Глава 24

Артем с иронией наблюдал, как я расстегиваю ремень на его брюках, притом не отводя взгляда от его глаз. Мне не помогал, но явно наслаждался тем, как я стараюсь вовлечься в роль. Хотя при чем тут роль? Он действительно директор, а я официантка, пропустившая смену без уважительной причины. И пусть не последнюю роль играет тот факт, что само начальство мне очень нравится и разные пошлости я готова творить с ним в любое время дня и ночи.

— А может, сначала запрем дверь? — предложила я, едва удержавшись, чтобы не облизать пересохшие губы.

— Зачем? — он из своей роли вообще никогда не выходит. — Кажется, кому-то не очень нужна эта работа? Я долго буду ждать, пока ты встанешь на колени и займешься уговорами?

Хм, а эта игра все-таки заводит — вроде бы притворяемся, а дрожь по телу побежала. Артем надавил мне на плечо, но прокомментировал:

— Сюда без стука может зайти только один человек. И вряд ли ты будешь против его компании.

Я опустилась вниз, расстегнула до конца ширинку. Сначала погладила ладонью поверх белья, ощутила под пальцами напряжение и приспустила, обнажая орган. Прошлась пальцами по коже, а потом слегка тронула кончиком языка складку под головкой.

— Лиля, будь добра, — позвал Артем изменившимся голосом, — смотри на меня постоянно. И да, уже начинай, я не большой любитель предварительных ласк.

Он подгонял мое возбуждение этим давлением. Но я знала, что свободна мучить его сколько угодно. Потому хитро улыбнулась снизу и снова прикоснулась лишь кончиком, дразня. Когда он невольно подался бедрами на меня — отстранилась. Надавила ладонями на ноги, удерживая на месте, на этот раз лизнула головку и пощекотала, вызвав тихий стон. Снова чуть подалась назад и заявила, хотя мой голос тоже изменился:

— Артем Александрович, я хорошая официантка… Простите за прогул.

— Вообще-то, ты посредственная официантка. Заменить тебя сегодня было самым простым делом, которое мне вообще в «Кинке» приходилось делать. — Артем все время закусывал губу зубами и тут же отпускал, оставляя на нижней след. — Но продолжай. Нет-нет, не болтать продолжай!

Теперь я прошлась широко по всему стволу — медленно от основания до гладкой кожи на конце. И продолжила его раздражать разговорами.

— Да? Жаль. Но я все равно хотела быть барменом…

Артем все еще держался, он даже шутливый тон изображал:

— Еще ни разу не принимал барменов через постель. Надо ввести такую практику. Но ты и в этом кастинге проиграла бы — сомневаюсь, что другие претенденты осмелились бы меня изводить.

— Кто знает? Зато я быстро учусь, — отозвалась я и поцеловала в головку.

Я в самом деле собралась его дразнить до тех пор, пока Артем сам перестанет сдерживаться. Это же игра, а в нее можно играть по любым правилам! Интересно, а если я перегну палку, то он врубит режим «совсем жестокого босса» или продолжит под меня подстраиваться?

Вот только когда за спиной хлопнула дверь, вскрикнула и отшатнулась. Артем не ошибся — в кабинет метеором влетел Володя. Схватил меня за плечи, рывком притянул к себе и обнял.

— Лилечка, ты почему мне не звонишь, если что-то произошло? И на звонки не отвечала! Я чуть с ума не сошел!

— Я звук отключила, — вспомнила и заулыбалась, выглядывая из его объятий. — Извини. Знакомого в больнице навещала…

— Так вместе бы и навестили! — Володя шумно выдохнул. — Но ты и мой психоз пойми — ты же не из тех людей, кто просто так на работу не явится. Вот я и придумал себе, фантазия позволяет!

Я рассмеялась, представив Володю в палате Олега. А потом осеклась, подумав еще раз. Кстати, если Олег начнет названивать по какой-то ерунде, то почему я не могу явиться в больницу со своим парнем? С одним из своих парней… По крайней мере, в его присутствии у всех отпадет охотка садиться мне на шею. Мне в тот момент и в голову подобное не пришло, как и не представилось, что Володя до такой степени себя накрутит, если я на несколько часов пропаду из поля зрения. И теперь смеялась над его хмурым лицом, а он продолжал возмущаться:

— Нет, вы только гляньте на нее! Ладно, по-твоему, у нас нет серьезных отношений — плевать. Но позвонить-то можно? Объяснить все вкратце никак? Нет, она спокойненько существует, а потом является сюда, вся здоровенькая и раскрасневшаяся, и… — Володя осекся, наконец-то бросил взгляд на Артема, а у того только длинная рубашка слегка прикрыла расстегнутую ширинку, и констатировал: — Вы чем это тут занимаетесь?

Артем развел руками:

— Прощения за прогул у меня просим.

— А-а! — сообразил Володя. Отпустил меня и отшагнул, сразу расстегивая джинсы. — Так я тоже очень зол! Ничего страшного, подожду своей очереди.

Прошел к дивану и упал на него, раскинув руки и явно приготовившись к горячему зрелищу. Я все-таки смутилась, игра принимал уж совсем феерический оборот. Артем жалеть меня не собирался — вскинул выжидательно бровь и… прошел к тому же дивану. Сел и взглядом указал себе на пах. Додразнилась, называется. С другой стороны, почему бы и нет?

Я села на пол между ними и вобрала в рот член Артема, поглаживая Володю между ног сначала сквозь ткань. Но он быстро освободился, и рука заскользила уже по обнаженному возбуждающемуся органу. Закончить минет мне не позволили: Артем отстранил меня от себя и направил в другую сторону. Уже распалившаяся, я начала посасывать ствол Володи. Скорее всего, моя неумелость компенсировалась инициативностью. Мужчины меня не торопили и не ограничивали — я переходила от одного к другому, наслаждаясь только тем, как они оба на меня реагируют. Помогала руками, сжимала возле основания, чтобы еще сильнее увеличить напряжение, и поднимала глаза вверх, чтобы столкнуться с разгоряченными взглядами. Было очевидно, что они заводились не только от минета, но и от того, что я делаю это попеременно обоим, и ждущий своей очереди вынужден изнывать, наблюдать, а потом еще острее реагировать на ласку.

В очередной раз увлеклась и начала резко насаживаться, чтобы вобрать глубже — Володя напрягся и со стоном кончил, выплескиваясь мне на язык, а Артема подогнало это зрелище — я пальцами ощутила, как ударила теплая сперма. И все продолжала водить уже по мокрой головке, вызывая его судороги.

— Не знаю, как ты, — Володя отошел первым, но со сдавленным голосом ничего не мог поделать, — но я Лилечку уже за все простил. Теперь даже не помню, что там было-то вообще?

Артем отозвался через несколько секунд с большим трудом:

— Не знаю, как ты, но я готов дать ей должность хоть бармена, хоть президента мира.

— Нет такой должности, хитрожопый ты врун!

— Придумаю. И в штатный режим впишу. Завидуй. Ты-то можешь предложить только должность охранника.

— Точно! Лиля, будешь моим личным телохранителем? У меня есть тело, его надо круглосуточно охранять!

— Да не сможет она одновременно твое тело охранять и быть президентом моего мира. Успокойся, ты не умеешь согласовывать графики работ.

Я так и сидела перед ними на полу, с непонятным торжеством наблюдая за их удовлетворенным «обменом любезностями». Странно, я ведь осталась без оргазма, однако мне понравилось. Не в этом ли и есть смысл интимной жизни влюбленных? Тебе хорошо, когда ему — эм-м, им — хорошо?

Артем резко выпрямился, подался вперед и обхватил мое лицо ладонями, поцеловал и прошептал:

— Я побежал переодеваться. Снова. Мне реально работать еще надо. Да и этому идиоту лучше быть под рукой, у нас сегодня согласование списков новых випов. Оставайся здесь, прошу. Или пусть тебя Володя к себе увезет, а мы ближе к утру появимся и разбудим?

Я неуверенно кивнула, так и не определившись, какой вариант выбрала. Наверное, в любом случае тот, где я вновь улетаю от реальной жизни в беспробудный кайф, где вообще ничего неприятного не происходит?

Ехать до квартиры Володи было чистым щегольством — там идти-то минут десять от силы! Уж не знаю, покупал он жилье рядом с любимым клубом или, наоборот, «Кинк» строили поближе к нему, но жил Володя не намного дальше, чем Артем, почти прописавшийся в административном крыле.

В зеркальном лифте он меня целовал, но, когда дошли до двери квартиры, Володя досадливо поморщился и напомнил:

— Мне нужно вернуться, хорошая моя девочка. У нашего отбитого перфекциониста план на месяц расписан, и только попробуй отойти от этого плана…

— И что же мне здесь делать?

Я вошла в просторную прихожую, больше напоминающую холл гостиницы.

— Что хочешь. Можешь пока в белье моем порыться. — Он озорно подмигнул. — Этого развлечения хватит как раз для того, чтобы ты не успела соскучиться или разозлиться.

Я с улыбкой покачала головой:

— Да нет, я прекрасно понимаю, что могут быть неотложные дела. Только почему-то сейчас задумалась, что проще было домой добраться.

— Еще чего! — возмутился Володя. — Мы с Артемом будем раскидывать задачи настолько быстро, насколько это вообще физически возможно! И все потому, что будем спешить сюда! В твоей коммуналке обрадовались бы, если бы мы приперлись посреди ночи?

— Не думаю. Василиса Игнатьевна много чего понимает, но за такое может и вышвырнуть.

— Ой… — Володя вдруг изобразил смущенную мину. — Забыл сказать, что Василиса Игнатьевна немного на тебя сердится.

— Почему это? — я нахмурилась.

— Ну… я же сильно переживал, куда ты пропала. А за два часа я могу довести буквально любого человека до желания стрелять или стреляться…

— Что?!

— Да не переживай. Мы с ней разошлись на хорошей ноте… вроде бы. Но если вдруг тебя все-таки вышвырнут, то адрес ты теперь знаешь…

— А-а-а?! — звук этот прозвучал очень громко и с вопросительной интонацией.

И Володя трусливо ретировался, успев заверить, что ему срочно нужно спешить к жуткому Артему. А так бы он еще со мной с удовольствием поболтал, милое дело.

Квартира мне не очень понравилась. В смысле, она была гигантской, и в каждом помещении ощущалась рука дизайнера, но присутствовала лакированная безжизненность. Слишком идеальная для того, чтобы ее не только фотографировать для разворотов журналов, но и жить в ней. Я тянула время, проходя повсюду, ведь мне не запрещали. Но, если честно, обрадовалась бы даже какой-нибудь подшивке порножурналов или разбросанным носкам, — это бы просто подчеркнуло, что Володя здесь проводит много времени. Безупречный порядок как будто не вписывался в его характер — мне всегда представлялось, что вокруг Володи обязан царить бедлам и хаос. Но тут его не было — даже в раковине ни одной грязной чашки. Все понятно: армии домработниц или сотрудниц клининговых агентств налетают и создают эту атмосферу идеальности. Похожее ощущение у меня поначалу появилось и в доме Артема, но там хотя бы деревянные панели прибавляли жилого уюта. Да и Артему подобная обстановка подходит, а Володе — категорически нет. Интересно, я зачем придираюсь? Или я уже считаю себя вправе придираться?

Обнаружила и спальню, там хотя бы размеры кровати намекали на темперамент владельца. Но на стене над изголовьем висела модная красно-серая абстракция, а не мой портрет. Стало немного обидно: то ли Володя эту абстракцию считает красивее меня, то ли не смог выбить у Артема свой экземпляр… Рассмеялась собственным нелепым мыслям и осмелилась заглянуть в шкафы. Белье, футболки, часы — у всего свое место. Только последний ящик, выехавший бесшумно, заставил меня остановиться в недоумении.

Я взяла предмет непонятного назначения и тут же его откинула, когда назначение дошло до сознания. Ха, вот и нашла, чего мне не хватало, и выдохнула облегченно: это точно квартира Володи, целый ящик различных секс-игрушек от огромных черных дилдо до маленьких шариков-кляпов с ремнями. Наверное, не каждый секс-шоп может похвастаться таким ассортиментом! Когда-нибудь обязательно спрошу, для чего предназначены эти эластичные ребристые трубки слишком большой длины, чтобы я сама могла вообразить их применение.

И после этого сокровенного ящика, который явно и не думали прятать, мысли вновь потекли к моим интимным приключениям. Скорей бы мужчины вернулись! Будет обидно, если я усну, их не дождавшись. Душ немного взбодрил, после чего появилось озарение — догадалась, что до сих пор смущало в атмосфере. Порядок сопровождался таким же безупречным отсутствием запахов, которое обязательно присутствует в любом жилище. Ну, с созданием запаха выпечки я точно справлюсь!

Необходимые продукты обнаружила на кухне, пирог вышел отменным. Но я поняла, что больше на ногах не выдержу — в три часа ночи глаза закрывались сами собой. Смирилась и пошла снова в спальню. Придут мои горячие и долгожданные, когда смогут, все равно я их внимание случайно переключу с себя на дурманящий аромат пирога.

Так и уснула, а проснулась от шепота прямо в ухо:

— Лилечка, ты так славно сопишь, что у меня сердце кровью обливается от необходимости тебя будить. Но со мной заявился изверг, который меня и заставил! Он больше не может терпеть!

Приоткрыв один глаз, я увидела, что за окном уже светает. Улыбнулась от дремоты пьяно и почти сразу попала в объятия. Отметила, что прижимаюсь к голой коже груди. Начала бездумно тереться и сонно мурчать под нос. Они уже давно здесь, мокрые волосы подсказывают, что только из душа. Скорее всего, Володя ждал, когда сама проснусь, а потом не выдержал, темпераментный и неспособный долго томиться, хотя шутливо списал на Артема. Но второй тоже должен быть здесь, он всегда дает возможность Володе проявить несдержанность, когда ему хочется того же.

Сзади меня прижало второе горячее тело, полностью обнаженное, а руки Артема сразу нашли грудь и начали сжимать, возбуждая и будя окончательно. Я не возражала — сложно себе представить более приятное начало нового дня, чем такое.

Они, наверное, изголодались, раз так сдавили меня с двух сторон, а поцелуй Володи уже через пару секунд стал слишком напористым. Притом Артем себе тоже не отказывал, плотно прижимая пах к моим ягодицам. И двух минут не прошло, как мне стало жарко. Да и почему я вдруг единственная здесь одетая?

Попыталась отстраниться, чтобы об этом заявить, но Володя и сам отшатнулся, как если бы до этой секунды пребывал в каком-то забытье, дернул меня вверх, стаскивая футболку. Мгновенно прижался губами к соску и застонал от предвкушения.

Артем почти так же молниеносно избавил меня от остальной одежды. Но, сильно раздвинув мне бедра, лег в стороне, приподнимаясь лишь на локте.

— Еще, еще шире, — попросил он. — Закинь ноги на нас.

Я не успела выполнить, поскольку это сделали за меня, вынудив принять такую позу, в которой ничего не спрячешь. И побежали губами и пальцами по всему телу, постоянно ныряя вниз, между складок, но клитора лишь касались дразняще и вновь оставляли его в покое.

Изнеженная от ласк, я больше не могла этого выносить — хотелось большего. Но они будто заранее договорились мучить меня бесконечно. Я уже невольно подавалась бедрами вверх, насаживаясь на пальцы и умоляюще постанывала. Однако меня заглушали очередным поцелуем. Соски затвердели, стали чрезвычайно чувствительными, и когда Володя сильно сомкнул на одном губы, меня изогнуло вверх.

— Да чего вы ждете? — я сипела от отчаяния. — Не можете решить, кто будет первым?

— Тихо, тихо, сейчас не спеши, — прошептал Артем мне в волосы.

Я не успела переспросить, поскольку он начал глубоко и ритмично проникать языком в мой рот — это стало похоже не на поцелуй, а на сам любовный акт. И когда я вовсе не ожидала подвоха, к анальному колечку прижалось что-то прохладное и влажное. А затем я ощутила внутри палец.

Взвилась, но Артем меня не выпустил, а Володя продолжал свои странные манипуляции — он водил внутри, расширял сжатые мышцы, не делал мне больно, но само ощущение было не самым привычным и приятным. И снова ласки, заставляющие забыть о том, что происходит.

Артем наконец-то оставил мои губы в покое и перевернулся на спину, укладывая меня сверху. Но качнул головой и заставил снова приподняться, шире раздвинуть ноги и самой сесть на перевозбужденный член. Я со стоном опустилась, принимая его целиком и радуясь, что получила так давно желаемое. Быть сверху — совершенно другой опыт, приходится самой двигаться, но притом ощущать больше власти над происходящем.

Но как только я почувствовала лучший угол и поймала идеальный ритм, Артем потянул меня на себя, укладывая. Сжалась, понимая, что Володя теперь пристраивается сзади. Боли я боялась невероятно — ее возможность даже в таком возбуждении охлаждала пыл.

— Сейчас просто подождите, — у Володи голос вибрировал от перенапряжения. — Лиль, я очень, очень аккуратно. Чувствуешь?

Еще бы я не чувствовала! Это не палец, член даже по смазке входил с трудом, а я разрывалась от ощущений. Артем придерживал меня за бедра, напряженный орган пульсировал внутри, а Володя входил — мягко, но настойчиво. Отступал, чтобы при следующем толчке войти глубже. К ужасу своему, от двойного давления я почувствовала резкий прилив возбуждения. А ведь он даже не начинал меня трахать в привычном ему ритме.

От переизбытка эмоций я вцепилась зубами в нижнюю губу Артема, постаралась взять себя в руки и просто целовать, но меня постоянно срывало в ощущения. Оргазм приближался не постепенно, а какими-то рывками на каждом общем движении. Володя, удостоверившись, что не причиняет мне дискомфорта, начал ускоряться — и его движения толкали меня. Еще мощнее, быстрее — и одновременно я насаживаюсь на Артема. Зажмурилась, застонала, из глаз брызнули слезы. Да что они со мной делают? Хочется кричать, но из открытого рта выбиваются лишь протяжные стоны. Я кончила еще через несколько толчков, ослабла, но они все не унимались, а Володя и вовсе отпустил тормоза, входя уже без труда в податливое тело. Еще и Артем присоединился, подаваясь бедрами в своем темпе. (3303c)

— Хва-атит… — не знаю, смогла ли я это прошептать или уже в бессознательности хныкала. — Я свихнусь… Как же хорошо…

Усмешка в затылок и еще более резкие движения. Они словно теперь не соревновались, не подстраивались, а просто имели меня так, как каждому удобно. И я между ними — стонущая уже по инерции и не способная даже одну мысль поймать. Понятия не имею, кто дошел до оргазма последним — к тому моменту от меня вообще ничего не осталось. И когда они все же вышли, тело заныло от опустошенности.

И что же? Эти животные мне даже уснуть не позволили! Утащили в душ и усердно намывали, трогая вообще везде, рассматривая, обмениваясь тихими фразами и веселыми улыбками. Придерживали, к счастью, чтобы я на ослабевших ногах вниз не рухнула. Хотя куда здесь рухнешь, если тесно почти так же, как было недавно в кровати? Откуда-то появлялась энергия, но она же заставляла дрожать, стоило только вспомнить недавние впечатления. Внизу немного тянуло, но я не обращала внимания — знала, что не просто хочу подобное повторить, а если не предложат они, то сама взмолюсь. Вот только в следующий раз очень постараюсь не выдохнуться так быстро, я ведь большую часть процесса пропустила! Нет ничего хуже, чем в такой гонке оказаться самым слабым звеном и испытать оргазм первой.