Часть 32. Вика

Я не склонна была закатывать истерику насчет проведенного за моей спиной днк. Мне просто нужно было все осмыслить.

Стоило мне только поверить в то, что у нас с Самохиным может быть настоящая семья, как выяснилось, что он делал тест, ничего мне об этом не сказав. Почему?

Этого я и не могла понять. Если его намерения были честными, без двойной игры, почему было не спросить меня насчет теста? Я не стала бы ему препятствовать. Я бы поняла.

Но чужая голова, как и душа — потемки. Можно было снова подумать о Самохине самое худшее и уйти в себя, вывесив табличку «вернусь не скоро», но этого я делать не собиралась. Мы были взрослыми людьми, перевалившими отметку «за тридцать», и все проблемы нам стоило решать точно также — по-взрослому.

Нужно было просто спросить Андрея, почему он пошел на этот шаг. Нет, его желание удостовериться в том, что Славик — его сын, я понимала. Тем более, что сама же и солгала ему про отцовство Марата. Не понимала я другого — почему он мне ничего не сказал?

Но чтобы узнать ответ на этот вопрос — надо было просто спросить. Что я и собиралась сделать, но Самохин опередил меня, вызвав к себе в кабинет.

А когда я туда вошла, мне стало совсем не до того. То, что говорил Самохин и то, что он делал… способно было снять все вопросы разом.

Хотя он произносил совершенно невероятные вещи. Те, которые я и представить себе не могла, но в которые так отчаянно хотела поверить. Просто поверить, отключив всякую логику.

Да и разве мог он мне лгать? В этом не было никакого смысла. Я не просила у него слов любви — он произнес их сам. В то время как я даже надеяться не могла на что-то подобное. Мечтала, конечно, что у нас может что-то получиться, но даже не представляла, что и для Андрея все зашло настолько далеко. Потому что я, конечно же, любила его тоже. Сейчас. Как и много лет назад.

Прошло столько времени, а та девчонка, считавшая, что на нее никогда не посмотрит всерьез такой мужчина, как Самохин, еще жила внутри. И сейчас испытывала какую-то невероятную эйфорию от того, что слышала из его уст.

— Повтори, — попросила я, когда смогла сделать первый вдох после того бешеного секса, что случился между нами. Прямо в кабинете босса, прямо на его столе.

— Что именно? — спросил, склонившись ко мне, Самохин.

— Что любишь меня.

— Люблю, — просто сказал он, — …тебя.

Я прикрыла глаза, впитывая в себя эти слова. На которые отзывалась всем своим сердцем.

— И ты ничего мне не скажешь в ответ? — поинтересовался Андрей насмешливо, но прежде, чем я успела открыть рот, на столе босса зазвонил телефон. И это заставило меня мигом вернуться к реальности.

Резко сев, я оправила задравшуюся до талии юбку. Боже, секретарша Самохина наверняка слышала, как я тут стонала! От этой мысли я ощутила, как начинают пылать щеки.

— Обожаю, когда ты краснеешь, — заметил Андрей таким тоном, словно говорил что-то интимное.

— Как ты думаешь, Катя слышала то, чем мы… занимались?

— Имеешь в виду, то, как я тебя трахал? — уточнил Самохин беззастенчиво и от его лукаво горящего взгляда я ощущала, что способна завестись снова.

— Андрей! — попыталась сказать я с укором.

— Даже если и слышала, мне плевать, — пожал плечами он. — Пусть все знают, что ты моя.

И с этими словами снова впился в мои губы поцелуем. Властно, собственнически, и я поняла, что мне тоже плевать на всех и вся. Меня любил самый желанный мужчина на свете, и ничто иное не имело значения.

— Андрей, — выдохнула я, когда Самохин отстранился. — Работать надо…

— Надо, — признал он, даже не думая, тем не менее, меня отпускать.

Я сама на ватных ногах опустилась на пол и попыталась оправить юбку и блузку. Хотя плевать! Пусть все думают, что хотят.

— Я пойду, — сказала я, в очередной раз проведя по юбке руками, чтобы ее разгладить. — Увидимся вечером? Славик очень расстроился вчера, что ты не заехал.

— Я решил дать тебе время успокоиться.

Точно! Я же хотела спросить его о том днк. Не то, чтобы это имело сейчас принципиальное значение, но мне попросту не хотелось, чтобы между нами оставались еще какие-то неясности.

— Я хотела тебя спросить… — начала было, облизнув губы. Но Самохин неожиданно перебил:

— Еще раз так сделаешь — и нам станет снова не до работы.

— Так? — уточнила я, снова обводя губы языком, только медленнее, и глядя при этом Андрею в глаза.

— Вика, — сказал он предупреждающе, но мне нравилось наблюдать, как в его глазах разгорается желание. До сих пор трудно было поверить, что имею над Андреем подобную власть!

— Ладно, — улыбнулась я. — На самом деле я хотела тебя спросить…

— Ммм?

— Почему ты не сказал мне о днк раньше? Я не была бы против.

— Потому что для этого был неподходящий момент. Я сделал его в тот день, когда Славик приезжал ко мне на работу. Скажи я тебе тогда об этом — и это ухудшило бы наши отношения еще больше.

Он был прав. В то время я расценила бы подобные действия как крайне враждебные.

— А почему не сказал позже?

Он передернул плечами.

— Я просто забыл. Мне было с вами так хорошо, что я и не думал об этом тесте.

Я услышала самое главное. Ему было хорошо. Он хотел быть со мной и сыном. И больше меня ничего не волновало.

Коротко кивнув, чтобы показать, что все поняла, я сказала:

— Все-таки пойду работать.

— Я зайду за тобой в конце дня, — ответил Самохин и, притянув к себе, оставил на моих губах еще один поцелуй-метку. Знак того, что я ему принадлежу. А я ничего иного и не хотела.

Следующий день был выходным. Я ждала Андрея только к вечеру — днем у него были запланированы какие-то дела, поэтому первую половину выходного я посвятила самым обычным женским занятиям — уборка, стирка, готовка.

Я как раз заканчивала мыть пол, когда в дверь позвонили. Сдернув резиновые перчатки, я быстро посмотрела в зеркало и поправила волосы. Надеялась, что это Самохин освободился пораньше и решил сделать нам со Славиком сюрприз.

Но на пороге стоял вовсе не Андрей. Хотя эта личность и была мне знакома.

Я ошарашенно смотрела в кукольное лицо бывшей невесты Самохина. Как ее звали? Лара? Лина? Лана? Наверно, Лана. В офис к Андрею в то время, когда они были вместе, она захаживала довольно часто. Словно метила свою территорию.

Вот и у меня сейчас появилось такое чувство, что я должна защищать свое. Только от чего именно — пока не понимала.

— Можно войти? — поинтересовалась девица, с презрением оглядывая мою простую домашнюю одежду и меня саму.

— Для чего вы здесь? — спросила я вместо ответа на вопрос.

— Нам нужно поговорить. Это очень важно, — ответила она.

— Мама, дядя Андрей приехал? — спросил неожиданно влетевший в коридор Славик.

— Нет, милый, это ко мне, — сказала я, краем глаза заметив, как хищно, почти зло смотрит на моего сына эта женщина. И потому попросила:

— Солнышко, поиграй в своей комнате. У меня важный разговор.

И, когда Славик ушел, я приглашающим жестом указала Лане на кухню:

- Проходите.

Сморщив нос, словно ей неприятно было тут находиться, она прошлась по вымытому полу, даже не сняв обуви. Но я промолчала. Просто хотела, чтобы она быстрее сказала то, за чем явилась, и ушла.

— В общем, так, — заговорила она решительно, когда я прикрыла за собой кухонную дверь. — Вы ведь Виктория Победова, верно?

— Да, это я, — кивнула в ответ.

— Значит, это с вами сейчас спит Андрей, — резюмировала она, снова оглядывая меня с ног до головы, будто недоумевала, как Самохин мог на меня вообще посмотреть.

Я гордо вскинула подбородок. Он не просто со мной спал! Он любил меня. По крайней мере, я верила в это. Ровно до того момента, как блондинка снова открыла рот. И сказала:

— Я пришла вас предупредить.

— И о чем же? — вздернула я вопросительно бровь.

— Чтобы вы особенно не обольщались на счет Андрея. Точнее, насчет ваших с ним отношений.

— А какое вам дело до наших отношений? — холодно осведомилась я.

— А такое, что мы с ним снова вместе!

Я почувствовала себя так, будто пол под ногами качнулся. Опершись на столешницу, нашла в себе силы сказать:

— Неужели?

— Да, — уверенно кивнула Лана. — Так что имейте в виду, что таких, как вы, у него полно. И я решила с этим смириться — такова уж его натура! Но любит он по-настоящему только меня.

— И где же вы были столько времени? — уточнила я, вспомнив, что давно уже не видела эту женщину в офисе.

— Мы поссорились. Я долго не могла простить ему измену, но сейчас поняла, что должна сделать это ради нашего общего ребенка.

— Чтооо? — выдохнула я, не сдержав потрясения.

— Вы не ослышались, — улыбнулась она торжествующе в ответ. — У нас с Андреем есть ребенок.

Я зажмурилась. Не хотела верить в то, что слышала, но и отмести услышанное, словно ничего и не было, не могла тоже.

— Я решила дать Андрею второй шанс. Мы встретились и поняли, что все еще любим друг друга. Так что имейте в виду, что вы тут — лишняя! — заявила Лана.

Лишней я как раз таки считала не себя. Но говорить о чем-то с уверенностью сейчас не могла. Сначала нужно было спросить самого Самохина обо всем этом.

— Мы еще посмотрим, кто тут лишний, — холодно улыбнулась я. — Если вы все сказали, то будьте добры, не отнимайте мое время больше.

— Да, это все, — кивнула она. Но, дойдя до порога, обернулась и добавила:

— Не надейтесь зря! Вам и вашему отродью ничего от Самохина не достанется!

От этих слов внутри вспыхнула ярость. Эта дрянь не смела так говорить о моем ребенке!

Почувствовав, видимо, что я способна избавить ее от некоторого количества волос на голове, Лана быстро выскочила за дверь. А я, прислонившись к стене, сделала глубокий вдох, пытаясь успокоиться.

Нужно было дождаться Самохина. Пусть он объяснит мне как-то это все.

Если, конечно, сумеет.