Глава 11 · Допросная

Хм… нет, я наверное что-то не догоняю, но мне же сейчас кусок в горло не полезет, если он так и продолжит на меня пялиться!

Я уже вымыла руки и сидела за столом, ожидая вкуснейшего, судя по запахам, обеда, а Снежок подпирал плечом холодильник и о чем-то тихо разговаривал с Инной, не забывая протирать во мне дыру. И разговаривал снова не по-русски! А с этикетом у них, судя по всему, не очень… типа меня тут нет. Ну, нет, так нет. Хотя, интересно ведь! Э-э-эх… и что я в ин-яз в свое время не пошла? Базовый английский-немецкий у меня в принципе был неплох, даже сейчас кое-что помню. Вот только они на другом совсем болтают… да ещё так увлеченно. Меня кормить сегодня будут, нет?! О, будут. Мяс-с-со!

Плюнув на невежливого Снежка, я опустила взгляд в тарелку и не поднимала, пока не подчистила её всю.

– Спасибо, Инна.

А теперь забьем на вежливость и… уйдем по-английски, не прощаясь. Встала из-за стола и, отнеся тарелки в мойку, тут же развернулась и отправилась к себе – невозможно тянуло в сон и я собралась действовать строго по намеченному ранее плану, а именно – поспать. И без вариантов! Надо будет – разбудят. Если смогут…

Не дошла… вот коты! Ёшкины!

– Валерия! Нам надо поговорить.

Хм… а когда ему надо, он говорит практически без акцента. Вот только мне это не надо, успеем ещё наговориться. Развернулась к догнавшему меня на середине лестнице мужчине и недовольно нахмурилась, обнаружив его слишком близко. Да что ж такое-то?!

Перешла на ступеньку выше, уже лучше. Мы даже почти одного роста теперь.

– Уважаемый! Вам надо? Говорите. С кем-нибудь. Мне не надо, я вообще спать хочу, – и не дожидаясь ответа… Ну что он может цензурного на это ответить? Вот-вот… Так вот, не дожидаясь нецензурного ответа, я развернулась, фыркнула и отправилась спать.

Только тогда, когда я поднялась ещё на пролет, мужчина похоже опомнился и всё-таки сказал. Что именно, я не поняла, но по тому тону и экспрессивности, с какой это было произнесено, то, что это именно нецензурщина, понятно было. Ну поду-у-умаешь! Какие мы обидчивые… а вот так-то!

Глупо, но довольно хихикнув, я продолжила путь до комнаты. Ох, мои подушечки! Раздеваться, не раздеваться? Какой глобальный однако вопрос… не, однозначно раздеваться, а если что, так порву как тузик грелку!

Скинула футболку и шорты и тут же забралась под одеяло, красота-а-а… Всё, я в офф!

Мр-р-р… чем больше спишь, тем больше хочется… так, а сколько собственно время? Ой… а за окном темно… ой-ёй-ёй! Мне-то пофигу, что главы съезжаются… мамуля! Я же ей позвонить должна! Надеюсь, ещё не ночь? О-о-ой… даже застонала вслух. Ладно, кто не спрятался – я не виновата! Идем на поиски мобильника, срочно. И мне абсолютно без разницы, кто именно станет моей жертвой.

Надев шорты и футболку, забила на расчесывание, лишь пару раз проведя пальцами по волосам. Ай, да какая разница! Я не на конкурс мисс мира сюда попала. Ну да, я на него лет так на десять опоздала. Так, не о том думаю.

Судя по всему, ребятки у нас пасутся внизу, вот туда я и пойду. Та-а-ак… так-так-так… м-м-м? Ай, да я!

– Вечер добрый, мальчики, а вот и я.

Мальчики моим жизнерадостным тоном почему-то не прониклись. Эй-эй! Я ещё даже ничего не спросила. Загадав, что они вполне могут быть в бильярдной, не прогадала. Они действительно были там, только вместо утренних, там находилась похоже вторая тройка и Снежок. Если парни недоверчиво хмыкнули, сомневаясь, что вечер будет добрым, то Эрик только слегка нахмурился и заинтересовано посмотрел в ответ. Обиделся что ли на то, как я обошлась ним днём? Неженка.

– Так, мобилку мне даст кто-нибудь? Обещаю в Гринпис не звонить… хотя не мешало бы, – я с усмешкой оглядела ребят, которые почему-то не торопились поделиться средством связи. – Та-а-ак… по-хорошему не хотим, значит?

Ребятки отводили глаза, но телефоны давать не торопились. Повисло напряженное молчание, которое разрядил смешок Эрика. Смешно ему, да?

– Эрик… не знаю как вас по батюшке, вы ведь одолжите мне свой телефон всего на пару минут? Мне надо всего лишь позвонить маме.

– Конечно, держи. По батюшке не надо. А что с твоим? – Снежок, недоверчиво хмыкнув снова, достал из кармана джинсов навороченный мобильник и, не поленившись подойти, протянул его мне.

– Кто бы знал! У Марка вашего спроси, это он похоже по сумкам шариться любит.

Набрав номер и снова отойдя к окну, я тихо и кратко отчиталась родительнице, что меня никто не съел, обижать тоже никто ещё не осмелился, но до сих пор ничего не решилось, а завтра, ближе к обеду я позвоню ей снова. Под конец разговора, мамуля дала меня на пару слов моим ненаглядным деткам и я, заверив, что их мамочка на важном партзадании, но завтра будет дома как штык, под конец зацеловала воздух перед трубкой – это Тимошка, научившись целоваться, не упускал случая делать «чмоки-чмоки».

– Бай-бай, мой сладкий.

– Ба-бай, ма-а.

Отключившись, снова устало вздохнула – не люблю врать, особенно детям. Но… обстоятельства, ёшкин пес! Ещё им я не признавалась, что мама их малость того… хвостатая. Рано им ещё такие подробности про маму знать, рано.

Та-а-ак… а что это мы на меня так смотрим?

– Благодарю, – протянула мобилку обратно, но он умудрился взять её таким образом, что несколько мгновений продержал мои пальцы в своих, улыбнувшись в ответ одними глазами.

Та-а-ак… тьфу ты! Похоже, что это теперь мое наилюбимейшее слово. Но! Ох и не нравится мне это все… ох, не нравится.

– У тебя есть дети?

– Есть, но рассказывать о них я вам не собираюсь. Это к делу не относится, хватит вам и того, что я сама здесь не по своей воле, – быть паинькой мне расхотелось абсолютно, к тому же чувствуя за собой силу зверя, я понимала – в их обществе выживает сильнейший.

– Зря ты так.

– Как? – сложив руки на груди, напряглась.

Давайте теперь ещё и он начнет говорить про «заставлю».

– Так…

– И что? – а мне начинало нравиться это чувство дозволенности и игры на грани, когда кажется, что ты уже вроде как загнула, но ещё не до конца.

– Умеешь играть в бильярд?

Хм… а он умеет ставить вопросами в тупик. Да ещё так интересно менять тему…

– Немного.

– Сыграем? – и такое выражение лица, словно ему действительно интересно…

Как странно… я ведь не была с ним раньше знакома, но почему у меня такое чувство, словно я его вижу уже не в первый раз. Вэл? Вэл! Вот своенравная хвостатая! Опять спряталась… ну да, удобно ей, захотела – вылезла пообщалась, захотела – спряталась, забилась.

– Хорошо, только я очень давно не играла.

– Это не важно, главное поймать игру.

Интересное выражение – поймать игру. Так, а куда это наши малыши отправились? По койкам? А сколько времени собственно? Ближе к десяти? Хм… ну, понятно, старшие будут играться, младшие в офф. То, что Снежок старший, я уже поняла. А кто?

Дождавшись, когда парни окончательно выйдут и закроют за собой дверь, я поинтересовалась:

– Слишком невежливо будет спросить, кто твой зверь?

В кои-то веки проснувшаяся тактичность напомнила о своем существовании.

– Вообще-то о таком спрашивать не принято… – мужчина не смотрел в мою сторону и собирал шары в центр, когда как я вспоминала, что такое кий и как его собственно надо держать. – Я снежный барс.

И следом за словами мне достался такой задумчивый-задумчивый взгляд, словно, услышав его признание, я тут же должна была что-то такое значительное изобразить. И что именно?

Протянула задумчивое «м-м-м…» и, получив приглашающий жест рукой, удостоилась чести разбить пирамиду. И понеслось! Если честно, то поначалу, я даже по шару не всегда попадала – все же играла я очень редко, да и смущал он меня, своим непонятным взглядом, Барсик этот. Вроде и не насмехался, держал ровное лицо, но это напрягало не меньше. Правильно я его снежным назвала – Снежный Барс.

Стоп!

Барс! Барсик! Снежный барс из моего сна! Неужели дружок Вэл?

«Да»

Ох, ты ж ёшкин пес! Именно в этот момент, примеряясь к очередному труднодоступному шару, я от такого признания попросту поцеловала носом стол, ибо перед этим неразумно нагнулась до неприличия.

Тьфу ты! Тут же вспомнился весь полузабытый великий и могучий, который в присутствии детей я старательно забывала, ан нет, такое не забывается. М-м-м… как больно-то!

– Валерия? Вэл? Ты что?

Эрик тут же бросил изображать скучающего мачу и, отставив кий, стремительно подошел к матерящейся шепотом мне.

– М-м-м… да так… нашептала тут мне одна киска кое-что под руку… вот, пережевываю.

– Что?!

Мда, пожалуй с пониманием разговорного русского-народного у него не очень. Мне тут же был протянут чистейший носовой платок и меня практически насильно транспортировали к креслу, отобрав кий, который я почему-то до сих пор сжимала в руках.

А кровищи то, кровищи… словно я не нос расквасила, а как минимум открытую черепно-мозговую травму заработала. А что? Откуда такие познания? Так нынче по телевизору что только не увидишь! А потом «всего хорошего, уважаемые телезрители». Да что хорошего может быть после того, как посмотрев новости, ты понял, что: самолет упал, поезд сошел с рельсов, рубль-бакс-евро очередной раз обвалился, и ещё полчаса подобных «жизнерадостных» новостей.

Вот и стараюсь я телевизор по большей части не смотреть, заменяя его музыкальным центром. Хм, что-то я отвлеклась. А Снежок-то переживает…

– Что тут происходит?

О! Какие нелюди! Марк, собственной персоной! И как вовремя-то! Ага, тут меня как раз особо циничным образом убивают, путем приложения носа об стол. А что? Так вот не понятно, что ли? По мне так сразу все видно – кто, кого и как…

Хм… и снова я чувствую себя лишней… мужчины начали тренироваться в полиглотстве, а я послушав их минуту другую, подтянула ноги под себя и закрыла глаза, положив голову на подлокотник. А голоса у них действительно красивые, особенно если не понимать смысла слов. Только похоже, судя по тональности, мужчины решили выяснить отношения. Ну а при мне-то зачем?

– Валерия?

– М-м-м?

– Что произошло?

– О господи! Да не произошло ничего сверхъестественного! Задумалась я неудачно над шаром, да равновесие не удержала, вот и приложилась носом об стол. Чего кричать-то? И вообще! Где мой телефон?

Открыв глаза на настойчивые вопросы Марка, глянула в ответ настолько раздраженно, что мужчины даже отступили, а на вопрос о телефоне, Марк изобразил такое честное лицо, что тут же захотелось схватить его за грудки и потрясти… вниз головой о тот же самый несчастный стол. Но низ-зя-я-я… я же девушка. Тьфу!

– Ла-а-адно… А если по-другому? Почему ты его забрал?

– Я не хочу, чтобы ты кому-нибудь звонила.

– Я же говорила, что буду звонить только маме!

– Насчет только мамы, ты не говорила, к тому же я знаю, что днем ты ей звонила, а вот между прочим на твоем уже с десяток пропущенных звонков, причем от четверых разных абонентов.

– Ну, ты и… гад! Ты ещё и в телефоне моем копался?! Мало тебе сумки? – так захотелось съездить ему по лицу чем-нибудь тяжелым, но сдерживая себя, уговаривала потерпеть – это всего лишь до завтра.

– Да не копался я в нём! – мужчина поджал губы и зло глянул в ответ. – Я всего лишь носил его с собой и слышал все входящие. Может быть ты и не понимаешь, но в мире о нас знают лишь совсем малая часть посвященных, ты же всего за несколько дней умудрилась поставить в известность как минимум одного человека и я не собираюсь потакать тебе в дальнейшем – таковы законы стаи.

– Знаешь что… Марк! – так и хотелось «Марк» заменить на что-либо более звучное и нецензурное. – А я ведь не просила меня кусать! А еще… я требую рассказать мне всё о том, что меня ожидает, когда съедутся наконец все ваши главы.

– Требуешь? – мужчина, едва сдерживая ярость, подался вперед, а в его глазах показался зверь.

– Представь себе, – подобравшись и пренебрежительно хмыкнув в ответ, я позвала Вэл, которая с не меньшим энтузиазмом показалась уже в моих глазах.

Ну что? Зверь на зверя?

– Марк! Прекрати! Ты ведь знаешь, кто она, – неожиданно между нами встал Эрик, причем не побоявшись встать ко мне спиной, а лицом к Марку.

Он считает его большей угрозой? Мря! Вот уж нет уж! Отодвинув от носа платок, я убедилась, что кровь остановилась окончательно и, поднявшись с кресла, обошла застывших в напряжении мужчин.

– Ну и? Долго вы будете композицию из двух недобитых котов изображать?

– Почему недобитых? – Марк удивился на полном серьезе, я же фыркнула снова.

– Потому что не добила еще! Марк, я хочу услышать ответы, а вопросов у меня великое множество. И прекрати изображать оскорбленную невинность, я к тебе в дом не вламывалась и гостить не напрашивалась – сам притащил.

На мою отповедь мужчина недовольно отвел глаза, а Эрик же заинтересованно приподнял бровь, приглашающе кивнув продолжить.

– Присядем? – Ну, правильно, что стоять, пол топтать, тем более я до сих пор босиком, надоело уже.

Глянув по сторонам, убедилась, что на всех кресел не хватит и, вспомнив о музыкальной комнате, первая отправилась на выход, махнув мужчинам рукой.

В общем, проговорили мы далеко заполночь. И услышала я ну о-о-очень много нового и интересного. Просто непередаваемо! Кристинка действительно не имела права меня кусать, вообще никто на это не имеет права, пока кандидатура не будет многочисленно протестирована и одобрена минимум тремя главами. Ну, это я уже слышала. И разрешается это не чаще, чем раз в десять лет, ну или если стая существенно уменьшилась по не зависящим от неё обстоятельствам. Очень хотелось бы узнать, каким? Не сказали, вновь переведя тему. То, что ко мне во сне в последнюю решающую ночь пришла праматерь, было не то чтобы совсем невероятным, но очень и очень редким явлением, обычно такое случалось, когда человек действительно достоин, а праматерь была лично в нём заинтересована. Но с мной-то это не так! Она вообще похоже только от скуки ко мне пришла, в принципе не подозревая о моем существовании. Или это я у неё была? Ну, в общем, мы обе были в том месте, где происходит соединение зверя и человека и именно укус открывал туда дорогу. В общем, какое-то заастралье фэнтезийное.

И, похоже, если бы не моё гибкое сознание, тренированное мегабайтами прочитанного фэнтези, внушительными стопками дисков с выигранными играми, и собственно детьми, то была бы мне прямая дорога в комнатку с мягкими стеночками. А так ничего… всего лишь пара кружечек коньячка с минимальным содержанием кофе и вуаля – очень приятно, Вэлма. Ещё и высшая. Почему из некоторых вроде бы и одинаковых людей и зверей получались совершенно разные по возможностям высшие и низшие, не знал никто. Ну, праматерь-то может и знала, но на все вопросы только улыбалась загадочной улыбкой Джоконды.

– А сама праматерь собственно кто?

– Попробуй сама у неё спросить. Но она иногда говорит, что богиня.

Прекрасный ответ! А главное такой информационно насыщенный!

А ещё меня удивило, что Кристина оказывается рожденный оборотень. Да-да, бывают и такие, только очень редко, то есть её родители оба были высшие оборотни, причем совершенно разных видов – мама-гепард, а папа-сервал. Ага, а доча – рысь. Мило…

Та-а-ак… что я забыла? Что-то ведь важное… О!

– Утром Ян обмолвился, что вас ждет наказание, но говорил что-то о смягчающих обстоятельствах. Хотелось бы узнать подробности.

Оба мужчины удивленно переглянулись, затем Эрик нахмурился, а Марк, похоже, приятно удивился. Чему?

– То есть ты планируешь не выставлять претензии?

– Я пока ещё ничего не планирую, для начала я хочу узнать ответ на свой вопрос.

Годы тренировок на детях заставили меня выучить простейшее правило – ничего не обещай, по крайней мере сразу и до тех пор, пока не узнаешь все подробности и подводные камни.