Часть 13. Вика

Честно говоря, я терпеть не могла сюрпризы.

Как показывала практика, подобные мероприятия редко заканчивались чем-то приятным. И куда чаще — весьма неловко. Вроде тех случаев, знаете, когда тебе в лицо летит торт, все радостно кричат «сюрприиииз!», а ты стоишь, как дура, и пытаешься улыбаться сквозь слои крема. В общем, затея босса меня пугала. Но после того, как он провел со мной и Славиком целый день, пожертвовав работой, отказать ему я не могла тоже.

Хотя его поведение в последнее время вызывало у меня недоумение. И если во внезапно проснувшуюся доброту грозы всея офиса я еще как-то могла с натяжкой поверить, то этот непонятный сюрприз у меня уже вызывал беспокойство. Но больше всего волновало то, что Славик, кажется, по-настоящему начал привязываться к Самохину. Во всяком случае, он говорил о нем слишком часто. И это нужно было решительно прекращать.

Когда машина босса остановилась у элитного ЖК, квартира в котором стоила столько, сколько простым людям никогда не заработать даже продав себя на органы, я начала прозревать. Возможно, босс привез меня к себе, чтобы всячески грязно приставать? Само по себе предположение было смехотворным, но что еще мы могли делать в обычной квартире, я не понимала. И особенно не понимала, зачем вмешивать во все это Славика?

— Где мы? — спросила я настороженно, когда босс открыл передо мной дверцу машины.

— Скоро узнаешь, — пообещал он, загадочно улыбаясь.

Честно говоря, от этой улыбки можно было забыть все слова вместе с алфавитом, но я все же собралась с духом и уточнила:

— И все же?

— Хочу познакомить вас кое с кем.

Хм, а вот это уже было, определенно, не похоже не свидание. И я даже не могла понять, облегчение от этого испытываю или… разочарование?

Мы со Славиком молча проследовали за боссом в дом, вошли в лифт и поднялись на этаж. Сын снова вертел от любопытства головой по сторонам, я же гадала о том, что все это могло означать?

Когда в ответ на звонок дверь перед нами распахнулась и появилась симпатичная женщина, чем-то отдаленно похожая на босса, я с трудом подавила желание бежать отсюда со всех ног.

— А вот и мы, — сообщил Самохин, входя в квартиру и проводя нас со Славиком за собой. Интересно, и давненько это наша тесная компания стала для него «мы»?

— Я вижу, — улыбнулась женщина и, протянув мне руку, представилась:

— Привет. Я Марина, сестра Андрея.

Ну вот тебе и сюрприз а-ля «торт в лицо!». Я кинула на босса вопросительный взгляд, но тот в ответ только безмятежно улыбнулся. Как будто каждый день водил к сестре домой посторонних женщин!

— А тебя как зовут? — спросила Марина, склоняясь к Славику.

— Слава, — ответил сын и добавил с гордостью:

— Вячеслав. Здравствуйте.

— Здравствуй, — улыбнулась Марина в ответ и, выпрямившись, взглянула на босса… с упреком?

— Ты ничего не хочешь мне объяснить? — спросила она с нажимом.

«И мне тоже», — хотелось добавить, но я сдержалась. Видимо, для Марины наше появление было тоже тем еще сюрпризом.

— Хочу, — пожал плечами босс. — Это та самая Вика, о которой я тебе говорил.

— Это я поняла, — ответила Марина и, вздохнув, добавила:

— Ладно, все потом. Проходите.

Бросив боссу еще один непонимающий взгляд, который он проигнорировал, я, ведя за собой Славика, прошла в гостиную. Где нас встретила очаровательная девочка лет пяти.

— Привет, я Маруся, — поздоровалась она вежливо. И, протянув руку Славику, предложила:

— Пойдем вместе побеждать злого колдуна?

— Пойдем, — охотно кивнул Славик и дети, взявшись за руки, убежали. Марина же, повернувшись к нам, сказала:

— Пойдемте на кухню. Я отнесу детям поесть и накрою на ужин.

Ловко разложив по тарелкам пасту, Марина ушла, но вернулась раньше, чем я успела выяснить у босса хоть что-то относительно происходящего. Которое, по моему разумению, было совершенно необъяснимо.

Хотя, в принципе, я видела что-то подобное в фильмах. Ну, знаете, те милые сюжеты, где на красавца-миллионера наседает дружно вся родня, что надо, мол, жениться и плодиться, а он весь такой не хочет. И нанимает себе какую-нибудь девицу, которая либо выдает себя за его невесту, чтоб отстали, либо ведет себя так, чтоб у родни отвалилось всякое желание его женить.

Вот только моя жизнь была крайне далека от подобных сюжетов. Но, с какой бы целью босс не привез нас со Славиком сюда, а не предупредить о подобном было настоящим свинством с его стороны. А потому он вполне заслуживал маленькой мести. Тем более что Славика рядом не было и руки у меня были развязаны.

Когда мы уселись за стол и Марина спросила:

— Вика, а чем вы занимаетесь?

Я ответила честно:

— Работаю у… Андрея. Обычным менеджером.

— Да, он говорил, — кивнула мне сестра Самохина. — А чем еще интересуетесь, помимо работы?

Задумчиво закатив глаза, я, туманно помахав вилкой в воздухе, сказала:

— Нуууу… Я эти собираю, как их…

— Марки? — услужливо подсказала Марина.

— Болезни, — мило улыбнулась я. — Венерические.

Сидевший рядом босс подавился пастой. Его сестра, поджав губы, потянулась к стакану воды. А я продолжила есть, как ни в чем не бывало.

Больше меня в тот вечер никто ни о чем не спрашивал. И, едва мы доели, как Самохин быстро засобирался восвояси. Было видно, что ему сильно не терпится со мной расправиться.

— Нам пора, — сказал он, и его сестра на это возражать ничего не стала. Вот и чудненько. Нам с сыном были совершенно не нужны эти непонятные знакомства!

Пока мы ехали домой, говорил в машине практически только Слава. Рассказывал, как они с Марусей ходили в крестовый поход на какого-то Бухастиша. Я периодически что-то поддакивала, наблюдая за белым от гнева лицом босса в салонном зеркале.

Господи, хоть бы не уволил, что ли, от благодарности! Хотя сам виноват, о таких мероприятиях и их целях надо предупреждать заранее!

Когда мы поднялись на наш этаж (не чета тем хоромам, где только что были), и я открыла дверь своей квартиры, босс сказал:

— Славик, ты иди. Нам с мамой поговорить нужно.

Поговорить ему нужно, ты подумай! Что ж, лучше стыдно, чем никогда.

Притворив за Славиком дверь, Самохин оттеснил меня к стене и едва не прорычал в лицо:

— Ну, Виктория, и богатую коллекцию ты успела уже собрать?

— Марок? — невинно похлопала я глазами.

— Болезней!

— Ни единой, — ответила спокойно в разъяренное лицо босса. — Негде было взять, видите ли.

Я смотрела, как на скулах босса, нависшего надо мной, вовсю ходят желваки. Таким злым я видела его только раз — когда провалилась важная поставка. Первый и последний причем раз, надо заметить.

— Зачем тогда? — спросил он сквозь стиснутые зубы.

— Тот же вопрос, Андрей Михайлович, — упрямо вздернула подбородок я.

— Я всего лишь хотел познакомить вас со своей сестрой!

— А я всего лишь не понимаю, какого черта!

Сделав глубокий вдох (видимо, чтоб успокоиться и удержаться от членовредительства) босс ответил:

— Мне было интересно ее мнение.

А вот на это можно было и оскорбиться.

— Мнение насчет чего? — спросила я, усмехнувшись. — Я что, какой-то галстук, для приобретения которого нужно узнавать мнение со стороны?

— Нет, ты не галстук, — покачал головой он. — Ты — совершенно невыносимая, несносная…

— Уф, уф, полегче, — пробормотала я, закатывая глаза. — Подо мной уже целая лужа от ваших комплиментов.

— То ли еще будет, — пообещал Самохин, наконец-то от меня отстраняясь. И оставляя после себя странное чувство пустоты.

— До встречи, Виктория, — добавил он напоследок и, вызвав лифт, исчез, не оглядываясь.

А я, подавив неразумное сожаление, вошла в свою квартиру. Где меня ждал единственный и самый лучший мужчина в моей жизни. И только это имело сейчас значение.