Глава 10

— Маш, какой сюрприз? Хотя бы в воскресенье я могу не выходить из дома? Сообщи нам свои новости здесь, закажем еду из твоего этого «Восходящего солнца».

— Пап, во-первых, ты и так каждые выходные дома! Во-вторых, дело требует особой обстановки, здесь ну никак не получится. И вообще, когда я тебя отмазывала от мамы за сломанную орхидею, ты сказал — любое желание. Так что доставай тот галстук, который на прошлой неделе купили, и запонки. Выбираемся в приличное место!

Шестидесятилетний мужчина недовольно крякнул — младшая дочь умеет вить из него веревки. Он глянул в зеркало на свою еще довольно-таки крепкую фигуру, чуть втянул живот. В принципе, будет неплохо выбраться в развлекательное заведение, раньше он это дело любил. Правда, гулять предпочитал без жены.

— Приличное? — он скептически приподнял бровь. — Забегаловка с просроченными роллами.

— Нет, папочка, — Маруся чуть обняла родителя и погладила по седым волосам, — это элитный японский ресторан. Иди, брейся. Вон, кстати, мама освободила ванную.

Просторная квартира семьи медиков-бизнесменов превратилась в филиал передачи о моде и стиле. Родители Маруси хоть и были обеспеченными людьми, в последнее время редко куда-то выбирались. Поэтому сборы проходили шумно и со всей тщательностью. Громоздкие часы с кукушкой на стене в прихожей показывали без четверти два.

***

Косте пришлось здорово потрудиться, чтобы объяснить Акире планы на сегодняшний вечер. Японец был помешан на борделе, и, похоже, другие достопримечательности города его совсем не интересовали. А ведь, по идее, он должен быть глазами и ушами умершего товарища! Но неужели покойный Слава хотел увидеть в родном местечке одних лишь проституток?

Константин ни на грамм не верил в это мистическое завещание: последние воли, прощание с родиной и прочую муть. Душа приятеля Акиры, скорее всего, уже мирно ушла. А сам японец просто пользуется предсмертной придурью друга и наивностью Костиного дядюшки. Так вот пусть сходит для разнообразия и в ресторан.

Была б рядом Соня, растолковать ситуацию Акире было бы проще. Как, впрочем, и доживать до вечера: одеваться, есть, дышать. Костя даже погонял энергию специальным упражнением, чтобы успокоиться, но все равно оставался в напряжении. Он все еще не понимал, правильное ли решение принял и не мог предположить, как отреагирует на него девушка.

Может, все же заехать в Шатер до ужина? Костя посмотрел на будильник — нет, не успеет. Уже почти три, нужно надевать пиджак и ехать в отель, забирать Акиру. Отец и тетя приедут на место сами, вызовут такси.

Акира к походу в ресторан отнесся серьезно. Он уже ждал Костю в холле гостиницы, в светло-голубой рубашке и строгих брюках. Как всегда улыбался и коряво говорил по-английски.

Костя подумал, можно было попробовать отправлять японцу невербальные посылы, чтобы улучшить взаимопонимание. Правда, такого опыта у сверхсильного доктора еще не было, да и иностранец может испугаться. Особой нужды тоже нет — в Шатре бывает Соня, а в простых бытовых ситуациях они приспособились объясняться по-английски и жестами.

Когда они прибыли на место, отец и тетушка уже сидели за столиком, слишком большим для их компании, как показалось Косте. Ресторан был, что совершенно логично, оформлен в японском стиле. Отделка навевала краски рассвета и нежную сакуру, простые столы и жесткие диванчики имели черный цвет.

— Мы уже сделали заказ, — сообщила Луиза. Хотя Константин-старший сидел с видом, явно сообщавшим — блюда выбирала сама тетушка.

Акира не высказывался на тему обстановки и меню, только демонстрировал свои ослепительные тридцать два. Еще в машине он намекнул Косте, что после неплохо бы заехать в Шатер и теперь, скорее всего, ждал, когда все это закончится. Впрочем, Константин был занят тем же. Хотя от вида родных все же теплело на душе.

В заведении было достаточно многолюдно, горожане использовали последний выходной, чтобы развеяться. Гости то уходили, то приходили. Луиза сидела лицом к входу и то и дело посматривала в ту сторону. Наверное, ей было скучно.

Судя по звукам, в ресторан вошла очередная компания, Костя услышал заученную речь администратора. Ничего особенного, но тетушка как-то вся собралась и даже словно улыбнулась. Он повернул голову и раздосадовано выдохнул — бывают же совпадения! В зал проходила Маруся с родителями. Естественно, они направились к семье Константина. Он поднялся.

— Добрый вечер!

Костя пожал руку Евгению Викторовичу, отцу Маруси и своему бывшему работодателю. С его женой он был незнаком, но вежливо кивнул ей. С Марией пересекся взглядом.

— Добрый, Костя. Тоже отдыхаете? Хорошо, — резюмировал Евгений, — Машк, ну где наш-то столик?

— Здесь, — Маша усиленно прятала глаза.

Кровь ударила в виски Косте — что еще за фокусы?

— Рассаживайтесь, давайте знакомиться! — запела Луиза. — Костик, ну ты чего, представляй нас друг другу!

Константин усмехнулся и понял, откуда растут ноги у этой затеи. И Маруська хороша! Он думал, она умна. Хотя что там, бабы… Костя вдруг вспомнил о Соне. Интересно, могла ли она так поступить? И тут же опомнился — нашел, о чем размышлять, надо разруливать ситуацию малой кровью.

— Это Евгений Викторович, я работал у него после ординатуры, — начал Константин, — его супруга…

— Татьяна Алексеевна, — подсказал Евгений.

— Мой отец, Константин…

— Можно просто Константин, — подал голос папа, — отчество сложное.

— Тогда и меня Евгением.

— А это моя тетушка, Луиза.

— Тоже без отчества, — пропела тетя, — мы ведь современные люди, да и родственники почти!

Костя был готов прямо сейчас отказаться от традиции уважать старших.

— Марусю вы все знаете, — отчеканил он.

Вновь прибывшие расселись, официант принес аперитив.

— Ну вы даете! — воскликнул Евгений Викторович, поднимая бокал с белым вином. — Сюрприз, сюрприз… Я уже думал не дождусь.

Он ворчал благодушно, правда, встретившись взглядом с потенциальным зятем нахмурился.

— Марусь, выйдешь со мной на воздух? — предложил Костя. Девушка поджала губы, но согласилась.

Они остановились на высоком освещенном крыльце. Уже темнело, вечер свежел. Костя снял пиджак и накинул девушке на плечи, в жесте не было нежности.

— Что это за цирк?

— Семейный ужин, если ты не понял, — Маруся пошла в наступление.

— А со мной согласовать нельзя? У тети деревенские принципы, но ты-то куда?

— Как будто ты бы согласился, — с обидой произнесла Маша, — Кость, прошу, не порть вечер! Прими это как знак…

— Знак того, что тебе похер на мои желания? — хмыкнул Костя. — Вы бы уж сразу в загсе устраивали рандеву, чего мелочиться.

— Это тебе плевать на меня! После стольких лет… — всхлипнула Мария.

— Я не держал тебя все эти годы.

— Какая же ты скотина!

— Какая есть.

Лицо Константина выражало омерзение, усталость, он вдруг стал противен сам себе. К Марусе он ощущал лишь равнодушие и легкую досаду.

— Пожалуйста, давай спокойно проведем время! — девушка нервно сжимала лацканы его пиджака.

— Пошли, в любом случае мы будем выглядеть глупо. Тетке ни слова! С ней буду общаться исключительно я.

***

В клуб еще только подходили гости, и Соня, воспользовавшись затишьем и отсутствием Риммы, читала книгу в телефоне. Еще вчера вечером ей вдруг захотелось чего-то романтичного, и она начала перечитывать «Гордость и предубеждение» Остин. Девушка была знакома с романом, но похождения славной Элизабет вновь увлекли ее.

Тем временем в дверях Шатра появилась Наташа. Увидев подругу, склонившую голову, та с тревогой воскликнула: — Сонь! Случилось чего?

Софья вздрогнула и выглянула из-за рецепции.

— Да все нормально, читаю. Привет!

— Ох, привет. Что-то настроения вообще нет… Радует хоть, если этот японец появится, ко мне уже не попадет. Свежих ему подавай. Извращенец!

Ната возмущенно качала головой. Очевидно, Акира поразил ночную бабочку до глубины души своими странностями. Она расстегнула узкую куртку и расправила вырез на пышной груди.

— Кто здесь ругается? Чего тебя не устраивает, Натэлла?

Со стороны служебных помещений подошла Римма, сегодня на ней было оранжевое платье практически в тон к волосам. Соня быстро убрала телефон.

— Ой, Сонь, не мельтеши! Как будто не вижу, что ты в смартфон пялишься, — она махнула рукой, — так какие проблемы?

Наталья слегка замялась, явно не желая обсуждать эту тему с хозяйкой. Но потом выпалила: — Японец — извращуга! Приходит просто помацать да посмотреть! Почти все девчонки так говорят.

— И что вам не нравится? — вздохнула Римма. — Деньги получаете, а трахаться не надо. Чтоб я не слышала больше эти разговоры, еще меж гостей сплетни пойдут.

— Не люблю больных, — отрезала Ната.

— А ты если здоровая, — Римма округлила густо накрашенные глаза, — иди в раздевалке подотри. Натоптали там, сейчас в зал грязь поволочете. Давай, бегом!

Наташа с шумом выпустила воздух и, закатив глаза так, чтоб Римма не видела, потопала к служебке.

Римма прошлась, качая бедрами, до середины холла, почесала переносицу и вновь вернулась к админской стойке. Поджав губы, она внимательно смотрела на Соню. Девушке стало неуютно.

— Сонь, я с тобой поговорить хотела, — тревожное опасение подтверждалось, — вчера звонила Олька, она с понедельника выходит, чего делать будем?

Софья пожала плечами. Ольгой звали постоянно администратора клуба. Крепкая блондинка отлично делала свою работу: разруливала проблемы, ладила с девочками и клиентами, даже к Римме нашла свой подход.

— Ей видать кто-то сказал, что ты тут за нее. Она думала, я ее погоню из-за дочки подруги. Но она со мной еще с парикмахерской, пятый год считай. Как-то неудобно, да и человек она годный. А ты вряд ли здесь долго просидишь… Сонь, давай определяться.

— Да пусть выходит, конечно, — Соня поежилась.

Римма наклонилась к ней.

— А ты долго будешь между небом и землей? Гляжу, с Константином у вас заладилось, может и с другими сложится? Матери поможешь копеечкой. Или ищи нормальную работу, здесь больше вакансий нет.

Соня молчала. Упоминание о Косте отозвалось в душе тоской.

— Давай так, — решила Римма, — мне сегодня звонил приятель один, у него птицефабрика. Хочет отдохнуть, к нему надо ехать в частные сектора. Мужик нормальный, аккуратненький. Жену отравил в Таиланд, а самого и здесь неплохо покормят. Езжай обслужи… Или всё, я тебя здесь не держу.

Софье стало очень страшно, хотя она и понимала — Римма права. Сколько можно тянуть эту жвачку? Она должна, у нее получится! Ради семьи.

— Хорошо, Римм… — Соня кивнула. — Во сколько и куда ехать?

— Немного погодя, — повеселела Римма, — я отправлю тебя с водителем.

Соня зашла в подсобку, ее трясло. Какая бы решимость в ней не созрела, фобии никуда не делись. Она чувствовала себя самым несчастным человеком в этом маленьком городке. Хотелось заплакать, но куда она потом с красными глазами?

— Сонь, — в углу с чашкой сидела Натка, — че Римма отшавкала? Да не бери в голову.

Подруга засуетилась, наливая и Соне чай.

— На вызов еду, — сообщила Соня.

— Да ладно?! — Натка вскинула голову, она знала о проблеме Софьи. — Я думала, Римка тебя администратором оставит. Сама ведь будет орать, Ольга через день на вахте пьет.

— Это ее место, — отмахнулась Соня, — да и деньги там не те… что мне нужны.

Наташа покачала головой. Сморгнув слезы сочувствия, она села рядом с Соней на диванчик, чуть обняла за плечи.

— Послушай, Сонь, а ты как с алкоголем? Не пьешь совсем?

— Ну так… Немного.

— Вот! Она тебя поди к Федосову ссылает, а он не жадный. Разведи его на шампунь! Расслабишься враз. Я сама по первости только под алкашкой могла, да и сейчас частенько. Оно так и веселее. Я тебе говорю, рабочая тема!

***

Японская еда была почти съедена, вино допито. Евгений Викторович даже попробовал национальной водки, компанию ему составил папа Константина. Сам Костя вообще не пил, Акира чуть приложился к вину. Японец одобрил заведение, сообщив, широко улыбаясь, что заскучал по родине здесь.

Остальные не разделяли его приподнятого настроя. Константин был безукоризненно вежлив, но холоден со всеми и в основном молчал. Маруся не могла скрыть грусть и разочарование, еле сдерживала слезы. Ее мама, и без того тихая скромная женщина, вообще боялась издать хоть звук. Особенно поглядывая на мужа, который с каждым часом становился мрачнее.

Даже Константин-старший сник, больше налегал на еду. А Луиза изо всех сил косила под дурочку, хотя, слишком напрягаться ей не приходилось. И вроде вечер шел к развязке, баланс приличий не нарушился, но в воздухе витала недосказанность, которая отцу Маруси в конце концов стала невыносима.

— Так я не пойму, — начал захмелевший мужчина, — по какому поводу банкет?

— Мы приехали, Акира вот… — защебетала тетушка Кости.

— Ой, ладно, — цыкнул на нее Евгений, — с чего бы вдруг нам собираться? Что планировалось, да обломалось?.. Вижу, вижу.

Он сверкнул глазами в сторону Кости, тот выдержал взгляд.

— Да ничего пап, — с надрывом произнесла Маруся.

— А ты вообще молчи! — громыхнул Евгений. — Волочишься за ним как… Ты урод? Дурочка? Нет, ты мне скажи! У меня дочь красавица, умница, мы ее всем обеспечили. Почему я должен здесь сидеть краснеть? Костя! Ты мужик или нет? Объясни, какого хрена здесь происходит?

— Маруся ни в чем не виновата, — Константин встал, — это я затянул все это дело, спровоцировал ее на такой поступок. Я на самом деле ничего не знал и не планировал, но ответственность с себя не снимаю. Моя семья со всем уважением и радостью познакомилась с вашей. Но чего-то большего я предложить не могу.

Евгений махнул рукой, призывая Костю садиться.

— Да давно всё было ясно! Манька только видеть не хотела, — он пересекся глазами с дочерью, — дома поговорим. И давайте уже счет, в горле стоит эта рыба и Япония.

Маруся не сказала Косте ни слова и уехала с родителями, он, впрочем не печалился. Луиза отправилась припудрить носик, а Константин с папой и Акирой вышли к автомобилю. Японец почти сразу сел на заднее сидение, оставив родителя и сына одних на холодном ноябрьском ветру.

— Ты разочарован, отец? — вдруг спросил Костя.

— Почему? — вскинул брови пожилой мужчина.

— Думал, наверное, я решил остепениться… Стать достойным семьянином.

Константин-старший рассмеялся.

— Сын, — он положил ладонь на плечо Косте, который был выше его на полголовы, — я уже давно привык доверять тебе. Если ты считаешь, Маша — не твое, я тоже так считаю. Я уверен, у тебя будет лучшая семья, ты все сделаешь правильно.

— А если этот человек вам не понравится?.. — Костя нахмурился.

— Ты умеешь разбираться в людях. Помнишь, в пятом классе ты сдружился с мальчишкой, его отец употреблял наркотики. Мать тогда почти поседела, вы еще начали часто ходить к гаражам. Она упрашивала меня запретить тебе общаться с ним.

— Да, помню, — улыбнулся Константин.

— Я решил проверить и проследил за вами. Оказалась, дворовая собака ощенилась средь хлама. А вы кормили ее и щенят.

— Володя, кстати, стал ветеринаром. Мы время от времени списываемся в социальной сети.

— Ну вот, а я про что. Ты уже тогда понимал, кто есть кто. А сейчас ты взрослый мужчина.

Запыхавшись, из ресторана вышла Луиза. Они загрузились, и Костя порулил в сторону родительской гостиницы.

Попрощавшись с папой и тетушкой, Константин отправился к Шатру. Японец тут же оживился, зашуршал своим блокнотиком. Он поинтересовался, будет ли в клубе Соня? Костя ответил, что надеется. Он действительно на это надеялся.

— Сонька сегодня работает, — буднично сообщила Римма, — хватит ей прохлаждаться, надо матери деньгами помочь.

Костю как обухом по голове ударила эта новость. Да, он выбрал преодоление трудностей — вот и первая нарисовалась. Мужчина задумался, как поступить…

— А вы отдохнете, Кость? — поинтересовалась из-за стойки хозяйка клуба.

Константин кивнул.

— Римм, присмотри за иностранцем, я оставаться не буду.

Он взял из рук Акиры блокнот и вырвал листок. Пригодилась и лежащая на стойке шариковая ручка.

«Соня, то, что вчера произошло, вернее, чуть не произошло — мне это нужно, тоже. Позвони».

Костя намекнул в записке про их неслучившийся поцелуй, чтобы только Соня поняла, о чем речь. И написал свой номер телефона.

Сидеть и ждать ее в Шатре он не хотел, девушка могла не приехать. Ему было тошно от ревности, какой-то странной обиды на весь окружающий мир. Но он решил идти до конца, хотя бы встретиться с ней он точно должен. Он отдал клочок бумаги единственной здесь приятельнице Сони. Наташа передаст ей его номер, она свяжется с ним… Возможно, завтра. А пока он просто отправится домой и поспит.

Костя въехал во двор, сбавил скорость. Ему показалось, у подъезда промелькнул тонкий силуэт. Наверное, подростки. Мужчина не испугался, но напороться на безумного наркомана все же не хотелось. Не тот был внешний вид и не то настроение. Хотя, прислушавшись к себе, опасности он не почувствовал.

Он припарковался, закрыл машину. Слегка размял плечи и быстрым шагом приблизился к дому. Щуплая фигура сидела на бордюре, огораживающим место под клумбу. Костя подходил ближе, согнувшийся человек поднял голову. Неужели?

— Соня?!

— Костя!

Его имя прозвучало как-то не в меру радостно. Девушка выпрямилась и покачнулась. Константин, прищурившись, оглядел ее — точно, Соня была пьяна! Мужчина ощутил, как к горлу подкатывает уже забытая брезгливость.

— Ты что тут делаешь? — поинтересовался он.

— Костя! — она широко улыбалась. — Прости, мне больше некуда идти. Домой нельзя, там мама… дома.

Она хихикнула.

— Почему ты не поехала в Шатер? — Костя вел какой-то бессмысленный допрос.

— Меня Римма убьет, — покачала головой девушка и заплетающимся языком добавила, — я опять не смогла… И выпила все его шампанское. Он орал… Сильно. Забрал все деньги, но их было мало. Хорошо, не бил… Почти.

Костя выдохнул. Что вообще происходит?

— Соня, объясни нормально. Что ты не смогла?

— Раздеться, Кость, и переспать с клиентом, — ответила она чуть раздраженно.

— А раньше как это происходило? Ты не раздевалась?

Соня расхохоталась, согнувшись пополам.

— Никак не случалось, Костя. Я даже проституткой не смогла стать, вот какая я никчемная. Все, Римма больше не даст мне шанс.

— Шанс? — эхом повторил Костя.