Глава 10

Когда открыла глаза, поняла, что нахожусь в каком-то лесу. Неимоверно высокие деревья, с белыми стволами редкими и тонкими с мизерным количеством узких листьев ветками сплошь простирались в пределах видимости. Небо было серым, тяжелым, солнца не видно.

Все тело ныло, мелко подрагивало, но двигалось. Голова словно после сильной пьянки, только боли не было. Я попыталась сесть, земля была очень холодной, но попытка оказалась неудачной.

– Зачем ты побежала? – поднявшись, тихо спросил шеф.

– Не знаю, а где мы? – с трудом ответила я, не узнав свой голос.

– Где-то здесь – он помог мне подняться.

– Дура ты, – сказал мне поднимающийся Игорь и зачем-то улыбнулся. Искренне.

– Что теперь делать? – я проигнорировала Игоря, который помогал остальным.

– Нам нужно туда – махнул лапкой сурок – Портал хороший, большой. Наши делали. Только для чего? Эта ловушка, явно не на маленькую рыбку, тут что-то не то.

И с этими словами залез в лежащий на земле рюкзак и мгновенно заснул. Я совершенно не помнила, как его сняла. Более того, после всех приключений, я оказалась совершенно чистой. Но вот щека саднила.

Дима молча надел на себя рюкзак- «кенгуру».

– Идемте что ли – шеф первым двинулся по направлению, указанному сурком.

Мы последовали за ним.

– Если сурок сказал, что это его мир, то получается это сопряженный мир и у них тут, как бы будущее – рассуждал тихонько сзади Дима

– А значит, мы можем решить все вопросы с местным начальством, и попросить отправить нас обратно, в наш мир. – отозвался Игорь

– А если он ошибся? – предложил Дима.

– А если он ошибся, то мы дойдем до ближайшего населенного пункта и попросим помощи. По месту уже будем разбираться, что и как. – шикнул на него Игорь.

Если бы я чувствовала себя немного лучше, то обязательно бы обсудила все произошедшее. Вопросы возникали и таяли, как будто их кто-то стирал из моей памяти.

Шли мы достаточно долго, я совсем потеряла счет времени. Ноги ныли, и двигаться не хотели совершенно. Я была уверена, что именно так себя чувствует зомби после воскрешения.

– Пришли! – тихонько оповестил шеф.

За спиной я услышала восхищенные вздохи ребят. Сама же не могла издать и звука, то ли от того, что горло саднило от криков, то ли от того, что увиденное привело меня в полнейший шок.

Мы стояли на небольшом пригорке, отделяющим лес четкой границей. Перед нами, панорамной картиной, простирался удивительный город.

Я немного по-другому себе представляла футуристические города. В моем воображении они были неимоверно большими с колоссальными небоскребами, многими ярусами жизнедеятельности, огромным количеством населения, летающими автомобилями, космопортом и другими благами необходимыми для проживания города того времени. Перед нами же был, не крупных размеров городок, я бы даже сказала – поселок, сплошь уставленный небольшими домиками, разного размера. Какие-то были в форме шара, но в основном напоминали пчелиные соты. Над улицами висели в воздухе огромные шары и светились мягким белым светом, видимо исполняя роль фонарей и разгоняя ранние сумерки и туман. Весь город закручивался по спирали (или раскручивался, это как посмотреть). В центре находилось очень большое здание в виде буквы «О» с двориком внутри. Вот и все разнообразие архитектуры. Все строения были белого цвета. Растительности по минимуму.

– Это не поселок, а лабиринт минотавра – В первый раз подала голос Надя.

– Это очень большой город – проворчал до этого спавший сурок – Более того – это мой город. Во-первых, видно не все, многое скрывает «остаточный туман», а во-вторых девяносто процентов города находится под землей.

– Что такое «остаточный туман»? – заинтересовался Дима

– Остался, после войны, уже больше четырехсот лет не осядет.

– И часто у вас войны? – подала голос Таня

– Нет, примерно раз в пять тысяч лет. Плохие люди, они ведь всегда есть.

– Раз в пять тысяч лет – это хорошо, у нас чаще. – снова отозвался Дима.

– Здесь продолжительность жизни больше. Идите. – Сурок заскребся в своем домике – А еще лучше, давайте разделимся, мне нужно подстраховаться, мальчики пусть со мной к моему знакомому сходят, мы ему НИВУ отдадим. Он уже ее передаст куда надо, за одно и выспросим все. А вы идите в центральный дом, там у нас местное правительство. Объясните ситуацию, подождете нас. Они должны помочь.

– Хорошо, – шеф согласно кивнул – Дима, Игорь и Надя пойдут с тобой, остальные со мной. Будьте осторожны, не доверяйте никому. Встретимся позже.

Все было настолько странно. Как можно разделяться в незнакомом месте? Для какой цели мы сюда попали? Что вообще происходит? Это изначально входило в их план? Вопросы появлялись в голове и исчезали, оставляя чувство опустошенности. Как только я пыталась анализировать ситуацию – появлялся жуткий приступ тошноты и головной боли. Все исчезало, вместе с забытыми мыслями.

Мальчики и Надя с животным подошли к одному из домиков и вошли во внутрь, мы же продолжали двигаться к центру города, к зданию в форме бублика.

То ли плохо мы рассчитали, то ли плохо рассмотрели, но сурок был прав, город был намного больше, чем он нам показался изначально и зданий оказалось гораздо больше. Возвращаться на пригорок и проверять правильность маршрута, у меня желания не было. Шеф же очень хорошо ориентировался в этом странном лабиринте, указывая нам путь.

Нам никто не препятствовал, улицы были практически пусты. Мы с Таней, натыкались на разные вещи, значения которых нам были неизвестны и тихонько это обсуждали. Бультерьер же, как никогда соответствовал своему прозвищу, с суровой миной на красивом лице, олицетворял желание нас убить за промедление. Но к действиям не приступал и почти ничего не говорил. Даже на душе потеплело, такой начальник был привычнее.

По дороге я чуть не врезалась в откуда ни возьмись появившуюся плавающую прямо в воздухе крупную сиреневую рыбу, она плавала только в определенном месте, по повторяющейся траектории и на ощупь оказалась довольно мокрой и неприятной. Ну хотя бы рыбой не воняла.

– Может это у них эстетика такая – сказала Таня, усмехнувшись моему сморщенному от отвращения лицу – как у нас картины. Только шевелятся вполне реально.

– Или реклама очень натуральная – отозвалась я, украдкой нюхая и вытирая руку об костюм, платочек взять я не догадалась.

Шеф продолжал идти вперед, аккуратно обходя вновь и вновь появляющихся собачек, кошечек и прочую живность, которая возникала у нас на пути и не испытывал от этого дискомфорта. Улица шла под уклон, одинаковые строения и двери ничем не отличались друг от друга.

Наконец, рядом с возникшими совокупляющимися крупными кроликами, шеф свернул к зданию, и мы пошли за ним.

– Почему именно сюда? – Спросила тихонько я.

– Потому что сюда – коротко бросил он не останавливаясь.

Нужная нам дверь оказалась мембранной и бесшумно расползлась, подстраиваясь под габариты проходящего.

Мы вошли, но в помещении никого не было. Пространство определенно напоминало кабинет. Стол, из твердого вспененного материала, такие же стеллажи, уставленные разными геометрическими фигурами, на столе умывается рыжий котенок, похожий на встречаемых нами животных. Экзотические диваны и кресла расставлены повсюду.

– Подождем – сказал шеф и уселся на диван.

Мы, не раздумывая, последовали его примеру.

* * *

– Сейчас мы сядем на флобус и съездим к одному моему знакомому. Он должен мне помочь. – озвучил общие действия сурок.

– О, прокатимся на местном транспорте – оживился Игорь.

Действительно сзади приближался агрегат, смахивающий больше на плоскую белую кляксу. Поверхности он при этом не касался.

– На магнитной подушке? – заглянул в приличный просвет Дима.

– Принцип похож. – отозвался из рюкзака сурок – Приложите свои руки к боку обшивки, чтобы мы могли попасть внутрь.

Все послушно приложили. Металл под руками сразу же начал светиться и теплеть. Над каждой из приложенных рук появился значок видеокамеры, а в местах прикосновения остались четкие отпечатки ладоней.

Внутри было уютно, хоть и без окон, по всему периметру расставлены мягкие светлые диванчики, на каждом из подлокотников прикреплены небольшие мониторы и посередине помещения в воздухе вращался шар, переливаясь всеми цветами радуги.

– Дискотека века? – кивнула Надя на шар.

– Для красоты – отозвался выглянувший сурок – это искусственная копия редкого животного – косипсиуса. Он вымер много лет назад.

– Обалдеть, животное – хмыкнула девушка.

Как только все сели, на мониторчиках высветились карты.

Сурок снова проинструктировал, как нужно отметить точку прибытия.

– А разве животные в виде шара бывают? – поинтересовался Игорь, продолжая ковыряться в мониторе.

– Учитывая где мы и как сюда попали… – хмыкнул Дима.

– А откуда он взялся этот… трамвай? – девушке было явно не по себе, она дрожала мелкой дрожью – когда мы вошли в домик, перед нами оказался только этот широченный тоннель, никакой техники не наблюдалось.

– Это долго объяснять, все равно не поймете. – сурок вылез и снова залез в рюкзак.

Проем снова открылся.

– Что-то не так? – вскинулся Татаренко – у нас не получилось?

– Нет, просто мы прибыли, выходим. – свистнул Сурок

– Быстро, у нас бы так – восхитился Игорь, поднимаясь.

– Этот транспорт перемещается медленно, можно было и побыстрее добраться, но нам это не нужно, мы же так сильно не спешим. – сурка начала раздражать неосведомленность спутников.

Все вышли. Тут то и бросилось всем в глаза бледно-зеленое лицо Нади.

– Мне нехорошо – выдавила она.

– Ты не беременна мать? – хохотнул Дима. – выглядишь пиздец токсикозно.

– Нет, мне кажется, я скоро умру. – девушку уже колотило, как в лихорадке

– Не ссы – Дима хлопнул ее по плечу, продвигая к выходу – в твои предсказания только Кира верит, а значит ни хрена с тобой не случится.

– Подожди – Игорь забеспокоился, он-то девушке верил определенно – смерть не живое существо и не сгусток энергии. Это переход души из одного состояния в другое. КАК ты можешь что-то такое чувствовать?

– Умру только я, – Надя говорила отрывками, вытирая пот с лица рукавом – не нужно делать страдальческие лица. Цветов не надо. – Резко убрав волосы назад, и завязав их в неаккуратный узел, она пошла вперед быстрым шагом. Опешившие парни не спешили за своей спутницей.

– Отче наш, иже еси на небеси… – начал, подвывая, бурно креститься Татаренко и ржать.

– Да блядь харэ! – подпрыгнул от неожиданности Игорь – вы тут что, все с ума по сходили? Уймись протоирей Дима, без тебя тошно.

– А что? – забавлялся парень – Меня в детстве бабушка всегда в церковь водила.

– Заметно. Видимо там ты и ебнулся… – Кохенсон заметно нервничал, ему было не до смеха.

– Попизди мне… – беззлобно возмутился Дима

– Это произошло где-то в другом месте? – нервно перебил его Игорь.

– Ну, чего стали, пошли уже – прокричала всегда тихая и спокойная Надя, заставив парней еще раз вздрогнуть.

– Правда, пошли уже – согласился Дима, растеряв все веселье.

Они вышли на улицу.

Тут присутствовало некое изменение пространства, иначе объяснить было невозможно, почему сразу за мембранной дверью оказался выход на улицу, если за спиной был подземный тоннель.

– Входим в дом наискосок, спустите меня на землю. – засуетился Сурок.

Парни переглянулись. Им хотелось много что обсудить, но они пока откладывали. Отчасти от того, что друг другу не доверяли, отчасти от того, что не общались в обычной жизни.

Поджимая от холода лапки, животное побежало в дом. Через некоторое время оттуда послышался свист сурка. Ожидавшие ребята приняли это за приглашение и пошли к дому.

Пространство вокруг строения окружало заграждение больше напоминающее высокий бордюр, назначение его было неизвестно и все собрались дружно его перешагнуть, как на встречу уже несся свистящий сурок. Короткая шерсть на нем встала дыбом, не хуже, чем у кота, а глаза так и норовили вылезти из орбит. В пределах видимости границ «бордюра» земля стала наполняться жидким голубоватым огнем.

– Бежим! – Возопил совершенно не обожженный сурок и с небывалой прытью запрыгнул на руки к Диме.

Не ожидая такой ловкости от довольно крупного и неуклюжего животного, Дима клацнул зубами и сильно прикусил язык.

Убегали быстро, но не долго.

– Что это было? – прохрипел Дима, остановившись и гоняя во рту прикушенный язык.

– Охранно-паралитическая сигнализация. Через час пройдет. – Сурок говорил с пришамкиванием. Потом весь напрягся, выпучил глаза, да так и застыл с оттопыренной передней и задранной задней лапами, будто потягивался.

– Эй, ты чего? – Начал тормошить животное Дима.

– Парализован – констатировала Надя, потрогав животное за голову и закрыв ему глаза – давайте подождем, пока его не отпустит.

– Где? – окинул рукой местность Игорь. – Нам час ждать, судя по всему.

– Можно найти лавочку – неуверенно предположила девушка.

– Ты видела здесь лавочки? Я нет. – Поддакнул парня Дима

– Какое-то неправильное будущее. – Возмутилась девушка – Нет ни лавочек, ничего, тротуаров и то нет.

Действительно, дорога больше походила на узкую улочку, отделявшуюся от домов, только высоким выступом.

– Тогда погуляем вокруг. И внимание привлекать не будем и не уйдем далеко. – предложил Дима.

Девушка кивнула, ее явно знобило.

– Ты не заболела? Может у тебя температура? – забеспокоился Игорь.

– Нет, все нормально, просто волнуюсь. – она вымученно улыбнулась – Знаешь, – она взяла Диму за руку, ее руки были ледяные и влажные – Ты прости, если что не так. Я знаю, что всегда провоцировала тебя на скандал, но ты же добрый, ты все равно меня простишь.

Дима кивнул, аккуратно освободился от рук девушки и отошел к Игорю поговорить, пока девушка отошла на достаточное расстояние и не слышит.

– Слушай, мне кажется она в конец того… – он покрутил пальцем у виска.

– Чего? – обернулся парень, поправляя свои безупречно уложенные волосы.

– Ну… свихнулась… – Дима вдруг решил поделиться с вынужденным напарником – Прощения просила, за руку подержала. А ты чего молчишь, ты тоже какой-то сам не свой.

– Ты знаешь… все навалилось… – Парень расстроенно вздохнул и нехотя продолжил – Мы неизвестно где, нервы на пределе, Надя про смерть что-то несет, ты вдруг молиться начал, а еще мне перед Кирой капец как неудобно. Она овечка конечно, бесит меня своими вечными лошарными поступками, нюня бля, но все равно, неудобно.

Дима неприязненно посмотрел на Игоря, откровения были так себе конечно, но ожидаемыми. А потому позволил ему выказаться. Он всегда уважал чужую точку зрения. С Игорем он был не согласен на счет Киры, она была как сестра. Ее хотелось защищать. Но и не согласиться, что девчонка часто поступала как слабохарактерная чуча не мог.

– Ее, когда тащило, – продолжил Игорь, желая высказаться – Надюшка ей в ногу вцепилась, как акула, думал, выломает стопу девчонке, я давай руки ей разжимать… помочь хотел… Мне так неудобно, блин, со стороны выглядело наверно жутко, все держат, стараются, а я руки разжимаю. Как ты думаешь, она запомнила этот эпизод? – он с раскаянием взглянул на парня – Нужно же было еще сцепку держать, чтоб все вместе в портал вошли.

– Думаю, вряд ли, она помнит, – успокоил его Дима – я сам не все помню, хотя страха она натерпелась о-го-го, на хера она туда только так быстро побежала?

– Я так понял это какой-то побочный эффект… ее личный. – парень закинул руки за голову и потянулся, потом внимательно посмотрел на Татаренко и продолжил – Вы с Мишей, по любому, ей не сказали, что порт «наши» открыли… Хотя реально бежать не стоило, по инструкции нужно «проходить – медленно, за руки держаться – крепко», видимо это важно.

– Да, если она это запомнила, то будет не в восторге, – хмыкнул Дима, проигнорировав часть фразы – вы и так врагами ходите, а то вообще вендетта начнется. Юрич тоже хорош, хоть бы предупредил про побочку, девчонка могла и заикой остаться.

– Скорее всего, решил, что она вообще не пойдет. А она тут капец как нужна, сам знаешь – Игорю было не свойственно откровенничать с людьми, которым он плохо доверял, но сейчас обстоятельства были однозначно другими.

– Ну да – кивнул Татаренко, наблюдая за стоящей поодаль Надей, она рассматривала небо и мелко дрожала – Но это не повод так над психикой издеваться. Мог мне сказать – буркнул он – Слушай, а они встречаются сейчас или нет? Я у Киры спрашиваю, а она все в штыки берет и психует.

– Ну, вы и друзья! – Фыркнул Игорь – Даже ничего друг про друга не знаете. Сам на девчонку запал?

Дима посмотрел на него как на придурка и промолчал.

– Нет у них ничего сейчас, но определенно было. Миша об этом молчит, как рыба об лед. Даже мне не говорит. Если бы меня не атаковали его бывшие бабы, то может, и я бы ничего не знал бы.

– Сплетни-сплетни – восхищенно потер ладони Дима – ну давай делись, я в предвкушении.

Игорь хохотнул, но решил поделиться. Все-таки мужчины гораздо большие сплетники, чем женщины.

– Недавно я встретил Настю, бывшую Мишину жену, она утверждает…

– Ты с ней спишь? – нетерпеливо перебил Дима.

– Фу, нет, я свой член не на помойке нашел, у меня большой выбор и без этих шмар. Хотя она была настойчива…

– Так что там жена сказала? – напомнил Татаренко

– Она сказала, что, по словам последней бывшей Мишиной пассии, они продолжают встречаться и собственно с ней, с Аленой он из-за этого и расстался четыре года назад, как раз тогда Кира и пришла к нам. Но я в эти бабские сплетни не верю, потому что Миша никогда бы не стал поднимать «наверх» свою любовницу, а принимать на работу тем более бы не стал. Он вообще, среди сотрудников ее бы не заводил.

– У них по любому сейчас что-то есть – не сдавался Дима – уж слишком сильно он ее выделяет. В последнее время особенно, как-то очень уж лояльным стал по отношению к ней, прощает ей все, внимательный такой.

– Ха, а она, тут же не будучи дурой, на шею села.

– Бабы, что с них возьмешь. – пожал плечами Дима

Сурок начал шевелиться.

– Идите к флобусу. – Еле слышно прошамкал он.

– Да, мы же отлично здесь ориентируемся. Куда конкретно? – поинтересовались парни.

Сурок с трудом высунул мордочку из кармана и огляделся.

– Через два дома по правой стороне входите, там тоннель будет.

– Уже почти вошли в один… Чуть не парализовало, хорошо хоть часа ждать не пришлось. – возмутился Дима

Но указаниям последовали.

– А этот дом без «бордюрчика»! – указала Надя на нужный дом, когда компания приблизилась к очередному искомому объекту.

– Значит, входим, надеюсь, здесь пройдет без эксцессов. – Игорь вошел и пригласил всех следовать его примеру.

* * *

У меня все отлично, настроение прекрасное, мои длинные белые кучерявые волосы колышет теплый летний ветер (я не помню, когда они только успели вырасти, и почему я не крашеная, а опять блондинка), я лежу в лежаке у бассейна на корабле – у меня круиз. Лайнер красивый, белый и большой-большой с огромным количеством этажей и маленьких круглых окошечек. Вокруг море, ласковое, синее. Тихо плещется и что-то нашептывает, нежно покачивая корабль, давая умиротворение и наслаждение моментом. Запах морской соли и крики чаек мне совершенно не мешают наслаждаться отдыхом, наоборот, только добавляют комфорта. Небо светло-голубое, без единого облачка, так и смотрела бы в эту завораживающую бездну. Вдруг солнышко, как в сказке, вытягивает лучик к воде и касается им одной из волн. Обласканная волна тут же вырастает до неимоверных размеров рядом с кораблем. Подходит ко мне. Вытягивает мокрые и холодные водяные руки. Хватает меня за плечо и начинает теребить. Больно, между прочим, у меня там синяк…

– Проснись, Кира, ну проснись, ну Кира-а-а.

Я с трудом, разлепляю глаза и вижу Таню, теребящую меня за плечо.

– Такой сон испортила, вот блин. – бурчу я пытаясь вернуться в круиз.

– Проснись, сюда кто-то идет – уже шипит Таня.

– Ну и что, пусть идет, а я еще посплю. – но сон уже улетучился

– Нас убивать идут! – еще раз тряхнула меня за плечо девушка.

– Что?! Кто?! – Я села и окончательно проснулась. Оглядевшись, вернулась в реальный мир, то есть тот в котором мы оказались.

– Пока не знаю, но думаю, это был лучший способ тебя разбудить.

Вот же зараза!

– Спасибо, добрая девочка, низкий поклон тебе до земли, всех благ тебе к осуществлению, – я говорила таким тоном, будто проклинала, а ее улыбка расползалась все больше и больше – еще раз так сделаешь, я убью тебя, лично и с особой жестокостью, поняла?

– Поняла – максимально широко улыбнулась Таня.

Продолжить мне не дали. В кабинет вошли двое мужчин и уставились на нас, как на пришельцев, хотя, сказать по правде, мы ими и являлись.

– Вы кто? – Спросил один из них.

И вот тут-то и началось САМОЕ интересное.

Я вдруг обнаружила, что, зная очень многое о работе организации, даже и не догадывалась о некоторых спецпроектах. И не убьют ли тебя, после того, как ты узнаешь еще больше?

– Мы ваши партнеры… – спокойно начал шеф и стал перечислять какие-то факты, фамилии и еще что-то, что я если честно прослушала, войдя в ступор после первой фразы – … хотелось бы увидеть вашего…

Я сидела в полной прострации, не слушая речь, потому что мыслительный процесс снова стал сопровождаться сильной головной болью и тошнотой. Таня делала вид, что так и должно быть, проникнувшись важностью момента, а шеф увлеченно вел переговоры.

– Я главный управляющий… – пришлый мужчина кивнул вошедшему с ним молодому человеку и тот удалился.

– Извините, но я вас не знаю – шеф был явно насторожен – мы до этого работали с другим куратором, именно с ним мы связывались все эти годы и именно с ним заключали договор о сотрудничестве, правда его временно приостановили… собственно поэтому мы здесь.

Ха, так мы тут не случайно! Мысль тут же была сопровождена дичайшей болью. Я зашипела и схватилась за виски.

Юрич тут же обеспокоенно взглянул на меня.

– Предыдущий куратор, – отозвался его собеседник, уводя внимание на себя – уже более трех месяцев находится под арестом за несанкционированный доступ в сопряженные миры и нарушение их экологии. А также за вмешательство в ход истории сопряженных и более отсталых миров с целью порабощения и установления собственного господства. – мужчина говорил так, будто зачитывал с листа.

– Я, Михаил Юрьевич Полянский, представитель одного из сопряженных миров, это – он указал на, словно проглотившую кол Таню и заспанную, и помятую меня – мои коллеги. Скажите, как я могу быть уверен, что вы тот, за кого себя выдаете.

Мужчина вздохнул и как-то по-детски грустно улыбнулся. Потом достал из стола какую-то бесформенную вещицу и вручил шефу. Тот покрутил в руках кивнул и вернул.

– Вы знаете – сказал мужчина, садясь в кресло за столом – этот аргурх заварил кашу, а я расхлебываю. Буквально вчера была официальная делегация из пятого смежного мира, очень красивый мир, знаете ли, был. Их представители требовали вернуть утраченные жизни погибших, из-за сильнейшего взрыва учиненного, моим предшественником. Но мы не можем им помочь! В нашем мире, самые передовые технологии, но мы не боги. Наши медицинские возможности позволяют вернуть человека к жизни лишь в течение трех суток после смерти, но и это при условии, что в течение шести минут после остановки работы жизненно важных органов был введен специальный препарат, останавливающий разложение клеток. Есть, конечно, возможности оттянуть неизбежное и на более долгий срок, но тогда человек должен быть жив! А там все погибшие превратились в пепел.

– Ого, это что у них там такое рвануло? – удивилась я, нагло влезая в разговор и тут же жалея об этом, голова здесь работать без боли отказывалась.

– Всего лишь самоликвидировался биоробот. – пояснил мужчина мне и снова повернулся к шефу – Я знаю, что вы мне не склонны верить, но поверить придется.

– В нашем мире тоже есть биоробот – тихонько сказала я Тане, массируя виски, та лишь молча округлила глаза – Значит, нам тоже угрожает опасность!

– Что значит, есть? – услышал меня мужчина.

– Есть – значит умер и лежит, а лежит – значит- есть – крайне туманно объяснила я.

– Скажите, чем вы нам сможете помочь? – вклинился в разговор шеф,

– Мы обязательно постараемся вам помочь, сейчас определим откуда вы.

– Для вас мы номер двадцать один, – шеф уже с откровенным беспокойством поглядывал на меня – хотя в ходе последних событий, я уже не в чем не уверен. Если есть возможность уточнить, то сделайте это, пожалуйста.

– Подождите немного, вашу информацию проверяют. А пока скажите, как долго биоробот пролежал в недееспособном состоянии? – мужчина уже с кем-то связывался, нажимая что-то прямо на столе.

– Два дня по нашему времяисчислению.

– Так, – начал рассуждать вслух мужчина, еще быстрее проводя манипуляции – если перевести на наше времяисчисление…

– Двадцать четыре часа, в часе шестьдесят минут, в минуте шестьдесят секунд. – послышался приятный женский голос ниоткуда.

– Значит, лежит он уже… примерно, одни наши сутки, у нас в запасе еще четверо, то есть ваших восемь суток. Нужно спешить. – заключил мужчина.

Одновременно с этим он погладил котенка. Котенок тут же перестал умываться и уселся на задние лапки, а передние поднял вверх. Между ними образовалась прозрачная розовая сфера, которая быстро стала увеличиваться в размерах. Приняв размер футбольного мяча, она замерла, и на ее поверхности отчетливо проступили незнакомые нам буквы. Хозяин кабинета потыкал в них пальцем, и сфера приняла образ незнакомого нам человека в масштабе бюста, который стал расспрашивать нашего собеседника и постоянно оборачиваться на нас. В ходе разговора оказалось, что вход в наш мир в связи с карантином давно опечатан и вообще мы можем оказаться врагами, поэтому нас не мешало бы на всякий случай арестовать.

Замечательно.

– Может, что-то хотите? – устало спросил мужчина, когда сфера исчезла и котенок снова стал умываться. – Кофе?

– У вас есть кофе? – оживились я и Таня, которая все это время хранила торжественное молчание и неестественно выпрямленную спину.

– Да, если, конечно, мы с вами говорим об одном и том же.

– А можно в туалет? – Не тактично влезла я, чувствуя, что терпеть больше нет сил.

– Да, а кофе? – отозвался мужчина

– Обязательно, но сначала – туалет!

– Проходите. – Он сделал какую-то манипуляцию на столе, и часть стены самостоятельно отъехала.

Я вошла, и стена за мной снова бесшумно закрылась. Я оказалась в небольшой, абсолютно пустой квадратной комнате средних размеров, затянутой сверху до низу в нежно фиолетовый резиновый материал.

– И куда они это делают? Ну не на пол же, в самом деле – сказала я вслух сама себе. – Эй! – уже громко крикнула я – я не знаю, как вы пользуетесь этими передовыми технологиями!

Дверь снова отъехала, и в комнату вошел шеф.

– Снимай штаны – скомандовал он сходу.

– Прямо при вас? – уставилась я на снова закрывшуюся дверь и покраснела – я так не могу… при ком-то…

– Господи, да! Если хочешь в туалет!

– А без этого ни как? – все еще торговалась я.

– А ты это делаешь, не снимая штанов? – вопросом на вопрос ответил мужчина, не отводя пристального взгляда.

– Ну это уже слишком интимно, я все равно не смогу… – Буркнула я, понимая, что не время спорить – Тогда хотя бы отвернитесь…

Он послушно отвернулся к двери. Я же быстро принялась оголять свой зад.

Боже мой, какой позор, я при этом мужчине оголяюсь, чтоб сходить в туалет. Что я делаю?!

Еще только приспустив штаны, и явив этому незнакомому миру свою филейную часть, обтянутую кружевным бельем, как сзади меня образовалось, совершенно ниоткуда, нечто. – Ярко фиолетовый в ядовито розовый цветочек унитаз, в виде морской раковины с ободком из натурального меха, той же расцветки.

Жесть.

Такое чудо ранее мне видеть не приходилось, и я так и застыла в неуверенности, что он предназначен для тех самых целей, которые меня заставляют слегка пританцовывать.

– Вааааау!!! Как на это вообще можно сесть! – подала я голос

– Если, ты не сделаешь, то за чем пришла – отвлек меня от созерцания, не оборачиваясь, шеф – то он исчезнет.

– Вы не выйдете, а то у меня не получится!

– Кира… блин… Ладно.

Он повернулся, посмотрел на меня как-то странно и вышел. Я облегченно облегчилась. Слава богу на унитаз. Не успела я встать, как сантехническое произведение искусства этого мира снова куда-то делось. Совершенно беззвучно, будто растворилось в воздухе. Стоять и удивляться со спущенными штанами, смысла не было, пришлось одеться.

А вот выйти не получилось. Дверь не открывалась, но зато в углу появилась раковина с очень уж затейливо изогнутым краном в форме спирали. Они тут тоже чистоту соблюдают, согласно кивнула я и помыла руки, которые тут же высохли. Такого похода для совершения естественных потребностей в моей жизни не было никогда. Что же будет дальше?

Шеф вошел в процессе мытья рук и присоединился. Вообще-то стучаться нужно, вдруг я тут без штанов.

– У тебя что-то болит? – спросил он прямо, отряхивая уже сухие руки.

– Да, голова, – я честно призналась – выборочно как-то, когда что-то обдумываю или размышляю, а так не болит. Сейчас нет, не болит.

Он кивнул.

– Постарайся расслабиться, хорошо? Пока так. Но мы решим эту проблему – он легко улыбнулся, резко сжал мою руку и отпустил.

Я молча вышла, никак не среагировав на его слова и действия.

Таня и тут же присоединившийся к ней Михаил Юрьевич тут же стали пить кофе будущего и есть бутерброды трех видов неизвестного происхождения, поданные на обычном подносе. Одни были намазаны чем-то зеленым похожим на желе, на других сверху покоилось нечто розовое в ярко синюю точку, жутко похожее на очень больную и уже давно дохлую рыбу, а на третьих лежало то, что своим видом и запахом мне напомнило отварного кальмара. Его-то я и взяла.

Таня тут же начала мне подавать какие-то знаки руками и дергать головой, как энцефалитный дятел, я ничего, так и не поняв, засунула еду в рот и стала усиленно жевать. С каждым движением моей челюсти Таня менялась в лице, а шеф вообще отвернулся. Я не смутилась, и как только рот освободился, и тут же запихнула туда следующий точно такой же кусок. Вкус был не дурен, напоминал и рыбу, и курицу одновременно. Таню передернуло.

– А с чем бутерброды? – поинтересовалась я, беря такой же третий.

– Не понял? – шеф дожевывал «зеленый» бутерброд.

– Что это? – я показала пальцем на лежащий сверху своего бутерброда кусок и тут же засунула его в рот, хлеб, кстати, был обычным и от нашего батона практически ничем не отличался, ну, может быть, был чуть кислее.

– Лучше не знать – он отвернулся, отвлекаясь на кофе.

– А-а…. это сырая прямая кишка большого морского червя, правда, вкусно? – пояснил наш новый знакомый, радуясь, что хоть кто-то разделил его гастрономические пристрастия.

Скажу честно, привлекательность бутерброд потерял мгновенно и основательно. Более того, съеденные мною до этого продукты просились назад, видимо, им хотелось лично взглянуть на еще одного любителя экзотической кухни. Пришлось найти в себе силы «угукнуть» и с трудом проглотить уже разжеванную часть и быстро запить это самым обычным кофе. Ну хоть что-то.