Первая любовь

Клим

Красавица Аглая, перекинув толстую косу, подхватила два ведра воды и пошла в сторону кухни.

- Дай, - Клим подошёл и протянул руку.

- Ох, напугал, окоянный!- Аглая испуганно вздрогнув, рассмеялась.- Чего крадешься?

- Прямо подошёл. Не слышала ты.- пробурчал Клим, забирая тяжёлые ведра. – Чего сама таскаешь? Али кончились мужики на кухне?

Звонкий смех как колокольчик Аглаи снова бередил душу, волновал её.

-Ох, Климушка, - пропела она,- закончились мужики, твоя правда, закончились. Хорошо, вот, тебя встретила.- она обернувшись, улыбнулась.

Клим аж приосанился. Тащил за ней ведра и любовался точечной фигуркой девушки.

Ладная, стройная, с шикарной косой, ниже пояса, звонким смехом, она будила в нем целую бурю чувств.

Дотащив ведра, прихватил Аглаю за руку- Выйди вечером.

- Зачем? – она улыбнулась, блеснув глазками.

- Погулять. – Климу хотелось прижать её к себе, покрепче. – Возле реки погуляем. Вдвоем.

- Чего секретничаете? – Луша вышла из кухни и сердито посмотрела на них- Аглая, иди работать. Дела сами не делаются.

Бросив ещё раз, сердитый взгляд на Клима , поджала губы и ничего не сказав, ушла.

Клим постоял не много и тоже вышел.

Выйдет или нет? Этот вопрос беспокоил его весь день, до вечера. Хотелось, чтобы вышла.

Несколько раз, в течении дня, проходил мимо кухни, но так больше и не видел Аглаю, не пускала её Луша.

Клим периодически замирал, когда слышал её смех. Как колокольчик. Звонкий и радостный.

Наконец, вечером, быстро поужинав и поцеловав мать, убежал к реке.

Ждать... А вдруг придёт?

Река встретила прохладой и лёгким туманом. Ещё жаркое лето, но ночи становились прохладнее.

Клим сидел на берегу и ждал.

- Клим?- раздался тихий шёпот и шорох за спиной тогда, когда он думал что уже все, не придёт.

- Аглая? – он вскочил на ноги, вглядываясь в темноту ночи- Пришла?

В груди стало горячо, руки мигом вспотели и чуть задрожали.

- Пришла- согласно кивнула Аглая. – Луша долго не спала, ворочалась. Ждала я.

Она робко подошла к нему ближе. – Ждал?- Положила ладошку ему на грудь.

- Ждал- выдохнул Клим и осмелев от темноты и близости девичьего тела, обнял Аглаю, прижимая к себе.

Каждый вечер, как только темнота сгущалась, зажигая первые звезды, Клим, торопился к реке.

Встречи с Аглаей, под покровом темноты, стали его радостью, с горьким привкусом тайны.

Сколько раз, он порывался признаться матери, о ней, о своей девушке, но в последний момент сдерживался.

Почему? Сложно сказать… Что то мешало ему признаться, раскрыть свое сердце. Так и мучался чувством вины, что таится от матери.

Летние ночи становились все холоднее, а их встречи все жарче.

Вспоминая, в течение дня, поцелуи и ласки, что дарили они друг другу, Клим сладко замирал от восторга.

Он был настолько счастлив в своей любви, что не замечал, ни обеспокоенного взгляда матери, ни злого взгляда Баяна, ни насмешливого взгляда Богдана, правой руки князя.

Ничего не замечал, кроме лукавого взгляда, чуть зеленоватых глаз Аглаи.

- Когда ты матери расскажешь о нас?- Аглая, ласковой кошкой потерлась о Клима.

- Скажу- Клим погладил оголенные плечи. – Замерзла?

- Не много…- она снова потерлась щекой,- Скоро холодно станет. Где встречаться будем?

Клим нахмурился. Эта мысль самого беспокоит. Осень стремительно надвигается. Ещё неделя, ну две и станет не до вечерних посиделок.

- Завтра скажу.

- Я так люблю тебя, Клим- Аглая счастливо рассмеялась и обняла его, вытянув губки для поцелуя протянула к себе.

Оюун

-Ольга!- в дом, постучавшись, вошла Луша. - Добра в твой дом.

Усадив гостью за стол, Оюун налила отвара и поставила мед, угощая.

- Я по Климу пришла. – Луша отвела взгляд. – Знаешь небось сама, что с Аглаей на реке вечеруют.

- Знаю...- Оюун пожала плечами.

- Не пара она Климу!- Луша, в сердцах, даже по столу ладонью шлепнула.

Оюун улыбнулась. Милая Луша, наверно единственный человек, что приняла и любит её и Клима, как родных.

С самых первых дней, что помнит себя Оюун в этом холодном суровом городе, добрая Луша, по своему, заботилась о ней.

- Не пара…- она согласно кивнула.

- Что же ты молчишь, Ольга? Что же не вмешаешься?! Эта Аглая, хитрая девка, хвостом то как крутит. Сначала перед Богданом подолом мела, а как тот наигрался с ней, перед Климом крутит! – Луша возмущенно пыхтела.

- Не услышит сейчас меня Клим. Тот кто влюблён, слепой совсем. Зачем говорить?- Оюун снова пожала плечом, - Бесполезно пока.

Она положила , в успокаивающем жесте свою ладошку, на натруженную руку Луши.

- Не переживай, Луша. Климу взрослеть надо. Ему четырнадцать скоро.

- А дитя принесёт? – Луша чуть успокоилась, но взгляд ещё оставался встревоженным.

- Не принесёт. – Оюун тихонько вздохнула. – Пустая она. Видать, раньше, стравила дитя, вот теперь пустая стала.

- Ишь как…- Луша смотрела на Оюун со смесью восторга и удивления- Ты и это видишь?

- Я много что вижу, Луша. Чем старше становлюсь, тем сильнее дар открывается.- Оюун вздохнула, - Не переживай. Климу нужно найти свой Путь. Он должен стать мужчиной.

Поговорив ещё не много, успокоенная Луша ушла.

Оюун стояла задумчиво возле окна.

Великая судьба ждёт её сына. Но и испытаний будет много.

Тяжело ей, как матери. Болит сердце за сына. Хочется уберечь от переживаний, защитить от трудностей, закрыть от боли.

Но знает Оюун, что нельзя так. Сына она воспитывает, мужчину. Он должен стать настоящим воином.

Сильным, смелым, решительным, ответственным перед собой и перед людьми.

Клим

- Я поговорить с тобой хотел, мать.

Клим чуть пригнувшись вошел к дом и замер, разглядывая маму.

Она ещё не ложилась.

«Меня ждала», подумал и нахмурился. Не хотелось ему, что бы мать из за него не спала.

- Да, Клим. – мать спокойно на него посмотрела.

- Жениться хочу я. – Клим чуть смутился, - Люблю.

- Хорошо. – мать согласно кивнула. – Есть будешь?

Клим смотрел не веряще на мать. – Ты слышала, мама? Жениться…- повторил для пущей убедительности.

- Да, сын. – она снова на него посмотрела, - в тёмных, по кошачьи раскосых глазах матери, не было беспокойства. – Жениться это хорошо. На ком?

- На Аглае.

Мать кивнула, - Познакомишь?

Клим, все ещё удивляясь, кивнул- Да. Завтра?

- Хорошо. – мать поставила перед ним кашу, хлеб, налила отвара.- Ешь давай. Похудел совсем.

Сама села напротив и с улыбкой смотрела, как он ест.

Клим успокоившись, что мать не против, быстро поел.

- Тогда завтра придём?- он ещё раз уточнил.

- Хорошо, приходите. – мать снова улыбнулась. – Спать давай. Утром на службу.

Настроение у Клима поднялось. И чего, спрашивается, боялся?

Мать не сердится, спокойно отреагировала. Хорошо как все!

На следующий день, утром, Клима позвал к себе Баян.

Рядом с ним стоял Богдан. Правая рука князя, его верный помощник и советчик.

- Слышал я , ты с кухонной девкой путаешься, ночами?

Баян не стал ходить вокруг да около, сразу сказал – Не пара она тебе.

Клим разозлился- Сам решу! Пара или нет!

- Сам значит? – Баян нахмурился и чуть привстал- Выпорю! Обоих!

Богдан положил руку на плечо князя и наклонившись что- то прошептал ему на ухо.

Тот задумчиво кивнул в ответ.

Клим стоял насупившись и смотрел на князя.

- Иди Клим. Ступай давай. С женитьбой не торопись. Молодой ты ещё. Время есть.

Баян махнул рукой, показывая что Клим может уйти.

Сердито топая ногами, Клим шёл по коридору.

«Зачем Баян вмешивается?»- думал он, - « Ему какое дело, до того, на ком я женюсь?»

Возле кухни, Клим притормозил, решил зайти к Аглае, предупредить на счёт вечера.

На кухне, кроме Аглаи, был ещё Степан, кузнец княжеский. Он стоял возле окна, не далеко от неё.

Раскрасневшаяся от жара печи, Аглая была, чудо как хороша. Клим залюбовался даже.

- Климушка- радостно всплеснула она руками. – Ты чего тут?

- Мать позвала. Вечером. Зайду за тобой, после службы.

Климу хотелось подойти и обнять Аглаю, показать Степана, что это его девушка. Не нравилось Климу, как Степан на неё смотрел. Жадно...

Клим, сделал было шаг, к ней навстречу.

- Ты иди, Клим, иди. Вечером приду я.- она улыбнулась- Дел у меня много сейчас.

Клим остановился и кинув предупреждающий взгляд на Степана, вышел...

Вечером, этого же дня, Клима , вместе с частью дружины, отправили на границу княжества.

Он не успел, ни то что с Аглаей проститься, но даже к матери забежать.

Оюун

-Зачем ты отправил его, Баян!?- Оюун изо всех сил сдерживалась, что бы не закричать от бессилия. – Чего ты добиваешься? Зачем ломаешь судьбу?

- Ты знаешь, что он с кухонной девкой яшкается? – Баян смотрел из подлобья.

- Знаю.

- Она не пара ему!

- Как я была не пара Вольке? – тихо проговорила Оюун.

- Ты…- Баян резко замолчал. – Нет. Там другое…

- Что? – Оюун горько усмехнулась. – Зачем ты ломаешь все вокруг себя? Климу надо взрослеть. Пара или нет ему Аглая, сам должен был решить. Её глупая душа сама бы открыла глаза ему. Так ты только обозлишь его.

- Мне все равно. Чем больше в нем будет злости, тем лучше. Он растёт как девка. А должен быть как воин.

Оюун поморщилась- Как ты?

Баян кинул на неё сердитый взгляд. – Много болтаешь, женщина. Я много тебе дал воли.

Он сердито смотрел на неё.

- Что ты сделаешь, Баян?- она снова усмехнулась, - высекешь? Я не боюсь тебя. Ты знаешь это.

Баян отвернулся. – Аглаю замуж выдам. Она с Климом то потому, что мой племянник. Богдан проболтал. – он чуть промолчал и добавил- Выгнал его. Макара взял. Хороший воин.

Оюун смотрела на него с укором- Он озлобится, Баян, когда узнает то.

- Время пройдёт, там, на границе на долго он. Вся дурь уйдёт из головы.

Он уже хотел уйти, но вдруг остановившись, спросил- Или тяжела она?

- Нет… не тяжела.- Оюун вздохнула, говорить о том, что Аглая пустая, она не стала.

- Если бы знал я…- неожиданно продолжил Баян,- знал, что ты тяжёлая осталась… Не тронул бы. – он обернулся- Веришь мне, Оюун?

Она смотрела молча в его глаза и да, верила. Верила в то, что он сам себе сейчас верит.

- Что было, то прошло, Баян. Не мне тебя судить. Сам ты себе судья.

Ничего не ответив, Баян вышел из дома.

Оюун прикрыла глаза.

Судьба сама найдёт дорогу. Всегда. Может так и лучше будет?

Не знает её Климушка, что Баян загубил его отца. Мало кто остался свидетелей тому, а сама Оюун и не скажет, и Баяну не велит говорить.

Не надо этого знать сыну.

Злится Клим на Баяна, за то, что судьбой его управляет. Но злость это хорошо. Здоровая злость на подвиги толкает, а вот ненависть, на убийства.

Не нужно её Климу родной кровью, руки пачкать. Не отмыться потом. Никогда не отмыться…

Вон, Баян, как мучается. Словно раненный зверь, мечется. Жжет душу кровь братьев его. Нет ему прощения. От самого себя нет прощения.

Это страшнее…