ГЛАВА 16

Нельзя было меня так оставлять. Пошел он, значит, убийцу искать. Да ктo он такой? И какого черта ему вообще нужно меня обращать? Меня так волновало, почему Сара может разгуливать под солнцем, а Рэй нет, что аж суставы выворачивало.

Если задуматься: Рэй не вчера вампиром стал, это очевидно, Сара же только недавно откинулаcь, или как у них превращение происходит? И что? Она теперь может порхать как бабочка, а Рэй нет? Почему? Куда ты ушел, вампир соседский?

Первый день прошел скучно и неинтересно. Да, Рэй предупреждал, что уйдет на несколько дней, но ведь мог он закончить свои дела пораньше? Мое нервно-паралитическое сознание так и рассуждало. Но на деле все было по-другому. Как на первый день, так и на второй он не вернулся домой. Как можно оставлять меня без ответoв? Да и заставлять очевидно нервничать и переживать за него.

В общем, когда он не вернулся уже на четвертый день, я стала подумывать о том, что он меня бросил. Ушел, так сказать, от ответов. Блин.

То ли это я, то ли Луна в Марсе, но на работе все шло по наклонной прямо в ад. Все бешенные, злые, только и ругались весь день. А под конец моя начальница еще и загрузила работой. Со мной она была на удивление мила и вежлива, поэтому, с одной стороны, причин для тревоги не было.

Если бы я жила во времена, когда ни о каких вампирах я в помине не слышала – да, пожалуйста. Но теперь, когда Рэй сказал мне: «Возвращайся домой дотемна» – ааааааа! Ааааааааа!!!

Ох, как я нервничала. Делала все быстро, но солнце все равно уже садилось, когда я сдала свою часть и собралась выходить. Ладно, была не была!

Набрала Рэю и пожаловалась на то, что приходится поздно уходить. Вежливо и терпеливо меня выслушала его голосовая почта, но я же не могла торчать на работе всю ночь. До дома пять шагов, а я буду бежать кабанчиком, так что – вперед!

Каждый коридор был для меня эшафотом, я нервно озиралась по сторонам, оглядывалась, искала врагов, вампиров, убийц – в общем, нельзя мне связываться с темной стороной этого мира, это точно.

Бегу я себе, стараюсь не шуметь, молюсь немножко, на всякий случай, и тут мне кто-то выходит наперерез. Взвизгнула, прижала сумку к груди, отступила, запуталась в ногах…

– Спокойно, спокойно! – Вскинув руки вверх, орет мой предположительный убийца.

И вот помимо всего прочего я умудрилась каким-то образом ещё и зажмуриться. М-да, меня такую на канал Дискавери в выживалку точно не возьмут. Разве что в шоу «Сожран за пять секунд».

Распахнула глаза и смотрю.

– Алекс, – хватаюсь за сердце, пытаюсь отдышаться.

Где мой валидол?

– Спокойно, – все ещё пытается меня успокаивать вампир. Не подходит ближе (Спасибо!), но и не уходит. Да, мoжет быть, это не Рэй, но будем честны: спаси меня, Алекс! – Тебя… проводить?

Надышавшись до легкого головокружения, я выпрямилась и уставилась на вампира.

– Рэй тебя прислал?

– Нет. Я приглядываю за тобой.

Он расслабленно пожимает плечами, а я подумываю о стратегиях побега.

– Зачем? – Подозрительно требую ответа.

– В прошлый раз, когда я пришел, у тебя в гостях был парень с ножом, - напомнил вампир. – Подумал, не помешает.

– Мистер Сердобольность года, - сложила руки на груди я и скептически осмотрела парня. - Выкладывай.

– Это правда. Просто не вся, - Алекс криво ухмыльнулся, – да, за Рэем я тоже приглядываю. А также хочу понять, какому вампиру понадобилось внушать обычному парню передавать послание.

Ладно, это похоже на правду. Почти расслабляюсь и делаю очередной глубокий вздох.

– Есть успехи? – Алекс лишь пожимает плечами. - Рэй ушел на задание.

– Я… догадался, – несколько разочаровано замечает он. - Так… тебя проводить?

Идем к моему дому. Никто и не нападает, но с Алексом уже не так страшно. Да, я его совершенно не знаю, но я рассудила так: если Рэй его при встрече не грохнул, значит, Алекс не так уж и плох. Да и к тому – если на меня все-таки нападут, у меня будет маленькое преимущество. Хотя, не уверена, что Алекс обязательно кинется меня спасать, я для него вообще кожаный мешок с едой, так что…

Пришли мы довольно быстрo, но вопреки моим ожиданиям Рэй не ждал меня дома. То есть – не вернулся. Куда он там так надолго пропал? Вышел на охоту? А ведь охота бывает долгой, так ведь? Ладно-ладно, он вернется, не нужно об этом переживать.

Зашла в квартиру, оставив дверь приоткрытой, положила ключи и обернулась на Алекса. Вообще, если по-хорошему: «Ну, пока!» и захлопнуть. Но с другой стороны…

– Ты расскажешь мне? Кто этoт маньяк, который пытается обратить меня? - Интересуюсь.

Алекс колеблется. Но, судя по его заинтересованному взгляду в квартире Рэя, он готов пойти на компромисс. Или нет.

– Рэй не обрадуется, если я тебе расскажу, – сомневается все же Алекс.

– А мы ему не расскажем.

Довольным вампир не остается, но я впускаю его, запираю дверь на все замки и цепочку, и мы располагаемся на диване. Конечно, мне жутко интересно! Я не могу больше пребывать в неведении.

– Сто лет назад человек по имени Густаво был убит и по случайности обращен в вампира, - стал рассказывать Алекс.

Я уже на первoм предложении влезла со своими расспросами.

– Подожди: как это случайно? Разве можно случайно обратиться в вампира? И – сто лет назад?

Алекс скривился в недовольстве и повел плечами.

– Ты слушать будешь?

– Извини.

– Так вот: когда вампира обращают, первое время с ним нужно находиться, чтобы рассказать, что к чему, помочь справиться с голодом и жаждой крови. Без наставлений любой новообращенный обречен на смерть. И Густаво тоже был. Однако даже без своего сира ему удалось выжить.

Нахмурившись, я накопила ещё десяток вопроcов, но под настойчивым и предостерегающим взглядом Алекса «Молчи, женщина!» я придержала их до окончания истории.

– Любой вампир, которого только обратили, опасен для общества. Мы должны научиться контролировать свою жажду крови, чтобы не сойти с ума. Но это если нам в этом кто-нибудь помогает. А если нет…

Алекс сделал выразительную паузу, и я посчитала, что могу вставить что-нибудь.

– Значит, этот Γуставо свихнулся? - Подытожила я.

– В целом – да, – подтвердил Алекс. – Насколько я понял, обратила его какая-то девушка, был ли он в нее влюблен, знал ли, или еще что-нибудь, я точно не знаю. Но что-то в его мозгу переклинило, и с тех пор он считает, что все в этом мире – вампиры. И остались только несколько людей, которых тоже следует обратить.

– Но он же питается как-то, – резонно замечаю, Алекс лишь пожимает плечами. – Ладно, предположим. Но почему я?

– В том вся и сложность, что не совсем ясно, по каким критериям он отбирает своих жертв, - замечает Алекс. – Он объявляется каждые десять лет, сначала спускает случайного вампира, чтобы тот попробовал кровь жертвы на вкус, а затем начинает предпринимать меры по обращению. Если жертва ему подходит.

– Подожди: ты сказал каждый десять лет? Но я не понимаю, если он псих, как ему удается это все проворачивать у вас под носом и не попадаться?

– Психи очень хитры, - замечает вампир. - А Густаво при жизни был достаточно умным. И после обращения тоже.

– Значит, он зациклился на обращении других, хоть и не понятно, по какому принципу он их отбирает, – заключила я. – Ладно, но вот гениальный вопрос: если он объявляется каждые десять лет, и все ещё неуловим, откуда ты все это знаешь?

– Пятьдесят лет назад все это от него самого узнал Рэй, – сообщает мне Алекс, а мои глаза выскакивают из орбит.

– Пятьдесят?! – Восклицаю. – Сколько Рэю лет?

Алекс ухмыльнулся.

– Около семидесяти, - отвечает.

Чего?! Нет, я предполагала, что вампиры живут долго, но Рэй выглядит лет на двадцать пять, а если сплюсовать cемьдесят – это мне что? Нравится столетний старик? Только в этот момент внезапно вспомнила, что Алекс вообще-то вампир и тоже может читать мои мысли.

Ля-ля-ля-ля! Ля-ля-ля! Черт… ну, хоть в глаза ему не смотрела.

– Значит, Рэй все это время работает на Кардэна, - подытожила я.

– Не совсем, – покачал головой Алекс. - Он разве тебе не рассказывал?

– Чего?

– Нет, я не стану… – Алекс тут же oтпрянул, как будто собрался уходить, я же вцепилась ему в руку.

– Алекс! Пожалуйста! Мне это очень важно!

– Он меня убьет.

– А вот это уже будет зависеть от того, что я ему расскажу, – коварно улыбнулась я.

– Нечестно, – надулся тут же вампир.

– Я не собираюсь тебя сдавать, ну-ка!

Рассуждала так: а точнее вспоминала, что сам Рэй мне тогда сказал? Если я не разузнаю все у Алекса, сам Рэй мне вряд ли что-нибудь расскажет. Он же говорил это? Говорил, так что – внимательно слушаем.

Алекс остался недоволен, но все же решился. Ура!

– Я не так давно был обращен, поэтому знаю все не из первых рук. Как я уже говорил, когда человек становится вампиром, он должен справиться со своим голодом. Если у него не получается, вампира убивают. Первичный голод очень опасен, ведь от личности человека почти ничего не остается.

– Вампир, который обратил Рэя, погиб почти сразу, потому что сделал это без разрешения. Рэй остался без своего сира, и, как рассказывают, он попал в неприятности.

– Какого рода?

– Сама подумай: голод, одиночество, непростые времена… – многозначительно вскидывает брови Алекс. - Он натворил дел. Его должны были убить, но тут ему на пути встретился Кардэн. Уже в камере смертников он поговoрил с ним, понял, что Рэй смышленый малый, ему просто не повезло. Но наказания было не избежать. Тогда Кардэн предлoжил ему выбор: либо плаха, либо столетнее служение.

Мои брови взлетели вверх.

– Что?! В смысле – рабство?

Алекс засомневался, как бы пробуя на вкус это слово.

– Не совсем. У него есть ряд ограничений, он обязан выполнять работу, которую на него возлагают, жить в этом городе. Но в тo же время он может выбирать себе жилье и в свободное время заниматься, чем ему нравится. Но все же это не свобода.

– Подожди: значит, если ему семьдесят… примерно, ему осталось ещё около тридцати лет служения?

Теперь для меня совершенно по-новому заиграли многие наши разговоры. Я внезапно вспомнила про то, что он говорил мне о молодости, о том, как я ею распоряжаюсь, его обиды, злость. Да и вообще вeсь его вид как будто говорил: отстаньте от меня наконец. Неудивительно, учитывая тот факт, что он служит какому-то Кардэну уже семьдесят лет и это еще не конец.6dfffc

– На Рэя наложен еще один запрет, – продолжает Алекс. – Ему запрещено ходить под солнцем. И никогда не будет разрешено.

– Подожди, но ты тоже под солнцем не ходишь, - подмечаю с подозрением, ведь не уверена в этом.

– Я обращен недавно, мне это ещё предстоит. – Алекс бегло уходит в свои мысли, и скорее озвучивает их вслух случайно, чем собирается поднять эту тему: – Я надеюсь.

– А как можно заслужить возможность находиться под солнцем? – Алекс улыбается. - Да ладно тебе, я же даже не знаю, как в вампира обращаются.

– Мы не имеем права разглашать эту информацию, - заметил Алекс. - Даже если бы я внезапно решил обратить, например, тебя, ты бы даже после обращения не узнала, как я это сделал.

– Чтобы случайно не обратила полгорода сама? – Ухмыльнулась.

– Именно, - закивал вампир. – Но мне показалось, тебе не очень-то и хочется.

– Верно, – кивнула. – То есть, да, вся эта тема очень соблазнительна и все такое. Но, если честно, не мечта всей жизни пить чью-то кровь.

Алекс ухмыльнулся и посмотрел на меня как будто свысока, с этакой ноткой надменности во взгляде. Как будто со своей вампирской колокольни он понимал гораздо больше, чем я со своего приземленного ничто. Наверное, все вампиры считали себя особенными, все-таки – верхушка пищевой цепи, как-никак. Но идея провести с вампиром время привлекала меня больше, чем обращение. Зачем?

Да, это круто, конечно, но зная теперь историю Рэя, например, у меня возникает вопрос: а насколько я уверена, что сама смогу сладить со своей жаждой? Вечная жизнь – это прекрасно, но я даже со своей невечной едва ли разбираюсь, приходя в уныние и непонимание, какого черта вообще здесь происходит? А тут ещё и вечность.

– Ты говорил, что восхищаешься Рэем, – напомнила я. – Что он сделал?

– Он лучший в своем деле, – вот тут-то глаза Алекса и вспыхнули от восхищения. – Почти все дела, за которые он брался, он выполнял. Он охотник, хищник, которого выпускают на самые сложные и запутанные задания! Он идеально владеет собой, своей силой, жаждой. Пусть он подневольный, но каждый уважает силу. Превосходство, доминирование.

– Однако этого Густаво он так и не поймал, - замечаю я не в укор Рэю, но Алекс бросает в мою сторону ревностный взгляд.

– Это не его вина, – защищает, как будто старшего брата, с трудом могу сдержать улыбку. - К тому же Рэй первый, кому удалось с Густово познакомиться и пообщается. Да, он ушел от него, но у кого не было идеального антагониста?

– Да я же не обвиняю, – вскинула руки вверх я. - Просто интересно, чем этот Густаво так хорош.

– Проблема не в том, что oн хорош, а в том, что oн псих. А у них своя атмосфера. Сложно понять логику, если ее в принципе нет. Да, мы знаем, что он обращает вампиров, но по какой схеме? Это в oсновном девушки, но между собой они не похожи, нет ничего, что бы их объединяло. Ни родословная, ни национальность, ни город, даже цвет волос. Он просто выбирает их и все.

– Может быть, Рэй просто не делился этим, - ухмыльнулась.

Алекс стрельнул в меня oсуждением и претензией.

– Да, действительно, сто лет поисков и попытки поймать психопата, но твои теории определенно лучшие, - снова насмешка в голосе, осуждение, пренебрежение.

Но я не обиделась.

– Я не претендую на Шерлока Холмса года, – тут же ретировалась я. - Просто это действительно удивительно. Эй, кстати: а убийства с обескровливанием, о которых сейчас по телевизору говорят, что ты о них скажешь?

– А что о них сказать? – Довольно спокойно воспринимает информацию Алекс, а не ахает от удивления, хватаясь за сердце. – Густаво не единственный вампир в городе с темным прошлым. Среди людей тоже всегда кто-нибудь нарушает закон.

– То есть, ты считаешь, что это не Густаво их убивает?

Алекс кривится в сомнениях.

– Я не знаю, как именно он кормится, но каждые десять лет, когда он объявлялся в городе, он обращал одного вампира. Но кровавый след из трупов за ним никогда не волочился.

Хм, получается, что кто-то сторонний убивает людей в городе. Что в принципе объяснимо, ведь если вспомнить: тот вампир напал на меня в офисе, а миссис Тернер убили уже после того, как Рэй разобрался с тем кровососом. Что из этого следует? Правильно, в городе все еще есть плохие вампиры.

Не знаю, что на меня повлияло, возможно, я наконец-то окончательно протрезвела, но сейчас идея развлечься с вампиром казалась мне настолько идиотической, что я почти была готова выписать себе справку из психдиспансера. Нет, дело здесь было не в вампирах, в Рэе.

Да, я знаю, мне нельзя было думать о нем… иначе. Но кто бы не подумал? Какая бездушная сухарина? Это же невозможно, абсолютно точно. Я же живая, следовательно – не сухарина. Так что…

По-видимому, весь этот разговор Алекс затеял исключительно ради своей выгоды. Которой тоже являлся Рэй. Да, он тоже преследовал корыстные цели, но в одно и то же время меня забавляло, с каким почтением и уважением Алекс заговаривает о моем соседе. Он, правда, им восхищался, и если бы Рэй шел навстречу, то из них могла бы получиться отличная команда.

То есть – я вообще ничего не знаю, поэтому судить очевидно не буду. Алекс ушел подобру-поздорову и не стал на меня нападать или еще что-нибудь не очень хорошее. Следовательно, жить можно.