ГЛАВА 11

Утром, – да, что ты будешь делать! – снова проснулась в обнимку с волчарой. На этот раз наглец не просто позволил закинуть на него ногу, а прижимался всем телом, и его ладонь стискивала мою филейную часть. Я размахнулась, чтобы залепить пощечину, но тут мою руку перехватили, а тело резко подмяли под себя. Я охнула, ощутив на себе неподъемную тяжесть. И пахло от оборотня немытой псиной.

– Доброе утро? – поинтересовался Каурчик, заглядывая прямо в глаза. Его лицо находилось в сантиметрах от моего. Отросшие волосы нет-нет, да касались моего лица.

– Кому как! Пусти немедленно! Ишь, разлегся, другого места что ли нет? Пусти, – заерзала, пытаясь вылезти из-под махины. К своему ужасу почувствовала, как в живот уперлось что-то твердое, а взгляд из яркой зелени потемнел. И, вообще, я каждой клеточкой ощутила мужское тело, напряженное, сильное и опасное. Однако страха, что Каурналь обидит или сделает что-то плохое, не было. А еще, я бы самой себе не призналась, как мне понравились эти волчьи объятия. Каурчик весь такой дикий, необузданный, обросший, и на его фоне такая маленькая, хрупкая я. Нежный цветок, который этот варвар должен сберечь, чтобы его сорвал кто-то другой. Не похож этот мужчина на бездушного мерзавца. Ни за что не поверю, что он хладнокровно отправит меня на погибель. – Пусти, пожалуйста, – прошептала ему.

Каур судорожно сглотнул, приподнялся на локтях и откатился в сторону. Потом ловко поднялся и вышел наружу.

Когда я набралась смелости и выбралась из убежища, оборотня поблизости не обнаружила.

На охоту пошел? Или в кустики? – обрадовалась, что больше не нужно тягать взрослого мужика, чтобы тот справил нужду. – Пора и мне прогуляться.

Подхватила опустевшую фляжку и по натоптанной дорожке направилась к ручью. По пути специально навестила кусты с ягодами. Там, я, прежде всего, наелась сама, а потом уже набрала полную чашу из лопуха. Это той твари, если вдруг столкнусь с ней. Между прочим, подношение, что оставляла в прошлый раз, исчезло. Свежие ягоды положила на то же место.

Поскольку теперь не нужно переживать за оборотня и временно не опасаться за собственную жизнь, устроила себе помывку. Спустилась чуть ниже по течению, где ручей делал поворот и его со всех сторон закрывали кусты. Стянула старую рваную рубаху, выданную в деревне Хамхара, белье. Кое-как помылась, повизгивая, когда приходилось полностью окунаться в холодную воду. Как сумела, пополоскала панталончики и развесила их на ближайших ветках. Пока те сохли, занялась волосами, которые слиплись в один колтун и позеленели от сока дурацкой травы.

Ох, и намучилась, пока привела себя в относительный порядок. Зеркальце осталось в убежище, но и отражения в воде хватало, чтобы увидеть разительные перемены. Пару раз я вздрагивала от странных звуков и жуткого ощущения, что в кустах притаилась тварь, которая вот-вот выпрыгнет и сожрет меня. Но все обошлось. Ощущение чужого взгляда исчезло, а ко мне вернулось благодушное настроение. К тому же от овражка потянуло запахом костра, а это значило, что скоро нормально поем. Удивительно, что сейчас меня радовали такие вещи, как собственная чистота и сытный завтрак.

Совершенно расслабившись, я натянула влажное белье, откинула мокрые волосы за спину – по дороге высохнут, и выбралась из зарослей на открытое пространство. Выбралась и замерла, как вкопанная. Знакомая уже черная тварь слупила ягоды, что я ей приготовила и теперь разлеглась на травке, полностью перегородив путь. Зверюга лениво размахивала хвостом и будто кошка перебирала вытянутыми передними лапами землю. На мое появление отреагировала внимательным взглядом и – зараза – даже не подумала убраться с дороги.

И как мне идти обратно? Лезть через бурелом и кусты совершенно не хотелось. Не рассчитывала я еще раз столкнуться с этой тварью.

При свете дня и без паники мне удалось как следует рассмотреть хищника. Строением тела и формами он напоминал крупного волка. Огромного, я бы сказала. Только у волков не отливают металлом когти, а кончик хвоста не венчает костяной шип.

Он будто понял, что разглядываю, и специально зевнул, продемонстрировал двойной ряд зубов и весьма острые и крупные клыки. На лбу, груди и боках я рассмотрела костяные пластины. Они тускло поблескивали и походили на кусочки черепашьего панциря. При всей грозности и силе твари самыми страшными у нее оказались глаза. Крупные, с мелкими ресничками и светлой полоской меха, повторяющий плавный изгиб. Желтые зрачки сверкали как цитрины и, наверное, светились в темноте. Но главное – в них угадывался разум, будто бы на тебя смотрел человек, которого заточили в звериное тело.

– Вижу, тебе понравились ягоды? Конечно, понравились, вон уже ничего не осталось. Я хотела поблагодарить тебя за болотную крысу. Каурчик признал, что даже ему не под силу поймать такого зверька. Можно я пойду? Ты ведь меня не тронешь?

Пока разговаривала с тварью, мелкими шажочками огибала здоровенную тушу. Оставалось только перешагнуть через хвост, и можно припустить бегом до овражка. Я уже занесла ногу, как рядом раздалось негромкое.

– Лирайя, не шевелись, – подняв глаза, увидела Каурналя. Он стоял в десяти шагах, за крупным деревом, в руках держал нож, и при этом был белым, как полотно.

– Все в порядке, не переживай, – улыбнулась волчаре, – она меня не тронет. Правда ведь? – уточнила у зверюги. Та лениво махнула хвостом, задевая мои щиколотки, зевнула и положила морду на лапы. – И Каурчика, пожалуйста, не ешь. Он хороший. А я тебе за это еще ягод принесу, хочешь?

Тварь довольно замурчала, будто гигантская кошка, хотя кошачьего в ней разве что повадки.

– Лира, медленно иди ко мне, – оборотень не поверил моим словам, однако и из-за дерева не высунулся. Оно и понятно, если кинется, то хотя бы он сумеет убежать. Но я точно знала, хищник меня не тронет, поэтому спокойно повернулась к зверю спиной и подошла к оборотню. Тот рывком утащил меня за дерево, потом подхватил на руки и припустил бегом к овражку. – Эй, отпусти! – забарабанила кулаками по спине. – Отпусти, кому говорю!

Мы как раз пробегали мимо куста с ягодками. Их немного осталось, но я же пообещала принести их зверюге. На удивление, оборотень меня послушал и остановился.

– Что… что это было? Это там… что за тварь?

– А я откуда знаю? – и правда, чего пристал? Это он должен знать, кто в Диком лесу водится, а для меня тут все внове.

– Но… она тебя не тронула! – кажется, у кого-то случился шок. Каурчик заикался, нервничал и все время оглядывался по сторонам.

– Конечно! Я же ей ягод пообещала принести.

Умом, что ли волчара повредился? Талдычит одно и то же. Где мой смелый волк, который защитил от стаи поганых оборотней и злого колдуна?

– Кто ты? И куда дел моего Каурчика? – зловещим голосом поинтересовалась у мужчины.

– Не смешно, Лирайя! Ты не ответила, почему тварь тебя не тронула?

– Почему-почему! Потому что я наследная принцесса Доркайма, разве не понятно?

Затем я направилась к зарослям лопуха, которые изрядно похудели после моего нашествия, выбрала парочку крупных листов и принялась обирать последние красные ягодки.

– Ты хоть знаешь, что это за ягода? – ехидно уточнил Каурналь.

– Нет, – я пожала плечами, – но зверюге они понравились. Да и ты с удовольствием их ел.

– О, кары Фирнабула, за что мне досталась эта девица?! – взмолился. – Она точно меня в могилу сведет. Это кровавый волчеголов!!! – произнес с таким пафосом, будто этим все сказано.

– Да мне вообще плевать, как они называются, – выискивая остатки, махнула на оборотня рукой.

– Это очень редкие ягоды, кусты которых появляются только рядом с теми, кто обладает сильной магической силой. Они целебные! Это такая редкость, которую я вижу во второй раз в жизни! И ты, глупая, отдаешь драгоценные плоды местному зверю, который наводит ужас на деревню Хамхара! – он так сильно махал руками, возмущаясь, что побагровел. – Невозможно прикормить хищников Дикого леса!

– Как ты меня достал, Диковатый Каурчик! Я же сказала, что пообещала, а я всегда выполняю обещания. Так что уйди с пути! Не доводи до греха! – иронично улыбнулась, держа в руках лопух с ягодами.

Я видела, как в этом варваре закипает злость, как его глаза мутнеют, приобретая болотный оттенок. Как кулаки сжимаются и ходят желваки на лице. И уже приготовилась к новой порции возмущений, но его норов и пыл быстро так смирила животина, которая выпрыгнула из-за кустов и встала между нами. Черная шерсть вздыбилась, и раздался жуткий рык. Зверина была готова меня защитить.

Волчара поднял руки вверх и отошел на пару шагов назад. Застыл в позе заранее поверженного и сдающегося с потрохами. И только тогда морда зверя залоснилась. Он сел рядом со мной, нагло выпрашивая лакомство.

– Ешь, мой хороший, – опустила лист с ягодами на траву.

Все теми же незатейливыми движениям почти человеческих лап, животина принялась вкушать дар, с удовольствием закидывая каждую ягодку в пасть.

Каур смотрел на происходящее с открытым ртом. Так и прирос к земле без движения. И тогда я решила окончательно его добить, осторожно дотронувшись до головы зверя, который позволил себя погладить.

С победоносным видом укротительницы посмотрела на оборотня и улыбнулась. Тот же медленно осел на землю, не отнимая взгляда от чудища.

– Я лично видел тела оборотней, которые попались на зуб черной фурии Дикого леса. Она любит сжирать внутренние органы пока добыча еще жива, – в страхе лепетал Каурчик, пока наблюдал за тем, как я смело глажу зверя.

– Знакомься, это Апира, – животина подняла на меня взгляд, будто прислушиваясь к произнесенному имени, а потом снова принялась пожирать ягоды, что я расценила, как согласие. – Она пойдет с нами. Правда? – спросила я у зверя. На что чудовище заурчало и прильнуло к моей ноге.

– Что? – не узнала я голос Каура. Слишком пискляво прозвучал вопрос.

– Она будет нас защищать, а я буду добывать для нее ягоды, – животное упало на спину, подставляя мне волосатое брюхо. – А кому пузико почесать? – опустилась на колени и принялась тормошить пальцами мягкое брюшко. На ощупь такое же, как у моего кота, только намного больше. Так сразу все не охватить! Пришлось поработать!

Каурчик уже прилег на траву, молча и ошарашенно наблюдая за этим действом.

– Так вот кто поймал болотную крысу? – дошло до его ограниченного сознания.

Я лишь улыбнулась и пожала плечами.

– Уверена, что тварь тебе подчиняется?

Мы с Апирой одновременно застыли в недоумении, оскорбленные высказыванием.

– Во-первых, не тварь! А во-вторых, она теперь мой друг и о подчинении здесь речи не идет.

– Ладно-ладно, – затараторил оборотень. – У нас еще много лиг пути. Лучше выдвинуться в путь прямо сейчас.

– С чего это вдруг? – ухмыльнулась. – Я никуда не спешу.

– Хорошо. Останемся на ночь, но на рассвете…

– Ну, уж нет! Как проснусь, так и пойдем!

Ему ничего не оставалось. Сдался, опасаясь гнева Апиры! А я радовалась, как никогда!