Глава 16 · Домовозвращенческая

Утро встретило меня всё тем же наглым солнечным лучиком. Традиция однако. Нафиг, нафиг. И вообще, мне не только эта комната, мне этот дом уже в печенках. Где там моя новая нянька ходит-бродит? Я уже готова ехать домой.

– Проснулась? – бесшумно открывшаяся дверь явила моему взору такого долгожданного Снежка.

– Что-то вроде того. Я прямо так поеду?

– Нет, я привез твои вещи, – не обращая внимания на мои округлившиеся глаза, Эрик протянул мне пакет с вещами, а кроссовки поставил на пол.

– Это… ты… Как?

– Твоя мать очень умная женщина. Мы ещё вчера обо всем договорились, но ты, похоже, ничего не слышала. А сами вещи она передала мне утром. Вэл?

– А? Да… – пребывая в астрале от свалившейся на мою голову информации, просто кивнула и взяла пакет в руки.

Вот так мамуля… нда. Чувствую себя неразумным ребенком, за которого снова всё решает мама. Правда, уже за компанию со Снежком, но это уже мелочи. Хотя, не такой уж он и мелкий… хоть я и сравнивала его с Виком, но Эрик все равно мужественнее, что ли… а Вика я похоже что всегда буду воспринимать как младшего, ведь даже не смотря на его рост, я до сих пор считаю его мелким. А вот с Эриком мне такое даже в голову не приходит.

– Валерия? Ты будешь переодеваться? – пытаясь вытащить меня из заастралья, мужчина позвал снова.

– Да, да, прости, задумалась.

– Давай только, я осмотрю тебя.

– Смотри, – без особого стеснения задрав футболку и обнажив ребра, посмотрела и сама. Неплохо. Коросты недельной давности, такие бы размочить хорошенько, да содрать аккуратно.

– Неплохо, – Эрик тоже удовлетворенно кивнул и тут же направился к двери. – Все твои вещи уже в машине, сумка тоже, телефон у меня. Одевайся, я подожду тебя внизу.

Четко, ясно, лаконично. Великолепный образчик кошачьего общества. Хм-м… Вэл? Снова ты?

Высыпав одежду на постель, весело хрюкнула – черная футболка с кошкой. Ну, мамуля… Переодевшись по-солдатски быстро в предложенные джинсы и футболку, натянула кроссовки и куртку, и отправилась вниз. А чего ждать? Чем быстрее я покину этот негостеприимный дом, тем быстрее я приеду в свой. Правда теперь я ломала голову, как объяснить своё практически трехдневное отсутствие всем страждущим. Хорошо, что Димка только завтра вечером должен вернуться… Надеюсь, он не звонил. Он вообще редко когда звонит, в основном по делу, но иногда на него находит. А ещё интересно, что сочинила мамуля. Действительно, стоит сопоставить показания, дабы в них не путаться, ведь Вик по-любому уже в курсе моего исчезновения.

Спустившись вниз, первым я увидела Снежка, уже одетого в свою байкерскую куртку. Вот только рядом с ним стоял весьма и весьма раздраженный Марк и они снова о чем-то увлеченно не то чтобы ругались, но беседовали на повышенных тонах. И снова не по-русски. Неруси, ё-моё!

Заметив же меня, Марк как-то нехорошо улыбнулся и я бы даже сказала оскалился, ведь назвать получившуюся гримасу дружелюбной улыбкой, у меня просто язык не повернулся. Пакость задумал?

– Ты действительно просила его стать твоим опекуном?

Хм… а где «Доброе утро, Валерия Николаевна. Как ваши раны? Хорошо ли вы спали? и т. д. вместе с т. п.?»

– Допустим. И что?

– Так да или нет?

– Да, – ну что ж ты сопишь-то так? Неужели простыл? Сопли? А у оборотней бывает насморк?

И снова этот непередаваемый нерусский-народный… аж заслушаться можно!

– Если это всё, то мы, пожалуй, пойдем?

Не наблюдая адекватной реакции, я обогнула мужчину по дуге и, приветливо улыбнувшись Эрику, подошла уже к нему.

– Марк, я надеюсь, ты всё понял? – Снежок, только дождавшись раздраженного, но положительного кивка Марка, развернулся на выход, в свою очередь кивнув и мне.

И снова тайны… снова загадки… что поделать – мужчины.

И снова крузак и снова Дениска за рулем. Всё-таки хорошо, что Вик купил не крузак, а то я наверное в нём больше не стала бы ездить… На всякий пожарный, запоминая краем глаза дорогу, окунулась в свои мысли. Эрик тоже думал о чём-то своем, абсолютно мне не мешая, так что путь мы проделывали под ненавязчивые звуки радио.

У меня же в голове был хаос – вроде бы и нет внятных мыслей, но в то же время и наоборот – тьма тьмущая. И снова всё переворачивается с ног на голову, опекунство теперь это необъяснимое… ну не будет же он меня везде за ручку водить! Или будет? Меня даже смех разобрал от представшей перед глазами картины – я держу Снежка за руку и как Тимошка канючу у него мороженку. А он мне – нет, заинька, ты вчера мороженку ела, так что только завтра.

Бросила косой взгляд на Эрика, представила, как он говорит моим голосом и всё-таки не сдержалась – засмеялась в голос, заработав его недоуменный взгляд.

– Нет, ничего… это я так… вспомнилось кое-что. Не обращай внимания.

А дальше меня начали посещать картины и вовсе одна глупее другой – он читает мне сказку на ночь, а мне мало и я требую ещё; помогает мне собирать игрушки в корзину, а я сижу и надуваю губы, не желая расставаться с любимым паровозиком; пытается завязать шарф, а я выкручиваюсь и показываю язык; стоит с полотенцем и терпеливо ждет, пока я соберу из ванны все игрушки. Хм… нет, это уж слишком эротично… кхм! Вэл!!!

«Зануда»

А ты… совратительница!

«Хм?»

Совратительница меня! Им.

«Мр-р-р!»

Тьфу на тебя… у меня вот завтра муж приезжает… что я ему говорить буду? Знакомься, Дима, это мой нянь? И ты нянь, знакомься – это мой муж и тебе ничего не светит. Угу. Оборжаться! Ладно, у меня ещё сутки есть, может, что и придумаю, но скорее всего, как обычно положусь на свой любимый авось.

– Ма-а-ам?

– Лера…

Открыв дверь ключом, и плюнув на обувь и куртку, я тут же уткнулась в мамино плечо и как в детстве, просто разревелась, не удержав накопившиеся эмоции за броней, треснувшей в самый неподходящий момент.

– Лера, Лерочка… успокойся, милая… – и снова как в сопливом детстве, мамуля гладила меня по голове и крепко обнимала.

– Ага… да… мам.

– Ты уже завтракала? – ну да, слезы слезами, а покормить она нас никогда не забывала. – Идем, я уже все приготовила, там успокоишься и все расскажешь. И вы, молодой человек, проходите, нечего на пороге стоять. От вас я тоже хочу получить ответы.

Задумчиво хмыкнув на строгий тон мамули, Эрик как и я, снял обувь и куртку и прошел вслед за нами на кухню.

– Руки мыть.

– Угу, – дождавшись, пока Снежок помоет руки первым и уйдет на кухню, я основательно умылась и приложила вымоченные в ледяной воде руки к пылающим щекам. Не дело это, сырость разводить. Все хорошо. Хорошо, я сказала! Я дома, мамуля со мной, дети… Дети в школе и садике и я увижу их уже вечером. Всё… Всё хо-ро-шо!

Судорожно вздохнув, вытерлась насухо. Всё, к завтраку готова.

А мамуля расстаралась… снова питательные рекомендации старших?

– Спасибо, мам, очень вкусно, – с удовольствием поев и убрав посуду со стола, встала к плите – варить свой любимый кофе. Причем Эрик также не отказался ни от завтрака, ни от кофе. – Как у вас всё?

– Ну… что тебе сказать… дети скучают, Вик рвёт и мечет, что ты ему не сказала, что у тети Аллы, а больше мне никто не звонил.

– А я была у тети Аллы?

– Ну, должна же я была хоть что-то придумать!

– А подробности? – разлив кофе по кружкам, я заинтересованно уставилась на ухмыляющуюся мамулю.

– Ты ведь помнишь, что у моей двоюродной сестры, тети Аллы с кхм… здоровьем не очень? Причем по большей части все это надуманное?

– Ну да, тетю Аллу вообще трудно забыть… – усмехнувшись сама, тут же вспомнила назойливую тетушку. Пока она несколько лет назад не вышла снова замуж и не уехала в соседний город, мы по несколько раз в неделю выслушивали очередную историю о её смертельных болезнях, хотя её лошадиное здоровье, я думаю, позволит пережить всех нас вместе взятых. – И что с ней?

– А у неё подозрения были, что ей её муженек изменяет. Она как раз звонила мне в пятницу и плакалась. Так вот, была ты у неё и выводила из депрессии.

– А-а-а… успешно?

– Вполне, она мне вчера отзвонилась, оказывается, у него всего лишь квартальный отчет горел, вот и задерживался на работе.

– А с телефоном что?

– Кхм… дома забыла?

– Ладно… врать, так врать. Спасибо, мамуль.

– Да, всегда. А теперь! – мама перестала улыбаться и посмотрела на меня абсолютно серьезными глазами. – Расскажи-ка мне, Валерия Николаевна, что, черт побери, происходит?

– М-м-м… ну-у-у… О! Эрик! Опекун мой, уважаемый! Расскажи-ка нам, что происходит? – подперев подбородок рукой, в свою очередь я перевела стрелки ещё дальше.

От моей наглости Снежок удивленно вздернул брови, но абсолютно спокойно допил кофе. Отставил кружку в сторону, сцепил руки на столе в замок, а уже затем понимающе улыбнулся. Красив, зараза!

– Маргарита Петровна (мама моя), из-за того, что ваша дочь не захотела признавать власть главы, она вызвала его вчера на поединок, чтобы получить шанс стать свободной одиночкой, не зависящей от стаи. У неё не получилось – вмешалась подопечная Марка, из-за чего бой признан недействительным. Повторный поединок состоится через три недели. А чтобы получить возможность жить дома с семьей Валерии был необходим опекун из высших. Она попросила стать им меня. Вот и всё.

– Всё? О нет, молодой человек! Это далеко не всё! – мамуля постучала ногтями по столу и задумчиво протянула: – Зачем это вам?

Прекрасный вопрос! Ответит или нет?

Не торопясь отвечать, Эрик загадочно усмехнулся, а затем снова перевел взгляд на меня, словно я сама должна была ответить на этот вопрос. Хм… вот уж нет. Сам объясняй мамуле, что в твоих кошачьих мозгах творится! Я всего лишь выбрала наименее худший вариант.

Щелчок замка, насторожил нас всех. Кто? Танюшка вернется только к обеду… Переведя удивленный взгляд на мамулю, увидела и на её лице недоумение. Странно…

– Лера? Ты дома?

Дима?! А его какой леший принес аж на сутки раньше?

Встав из-за стола и нахмурившись, посмотрела на Снежка. А мне его куда прикажите прятать? В шкаф? Так нету у меня таких больших шкафов на кухне! Гр-р-р! Вот ни раньше, ни позже!

– Да, Дим, я дома, – раздраженно дернув головой, хотя очень хотелось хвостом, я отправилась встречать муженька. – Привет, как поездка?

Подставила щеку под поцелуй и постаралась как можно непринужденней улыбнуться. Вот только Димуля мой, выглядел каким-то неуверенным, да смущенным. Та-а-ак… неужели созрел на признание своей неверности? Хм… как не вовремя-то…

– Привет, родная, – всё-таки приобняв и отставив дорожную сумку, мужчина начал раздеваться, но подняв голову от ботинок, удивленно уставился мне за спину. – У нас гости?

Обернувшись, снова нахмурилась. Да он нарывается просто! На выходе из кухни маячил Снежок, очень внимательно разглядывающий моего мужа, причем не с самым приветливым выражением на лице.

– Да… это…

– Доброе утро, Дима, как хорошо, что ты приехал, – с кухни тут же выплыла и мама и, перебив мою задумчивую попытку соврать, сделала это за меня. – Это Эрик, сын моей приятельницы, он совсем недавно в городе и наконец-то заехал нас навестить. Ты не поверишь, да и Лера тебе наверное не рассказывала, но эти дети знакомы с песочницы, а не виделись наверное уже лет двадцать. Вот вспоминали молодость.

Пока мама, смеясь, развешивала мучные изделия по ушам моего мужа и вспоминала наши несуществующие детские проделки, я старательно сдерживала рвущийся наружу смех. С песочницы мы значит с ним знакомы? Ну-ну… карапузик, хвостатый!

– Ох, ну ладно, ты наверное устал с дороги? Ну, не будем вам мешать, пойдем Эрик, мы попозже с Лерой созвонимся и у меня уже посидим, – мамуля скомандовала на выход и Снежку волей неволей пришлось соответствовать навязанной роли стародревнего друга.

Только очень молчаливого. Сказав лишь необходимое «Эрик» при рукопожатии, он беспрекословно надел обувь, снял куртку и дал увести себя о чём-то увлеченно рассказывающей уже ему мамуле. А она может, если захочет. Уф… да она у меня просто незаменимая!

Облегченно вздохнув, улыбнулась уже более натуральней. От посторонних отделалась, можно и расслабиться, хоть немного.

– Ты завтракал? Мы только что кофе попили. Ты как?

– Давай, не откажусь, – согласно кивнув и сняв пиджак, Димка закатал рукава и отправился мыть руки с дороги.

Хм… ох чует моя… та самая… ненадолго он домой. Если бы было наоборот, он бы сначала переоделся в домашнее. Ну ладно, чего себя накручивать, сейчас сам всё расскажет. Немного подумав, налила кофе и себе, причем на всякий случай вспоминая – остался ли коньяк с прошлого раза, да и куда я спрятала валерьянку.

Неторопливо попивая кофе, муж всё искал что-то глазами на дне кружки, я же сидела и не торопила – сама только недавно не знала, как помягче мамулю ошарашить.

– Лер… – наконец, собравшись с мыслями, Дима выдал: – Ты, наверное, уже и сама всё знаешь, а о чем не знаешь, догадываешься… Ты ведь умная женщина, хоть и стараешься этого лишний раз не показывать, но я-то знаю… В общем… у меня другая.

Та-а-ак… хоть и ожидала, но приятного всё равно мало. Если уж он решился об этом сказать вслух, то всё действительно серьезно.

– Ну… и?

– Понимаешь… она беременна.

– О-о-о… – а вот это была уже действительно убойная новость. Детей Димка просто обожает, и если она не дура, то тоже это поняла… – Срок?

– Четыре месяца.

Ну что ж, долго он силами собирался. Значит ещё в конце весны… сжав зубы, я запретила себе раскисать. Потом, всё потом. Сначала дело!

– Ясно. Что ты планируешь делать дальше?

– Лера, милая, ну ведь сама понимаешь, что мы вместе только из-за детей… Я действительно дорожу вами и тобой, ты прекрасная мать, ты отличная женщина, но… это ведь не любовь, а Аня, она…

– Дим, не переживай так, я тебя понимаю. Я ни в чем тебя не виню, я тоже тобой дорожу и за всё это время я ни о чем не жалею…

Я врала. Я безбожно врала, но именно сейчас это было нужно. Истерить? Обвинять его во всём? А смысл? Я лучше Кристьке шею сверну… С Димкой же мы действительно в последнее время жили обычными друзьями, не больше. Обидно конечно, но я поистерю потом, одна.

– Правда?

– Дим… я правда не хочу расставаться с тобой врагами, к тому же дети – они ведь тоже тебя любят. Что мы дальше-то будем делать?

– Лерочка… – подавшись ко мне и стремительно обняв, муж, пока ещё муж, некоторое время продержал меня в объятиях, а затем отпустил, внимательно всматриваясь в моё лицо, в поисках лжи. Не нашел. Я постаралась. – Я всё продумал. Квартиру я оставлю вам, если захочешь, помогу с её продажей, машина тоже записана на тебя, счёт в банке я уже открыл, тебе только будет нужно сходить и подтвердить, там ты сможешь ежемесячно снимать проценты, вам их хватит, я всё рассчитал. Только Лер… я тебя очень прошу, не говори пока детям, понимаешь…

– Понимаю, – малышня не поймет. – Командировки, Дим. Просто участившиеся командировки.

– Да, Лер, ты… – Димка снова не удержался и полез обниматься, мне же почему-то очень захотелось расцарапать ему лицо, да и Вэл фырчала не переставая, я удерживала её уже с трудом и старательно прятала глаза. – Мы будем созваниваться и договариваться о встречах, хорошо?

– Да, Дим, у Танюшки же всё равно есть твой номер, так что не переживай, вы сможете пообщаться в любое время. И ты… ты сейчас уходишь? Совсем?

– Да… Лер, прости меня, родная…

Не зная, что сказать и сделать ещё, Димка поднес к губам кружку, но она была уже пустой. Вздохнув, поставил её на стол и поднялся.

– А… да… а развод?

– Если ты не против, я подам документы сам.

– Нет… да… давай сам. А вещи?

– Давай завтра или на днях? Созвонимся? Если хочешь, можешь сложить всё в одно место. И по квартире тоже… решишь?

– Да… – мне уже нестерпимо хотелось вытолкать мужчину взашей и хорошенько приложиться к коньяку. И плевать.

– Хорошо… – уже надевая ботинки в коридоре, муж отводил глаза, да и мне было неловко.

– Пока…

– Пока.

Время? Десять утра. Плевать! Где мой коньяк?!!