Глава 17. Ангелина

— Берите трубку, — кивает на мой телефон Иосиф Давидович.

Я облизываю внезапно пересохшие губы и, немного помедлив, все-таки нажимаю на дисплей.

— Алло, — мой голос дрожит, и я откашливаюсь.

— Слышь, Линка. Деньги нашла? — не здороваясь, с ходу спрашивает Валера.

— Какие деньги?

Иосиф Давидович наклоняется в мою сторону, делая мне знак, что ему плохо слышно, и я прибавляю громкость на телефоне.

— За тачку мою, — издевательски смеется на том конце провода Валера.

— Я тебе ничего не должна, — стараюсь я говорить как можно спокойнее.

— Линка, — заводится мужчина. — Ты думаешь, с арестом машины все кончилось? Ты очень сильно ошибаешься. Все только начинается. И будет продолжаться, пока ты не переоформишь машину! А своему хахалю на крузаке можешь сказать, что он меня пушкой не испугал. И не таких ломали. Ясно?

Валера отключается, не дожидаясь моего ответа, и в этот же момент Иосиф Давидович резко открывает дверь и вылетает из машины. Мужчина озирается по сторонам и достаёт телефон из кармана, когда мимо него с громким визгом шин, проносится черный автомобиль, обдавая Иосифа Давидовича брызгами из луж.

— Вот же… — осекаясь на полуслове, Михельсон поворачивается ко мне. — Ваш Осокин решил взяться за вас основательно.

Мужчина смотрит вслед удаляющемуся автомобильную, а затем что-то быстро печатает в телефоне.

— Он не мой, — едва слышно отвечаю я.

Иосиф Давидович пристально смотрит на меня и вопросительно поднимает бровь. Я стискиваю руки, глядя на него в ответ. Мужчины заканчивает печатать что-то в своем телефоне и возвращается на сидение, отряхивая джинсы от капель воды. Он еще раз внимательно смотрит на меня, прищурив глаза, и я отворачиваюсь к окну.

— Извините, — негромко произносит Иосиф Давидович.

Я снова поворачиваю к нему голову, чувствуя как мои глаза наполняются слезами. Иосиф Давидович меняется в лице, я замечаю складку у него между бровями. Он шумно втягивает воздух и наклоняется ко мне.

— Ангелина Андреевна, давайте только без слез, — очень спокойно произносит мужчина. — Если вы обиделись на меня, то обещаю, что, как минимум, постараюсь больше не называть Осокина вашим.

— Нет, — мотаю головой, чувствуя как слеза скатывается по щеке. — Дело не в вас.

— Ну если так, что тогда вас расстроило? — не понимающе смотрит он на меня.

— Он что следит за мной? — тихо спрашиваю. — Это же он был? — киваю в ту сторону куда уехала машина.

— Судя по всему, да, — задумчиво потирает бороду Иосиф Давидович. — Прекратите плакать.

Я смотрю на его нахмуренное лицо и желание разрыдаться становится только сильнее. Мужчина словно понимает это и снова шумно вздыхает. В этот же момент из моей груди вырываются рыдания.

— Ну вот, — морщится Иосиф Давидович. — Что же мне с вами делать?

Я пытаюсь унять поток слез, но они никак не останавливаются. Мне обидно чувствовать себя обманутой и использованной. Никогда бы не подумала, что окажусь жертвой мошенника. Я продолжаю плакать, слезы застилают глазам, а затем чувствую, что оказываюсь прижата к теплой мужской груди. Иосиф Давидович неуверенно гладит меня по спине, едва слышно бормоча что-то, по всей видимости, утешительное. Я ощущаю ужасную неловкость, но чувство беспомощности, из-за которого мне так страшно, пересиливает его. Поэтому я продолжаю плакать на груди у Иосифа Давидовича.

— Ангелина Андреевна, — чуть громче говорит он. — Надо ва… хм… этого Осокина остановить. И вам так спокойнее будет. Только без вас мы не справимся. А мы с моими ребятами вас подстрахуем. Вам будет нечего бояться.

Я с трудом перестаю всхлипывать и отстраняюсь от мужчины.

— Вы все-таки хотите, сделать меня приманкой? — вытираю щеки успокаиваясь.

— Пока я не вижу другого выхода, — пожимает плечами Иосиф Давидович.

Я вытираю глаза и пристально смотрю на мужчину. Не хочу становиться приманкой. И участвовать в поимке преступника тоже не хочу. Только если Валеру не остановить он так и будет меня преследовать.

— Но если что-то пойдёт не так? — нахмуриваюсь я.

— Мы вас не оставим одну наедине с Осокиным. Вас будут сопровождать мои ребята из отдела. Так что даже если что-то пойдёт не так, максимум что может случиться, это то, что Осокину удастся уйти от нас. Но я уверен, что этого не произойдет.

— Если честно, — отворачиваюсь я к окну. — Мне очень страшно.

— Я понимаю, — кладет свою широкую ладонь поверх моей Иосиф Давидович. — Но я обещаю вам, с вами ничего не случится.

Я вздыхаю и пристально смотрю в зеленые глаза мужчины, которые выражают уверенность.

— Тогда какой план?

— Будем ловить на живца.

— Мне надо будет сказать, что я переоформлю машину? — догадываюсь я.

— Да, так и сделаем. Но для начала мы все подготовим. Выберем место, где будет происходить встреча. С вами поработают наши сотрудники, чтобы вы знали что говорить, а что нет. Осокин должен разговориться. Поэтому это будет точно работа на пару дней, если не больше.

— А что все это время делать мне? Он же в любой момент может снова вломиться ко мне в дом или опять поджидать меня около школы.

— Ну, — задумывается Иосиф Давидович. — Вам есть где пожить какое-то время?

Я закусываю губу и пристально смотрю на мужчину. А потом со вздохом киваю.

— Да, Иосиф Давидович, есть.

— Тогда собирайте вещи, я вас отвезу.

Пока я собираю вещи, Иосиф Давидович снова сидит на моей кухне и пьет кофе. Я не понимаю как оказалась в ситуации, когда этот мужчина, вот уже в который раз находится в моей квартире. Мне снова неловко, как и каждый раз, в последнее время в его присутствии. Я довольно быстро складываю свои немногочисленные вещи в сумку и выхожу с ней в коридор. Заглядываю в кухню чтобы сказать, что я готова и обнаруживаю, как Иосиф Давыдович моет за собой кофейную кружку. От этого зрелища в моей груди что-то екает. Он выглядит слишком по-домашнему и это невыносимо мило. Мужчина, словно затылком, ощущает мой взгляд и резко оборачивается. С минуту мы просто смотрим друг на друга, ничего не произнося. Затем, он замечает в моих руках сумку и кивает на неё.

— Вы уже готовы?

— Да, — запинаюсь я. — Я надеюсь, что это всего лишь на пару дней и больше вещей мне не понадобится.

— Если понадобится, — вытирая руки полотенцем, произносит Иосиф Давидович. — Я вас снова свожу домой.

— Хорошо, — киваю я.

Иосиф Давыдович вешает полотенце на крючок, выходит в коридор и забирает у меня сумку из рук.

Вся ситуация выглядит довольно абсурдно, но поделать с этим я ничего не могу. В полном молчание мы спускаемся по лестнице и снова садимся в его автомобиль. До дома Кристины ехать примерно полчаса. За это время я успеваю позвонить подруге и кратко ввести ее в курс дела. Она, конечно же, разрешает мне пожить какое-то время у неё. Иосиф Давыдович паркуется у парадной Кристины и пристально смотрит на меня.

— Все будет хорошо, — снова повторяет он. — Скоро все закончится и вы вернетесь домой.

— Надеюсь, — морщусь я. — Иосиф Давидович, кстати, я хотела вам сказать. Я попыталась поговорить с Мишей, но пока не вышло. Он закрылся. Сильно закрылся.

— Что ж, спасибо, что попытались, — улыбается он.

— Я сделаю это еще раз, чуть позже, когда он немного остынет.

— Даже в такой ситуации вы думаете о детях? — удивляется он.

— Это моя работа, — улыбаюсь я.

Иосиф Давыдович хочет сказать, что-то ещё, но в этот момент громко хлопает железная дверь парадной Кристины. Я поворачиваю голову на звук и вижу подругу выбегающую из дома в накинутом на майку плаще. Она озирается по сторонам в поисках меня, и я рывком открываю дверь автомобиля Иосифа Давыдовича.

— Гелик, вот ты где, — вскрикивает подруга при виде меня. — Ой, — запинается Кристина, когда замечает выходящего из машины Иосифа Давидовича. — Здравствуйте.

— Здравствуйте, — сухо кивает он ей.

А затем протягивает мне мою сумку с вещами.

— Ангелина Андреевна, завтра с утра я вам позвоню. Нужно будет выбрать время, для того, чтобы обсудить наш план. Если за это время Осокин попытается связаться с вами ещё раз — трубку не берите и сразу же звоните мне. В любое время. Вы поняли?

— Хорошо, — киваю я и забираю из рук мужчины сумку. — До свидания.

— До свидания, — ободряюще улыбается он. — Все образуется.

Я снова киваю и иду вслед за Кристиной к парадной. Вижу как от нетерпения у Кристины подрагивают руки, но она держится и ничего не спрашивает пока мы идем по лестнице. Молча мы поднимаемся на второй этаж, заходим в её квартиру и в коридоре подруга тут же оборачивайся ко мне.

— Что происходит? — переминаясь с ноги на ногу, спрашивает Крис. — Почему этот горячий полковник привозит тебя ко мне? И вообще, ты что с ним спишь?

Я ставлю сумку на пол, устало сажусь на кресло, которое стоит около входной двери в коридоре и прячу лицо в ладони.

— С этим полковником у нас сугубо деловые отношения, — не отрывая ладоней от лица произношу я. — Тут на днях у меня квартиру ограбили, и я попросила его о помощи.

— В смысле квартиру ограбили? — не понимающе смотрит на меня Крис.

— В прямом, — морщусь я. — Но я не с того начала.

Кристина внимательно оглядывает меня, а затем кивает в сторону в гостиной.

— Пойдём, Гель, поговорим нормально.

Я встаю с кресла, разуваюсь и иду за подругой в комнату. Квартира Крис немного больше чем моя, со свежим ремонтом, но нравится мне здесь совсем по другой причине. В квартире Кристины очень уютно, пахнет свежей сдобой и всегда рады гостям. Поэтому, когда Иосиф Давыдович спросил есть ли мне куда поехать, я сразу поняла, что поеду именно к Крис. Когда мы уселись на диван, и Кристина принесла с кухни чай, подруга бросила на меня пристальный взгляд

— Ну давай Гелик, колись, что у тебя там случилось и как вообще в этом замешан этот сексуальный полковник.

Я делаю глоток чая и рассказываю Крис все с самого начала. Как Валера подкараулил меня у школы, а Иосиф Давыдович случайно оказался рядом и помог мне. Про ограбление. И про то, что узнал полковник Михельсон. А ещё про его план в том, чтобы я стала приманкой.

— Гель, ты совсем полоумная? — вскрикивает со стула Крис. — А если он тебя убьет?

— Кто? — непонимающе смотрю на подругу.

— Как кто? Осокин этот твой, — она заламывает руки и ходит из угла в угол по комнате.

— И ты туда же, — закатываю глаза я. — Какой он к черту мой! Мы расстались больше чем полгода назад. Все заладили твой, твой.

— О чем ты?

— Да полковник этот, все одно. Ваш Осокин, ваш парень. Да нет у меня парня! И Осокин этот не мой! И вообще он никакой не Осокин!

— Гель, не кипятись, — садится передо мной на корточки подруга. — Чего это ты? От стресса что ли?

— Не знаю, — бурчу я. — Может и от него.

— А может тебе полковник нравится? — хитро прищуривается Крис. — Вот и бесишься, что он Осокина все еще твоим считает.

Я вспыхиваю от ее предположения и отворачиваюсь.