Глава 1

Шипение раздалось совсем рядом, и Рэм распахнул глаза. Место ожога на шее нещадно болело. Кажется, кто-то сорвал с него повязку. Юноша быстро ощупал руками горло и обнаружил с двух сторон от горячего вспухшего пятна тонкие длинные царапины. Перед лицом Рэма возникла узкая морда огромной ящерицы. Из пасти твари свисали обрывки бинтов и доносилось яростное шипение, которое и привело юношу в чувство.

— Беги, Рэм! — раздался в стороне голос его друга Игу.

Медлить было некогда. Юноша перекатился по полу, вскочил на ноги и рванул вперед, краем глаза отмечая, что огромного зелено-желтого граахена удерживает на месте какое-то заклинание. Клановая магия Шэци?

Игу ждал его у входа. На бледном лице друга лихорадочно сверкали карие глаза, каштановые кудри с одной стороны были опалены, а по лицу размазана сажа. Рэм помог ему захлопнуть высокие двери в огромный зал, где на привязи бесновался граахен. Прежде чем ящер смог выпустить следующий огненный заряд, Игу торопливо просунул между дверных ручек древко сорванной со стены алебарды и крикнул:

— Бежим!

Замок Кеммен все еще был неестественно пуст, но сейчас это было им на руку. Юноши вихрем неслись по коридорам, надеясь, что магическая привязь удержит сторожевого граахена еще несколько минут. Игу пропыхтел на бегу:

— Почему здесь так пусто? Где все?

— Заткнись и беги, — бросил Рэм.

Все планы стремительно рушились. Но важнее всего сейчас было унести из замка ноги. И только потом уже думать, почему в Кеммене, где должна была идти запись на вступительные экзамены в Королевскую Академию, не оказалось ни одного человека. Ни единой живой души, кроме сторожевого граахена.

Впереди показалась широкая лестница, ведущая на первый этаж. А там и до входа в замок рукой подать. Оба юноши припустили еще быстрее. Вниз они неслись с бешеной скоростью, прыгая через несколько ступенек. Лестница плавно поворачивала, а бежали друзья слишком быстро. Когда за поворотом показался человек в зеленом мундире, никто из них не успел остановиться.

Рэм отметил седину на висках незнакомца, дубовый лист родовой татуировки — маленькой и невзрачной. Зеленоватые глаза удивленно распахнулись, а руки бывалого вояки сделали все сами — перед ним вспыхнул полупрозрачный рунный щит. Заклинание отбросило Игу и Рэма назад.

Прежде чем они успели подняться на ноги, их окружили шесть солдат. Незнакомец, на которого они едва не налетели, хмуро оглядел парней и спросил:

— Кто такие? Что здесь делаете?

Ожог на месте татуировки на шее Рэма не укрылся от его взгляда. Как и потрепанная одежда юноши. Игу первым поднялся на ноги и выступил вперед. Стряхнул пыль с рукавов рубашки, вскинул голову, показывая всем безукоризненно четкий рисунок на шее. Взгляды солдат задержались на синеватом цветке магнолии, заключенном в круг. Стараясь скрыть волнение в голосе, юноша сказал:

— Мы пришли, чтобы записаться на вступительные экзамены в Королевскую Академию.

— А чего не порталом в Хеген? — удивился рыжебородый крепыш. — Шэци вассалы Хенсо, у них есть печать перемещения.

В этот момент старший молча ткнул пальцем в сторону шеи Рэма, и тогда пятно ожога увидели все. В их глазах сразу появилось понимание и… равнодушие.

Седеющий капитан холодно спросил:

— Ваши имена?

Игу пригладил опаленные кудри и доложил:

— Игу Шэнци, а мой товарищ — Рэм Хенсо.

На несколько мгновений воцарилась тишина. Любопытство и презрение во взглядах жгло не меньше, чем боль на месте отсутствующей клановой татуировки. Рэм молча поднялся на ноги и с вызовом оглядел солдат. Друг ткнул его локтем в бок. Капитан провел пальцем по маленькому дубовому листу на своей шее и приказал:

— Расскажите, что здесь произошло.

Пока Игу коротко докладывал об их злоключениях в замке, Рэм старательно рассматривал носки своих сапог. Показывать норов было нельзя. Без клановой татуировки он никто. Получить временную метку поступающего для него было вопросом жизни и смерти. Размышления были прерваны появлением взволнованного курьера.

Тот влетел в раскрытые двери замка с истошным криком:

— Капитан! Капитан Шен! Там…

Было видно, что юноша отчаянно пытается взять себя в руки, но ему это не удается. Седеющий мужчина, которого он назвал капитаном Шеном, бросил солдатам:

— Разберитесь с молодыми людьми. Я пойду гляну, что там нашел второй отряд.

Игу и Рэм вышли во двор замка. Один из солдат подробно записал их показания. Когда он взмахом руки отпустил юношей, рыжебородый негромко сказал:

— У нас лекарь есть. Ожог лечить надо.

Рэм отвернулся и бросил через плечо:

— Спасибо. Я сам.

Пока они шли через двор к лошадям, которых привязали у ворот, Рэм внимательно слушал шепотки солдат. Правда, на этот раз обсуждали не клан Хенсо, который внезапно потерял одного из сильнейших бойцов, брата-близнеца нынешнего главы. Похоже, тела обитателей замка Кеммен все-таки нашли. И нашли в неприглядном виде. Иначе, почему трое вернувшихся с заднего двора солдат сидели с белыми лицами в окружении своих товарищей? В Кеммене явно произошло что-то страшное. Солдаты тихо переговаривались, и обрывки их разговоров долетали до Рэма:

— …наверное, это Всевидящая демоница снова объявилась…

— … третий подобный случай за полгода.

— … лишь ей под силу истребить целый замок…

— … когда уже король пришлет кого-нибудь?..

Как только юноши вывели коней за ворота, Рэм сказал:

— Нужно убираться отсюда. Солдаты моего дяди наверняка попытаются выйти на нас раньше, чем мы доберемся до Королевской Академии. Ближе Кеммена точки сбора нет. Получим свои метки в Хегене.

Игу оглянулся и добавил:

— И я не удивлюсь, если кто-то из солдат клана Шен сдаст нас.

Он был прав. Рэм взлетел в седло и подстегнул коня. В голове снова крутились горькие воспоминания. Игу понимающе спросил:

— Об отце думаешь?

Рэм молча кивнул.

— О себе думай, — в который раз начал увещевать Игу. — Хеги Хенсо мертв. Его старший брат и твой дядя Деги Хенсо убил его.

— Только ты мне веришь, — процедил он. — Все остальные считают, что мой отец погиб на охоте. А меня изгнали за дело.

Игу спокойно сказал:

— Многие понимают, что Деги Хенсо убил своего брата-близнеца, чтобы у его детей не было конкурентов на место главы клана. И по этой же причине изгнал тебя. Только твоя участь от этого не легче. Пока ты не получишь метку поступающего и не окажешься под защитой Королевской Академии, тебя будут преследовать убийцы клана и наемники твоего дяди.

Рэм скривился и осторожно коснулся пальцами места ожога. Еще несколько дней назад на его шее красовалась сосна — символ клана. Но Деги Хенсо собственноручно выжег это знак племяннику и отправил его на все четыре стороны. Больше всего Рэму сейчас хотелось развернуть коня, возвратиться в Эймирем и вцепиться в глотку своего дяди. Но пока его силы не хватит для этого. Оставалось бежать на север, в Королевскую Академию. Чтобы выжить. И обрести силу.

Вскоре юноши сошли с дороги и начали петлять по лесу, запутывая следы. Кони долго шли вверх по ручью, почти по брюхо в воде. На берегу сделали привал и, наконец, Игу снова обработал ожог и царапины Рэма, а затем наложил плотную повязку. Долго отдыхать было некогда. Прием в Королевскую Академию Магии скоро закончится.

Весь день юноши гнали коней на Север, к Хегену, избегая оживленных дорог и селений. В безопасности они теперь окажутся только за стенами Королевской Академии. На ночь остановились в роще у ручья. Костер разводить не стали. Рэм щелкнул пальцами, и над поляной вспыхнул тусклый магический светлячок.

— Магия возвращается, — удовлетворенно сказал он.

Игу задумчиво кивнул:

— Значит, дед не врал. Выжигание клановой татуировки не перекрывает магию полностью. Что ж, неплохо. Если все и дальше пойдет так, как он сказал, к вступительному экзамену ты почти восстановишься. Поступить в Королевскую Академию будет трудно.

Рэм опустился на колени рядом с костром, закрыл глаза и сосредоточился, пытаясь ощутить магию внутри себя. Точки силы ощущались как будто через вуаль. И с каждым днем она становилась все тоньше. Скоро он снова сможет использовать магию, пусть и не так искусно, как прежде. Хеги Хенсо соврал ему и в этом. Дядя утверждал, что лишил его силы навсегда. Впрочем, чего ждать от человека, который хладнокровно убил своего брата-близнеца, а затем изгнал его сына?

В тот же момент Рэма накрыло чувство опасности. Подчиняясь инстинкту, он резко пригнулся, упал набок и откатился в сторону, ап потом вскочил на ноги. В то место, где он только что сидел, одна за другой вонзились три стрелы с мерцающими огненными наконечниками. Они взорвались один за другим, и волна горячего воздуха отшвырнула Рэма в сторону. Игу в это время создал легкий рунный щит и тут же упал на землю. Почва под ногами дрогнула под действием магии клана Шэци.

Дым рассеялся и показал им нападавших. На этот раз человек был один. Рэм узнал своего бывшего слугу и скрипнул зубами от злости. На лбу тощего паренька лет двенадцати была выжжена печать полного подчинения, глаза горели алым светом, а в руках его подрагивал лук. Колчан на боку пустовал — больше ценных зарядов жалкому слуге было не положено. Даже ради такого важного убийства. Тем более что убивать предстояло не ему.

У ног мальчишки скалили зубы три багровые гончие. Глаза псов были чернее ночи, а на лбах красовались такие же печати, как и на лбу слуги. Мощные лапы украшали бритвенно-острые когти. Кровники. Кровные гончие. Дядя расщедрился, заплатил кровью и магией за вызов этих тварей. Уйти будет нелегко.

Цепочку с амулетом на шее одного из псов Рэм заметил не сразу. Он успел удивиться, что кровники больше не пытаются напасть, когда Игу указал пальцем на левого пса:

— Смотри!

В этот момент тусклый, серый камешек лопнул и превратился в облачко пыли. Над поляной прогремел до боли знакомый голос Деги Хенсо:

— Верни Печать Пепла, паршивец! И я дам тебе уйти живым.

Стоило промолчать, ил продолжать отпираться, но на этот раз Рэм усмехнулся и ответил:

— Нет. Она принадлежала моему отцу. И теперь моя по праву.

Один из псов распахнул пасть и заговорил:

— Печать Пепла принадлежит клану Хенсо. Ты — изгой. У тебя больше нет права владеть ей. Только сильнейший воин Деги Хенсо достоин носить ее.

Его голос был сухим и безжизненным.

— Сильнейшим воином был мой отец, — огрызнулся Рэм и соединил ладони перед грудью.

Точки силы удалось пробудить не сразу, и первый удар принял на себя Игу. Он с трудом растянул на двоих рунный щит, позволяя Рэму окутать тело тонким слоем магического доспеха. Как только серая пленка обволокла фигуру друга, Игу развеял щит и в считаные мгновения пробудил собственную защиту.

Юноши ударили разом. Рэм — вихревой стеной, а Игу — водной магией своего клана. Воздух сгустился, отбрасывая назад первого пса. Второй прыгнул через его голову и получил пригоршню воды в морду. Багровая шерсть зашипела, от пса пошел пар. Третий попытался зайти с фланга. Рэм заглушил две точки силы и ударил молнией. Пес проворно ушел от разряда и попытался атаковать Игу. Но тот уже создал вокруг своего тела тонкий коричневатый магический доспех, выхватил меч и пошел в атаку. Продержится его защита недолго, приходилось брать напором.

Пока третий пес пытался разорвать клыками тонкую пленку магии Игу, двое других насели на Рэма. Сила отзывалась неохотно. Глушить стихии, оставляя одну рабочую, было невероятно трудно. Но он справлялся. Шаровая молния вырвала кусок из бока одного из псов, а ветряной хлыст ударил второго промеж глаз. Но это не остановило тварей, только замедлило и заставило быть осмотрительней.

Игу удалось отрубить лапу кровнику, прежде чем магический доспех погас. Пока пленка силы не успела растаять, он точным пинком отшвырнул трехлапого пса прочь и создал новый рунный щит.

— Капкан! — выкрикнул он.

Рэм выругался сквозь зубы, но послушался. Вытащил из-за пазухи тяжелый кругляш размером с ладонь, зубами сорвал с него исписанную рунами бумагу и бросил в сторону псов. Капкан у них остался один. Последний.

Кровников накрыл рубиново-алый купол. Капкан абсолютного замедления сработал как надо. Движения псов становились все медленнее, пока не стали почти незаметными. Мальчишка с печатью на лбу так и остался стоять в стороне, изумленно взирая на потуги кровников вырваться из капкана. Прежде, чем он успел хотя бы дернуться им на помощь, покрытый магией кулак Игу ударил его в лоб.

Над поляной пронесся отчетливый хруст — лопнула нить магической подпитки кровников. Без привязки к человеческому телу твари становились менее опасными и прыткими. Но сбить их со следа было невозможно. Как и вернуть жизнь тому, кто стал источником силы для псов. Поэтому Игу и Рэм вскочили в седла и подстегнули коней. Будет лучше, если в следующий раз кровники придут за ними на территории Королевской Академии. И тогда Деги Хенсо придется объясняться с королем или отступить.

Через полчаса они выехали на тропу и уже не скрываясь, поспешили к Хегену. Тропинка скоро влилась в широкую утоптанную дорогу. Бешеная скачка продолжалась до утра. На рассвете им пришлось сойти с дороги и на пару часов забыться коротким тревожным сном. После скудного завтрака друзья продолжили путь. Тракт вокруг стал оживленным. Это давало надежду на то, что кровные гончие больше не придут. Когда впереди показались башни города, Игу не смог сдержать вздох облегчения.

Но радоваться было рано. У развилки их ждали. Ветер трепал старенький деревянный указатель, на котором было начертано “Королевская Академия Магии”. Цепочка, которая удерживала его на столбе, тихо поскрипывала и позвякивала. Под ней стоял вороной жеребец с узкой белой полосой на морде. Дорогая упряжь с позолоченными заклепками и алмазной крошкой переливалась в солнечных лучах. Человек, который сидел на спине коня, также был разодет в золото и бриллианты. Рэм поморщился, рассматривая породистое лицо своего двоюродного брата. Вьющиеся черные волосы спадали на плечи, а такие же черные глаза смотрели только на Рэма.

— Баки Хенсо, — процедил Игу.

Но тот не обратил внимания на его слова, а сразу повернулся к своему брату:

— Надо же, кто это перед нами? Господин Рэм Хенсо собственной персоной. Точнее, уже не господин, и не Хенсо. И что же ты забыл в этих краях? Может быть, пора вернуться в Эймирем и вернуть украденное?

— Я не вынес из Эймирема ничего, — равнодушно ответил Рэм. — Ты можешь притащить меня в Службу Дознания хоть сейчас. Я готов поклясться своей кровью и магией, что вышел из замка с пустыми руками.

Кажется, его уверенность немного удивила Баки. Тот явно ожидал сопротивления и отговорок. Но он быстро взял себя в руки и сказал:

— Мне не нужны твои клятвы. Ее не было при твоем отце. Значит, он успел передать ее тебе.

Рэм снисходительно улыбнулся и пожал плечами. Лицо Баки перекосило от злости. Он дотронулся до одного из камней на своем браслете. Игу резко оглянулся, когда за их спинами раздался рык. Рэм такого удовольствия брату не доставил. И так было ясно, что позади — кровники.

— Оставь меня в покое, — процедил он. — Благодаря твоему отцу я теперь никто. Но это не навсегда.

— Я убью тебя здесь и сейчас, — рыкнул Баки.

— Не посмеешь, — фыркнул Рэм, лихорадочно соображая, что он может противопоставить трем кровным гончим и магии брата.

Точки силы все еще чувствовались приглушенно. Еще несколько дней назад они с Баки сражались на равных, но сейчас перевес был явно на стороне противника. Дядюшка постарался не оставить ему не единого шанса.

Красная вспышка за спиной стала неожиданностью для всех троих. Глаза Баки стали круглыми, как плошки. Игу изумленно выдохнул. Рэм не выдержал и обернулся. От трех кровников остались только багровые лужи на земле. Над ними потрескивали красноватые молнии. Великолепный игреневый жеребец опустил голову и с интересом обнюхал останки тварей, а затем брезгливо переступил через лужи. На его спине сидел статный человек в сером камзоле с высоким воротником. Холодные синие глаза задумчиво оглядели юношей. Рэм, не отрываясь, рассматривал остриженные до подбородка золотистые волосы, изящные черты лица незнакомца, богато украшенную рукоять клинка, и пытался сообразить, кто перед ними. В облике нежданного спасителя было что-то смутно знакомое.

Блондин в этот момент усмехнулся:

— Прошу прощения, господа. Кажется, я случайно уничтожил ваших… питомцев. Впрочем, должен предупредить — король не приветствует дуэли адептов в окрестностях Академии.

— Мы не адепты, — насупился Баки.

— Смертоубийство молодых людей вне вступительных экзаменов Его Величество не приемлет, — доверительно сообщил незнакомец. — Так что не советую вам продолжать ссору. Сегодня последний день для записи в Академию. Думаю, вам стоит поспешить.

— С кем имею честь? — подозрительно спросил Игу.

Рэм ждал, что им назовут имя. Но к его удивлению, блондин только лучезарно улыбнулся и оттянул воротник, обнажая клановую татуировку на шее. Все трое потеряли дар речи. Рэм не мог отвести взгляд от цветка глицинии, который пересекал тонкий ветвящийся багровый шрам. Баки Хенсо молча отвесил глубокий поклон и развернул коня. Вороной галопом рванул в сторону Королевской Академии. Блондин вежливо кивнул юношам на прощание, игреневый жеребец фыркнул и понес своего всадника в ту же сторону.

Рэм обескураженно повернулся к Игу и спросил:

— Это что, правда был он?

Тот серьезно кивнул:

— Юги Мирэ. Багровая Молния Мирэ. Он-то что здесь забыл?

— Возможно, хочет посмотреть на экзамен, — пожал плечами Рэм. — Говорят, впечатляющее зрелище.

— И скоро мы станем его частью. Поспешим?

Рэм бросил прощальный взгляд на медленно испаряющиеся останки кровных гончих. Он уже хотел последовать за Баки в сторону Академии, когда Игу внезапно замер и прислушался.

— Что такое? — спросил его Рэм через несколько мгновений.

Тот спешился и ответил:

— Не знаю… Может, показалось. Проверю, подожди немного.

Игу скрылся в кустах и долго не возвращался. Рэм уже начал беспокоиться, когда из зарослей орешника раздался взволнованный голос товарища:

— Рэм… Иди сюда, посмотри.