Часть 35. Андрей

Этого взгляда и этой реакции я и боялся. Когда получил злосчастный тест, который оказался положительным, у меня внутри не родилось ничего, кроме тревоги.

За то, что Вика воспримет все так, как имела полное право воспринять. А вот каких-то там отцовских чувств к Лионелю не было от слова «совсем». С другой стороны, если все это правда, если Лана действительно от меня залетела, но решила, что вырастит ребенка сама, ничего сейчас не менялось. Ей нужны были деньги? Я их готов был дать. И их должно было хватить с лихвой на то, чтобы моя бывшая больше не появлялась рядом с Победовой и Славой.

Совсем другой вопрос состоял в том, как отнесется к моему внезапному отцовству Виктория. И относительно этого у меня имелись огромные опасения.

Но естественно, ни лжи, ни недомолвок между нами больше стоять было не должно. Поэтому, забрав Славика из сада, я поехал к Вике домой. По дороге мы заехали за апельсинами, а то с утра усталый голос Победовой и ее бледный вид, мне откровенно не понравились. Переутомление, нервы… может, послать все к чертям и уйти в отпуск хотя бы на недельку? И мне, и ей. И слетать куда-нибудь под пальмы, а то этот холод и слякоть достали до печенок.

— Ты задумчивый, — сказал Слава, когда до дома оставалось всего ничего. — Я тоже в последнее время такой.

Я бросил на него быстрый взгляд и невольно улыбнулся. Сын действительно был задумчив и неотрывно смотрел в окно.

— И о чем ты думаешь, когда такой?

— Об очень важной вещи.

Слава повернулся ко мне в тот момент, когда я припарковал машину рядом с домом.

— О какой же?

— Можно ли мне называть тебя папой.

Клянусь, это был едва ли не самый эмоциональный момент моей жизни. Никогда не чувствовал того, что испытал сейчас. Нахлынуло то, в чем я утонул с головой. И что вызвало жжение в груди.

— Я очень хочу, чтобы ты называл меня именно так, — сказал я уверенно. — Так что если твоя мама не против, пусть так и будет.

Слава улыбнулся, как будто у него с плеч камень упал, а вот мне стало снова нехорошо. Даже представить не мог, что наши встречи с сыном могут стать дозированными. Например, если Вика решит, что не хочет часто со мной встречаться.

— Ладно, идем, — сказал я и вышел из машины. Что толку гадать, если все будет так, как будет?

Когда мы вошли в квартиру и я одним своим видом выдал себя с головой, у меня внутри все выжгло от страха. Никогда не испытывал ничего подобного, но и с Викой, и со Славой многое было впервые.

— Ты очень бледная. С тобой все в порядке? — шагнул я к Победовой.

Пришлось перевести тему разговора. Мы все обсудим, но не сейчас.

— Все в порядке, — глухо отозвалась она. — Идем ужинать.

Ели мы в полном молчании. Даже Слава быстро закидывал рис с курицей в рот и так же быстро жевал. Победова лишь немного поковырялась в тарелке, у меня тоже не было аппетита, но пришлось заставить себя съесть все, чтобы не обижать Вику.

— А дядя Андрей сегодня разрешил мне называть себя папой, — сказал Слава, отложив вилку. — Мне очень этого хочется. Ты ведь будешь не против? — спросил он у матери и покосился на меня.

Я же цепко всмотрелся в лицо Виктории. Конечно, она уже все понимала, но именно от нее зависело очень многое. Останемся ли мы семьей — в первую очередь.

— Я буду не против. Но обсудим это позже. Сейчас я хочу поговорить с дядей Андреем.

Вика натянуто улыбнулась, и Славик, после некоторого сомнения, все же встал из-за стола, убрал за собой тарелку и ушел к себе.

Между мной и Победовой воцарилось молчание. Я бы многое отдал, чтобы понять, что происходит сейчас в голове Вики.

— Я получил результаты. Лионель — мой сын. Если верить днк, — сказал я приглушенным голосом.

— Я так и поняла, — почти шепотом отозвалась Победова.

— Это ничего между нами не меняет. Я хочу быть с тобой и Славой. — Подавшись к Вике, я попытался взять ее за руку, но она поспешно отняла ее. Черт!

— И много у тебя таких? Таких как я? Как невеста с Лионелем? Как твои сотрудницы?

Чего, бл*дь? О чем она вообще говорит?

— Ты у меня одна, Вика, — твердо сказал я и вгляделся в глаза Победовой. — Я думал, что это ясно и так.

Мы смотрели друг на друга несколько секунд, после чего Виктория вскочила из-за стола и, повернувшись ко мне спиной, произнесла:

— Я очень устала сегодня, извини.

Вот так вот просто? Я устала — извини?

Я понимал, что именно за этим скрывается. Победова словно бы ставила незримые барьеры между нами, говорила, что пока (а может, и не пока) мне не место в ее жизни. И напирать сейчас, делать что-то, что нас только разведет, было самым неправильным в этой ситуации.

Поэтому я лишь поднялся и встал за ее спиной. Обхватил за плечи, провел руками снизу-вверх. Уткнулся лицом в ее волосы и сказал:

— Я очень надеюсь, что это не поставит точку между нами. И помни, я безумно тебя люблю.

И с этими словами удалился, чтобы пока не обострять наши отношения еще сильнее.

— Так, Самохин, подожди! Ты меня с ума сведешь! — заявила Марина, потирая виски. — Значит, Лана родила тебе сына и скрывала это прекрасное событие несколько лет?

— Выходит, что так, — мрачно сказал я и прикрыл глаза. Повторять по бог весть какому кругу историю, в которую я вляпался, мне не хотелось.

— Глупости. Я же ее знаю. Она бы уже сто раз к тебе прибежала.

— И тем не менее. Результаты теста у меня на руках.

— Значит, нужно их переделать.

Сестра подернула плечами, подошла к бару и налила нам понемногу виски. Я и сам думал о том же самом. Заказать тест, только теперь не быстрый, а чтобы все скрупулезно проверили. Ведь ошиблись же они с моим диагнозом на генетические отклонения!

— Переделаю, — кивнул я.

— Притом так, чтобы Лана ни о чем не знала. Сможешь взять образец у этого ее Лионеля, чтобы она ничего не заподозрила?

Я посмотрел на Марину и вскинул брови. Не женщина — детектив. Такой талант пропадает.

— Смогу. Ты намекаешь, что в той клинике, где делали первый тест, фальсифицировали результаты?

— Ну мало ли!

— Но я сам ее выбрал. Клинику, я имею ввиду.

Сестра отпила глоток виски и нахмурилась. 152e1bc

— Я помню, что Лана дружила с твоей секретаршей.

— Дружила, — согласился я.

— Ну вот у нее и был шанс узнать все, что нужно. Вызнала, к кому ты записался на прием, а дальше дело за малым.

Я снова посмотрел на Марину. На этот раз — потрясенно. Даже представить не мог, что бы без нее делал. Сестра выдавала настолько дельные вещи, что это даже пугало.

— Хорошо. Я обязательно все переделаю. Но сейчас у меня просто башка кругом, — признался я и протянул Марине бокал, в который она долила виски.

— Понимаю. И Вику тоже, — сказала сестра. — Но руки опускать не надо. Она и Славик — то, ради чего и стоит бороться. И если не за них — то за кого?

Я сделал глубокий вдох, кивнул и опрокинул в себя бокал с виски. Марина озвучила мои мысли.

Если не за них — то за кого?