Глава 43

Глеб нависал сверху и переводил взгляд, тускнеющий на глазах, с лица на живот. Брови выпрямились в стрелу, сошлись на переносице, заламывая глубокую складку. Столько эмоций промелькнуло за мгновение. Радость, сменяемая растерянностью, следом оглушающая безнадёжность. Тягостная тишина и свистящий выдох, словно проколотая покрышка автомобиля.

— Хорошо выглядишь. Счастлива, наверное, — обесцвеченный голос и судорожное сжатие костыля. — А я вот, в аварию попал. Не справился с управлением.

— Что ты здесь делаешь, Глеб? Надоела молодая жена? — процедила сквозь зубы, борясь то ли со страхом, то ли с вновь вспыхнувшей обидой.

— Я не женился, — поморщился, блеснув белой полоской шрама. — Провалялся три месяца в больнице.

— Ну ничего. Смотрю, пошёл на поправку. Можно свадебку справить, — повторила его мимику и перевела взгляд на искрящуюся грань горизонта.

— А ты, как я вижу, уже справила, — злые слова впились иголками. — Кто счастливчик? Тот греческий красавчик, что ползал перед тобой на коленях и лапал живот?

— Метин мой друг, — стала оправдываться, но сразу пошла в наступление. — Какая тебе разница? Ты бросил меня, променял на блондинистую дочку богатенького папаши, сделал свой выбор, в конце концов!

— Я выбрал тебя, ехал в аэропорт, чтобы остановить, а ты… Как давно у тебя с этим… козлом? Не слишком ли большой живот для трёх месяцев? — он завис на несколько секунд, явно проворачивая шестерёнки в голове, и прищурил глаза. — Спуталась с ним сразу после меня? Какой я дурак… Мутила параллельно?

— Совсем сдурел?! — не сдержала крик, поднимаясь с пледа и тыкая ему в грудь пальцем. — Я ни с кем не путалась! Ни параллельно, ни после! Это ты заигрался в любовь! Потерялся в бабах! Хочу — трахаю, хочу — женюсь!

— Да не хочу я никого трахать! И жениться не хочу! — отбросил костыль и вцепился клещами в плечи. — Вернее, хочу! Тебя хочу! И трахать, и жениться!

Глеб притянул к себе, жадно глотнул воздух в области виска и накрыл губы своими, впиваясь, кусая, присваивая, клеймя. Ответила ему, обвила шею руками, сплелась языком с его, оттянула нижнюю губу, слизывая капельки крови. Душа наполнялась надеждой, а сердце взрывалось от счастья. Глеб здесь, нашёл, прилетел.

— Он ведь мой, правда? Скажи, что мой, — шарил ладонью по животу, сминая ткань юбки. — Если не мой, то всё равно мой… Ты моя, значит и ребёнок мой.

— Твой, — сдавалась под его голодными поцелуями. — И я твоя.

— Нам надо расписаться. Срочно, — продолжал своё путешествие, спускаясь по шее, рисую влажные узоры на ключицах.

— Нет, — вяло оттянула его голову за волосы.

— Почему нет? — оторвался, и на лицо наползло растерянное выражение. — Я люблю тебя, ты любишь меня, у нас будет ребёнок.

— Ты засранец, Глеб, и я тебя ещё не простила, — капризно пнула его кулаком. — Думаешь, приехал такой, источил тестостерон, признался в любви, и я растеклась жидкой лужицей? Не прокатит. Прощение надо заслужить.

— Давай поженимся, а потом буду заслуживать, — как болванчик, закивал Глеб, сильнее притягивая к себе и выгибаясь по форме живота. — Малыш должен родиться в браке.

— У тебя два месяца на вымаливание прощения, если хочешь получить сына в законном браке.

— Сына? Уверена? — замер Казарцев, стараясь не дышать.

— Уверена. Он так гордо козырял своими яичками перед узисткой, что та даже растрогалась, назвав Марка будущим совратителем женских душ, — улыбнулась, вспоминая последний приём у врача.

— Решила назвать его Марком? — кивнула в ответ. — Марк Глебович. Звучит.

Мы говорили долго, сидя на пледе и любуясь розовеющим закатом, а как стемнело, пошли в дом. Глеб постоянно ощупывал меня, сжимал ладонь, придвигал ближе, как будто страшился моего исчезновения, а я льнула к нему, приклеивалась, боялась, что это всего лишь сон.

Галя строго осмотрела новоявленного жениха, мотнула головой, но предпочла промолчать, хотя было видно, как ей не терпится высказать Глебу всё, что думает о нём.

— Что он тебе предложил? — отловила меня в ванной, пока Глеб разбирался с кофе-машинкой. — Пустые обещания?

— Руку и сердце, — ткнулась лбом ей в плечо. — Позвал замуж.

— А как же жена? — не сдавалась Галина. — Решил собрать шведский конструктор? Все бабы под одной крышей?

— Он отказался жениться, бросил Нону в день свадьбы и полетел в аэропорт, чтобы остановить меня.

— Долго же он летел, — фыркнула Галя. — Утки и то быстрее перелетают.

— Глеб всё это время провёл в больнице. Его собирали по частям после аварии, — встала на защиту своего мужчины. — Он заново учился ходить.

— Ладно, — небрежно бросила она.

— Просто ладно и всё? — неверующе посмотрела на неё. — Даже не будешь отговаривать, говорить, какой он мерзавец?

— Тварь…

— Что?

— Ты называла его тварью, — уточнила Галя и обняла меня. — Отговаривать не буду. Все имеют право на ошибку, а жизнь слишком коротка, чтобы часть её тратить на обиды. Пообижайся немного, помучай его и будь счастлива.

Сложнее всего пришлось на прощальном ужине у Евгении. Метин прожигал в Глебе дыру, зло сжимал кулаки и играл желваками. Он ревновал, трещал от бешенства и не верил. В глазах всё ещё мерцала надежда и ожидание, что я встану из-за стола, улыбнусь и выберу его. Очень трудно было есть, делать довольное лицо и поддерживать беседу. Хотелось убежать, скрыться от давящего взгляда, не омрачать приятные воспоминания дружбы с идеальным мужчиной. Если бы моё сердце не было отдано Глебу, лучшего мужа я не смогла бы найти.

Прощание получилось скомканным и неловким. Женя искренне звала в гости, а Метин скованно стоял у стены, держа руки за спиной. На меня он искоса поглядывал, сжимая челюсть, и молчал. Не так я думала расстаться, но сердцу не прикажешь.

— Не волнуйся, Лера, — шепнула перед уходом Женя. — Тин поймёт, смирится и остынет. Греческие мужчины такие непостоянные и горячие. Через пару месяцев он увлечётся очередной молодой туристкой, а о тебе останутся тёплые воспоминания.

— Спасибо, — с благодарностью сжала её пальцы и, немного успокоив совесть, присоединилась к Глебу, ждущему на крыльце.

Утро мы встречали на борту самолёта, прорезающего перистые облака и несущего нас в новую жизнь. Туда, где больше нет предательства, расставания, боли, одиночества. Туда, где сбывается мечты, где побеждает любовь, где мы будем счастливы.