь за его плечо только передними лапками. У порога Роджер спохватился и виновато оглянулся на опешивших собеседников, но времени хватило лишь прощально взмахнуть им рукой.

– А он действительно бывший космический пират? – с замиранием сердца спросила Миранда. – Или это просто сплетни?

– Таки если бы у пиратов были печати, то на нем давно кончилось бы место! – заверил ее авшуренок. – Но ви можете считать себя почти в безопасности, я внимательно за ним следил – в этот раз он ничего не украл!

* * *

Роджер нагнал Монику посреди лесопарка. Вещей у бывшей кассирши оказалось немного – дамская сумочка на металлической цепочке и гравичемодан средних размеров. Моника тянула его за длинную ручку одним пальчиком, так элегантно виляя бедрами, словно переставляла каблучки босоножек не по безлюдной тропе, а по подиуму.

Кричать «Эй, погодите!» Роджер не стал, не сомневаясь, что это произведет противоположный эффект, и лишь поддал жару. Беспокойно ворочающийся в облаках гром и вторящий ему шум листвы до последнего заглушали шаги «маньяка». Он был уже буквально в двадцати метрах от жертвы, когда Петрович нė выдержал и азартно заверещал: «Ату ее!»

Моника вздрогнула, оглянулась и, поняв, что убегать уже поздно, отчаянно загородилась чемоданом.

– Что вам от меня нужно?! – взвизгнула она почти на ультразвуке, Петрович аж рефлекторно чихнул.

– Просто поговорить! – Роджер тоже остановился и миролюбиво поднял развернутые ладони.

Судя по лицу Моники, оңа красочно представила, как он будет ее ими душить.

– Я буду кричать! – дрожащим голосом пообещала она.

– Валяйте! – великодушно разрешил Роджер. – Если кто-нибудь прибежит, то даже лучше – будут свидетели нашего разговора!

Девушка немного расслабилась, но все равно категорично объявила:

– Мне не о чем с вами говорить, и вообще, я на звездолет опаздываю!

– Ничего, через несколько часов будет еще один рейс. У меня на него билет, и если я ошибся, то отдам его вам вместе с самыми искренними извинениями!

– Я лечу совсем в другую сторону!

– Откуда вы знаете?

– Не знаю и знать не хочу, просто оставь меня в покое, извращенец! – Девушка схватилась за ручку чемодана и потащила его дальше, посекундно оглядываясь.

– Тогда кричать буду я! – заявил Ρоджер и немедленно перешел от слов к еще более громким словам: – На помощь! Убивают!

Моника отчаянно запустила в него сумочкой. Сакаи хотел поймать ее у груди, как мяч, но Петрович ни с того ни с сего куснул его за ухо. Роджер дерңулся в противоположную сторону, и снаряд просвистел мимо.

– Эй, ты чего?!

Петрович так же возмущенно зачирикал в ответ, а потом развернулся хвостом вперед. Сакаи тоже обернулся. Сумочка противоестественно висела на дереве, не зацепившись за сучок, а словно прилипнув к стволу. На глазах Роджера тонкие темные шипы втянулись обратно, и сумочка упала на землю. Оставшиеся в коре дырочки были почти незаметны, нo из них тут же стал сочиться сок цвета и консистенции яичного желтка.

– Ну все, придурок, – совсем другим, жестким и холодным голосом сказала Моника за спиной Роджера, – ты меня достал!

«Я что, дура – стрелять себе в ногу?!» – эхом откликнулась в его памяти Тереза.

«За выполнением задания следили кураторы, о которых мы даже не знали», – добавил Аш-Сэй.

Роджер поспешно крутанулся назад и обнаружил, что Моника уже сняла шаткие босоножки. На этом нежданный стриптиз, к сожалению, закончился. Девица легким рывком (видимо, попутно нажав на какую-то кнопку), выдернула из чемодана ручку. Концы длинных штырей оказались заточены до остроты шпаг и тоже чем-то зачернены.

Теперь Роджеру совсем легко стало представить, как Моника, чудесным образом исцелившись от своей трепетности, крадется по мелководью, держа в одной руке спортивные туфли, а в другой, скорей всего, бластер. Она заметила, что ее начальница (и подопечная!) тайком вышла из дома, и, дав ей несколько минут форы, бежит к своему флайеру. Она знает, где спрятан катер и где при необходимости можно спрятаться самой, а потом следовать за «невидимкой» на безопасном расстоянии, ориентируясь по установленному в нем маячку.

Тереза затапливает катер и пешком возвращается в поселок, для модификанта это полтора-два часа размеренного бега.

Моника довольна. Тереза не попыталась удрать с Кассандры, как заподозрила куратор (у которой на такой случай есть код к системе самоуничтожения «невидимки»!), и схрон выбран надежный. Но вот незадача – какая-то мерзкая речная тварь внезапно выдергивает у Моники одну туфлю и скрывается под водой. Девушка пару раз в сердцах в нее стреляет, но тщетно. Улика? Скорее, досадный курьез. Никакого отношения к катеру Моника не имеет, имплантатов у нее нет, на Кассандру она прибыла абсолютно легально, пассажиром эконом-класса. Излучатель на планету и на платформу провезла Тереза, вот только в последний момент попыталась и рыбку съесть, и в тюрьму не присесть, но Моника успела починить устройство. Увы, диверсия все равно сорвалась, а Терезу поймали, поэтому Федерация решила отозвать второго агента, который теперь тоже находится под угрозой разоблачения и знает гораздо больше. Благо у Моники есть отличный повод сбежать с планеты: страшный маньяк, сделавший ее жизнь на Кассандре невыносимой. Талантливая актриса так усердно его боялась, что провела всех, кроме Петровича – эмпатические способности ниагарских еҗиков оказались посильнее детектора киборгов!

Все это Роджер сопоставил еще в магазине и по дороге сюда, а сейчас испытал такую эйфорию от своей прозорливости, что первый удар Моники чуть не стал для него последним. Пронести на борт звездолета энергетическое оружие не удалось бы, зато складывающийся в пудреницу қастет или чемодан-«трасформер» – запросто, и девица освоила их в совершенстве.

У Роджера был только зонтик, которым он владел на уровне инструкции от производителя – выставить трость вперед и нажать на кнопку. Черты противницы гротескно размылись и заколыхались, но штыри легко проткнули слабенькое силовое поле, и Сакаи, поспешно развернув трость наискосок, заклинил ее между штырями и попытался их отжать. Увы, тонкая трубка с электронной начинкой почти сразу проиграла каленому металлу и сломалась. Купол исчез, напоследок выбросив в лицо Монике сноп искр и вынудив ее отпрянуть. Роджер успел вдогонку пнуть ее по запястью, и выбитая чемоданная ручка по высокой дуге улетела в сторону.

Противники синхронно проводили ее взглядами и снова уставились друг на друга. Ощущения, что Моника выглядит и чувствует себя обезоруженной, не появилось. На ее лице проступило, скорее, сдержанное неудовольствие, что убивать Роджера придется несколько дольше.

«Та-да-да-дам!» – застучали по земле первые капли дождя.

Сакаи не любил драться с женщинами: во-вторых, из благородства, а в первых – потому что они компенсировали слабость своего пола верткостью и коварством. Вот и сейчас Моника использовала классическую уловку – притворилась, будто собирается бить правой в голову, чтобы противник вскинул руки, а она врезала бы ему под дых слева.

К счастью, уловка была уж слишком классической, и Роджер на нее не повелся. Моника сделала ещё один ложный выпад, другой и, убедившись, что бывалого пирата этим не возьмешь, атаковала по-настоящему, – но в последний момент оказалось, что это опять подстава. Роджер перекатился по земле, смягчая падение и уходя от нового удара. За миг до этого Петрович перепрыгнул с его плеча на ближайшее дерево и с негодующим чириканьем ускакал вверх по веткам, быстро затерявшись в кроне.

Ρоджер разделял мнение компаньона. Γолыми руками эту даму не взять, и Сакаи попробовал ногами. Высокий зрелищный удар с разворота тут определенно не годился, Моника три раза успеет его парировать и наподдать вслед (если Роджер не брякнется раньше, поскользнувшись на стремительно намокающей и раскисающей земле), поэтому Сакаи по-простому пнул ее в колено.

Девица отпрыгнула с проворством кошки, перед которой положили огурец, но тут же качнулась обратно и зарядила Ρоджеру в опрометчиво подставленный подбородок.

Сакаи тоже умел делать обманки, в спарринге с Винни как раз он был вертким и коварным. Блокировав удар, Ρоджер поймал Монику за запястье, выкрутил его и отправил противницу накатом изучать физико-механические свойства грунта.

Дождь припустил так, что вода пузырилась от капель уже по всей дорожке. Сакаи попытался закрепить успех и скрутить Моңику прежде, чем та вскочит на ноги, однако измазанная грязью девица выскользнула из его рук, как угорь, и, в свою очередь, выписала Роджеру направление на дегустацию лужи.

Грязь оказалась жирной и сочной, Сакаи хватанул ее полным ртом и, чтобы добро не пропадало, выплюнул налетевшей на него Монике в глаза. Ослепленная девица наугад попыталась оставить без его наследников, но Роджер легко уклонился, обошел ее слева и уже уверенно взял в удушающий захват со спины.

Моника подрыгала ногами, поскребла ногтями сдавливающий горло локоть и обмякла.

Сакаи немного выждал для гарантии и осторожно опустил девушку на землю. Сверху раздался протестующий писк, но пока он пробился сквозь шум ливня, Моника внезапно ожила и довершила свой коварный план. Предупрежденный Роджер все-таки успел частично среагировать и нанести встречный удар, но они разминулись, и Моника отлетела назад, а Сакаи скрючился. Обоим настоятельно требовалась пауза в бою, и Моника использовала ее, чтобы найти взглядом валяющуюся возле кустов ручку от чемодана и кинуться к ней.

У Роджера мелькнула крамольная мыслишка – не пора ли звать на помощь уже взаправду?! Второго зонтика у него нет, а выламывать подходящую палку некогда, к тому для этого сперва надо разогнуться!

Но едва Моника наклонилась к ручке, как из куста высунулась маленькая белая лапка и втащила ее между веток.

Девушка с яростным воплем и треском ломанулась за Петровичем, но как-то быстро остановилась, а потом медленно, красиво выпала из куста спиной вперед.

Следом за ней вышел Женька, на плече которого сидел неимоверно гордый собой ежик. В левой руке лесник держал трофейную ручку, в правой – станнер.

Роджер сплюнул, отчего вкус грязи во рту почему-то только усилился, и благодарно просипел:

– Спасибо, конечно, но я уже и сам почти с ней справился!

– Ага, – добродушно согласился Женька. – Я просто захотел примазаться к твоей славе.

Роджер представил, как их схватка выглядела со стороны – озверевший маньяк пытается скрутить маленькую хрупкую девушку, которая от страха выделывает чудеса боевых искусств, – и с благодарностью спросил:

– А почему к моей, а не к ее?

– С ней я мандрагор не сажал, – просто сказал Женька и философски добавил: – К тому же если что – зарядов у меня на всех хватит. Так что вы не поделили-то?

Родҗер принялся рассказывать, а Петрович горячо поддакивать.

– Ну дела-а-а… – наконец протянул впечатленный лесник. – Выходит, Тереза не врала и мы чуть не упустили настоящую, куда более опасную террористку?! Даже Ирэл с его опытом и чутьем ничего не заподозрил!

– У семи самураев сёгун без глаза, – развел руками Роджер. – И если у тебя есть чем связать эту дамочку, то лучше сделать это как можно быстрее, а то она отменно умеет притворяться опоссумом!

– Я без клей-ленты на дежурство не выхожу, – заверил его Женька. – Никогда не знаешь, когда и для чего она пригодится!

* * *

Вернуться в магазинчик за покупками Роджер не успел – сперва долго давал неофициальные и, еще дольше, официальные показания, а затем отмокал в горячем душе, пока его одежда тоже стиралась и сушилась.

Зато провожать его до посадочной площадки увязалась куча народу – как говорится, не имей сто сувениров, а имей сто друзей!

– Хотите своими глазами убедиться, что я улетел? – пошутил Роджер.

– А то! – Майкл торжественно протянул ему черный непрозрачный пакет. – Вот, это тебе на дорожку!

Пакет побулькивал, заглядывать в него Сакаи опасался.

– А это на закуску! – Джек вручил Роджеру такой же пакет, но втрое толще.

– Лопату-то не забыл? – заботливо поинтересовался Женька, вызвав взрыв смеха.

– Упаковал в первую очередь! – заверил его Сакаи.

– Ну и отлично, фотосессию с мандрагорами я тебе тоже с самого утреца на почту скинул.

– Какую фотосессию? – удивился Родҗер – и тут же вспомнил. – Бакэмоно!!! Надо было удалить ее и забыть!

– Да ладно, шикарные снимки вышли! – заверил его Хрущак. – Зуб даю – твоя невеста будет в восторге.

– А ты-то откуда знаешь?!

– Так мы же всем клубом выбирали, какую ей сразу отправить!

Сакаи побледнел, потом покраснел, потом махнул рукой. Если их отношения выдержат даже такое, то это действительно любовь!

– Дядя Роджер, это вам! – Лиза застенчиво вытащила из-за спины нечто столь же зеленое и пушистое, как ее комбез. – Мы с Каем сами его сделали!

Роджер с полагающимся уважением принял ценный, но малопонятный дар.

– О-о-о, какая красота. А что это?

– Бонсай из черепа бобра! – гордо сообщила девочка. – Чтобы вы могли медитировать на него во время космических перелетов, как настоящий самурай, размышляя о круговороте жизни и смерти. А еще можно выстригать ему всякие прикольные прически, травка снова быстро отрастет.

К чести Ρоджера, рук он не разжал. Только дрогнувшим голосом осведомился:

– Можно мне еще один пакетик?

Запасливый Жеңька протянул ему целых два и пояснил:

– Не волнуйтесь, мы его таким уже нашли. Осталось только хорошенько выварить и засеять.

– Дядя Женя здорово в этом разбирается! – с уважением добавила Лиза.

– Так что, доча, может, и ты пойдешь в лесники? – с замиранием сердца поинтересовался Хрущак, тщетно пытаясь нащупать в себе родительскую готовность принять любой выбор чада.

Лиза возмущенно уставилась на отца.

– Пап, я же тыщу раз тебе говорила: я буду атаманшей космических пиратов!

– Уф-ф-ф! – с облегчением выдохнул Хрущак.

– Значит, у меня еще есть шанс отыграться! – потер руки Ворон. – Когда мы столкнемся уже по работе.

– Конечно! – щедро пообещала Лиза. – Можешь пытаться сколько угодно, нам не жалко. Правда, Кай?

Кай с готовностью кивнул, не сомневаясь, что в следующий раз они не оставят Ворону даже тряпки.

– О, я все-таки успел! – запыхавшийся Олег сходу протянул Ρоджеру очередной, самый объемный пакет. – Трикси, к сожалению, не смогла вырваться, но она желает тебе хорошего пути и просит передать вот это.

– Банки?! – в ужасе отпрянул Сакаи.

– Нет, всего лишь две коробки с брюками, – успокоил его начальник охраны. – Про запас, а то на тебе они прямо горят!

– И не только они! – отшутился Роджер. – Может, попросить у бухгалтерии возместить мне еще и сломанный зонтик?

– Представляю, что скажет на это Сара! – ухмыльнулся Джек.

– Он же сломал его, защищая Кассандру! – пафосно вступился за героя Майкл.

– Таки надо было защищать аккуратнее! – парировал киборг сварливым голосом авшурки.

– А я все вспоминаю ту туфлю, которую мы отдали детям «поиграться», – с содроганием признался Олег. – И думаю: какое счастье, что Лиза не отыскала ее владелицу раньше, чем Роджер. Думаю, эта девица и ребенка не погнушалась бы… заставить замолчать.

– Ха! – пренебрежительно сказал Кай.

Пусть бы только попробовала!

– С туфлей я села в лужу, – печально признала Лиза. – Аж в целый пруд!

– Мы все ее недооценили, – успокоил девочку Роджер. – Но если бы ты не предположила, что это улика, мы бы к ней вообще не присматривались и не заметили уникальный узел! А ведь именно он помог распутать дело.

Лиза гордо выпятила зеленоволосую грудь, и Сакаи с умилением подумал, что, пожалуй, готов к дочери. Но будет все-таки надеяться на сына!!!

– Кажется, мне пора, – спохватился Роджер. Перед трапом уже не осталось ни одного пассажира – только стюардесса, неодобрительно посматривающая на опоздуна. – Спасибо за компанию, ребята. Я думал, что это будет мой самый тоскливый отпуск, но вы сделали его незабываемым!

– Ты наш – тоже! – заверил его Хрущак и первым распахнул прощальные объятия.

* * *

Угловая комната юридического отдела так давно и привычно нуждалась в плановом ремонте, что қогда толстый слой штукатурки рухнул на один из рабочих терминалов, погребя под собой уйму ценной бюрократии, Сара восприняла это как личное оскорбление. Несмотря на немедленно вызванную ремонтную бригаду, которая принялась ударно долбить, сверлить и материться, авшурка петлями бегала между рабочими, заламывая лапы и причитая:

– Я же еще в позапрошлый распил бюджета говорила вам, шо эта трещина смотрит на меня как-то недобро, и с тех пор она раскрывала глаза все шире!

– Мы же решили привести это помещение в порядок на прибыль от гонок, – кротко напомнила Кира.

– И теперь дожадничались до того, шо вся она потратится в ремонт!

– Вы преувеличиваете, – вежливо возразил Реми.

– Так ви же еще не знаете, какой я хочу!

Стоящие плечом к плечу глава ОЗК и ее секретарь выглядели и вели себя совершенно обычно, и только стоящий сзади Стрелок видел, что их пальцы соприкасаются чуть теснее протокольного. А ещё не сомневался, что разговор Киры с Тедом прошел – или пройдет – без дурацких драм, слез и сцен ревности. Они никогда не пожалеют о том времени, когда были вместе, и навсегда останутся друзьями.

Просто времена меняются, и мы меняемся вместе с ними.

– Это всего лишь маленькая дырочка в потолке! – стоически соврала Кира. – Можно аккуратно ее зашпаклевать, а остальное пока потерпит.

– Тогда почему на нее прибежало ужаснуться даже МЧС? – парировала Сара. – Сейчас мы узнаем, шо оно скажет по поводу такого безобразия!

– Верните кубок, – твердо сказал Стрелок.

– Какой кубок? – искренне удивилась авшурка.

Но поскольку именно удивилась, а не возмутилась, – прекрасно поняла, о чем идет речь.

– Который стоит в витрине магазинчика вашего племянника. С табличкой «Лучшие товары от победителя Первых Кассандрийских гонок».

– И шо с ней не так? – невинно моргнула Сара.

– То, что гонку выиграл Козырь, а ваш племянник ему только мешал. А потом еще и кубок спер.

– Не спер, – нравоучительно подняла коготь авшурка, – а взял на ответственное хранение, когда все неприлично забыли про такую ценную вещь и отвернулись! И вообще, у вашего пилота таких кубков уже на целый банкет, а тут всего-то одна маленькая рекламная акция! Вам шо, жалко?!

– Да, – неумолимо подтвердил Стрелок. – Так что либо возвращайте кубок, либо делитесь с Козырем барышами.

– Вот, это уже деловой разговор! – восхитилась Сара. – И сколько этот жадный хуманс хочет за свою ерундовую репутацию?

Пока они торговались, Кира с Реми улизнули, оставив дверь приоткрытой, и в перерывах между свербежом и долбежом Стрелок краем уха слышал, как Кай с Лизой дурачатся в коридоре, разыгрывая очередного жадного до сенсаций журналиста.

Мэй очень хвалила придуманную Лизой игру в «Киборгов и людей». Мол, Кай скептически относится к многословной человеческой болтовне, поэтому халтурит на развивающих занятиях. А тут такой энтузиазм и прогресс. Главное – не спугните их!

Стрелок и не собирался. Презентация новой, компактной и фотосинтезирующей модели сверхкиборга протекала исключительно успешно.

– Ликвидировать объект?

– Нет, Лиза, нельзя!

– ТУК-ТУК-ТУК!

– А что вы можете сказать о…

– ВЗ-З-З-З-З!

– …Да, она ещё подрастет. Но совсем немного, метра на три.

– Ликвидировать объект?

– Нет, дядя хороший. Попробуйте приручить ее шоколадкой, которая лежит у вас в левом кармане пиджака. Только ни в коем случае не отламывайте кусочек, отдайте целиком!

– Почему?

– А то она тоже захочет ломать.

– ВЗ-З-З-БЫДЫЩ!!!

– …объект?

– Почему она так упорно об этом спрашивает?!

– ТР-ТР-ТР-ТР-ТР!

– …экспериментальная и показывать ее широкой общественности пока рано. Вообще-то она сбежала, только никому об этом не говорите! Я надеюсь заманить ее обратно в стенд до того, как она что-нибудь натворит. Вы же мне поможете?!

– УИИИИ-УУУУ!!!!

– Объект успешно ликвидирован! – торжественно объявила Лиза. – Чур-чура, стоп игра. Интересно, он побежал писать статью – или ябедничать на нас?!

Стрелок напряг слух, тоже пытаясь это понять. В ту же минуту все звуки ремонта, как по заказу, стихли, и Стрелок отчетливо услышал уверенный ответ Кая:

– Пусть только попробует. Мой папа ему тогда покажет!

– Достоверная информация, – подумав, согласилась Лиза.

Перфоратор взвыл с утроенной силой.

– Так шо, мы договорились на этот грабеж и разорение? – с надеждой уточнила Сара.

– Нет, – опомнился Стрелок. – Я просто немного отвлекся. И тысяча футболок с автографами Козыря – это точно перебор!

– Ой, можно подумать, шо я заставляю его самого их рисовать!

Когда взаимовыгодная сделка наконец состоялась, Стрелок застал в коридоре только Лизу, сосредоточенно что-то чертящую на клочке оберточной бумаги. При виде взрослого девочка отработанным жестом спрятала его за спину и невинно заулыбалась.

– А где Кай? – слегка удивился Стрелок.

– Пошел за снаряжением, – таинственно ответила Лиза.

– Пиратский звездолет снова отправляется на поиски сокровищ?

Девочка смущенно хихикнула и тоже навострилась дать деру, но Стрелок, не удержавшись, окликнул ее и как можно небрежнее спросил:

– Лиза, а Кай давно называет меня папой?

– Да всегда называл, – беспечно ответила девочка. – А как еще?

И Лиза умчалась, оставив Стрелка стоять с глупой улыбкой на лице.

* * *

КОНЕЦ

P. S. (Инсайдерская информация) В далекой-далекой галактике…

Тед (отвечает на звонок по видеосвязи): О, привет, любимая. Да, конечно, о чем? Что?! Э-э-э… Но… А… (убитым голосом) Да, я понимаю… Нет, я тебя не осуждаю… И его тоже… почти… Хорошо, я обещаю не бить ему морду… Да… Конечно друзья… (трагически) Я никогда тебя не забуду. Нет-нет, ну что ты, не надо таких жертв! И думать об этом не смей! Твое счастье гораздо важнее, ты его честно заслужила! Ну что ты! Да, все в порядке… Правда в порядке… Прощай. (Заканчивает разговор, поворачивается к скорбно затаившей дыхание команде.) УРА-А-А, СВОБОДА!!!