Глава 26

Его Величество не пострадал. Переданное через городскую стражу сообщение поспело вовремя. Охрана просто не подпустила короля к колоннаде рыцарей, а маги поставили невидимую защитную сеть, предотвратившую «случайное» падение доспехов от мощного толчка «роботикус механикус». Графиню на площади никто не видел, но было понятно, что внезапно сбрендившими статуями кто-то управлял, ведь «рыцарь» размахивал тяжелым двуручным мечом и рвался к Его Величеству, распугивая нищих и зевак.

Последствия приключения на складе пришлось лечить почти неделю. Не смотря на примочки и лечебные мази, получивший ожог лица Гергори ходил краснолицым, точно индеец, Тайлер носил подобие скотландского килта, вместо брюк, чтобы не потревожить ожоги на ногах. А Кентавр, оглушенный сильным ударом по голове, лежал в постели, плотно задернув шторы и пил мерзкие зелья, чтобы не потерять свою магию.

Через декаду главу «Клуба Джентльменов» снова пригласили во дворец. Так же, без церемоний, подстригая розы, Его Величество вручил лорду Лайвернесу орден и чек:

— Вашим людям выдайте награду сами, — сказал он, — и право, лорд Грегори, я ни минуты не жалею, что выслушал вас и позволил продолжить службу, пусть и в таком необычном варианте.

— Служу Бривании! – с поклоном сказал Грегори, и был отпущен.

* * *

А между тем, время шло. Приближался день свадьбы леди Стоукс и лорда Лайвернеса. После спасения сына из жвал магически измененной паучихи, леди Виола оттаяла и активно посвящала будущую невестку в секреты светской жизни. Аманде пришлось запереть лабораторию, потому что все вечера она в компании жениха и будущей свекрови проводила в театре, на приемах и «маленьких танцевальных вечерах», а утром отсыпалась после напряженного веселья.

Ей пришлось так же обзавестись камеристкой. Причем леди Виола устроила для кандидаток настоящий конкурс – проверила, как девушки умеют укладывать волосы, отпаривать оборки и деликатно штопать. А уж из прошедших строжайший отбор четверых женщин, предложила сделать выбор будущей невестке.

Мэнди прекрасно понимала, что сама она профессиональную камеристку не найдет. Даже если обратится в агентство, одинокой не особо знатной девице предложат «что осталось». Однако было ясно, что прислуга, нанятая, по сути, герцогиней Ратлендской будет служить этой самой герцогине.  Обдумав ситуацию, леди Стоукс подошла к ней, как настоящий профессор. Сейчас ей нужна камеристка. Ежедневные балы, выезды и вечера требуют внимания к гардеробу и внешнему виду. Постоянно «одалживать» камеристку герцогини – моветон. А вот когда завершится вся эта суета, тогда можно будет решить – нужна ли ей под боком постоянная шпионка свекрови, или нет. С такими мыслями, Аманда выбрала из четверых кандидаток ту, что меньше дергала за волосы, делая прическу, и предоставила ей свой гардероб и туалетный столик.

Мэнди мало волновали светские сплетни, ее гораздо больше беспокоил Аллиаль. Актер уверился, что письмо было ловушкой, и ждал «Книгу Родов» из Ирлингии. Ждал с терпением брошенного щенка или маленького ребенка, которому сказали, что родители вот-вот приедут. Он не истерил, не пил, просто сидел в глубоком кресле напротив входа в клуб и ждал. Всем существом ждал. Леди Стоукс даже заподозрила, что друг не ест. Отложив поездку за шляпками, она приказала слугам подать плотный обед, села за стол и проследила, чтобы Ал поел горячего и выпил чая с валерианой. А когда его все же сморил сон, она лично укутала его в плед, и разложила на соседнем кресле чистую рубашку, приказав лакеям искупать и переодеть актера, сразу, как только он проснется.

— Едва глаза откроет, сразу ведите его в ванну! Будет упрямиться – несите бадью сюда! – строго сказала она, оставляя в карманах дюжих молодых мужчин полновесные золотые монеты.

Это был еще один знак ее будущего замужества. Едва на ее счет упали деньги, выплаченные за ее изобретения, как она уяснила, что некоторую часть ее обычных трудностей отлично решают монеты! Вовремя сунутый в кармашек горничной серебряник – и вот уже ее манто приносят в первую очередь. Монета лакею – и экипаж прибывает с невиданной прежде скоростью. Поначалу такие перемены напрягали Аманду, но миссис Дженкинсон, ее постоянная тень, уловила тревогу подопечной, охотно выслушала и улыбнулась:

— Поверьте, леди Стоукс, трудности никуда не денутся. Они просто примут другие формы. Деньги значительно облегчают жизнь, но их наличие обычно означает необходимость другого труда. Морального, духовного, душевного.

Аманда кивнула соглашаясь. Действительно, занимаясь перепиской бумаг ради хлеба она не думала о королевской семье или шпионах. Ее мало волновали прения в Палате Лордов, а вот теперь…Она видит, как напряжены мужчины, обсуждая очередной законопроект.  Грегори хмурится и нервно играет пальцами, его отец и брат ведут длительные дискуссии даже за чайным столом, а леди Виола ловко заводит речь о подкупах в лобби, когда ей хочется, чтобы мужчины ушли в курительную комнату.  Мэнди невольно пришлось собрать информацию о последних политических веяниях, научится различать партии в Парламенте, и делать невозмутимое лицо, когда ее спрашивают, поддерживает ли она аргументы в последней речи будущего свекра.

Миссис Дженкинсон налила чашку чая, предложила леди Стоукс, и продолжила:

— Поденщица работает физически, для куска хлеба и крыши над головой. Однако вечером она приходит в свою каморку, обнимает мужа и детей, и падает в постель, чтобы уснуть без снов. В это же самое время благородная дама, в доме которой она драила полы бродит по комнатам, решая скажем вопрос о замужестве дочери, или учебе сына. И ее труд ничуть не легче, хотя она и не возит по полу мокрой тряпкой. Просто осознание того, что от ее решения зависит будущее семьи давит не хуже вязанки хвороста.

— Я поняла, спасибо, — улыбнулась девушка, — деньги не решают всех вопросов, но неплохо избавляют от мелких бытовых забот.

— Именно! – просияла вдова. – О, кажется, ваш жених прибыл за вами!

Аманда еще раз поблагодарила компаньонку, и поспешила встретить Грега. Им предстоял длинный бурный вечер в компании его родственников, но до того, как их поглотит толпа любопытных, Мэнди хотела обсудить с «Брегетом» ситуацию с Аллиалем. 

— Милорд, нам нужно поговорить, — шепотом сказала она, когда он привычно-вежливо целовал ей руку. – Если можно, сегодня!

— Кафе? – предложил он, понимая, что разговор будет приватным. – Только умоляю, Аманда, скажите, что вы не собираетесь разрывать нашу помолвку!

— Что вы, милорд? – растерялась девушка. Потом качнула головой: — меня всего лишь беспокоит Аллиаль.

На лице строгого и элегантного лорда тотчас появилось облегчение:

— Тогда позвольте помочь вам надеть манто. В кафе на площади Фей есть отличная кондитерская! Там можно выпить чашку чая с пирожными, перед визитом к дядюшке Томбсу.

Они быстро и молча вышли из особняка, сели в экипаж, доехали до площади Фей. Там, почти в центре, словно кукольный домик возвышалась кондитерская. Вся белая, кружевная, сияющая огоньками витрин. Пара села за столик, официант в длинном белом переднике принял заказ: две чашки чая с мятой, пирожные шу и нежный шоколадный крем.

Пока готовился заказ, Грегори и Аманда просто сидели рядом, глядя друг на друга. Не так уж много у помолвленных минут, которые они могут провести вместе, особенно, если до свадьбы осталось всего десять дней. Когда почти неслышно появился официант, и быстро сервировал стол, Грег позволил себе улыбнуться:

— Так, о чем ты хотела поговорить?

— Аллиаль ждет Книгу Родов, — виновато вздохнула девушка. – Когда он получил письмо от графини, я видела, что он готов сорваться на эту встречу, поэтому слегка предвосхитила твой сюрприз. Теперь он сидит напротив двери в клуб, и ждет. Как я когда-то ждала маму с работы, как щенки ждут хозяев. Кажется, он не ест, не пьет, забывает мыться. Это похоже на одержимость, и я боюсь, что он… разочаруется.

Грегори нахмурился, и потер аккуратно выбритый подбородок:

— Я уверен, что Ал не разочаруется. Во всяком случае он имеет столько характерных признаков одного старинного рода, что тут проблем нет. Книга мне нужна была для официального подтверждения родства. Но если все так плохо…

— Мне пришлось почти насильно кормить его, — подтвердила ситуацию Мэнди, — и заплатить лакеям, чтобы его вымыли.

— Тогда я воспользуюсь своими связями, и свожу его завтра в королевскую библиотеку. Там есть постоянно обновляемый экземпляр «Книги Родов», поскольку Его Величеству необходимо знать всех высших аристократов в лицо.

Аманда улыбнулась. Она не сомневалась в том, что Грегори найдет возможность вывести Аллиаля из его странного состояния. И была просто уверена, что лорд Лайвернес сделает все, что в его силах. Даже потратит королевское дозволение на вход во дворец.

После принятия решения, они с удовольствием выпили чай, болтая о пустяках, съели пирожные и отправились на музыкальный вечер к лорду Тадеушу Томбсу, графу Арчеру. Под тонкое пение скрипок и шелест струн арфы, жених и невеста знакомились с дальними родственниками, принимали поздравления с помолвкой и выслушивали длинные спичи о важности семейной жизни и рождении наследников. Особенно длинные и прочувствованные речи получались у самого графа – записного холостяка сорока восьми лет, и его кузины – старой девы лет пятидесяти.

Поскольку музыкальный вечер давался в их честь, пришлось задержаться практически до двух часов ночи. Сначала дядюшка утащил Грегори в библиотеку «пропустить по стаканчику», потом тетушка мучила Аманду рассказами о том, как нужно заботиться о своем здоровье. В итоге к особняку леди Стоукс жених и невеста ехали в полном молчании, наслаждаясь ночной тишиной и прохладой.

 А утром лорд Лайвернес отправился в клуб.

Аллиаль действительно сидел в кресле напротив входа. Он был одет в чистую рубашку, брюки и стеганный халат. Лакеи вытирали лужу воды на полу, и собирали бритвенные принадлежности. Грегори весело поздоровался и отметил:

— Ты похудел и побледнел, друг мой. Давай позавтракаем, и я поделюсь с тобой хорошими новостями!

Актер не возразил, лишь махнул рукой ближайшему слуге:

— Подайте, что есть на кухне и побольше кофе!

Слуги немедля принесли горячий омлет с беконом, пирожки с паштетом, яйца всмятку, гренки с джемом и восхитительные сандвичи с ветчиной и сыром. Кофе подали целый кофейник, пышущий жаром в специальной подставке с горячим песком. Грегори сам сдобрил напиток сливками и сахаром, уверяя дер Журбье, что без чашки кофе он не способен будет воспринять информацию. 

Поначалу Ал ел неохотно, но вскоре горячая пища и бодрящий напиток прибавили ему аппетита, и завтрак джентльмены заканчивали с обоюдным удовольствием.

— А теперь мой сюрприз, Аллиаль, — лорд Лайвернес чуть пригубил золотистый херес из бокала, и покатал в пальцах виноградину. – «Книга Родов» застряла в пути. Однако я нашел возможность показать тебе королевский экземпляр. Тот, что находится в личной библиотеке Его Величества! Сегодня. Сейчас.

Дер Журбье не поверил. Он моргнул, сделал глоток из своего бокала и попросил:

— Повтори.

— Если ты сейчас быстро приведешь себя в порядок, мы через час-полтора будем сидеть за пюпитром в личной библиотеке короля, листая страницы «Книги Родов». Поспеши!

После этих слов Ал наконец очнулся и развил бурную деятельность. Помчался наверх, разыскивать самый лучший галстук, потом подбирать жилет и сюртук. Когда он буквально взмыленный и растрепанный скатился с лестницы, Грегори отодвинул тарелочку с фруктами, и оценил результат:

— Выглядишь великолепно! А теперь плащ, перчатки, трость, и поспешим!

Аллиаль умел выглядеть аристократом и не простым. Во-первых, насмотрелся на них в Школе Ритон, во-вторых, преподаватель по сценическому искусству уверял, что невозможно сыграть благородного человека, не став им. А все классические пьесы, которые ставили на подмостках Школы были полны знатных лордов разных эпох. Худенькому хрупкому Аллиаллю еще и принцев играть доводилось! Так что он знал и умел все, что должен был знать и уметь его герой. Или почти все. Вот с геральдикой Ирлингии не сложилось. В остальном же Ал был джентльменом с головы до пят. Умел танцевать, ездить верхом, фехтовать, играть на клавикорде и гитаре, немного петь, декламировать сонеты и безусловно знал этикет.  Ему не хватало лишь веры в себя, и Грегори собирался взрастить в нем эту веру!

До дворца они добрались быстро. Больше времени заняла проверка службы охраны и долгий путь через официальные покои в личное крыло Его Величества. Наконец лакей распахнул тяжелые двустворчатые двери, впуская двух джентльменов в личную библиотеку короля.

Это помещение было меньше, чем можно было себе представить. Просто большая комната, все стены которой занимали шкафы из светлого дерева. У окна стоял стол с парой кресел, у второго окна – пюпитр для чтения, конторка для письма и особая лампа, с отражателем, предназначенная для чтения документов.

— Его Величество сообщил, что нужная вам книга уже лежит на пюпитре, — с поклоном сказал слуга, принимая их верхнюю одежду. – У вас три часа!

Грег и Ал не теряя времени подошли к окну, и увидели огромный том, разделенный цветными закладками.

— Как будем искать? – подрагивающим от нетерпения голосом спросил Аллиаль.

Три часа, выделенные королем на изучение Книги Родов показались ему ничтожно маленьким отрезком времени.

— Все просто, — лорд Лайвернес чуть поддернул рукава рубашки, и указал на цветные «хвосты» закладок. – Каждый цвет – это род. На первой странице указано имя рода, герб и магия по отцу. Тут около шестидесяти кланов, по две минуты на каждый, справимся!

Аллиаль не разделял оптимизм друга, к тому же тот почему-то начал читать книгу с конца, объяснив, что тут находятся самые молодые семьи.

— Иногда молодой род — это успешное ответвление старого. Или семья, начатая бастардом великого клана, — объяснил Грегори. – Внебрачных детей часто прячут, но в том и прелесть Ирлингских родов, их очень легко проследить по родовым признакам.

В конце книги было несколько чистых тонких страниц, актер понял, что они предназначены для вклеивания новых имен. Такие же тонкие листы обнаружились в конце каждого родового раздела. Книгу не меняли, ее лишь дополняли с каждым новым поколением.

— Сайласы, рыжие, огневики, явно мимо, — бормотал Грег, переворачивая огромные страницы лопаткой из слоновой кости, чтобы не повредить красочные портреты и гербы. – Флэнаганы, зеленоглазые шатены, Фросты брюнеты с янтарными глазами…

Бормоча себе под нос, лорд мельком показывал Аллиалю первый портрет основателя рода, наследственные признаки которого магически закрепили в наследниках, и листал дальше. После четвертого клана, Ал уверился – Грегори знает, что ищет. К седьмому сомнений не осталось.

— Вот! – провозгласил лорд, похлопав лопаткой по странице. Клан Мак Кон, основатель Лугайд мак Кон. Герб – изображение серого пса на изумрудном поле.  Ментальная и музыкальная магия.  Давай смотреть кто в этой семье достиг брачного возраста лет тридцать назад!

Грегори быстро перевернул плотные листы, оставив лишь два-три, для изучения.

— Агна и Комина Мак Кон, дочери Камхеа и Сабд Мак Кон, близнецы. Одна сестра вышла замуж в род Фехри, а вторая… ушла в монастырь! Здесь в Бривании!

Аллиаль не понимал, почему Грегори быстро листает книгу, приговаривая:

— Фехри, это же трилистник на серебре. Что там у них с наследственностью и магией? Так и думал! Смотри!

Актер, ничего не понимая склонился над портретом светловолосого и светлоглазого мужчины в одеждах почти тридцатилетней давности.

— Объясни, — наконец выдохнул он, — я ничего не понимаю!

— Все просто, — широко улыбнулся Лайвернес, — у жителей Ирлингии сын наследует магию матери, но родовые признаки внешности отца. Родов с ментальной магией мало. Точнее всего три. Эта магия появилась там недавно, поэтому я проверил все молодые кланы. Только в одном есть женщины подходящего возраста, не вышедшие замуж. Это род Мак Кон. В то время, когда ты родился, они породнились с Фехри. Сам видишь, ты на этого лэрда ничем не похож. Зато…

Грегори ловко перебросил несколько закладок:

— Взгляни сюда!

Ал склонился над книгой и вздрогнул. Он словно смотрел на себя самого – постаревшего, усохшего, но настолько похожего, что сомнений не оставалось.

— Кто это?

— Нынешний глава клана Аэд. Не женат, титул и земли унаследует брат. Здесь есть название его земель, думаю можно отправить письмо обычной почтой.