Глава 15. Серебряная ярость

Лира замерла у входа в сверкающий зал. Сегодня происходила традиционная выставка холодного оружия, которую проводил один из мелких кланов. Несмотря на то, что личность главы «Серебряного льва» была тайной, Стилл посещала мероприятия, которые являлись публичными. Выставка как раз относилась к ним. Ей нужно было следить за остальными, оставаясь лишь тенью. Золотые люстры, отражаясь в начищенном до блеска паркете, щедро заливали светом толпу нарядных гостей. Шел уже третий час выставки, ещё пару часов и начнётся аукцион.

Её взгляд, словно магнит, притянулся к центру зала. И там, среди щебечущей толпы, стоял он — Теодор Винсент. Лира не видела его уже две недели после того, как он выставил её за дверь, а после прислал официальное письмо, гласящее об отмене помолвки.

Высокий, широкоплечий, в идеально сидящем черном костюме, он был воплощением силы и власти. Но дело было не в его облике. Дело было в той, что обвивала его руку, словно плющ, заставляя сердце Лиры болезненно сжаться.

Девушка была ослепительно красива. Платиновые волосы, ниспадающие мягкими волнами на обнаженные плечи, огромные голубые глаза, сияющие восторгом, заглядывающие Винсенту в рот и пухлые губы, расплывающиеся в кокетливой улыбке. Она была, без сомнения, породистой аристократкой, и Теодор, судя по всему, наслаждался её обществом. Он держал её за талию, позволяя ей прижиматься к нему всем телом, и в его глазах плясали искорки, которые Лира никогда не видела, когда он смотрел на неё. На её каштановые волосы, вечно строгий стиль одежды и глаза, смотрящие на Винсента с вызовом.

Зал словно затих. Лира чувствовала, как кровь приливает к лицу, а пальцы непроизвольно сжимаются в кулаки. Ревность, обжигающая и невыносимая, затопила её, словно ядовитый поток. Ревность к женщине, имени которой она даже не знала, ревность к Теодору, который так легко заменил её. Казалось, что Стилл особо много и не нужно было. Мужчина пару раз помог, закрыл и всё… Сначала девушка старалась не признавать ту симпатию, что полностью заполнила её сердце, но вскоре она поняла, что за этот месяц, проведённый рядом с Теодором, она начала испытывать то, чего не желала. Вилора очень боялась любить, очень боялась доверять и очень боялась мужчин. После Чака она бежала от них, как от огня. Однако, Теодор всё же заботился о ней… Дважды спас…

Всего две недели назад они были… кем они были? Помолвленными? Партнерами? Врагами? Лира и сама не знала. Их союз был фикцией, политической игрой, призванной укрепить позиции обоих кланов. Но за этой маской деловых отношений скрывалось нечто большее — притяжение, искра, потенциал, который Теодор так жестоко оборвал.

Воспоминания хлынули на неё, словно ледяной душ. Яростные споры, колкие шутки, взгляды, полные вызова и… чего-то ещё, чего-то, что Лира боялась признать. И затем — та роковая ссора.

Она хотела рассказать ему правду. Рассказать о Чаке, её бывшем муже, о том аде, в который превратилась её жизнь. О побоях, унижениях, страхе, который преследовал её даже во снах. Она бежала от него, скрывалась, меняла имена и города, пока не нашла убежище, создав «Серебряный лев». Но Теодор не дал ей договорить. Просто выгнал её.

Он был ослеплен гневом. Обвинил её во лжи, в предательстве, в использовании его клана как убежища для беглой жены. Он выгнал её, разорвав их фиктивную помолвку с такой яростью, что Лира почувствовала, как осколки его слов ранят её душу.

А теперь, спустя всего такой короткий срок, он стоит здесь, обнимая другую женщину, словно Лира ничего не значила. Хотя мужчина сам говорил все те слова, сам целовал её, сам заботился…Стилл для него в итоге была просто игрушкой, которую можно выбросить, когда надоест.

Лира глубоко вздохнула, пытаясь взять себя в руки. Она — глава клана «Серебряный лев». Она не позволит себе сломаться из-за какого-то самовлюбленного идиота. Она покажет ему, что он ошибся, что она сильнее, чем он думает.

С высоко поднятой головой она направилась в центр зала, прокладывая себе путь сквозь толпу. На ней было облегающее платье из серебристого шелка, подчеркивающее её стройную фигуру. Волосы, заплетенные в сложную косу, сверкали в свете люстр, словно настоящее серебро. Каждый её шаг излучал уверенность и власть.

Теодор заметил её. Его взгляд, до этого момента ласковый и игривый, мгновенно стал холодным и жестким. Он отпустил талию блондинки, и на его губах появилась злая усмешка. Он словно ждал её, предвкушая новую схватку.

— Лира, — произнес он, его голос был полон яда. — Какая неожиданная встреча. Жаль только, что я больше не хочу видеть твоё лицо.

— Я здесь не ради тебя, Теодор, — ответила она, стараясь, чтобы ее голос звучал ровно и спокойно. — Ты сам прекрасно знаешь почему я обязана присутствовать на этом мероприятии.

— Конечно, конечно, — он усмехнулся. — Как же я мог забыть о твоем "долге"? Но, признаюсь, я надеялся, что ты пришла, чтобы извиниться.

Лира фыркнула.

— Извиниться? За что? За то, что ты не дал мне возможности объяснить?

— Объяснить что? — Теодор поднял бровь. — Что ты сбежала от мужа, который? Что ты скрывала это от меня?

Они старались говорить тихо, не привлекая к себе излишнее внимание, поэтому со стороны были похожи на шипящих друг на друга змей.

— Ты ничего не знаешь, Теодор, — прошипела Лира, чувствуя, как гнев снова начинает закипать внутри нее. — Ты слушал только слухи, не дав мне шанса сказать правду.

— Правду? — он рассмеялся. — Какую правду? Что ты жертва? Что ты невинная овечка, нуждающаяся в моей защите? Я больше не верю в твои сказки, Лира. Я устал от лжи, идущей с твоего рта. Можешь быть свободна.

— И я больше не нуждаюсь в твоей вере, — огрызнулась она. — Я сама могу о себе позаботиться.

— О, я в этом не сомневаюсь, — Теодор окинул её взглядом с головы до ног. — Может тогда сообщить твоему мужу координаты дома его невесты? Помочь придушить нерадивую жену. У нас с ним много общего — отвратительные женщины рядом.

Сердце девушки на мгновение замерло. Ком из обиды подошёл к горлу, заставляя взглянуть на мужчину взглядом, полным презрения.

— Я не боюсь тебя, Теодор, — ответила она, глядя ему прямо в глаза. — Я не позволю тебе запугать меня.

— Запугать? — он придвинулся ближе, так что их лица оказались всего в нескольких сантиметрах друг от друга. — Я просто хочу показать тебе твое место, Лира. Место женщины, которая пытается обмануть меня. Которая много раз обманывала меня. Которую я слишком уважал, чтобы ставить под сомнение.

— У меня нет никакого места рядом с тобой, — прошептала Стилл, чувствуя, как дрожь пробегает по ее телу. — Ты сам его уничтожил.

— Может быть, — он наклонился еще ближе, его дыхание опалило её щеку. — А может быть, еще не все потеряно. Я готов простить тебя, Лира. Готов забыть о твоих прошлых ошибках.

Лира затаила дыхание. Она не могла поверить, что он говорит это. Неужели он действительно готов простить её? Неужели все еще есть шанс на примирение?

Но затем он произнес слова, которые разбили ее надежды вдребезги.

— Я прощу тебя, — продолжил Теодор, его голос был полон насмешки и презрения, — если ты прямо сейчас опустишься на колени и приползешь ко мне, умоляя о прощении. Если ты признаешь, что ты всего лишь игрушка, греющая мою постель, и не заслуживаешь ничего большего. Сможешь быть хорошей девочкой? Послушной?

В зале воцарилась тишина. Казалось, нарочно громко произнеся эти фразы, Теодор устроил шоу. Все слышали это непристойное предложение и все взгляды теперь были прикованы к ним. Лира почувствовала, как ее лицо пылает от унижения и гнева. Она не могла поверить, что он сказал это. Что он настолько низко пал.

— Ты чудовище, Теодор, — прошептала она, ее голос дрожал от ярости. — Я никогда не опущусь перед тобой на колени. Лучше умру.

— Тогда, похоже, у нас больше нет никаких дел, — ответил он, его глаза были холодными и безжалостными. — Проваливай, таракан.

Лира развернулась и, не говоря ни слова, вышла из зала. Она шла сквозь толпу, не замечая взглядов и шепота. Ее сердце было разбито, ее гордость растоптана. Она отомстит за это унижение. Теодор Винсент заплатит за все. Она заставит его пожалеть о своих словах. Она покажет ему, кто она на самом деле.

Лира вдохнула свежий ночной воздух. В небе сияла полная луна, заливая землю серебристым светом. Она посмотрела на луну и почувствовала, как внутри нее поднимается волна силы. Она — серебряный лев, и она будет сражаться до конца.