6 глава

Меня бросает в жар. Чувствую, будто на шее удавка затягивается. Асхад пьет кофе и выглядит совершенно невозмутимым, при этом от его ожидания ответа, мне не по себе. Горло пересыхает, а мысли скачут друг на друга, в попытках придумать что-то оправдательное в моменте.

Вздыхаю. Мне кажется, лучше признаться во всем. Хотя бы частично. Возможно, тогда меня отпустят с миром домой, моя репутация не будет полностью разрушена. Отчим всем скажет, что я на день-два уезжала в село к дальним родственникам. Никто подробностей спрашивать не будет.

— Меня попросили изобразить раскованную девицу, — нервно облизываю губы, вспыхивая, ловя потемневший взгляд мужчины. Ни один мускул не дергается на его лице.

— Правда, попросили, — сглатываю, надеясь, что мне поверили.

Хочется провалиться сквозь землю, куда-то спрятаться от ничего не выражающего взгляда Асхада. Его молчание угнетает и заставляет меня не на шутку тревожиться, беспокоиться. Что он сейчас сделает со мной? Выгонит на улицу на глазах у своих соседей или позволит достойно вернуться домой, избежав сплетен?

— И часто ты такие просьбы выполняешь? — аккуратно ставит чашку, не создавая лишнего шума. От его голоса я вздрагиваю, растерянно моргаю и яростно мотаю головой. — Ясно, — мельком бросает взгляд на наручные часы и к чему-то прислушивается. Я тоже прислушиваюсь.

Слышу, как кто-то звонит, вопросительно смотрю на хозяина дома. Он не шевелится, не спешит приветствовать гостя. Через пару мгновений звонок стихает. Вздрагиваю, когда четко ощущаю чье-то присутствие за своей спиной. Резко оглядываюсь, перехватывает дыхание. В двух шагах стоит незнакомый мне мужчина с несколькими бумажными пакетами.

— Мы не одни? — вырывается непроизвольно вопрос, посмотрев на Асхада.

— Если ты в доме не видишь людей, это не значит, что их нет рядом. Более того, здесь присутствует и женщина для сохранения твоей репутации, — хозяин дома усмехается, склонив голову набок. — В пакете вещи для тебя. Пока я не могу отпустить домой, думаю, в моей одежде тебе немного некомфортно.

Мужчина за спиной ставит все пакеты возле моего стула и бесшумно исчезает. Странно, но присутствие в доме других людей меня не успокаивает. Я бы сказала, что испытываю легкое разочарование. Не знаю почему.

— Вам не стоило тратиться, — смущенно заглядываю в пакеты, касаясь пальцами ткани. Еще не знаю, что там внутри, но на ощупь мне нравится.

Мне никто не дарил вещи хорошего качества. Все сама покупала по необходимости со своей зарплаты. Отчим тратился больше на своих детей, на меня по остаточному принципу, если что-то нужно крупное. Например, куртку или сапоги. Как правило, эти вещи были безвкусные. Со сводной сестрой мне бесполезно соревноваться в стиле.

— Если тебе будет скучно, тут есть тренажерный зал, библиотека, кинозал, — при упоминании кинозала Асхад усмехается, а я краснею. Сразу вспоминается, что он там смотрел. Облизываю губы, отчего мужчина резко встает и без слов покидает кухню.

Несколько секунд сижу и не двигаюсь. Не знаю, за что хвататься. Побеждает во мне привычка наводить порядок после того, как все поели. Я убираю со стола посуду, загружаю ее в посудомоечную машину. Остатки еды раскладываю по контейнерам и ставлю в холодильник. Убедившись, что все вытерто до блеска, довольно хмыкаю, подхватываю пакеты и бегу в свою комнату. Сразу же все покупки раскладываю на кровати.

Мне купили красивое платье в сиреневый цветочек до колен с овальным вырезом и рукавами до локтя. Так же платье в пол насыщенного синего цвета с рукавами до запястья. Целый пакет аксессуаров для волос. Там и резинки, и заколки, и расчески разных видов, а еще несколько шарфов. Знаю, что некоторые девушки ими повязывают голову. Больше всего смущает наличие нескольких комплектов нижнего белья. Все скромно, однотонно. Смущает то, что кто-то подобрал все под меня и моего размера. Может эта невидимая женщина, о которой говорил Асхад за завтраком? Она подглядывает за мной? Становится не по себе, потому что рядом не ощущаю постороннего присутствия. Вполне допустимо, что о женщине сказано было ради моего успокоения.

Не устаю трогать руками ткань. На ощупь очень приятно. Выбираю платье в цветочек. Не думаю, что Асхада смутят мои щиколотки и запястья. Он видел меня в более откровенном наряде у себя в кабинете клуба. Беру выбранное платье, убегаю в ванную комнату, прихватив еще расческу и резинку. Переодеваюсь и заплетаю косу. Взглянув на себя в зеркале, настроение неумолимо ползет вверх и кажется, ничто его не испортит.

Довольная своим образом отправляюсь на поиски библиотеки. Вприпрыжку спускаюсь по лестнице. Мне никто не встречается, вновь возникает ощущение, что в доме кроме меня и Асхада никого нет. Проходя мимо двери кинозала, сердце начинает учащенно биться. Я непроизвольно прислушиваюсь, но никаких беспричинных звуков нет. Буквально через дверь обнаруживаю библиотеку.

Замираю на пороге, недоверчиво оглядывая комнату. Здесь очень много книг. Еще есть диван и кресло. Но больше всего меня приводит в восторге фортепиано, стоящее возле окна. Ноги сами несут к инструменту. Все происходит, как во сне. Откинув крышку, едва касаясь клавиш, пробегаюсь по ним пальцами. У меня сразу возникают мурашки по коже от первых звуков. Инструмент настроен, не фальшивит. Закрыв глаза, я отдаюсь желанию играть. Забываю, где я, с кем я. Совсем не думаю о завтрашнем дне. Я полностью растворяюсь в музыке, превращаясь в звук.

Сбиваюсь с ритма, когда улавливаю параллельную мелодию, гармонирующую с моей музыкой. Открыв глаза, вижу рядом Асхада, который подхватывает то, что я только что играла. С усилием воли заставляю себя продолжить играть. У нас получается неплохой дуэт. Если потренироваться, будет шикарно звучать.

Мы одновременно заканчиваем, смотрим друг на друга. Его близость будоражит. Мои чувства обострены из-за музыки. А еще за короткое время этот мужчина заставляет испытывать разные эмоции, о которых я порой и не подозревала. Даже не знаю, как правильно их определить.

Взгляд падает на мужские губы, резко вскидываю глаза, чтобы посмотреть в глаза Асхаду. Он зеркалит мои действия, отчего в груди внезапно вспыхивает пожар, молниеносно распространяясь по всему телу. Не знаю, что происходит, точнее не понимаю, но голова и тело отдельно друг от друга. В голове пусто. Тело трепещет.

Асхад медлит секунду, склоняется ко мне и целует в губы. Не так алчно, как в клубе, но тоже провокационно. Я робко отвечаю на поцелуй, прикрыв глаза. Мне нравится с ним целоваться. Первый и второй поцелуй идентичны по моим ощущениям. Чувствую, как одна теплая ладонь ложится на мою шею, а вторая оказывается на коленке. Та, что на коленке, медленно скользит вверх, задирая подол платья. Несмело кладу свои руки на мужские плечи, мгновенно почувствовав, насколько они напряжены. Неуверенно повторяю движения губ и языка Асхада, отчего он резко дергается от меня, но поцелуй не прерывает.

Сознание плывет, все настолько странно и возбуждающе незнакомо, что я разочарованно громко вздыхаю, когда поцелуй все же заканчивается, меня перестают удерживать за шею. Даже рука с колен исчезает. Открыв глаза, я затуманенным взглядом смотрю на сосредоточенное лицо Асхада. Мне так хочется вновь окунуться в тепло его губ, рук и дыхания, что не сдерживаю себя и тянусь в его сторону. Меня удерживают.

— Нужно уметь вовремя останавливаться, — хрипло произносит Асхад, слегка сжав пальцы на моем плече. Убирает руку с плеча, поднимает ее к моим губам, очерчивает по контуру. Приоткрываю их. Темный взгляд сразу превращается в непроглядную тьму.

Может быть, все продолжилось, но очарование момента разрушает вибрация мобильного телефона. Асхад отодвигается от меня, берет мобильник с подставки для нот, встает. Он не уходит, но и не разговаривает. Внимательно слушает того, кто позвонил, при этом, не спуская с меня глаз. Нервно поправляю платье, трогаю пальцами свои опухшие губы.

Воображение ярко рисует пошлые картинки возможного продолжения. Все фантазии завязаны на том, что я видела в кинозале. От этого мне становится невыносимо волнующе, не сидится спокойно на месте. Ерзаю на банкетке, периодически поглядывая на Асхада. Глядя на него, сложно сказать, какие эмоции бурлят в нем. И не скажешь, что только что умопомрачительно целовался.

Когда разговор заканчивается, в библиотеку бесшумно заходит мужчина, что утром принес пакеты с одеждой. Я уже догадываюсь, что никакого продолжения не будет. И от понимания, о чем думаю, чего жду, прихожу в замешательство. Мне становится стыдно за себя и за свои мысли.

Асхад уходит. Я уже привыкла, что он не говорит, что уходит, куда и зачем. Молча принимаю его таким, какой он есть. Несколько секунд сижу неподвижно возле фортепиано. Играть не хочется, но мне скучно. От нечего делать подхожу к стеллажам с книгами, читаю названия на корках. Беру в руки некоторые книги. Выбрав произведение в жанре автобиографии одного известного человека, не спеша возвращаюсь в свою комнату. Возле лестницы останавливаюсь, так как замечаю в холле мужчин. Все в темных костюмах, бородатые и на вид жутко опасные. Никто меня не замечает, но инстинктивно понимаю, что нужно скрыться до того, как кто-то заметит мое присутствие.

Я быстро поднимаюсь на цыпочках на второй этаж, прячусь в комнате. Прижимаюсь к двери, прислушиваюсь. Никто по коридору не идет, разборок тоже не слышно. И все же мне становится страшно. Если те мужчины пришли к Асхаду со злым умыслом, меня никто жалеть не будет.

От переживаний и дурных мыслей, начинает болеть голова. Залезаю на кровать, ложусь и пялюсь в потолок. Глаза спустя время закрываются, но я не проваливаюсь в глубокий сон. Слышу каждый шорох за окнами. Не бегу смотреть что там. Тревога уходит, когда становится полностью тихо. Только после этого, будто ослабив контроль, крепко засыпаю.