Глава 39. Ангелина

Переступаю порог дома словно пьяная. Ренат идет следом, придерживая меня за талию. Мы будто бы пара, которая только начала встречаться. Свидания, поцелуи, комплименты… Узник часто ухмыляется, и его полуулыбка наполнена мужским магнетизмом. Не знаю, как удержаться и не кинуться целовать его первой. Пятимся куда-то. Полностью потеряна в пространстве. Всему виной много свежего воздуха в моих легких. Мы же провели в парке целый день. Потом был ужин в ресторане неподалеку. Я съела тонну, и сейчас вновь какой-то голод. Но он необычный, не тот, что привычный. Между ног слабость до помутнения сознания. Понятия не имею, как удается еще стоять на твердых ногах и таких высоких каблуках. Нужно бы заставить мозг работать. Вдруг мы в доме не одни? Кухарка Марина, охранники или еще кто-нибудь вхожи в замок, как к себе домой. – Садись, – раздается над ухом властный голос. Мужской аромат окружает меня, когда Ренат становится впереди меня и чуть надавливает на плечи. Облизываю губы, смотря на Узника снизу вверх. Следом он опускается за мной и касается рукой моих лодыжек. Медленно расстегивает молнию на ботильонах сначала на одной ноге, потом на другой. Я вновь маленького роста, и Ренат берет меня на руки, когда я обхватываю его талию ногами. Пока идем в спальню, Ренат склоняется к моим губам, я приоткрываю рот, и наши губы встречаются в поцелуе. Дыхание дрожит, посылая разряды электрического тока. Запускаю пальцы в его волосы, Ренат сжимает мои ягодицы, и мы вернулись на несколько недель назад. Адреналин крутится в венах, заставляя содрогаться от каждого тихого стона. Тяжелая дверь, большая кровать. Знакомый запах кондиционера для белья и моих духов. Мы в спальне, которую уже нестерпимо хочется назвать нашей. – Геля… А можно? – отстраняется от меня, тяжело дыша. Я столько всего чувствую в этот злосчастный момент. От раздражения, что остановился, до томящейся мягкости внутри грудной клетки. Он правда переживает? Не хочет навредить? – Если только аккуратно. Думаю. – Ты не разговаривала с врачом об этом? – чуть громче, чем нужно, спрашивает. Еще минуту назад у него был интимный шепот. – Я думала, ты привез меня на аборт! Извини, как-то не подумала про… Ну, ты понял. Краснею, опускаю взгляд на линию шеи. Какая же она у него сильная, а острый кадык дергается, когда Ренат сглатывает. – Про секс? – заканчивает фразу. Его твердый пах упирается мне в промежность. Наши языки терлись друг о друга еще какое-то время назад, я стонала ему в рот, и, кажется, даже умоляла что-то сделать с огнем внизу живота. И вдруг… Стесняюсь. – А если… – начинает. – Аккуратно? – моя очередь заканчивать. Прокричать бы: «Да-да-да». Либо это беременное либидо, либо Ренат такой весь пропитанный всем мужским, что невозможно его не хотеть. Узник расстегивает пуговицу и молнию на джинсах. Приподнимаю таз, чтобы ему было удобнее их стягивать. Ренат впивается взглядом в мои трусики. Неловко, что я не подумала надеть что-то сексуальное. Кружевные черные стринги как раз бы подошли. На мне обычные хлопковые, пусть и очень дорогие. Только вот Ренату вроде бы все нравится. Смотрит с жадностью. Его взгляд не хочется перебивать. А потом он цепляет зубами край и стягивает трусики вниз по ногам. Ничего более интимного в жизни не было. Мне не хватает его тепла, тяжести, которую беру на себя, толчков. Это будто бы было в прошлой жизни. Следом летит кофта, снятая через голову, джинсы и поло Рената. Последними куда-то улетают его боксеры. Мое тело сжимается. Когда его губы вновь прижимаются к моим, издаю длинный стон. Поцелуй выходит отчаянный. Будто целуемся в последний раз. Я царапаю его плечи. Хочу, чтобы он был еще ближе ко мне. Ренат с силой оттягивает мои волосы, пытаясь оставить свои жалящие поцелуи на моей шее. Когда рука Рената касается моей промежности, а затем его палец входит в меня, вытягивая удовольствие с каждым движением, я готова провалиться сквозь землю, а следом взлететь до небес. Выгибаюсь дугой, несмотря на то, что мертвецки придавлена к кровати. Этот мужчина точно знает, что делает. Волны концентрированного наслаждения проходят сквозь меня, когда мы не отлипаем взглядами друг от друга. Его радужка темнеет с каждым моим стоном, я бесстыдно всхлипываю. Ренат улыбается, зная, какую власть сейчас надо мной имеет, и не спешит все закончить. Растягивает все, как густую карамель. – Не думал, что ты такая чувствительная, Царевна, – говорит едва слышно. – Помнишь, что мне нравится, когда ты кончаешь от моих пальцев? Дыхание срывается. Я по ощущениям пробежала стометровку. Мои губы сухие, и нестерпимо хочется сделать глоток воды. При этом я не в состоянии сделать мало-мальски какое-то движение. Когда я испытываю оргазм, Ренат глубоко целует меня и выпивает все удовольствие, что плещется внутри меня непрекращающимися толчками. Упираюсь руками в его грудь, чувствую под пальцами его сердце, раскрывающиеся от частого дыхания легкие, огненную кожу. – Продолжим? – издевательским тоном спрашивает и улыбается. Мои глаза прикрыты, но я чувствую, как растягиваются его губы, и сама рефлекторно улыбаюсь. Это приятно чувствовать своего любимого мужчину. Он такой противоречивый, закрытый, таинственный, но все же хороший. – Пожалуй… Ренат дико заведен. Это ощущается в каждом его слове и движении. Вроде и хочется проявить инициативу, но страшно. Еще и свет включен, в крови ни капли алкоголя – нельзя. Прикусываю нижнюю губу, когда чувствую, как твердая головка упирается между моих ног. Ренат входит осторожно, при этом смотрит в глаза и считывает каждую мою реакцию. Напряжение в каждой мышце, а потом расслабление как тоненькие ручейки. – Все хорошо? – толкаясь, спрашивает. Ренат проталкивается дальше и замирает. Затем погружается в меня полностью. Наблюдаю, как меняется его выражение лица, как приоткрываются губы, когда выдыхает. Дыхание жесткое, горячее. Стараюсь подавить дрожь, которая рождается в животе и движется по венам. Ренат ускоряется, его бедра врезаются в мои. На одной руке он сохраняет свой вес, другую просовывает между нами телами, чтобы поглаживать клитор. – Черт, черт, черт! – ругается. Все ускоряется. Становится острее. Его лоб опускается на мой. Мы стонем синхронно. Губы соприкасаются, но это еще не поцелуй. Оглушительный оргазм скапливает все чувства в одну точку, и я взрываюсь. Ренат догоняет. Можно сказать, мы кончили одновременно. Перед глазами темнеет, словно лишилась зрения. Сильные руки сжимают мое тело почти до хруста. Так и не скажешь, что Узник боялся за мою сохранность. – Ты в порядке? Все хорошо? – смотрит ошалело. Взгляд шустрый, чиркает по мне, и я готова снова вспыхнуть. Впрочем, щеки, не переставая, алеют. Ренат выглядит сумасшедшим, но… Счастливым. Неужели это все из-за меня? Из-за нашего с ним секса? Сложно держать себя в руках и не кинуться обнимать этого невыносимого Узника. – Все замечательно. Кажется, я влюбилась в тебя, Ренат Градов. – Это простительно. – Чертовски сложно любить такого, как ты. – Ты привыкнешь, – с непроходимой улыбкой отвечает. – А ты? Ты что-то чувствуешь ко мне? Жажду услышать какое-нибудь признание. – Много всего, Царевна, – ровно отвечает. Его дыхание успело выровняться. Мое, наоборот, смертельно сбилось. – Я впустил тебя в свой дом, в свою жизнь. Ты мать моего ребенка. Красивая женщина, умная. Вредная и иногда все же дурная. Это должно тебе что-то говорить, Ангелина. Это не то, что хочется услышать после моего признания. Я отворачиваюсь, сдерживая слезы. Нельзя же вытягивать признания из человека, если их у него… Нет. – Голодная? Ренат если и чувствует изменения в моем настроении, то не придает им значения. Дурная ведь женщина ему попалась. – Я принесу еды. – Не нужно. Я устала и хочу спать.