Глава 25. Дела клубничные и сердечные

На меня смотрели как на умалишенную. Нанятые рабочие не понимали, зачем я придумала такую глупость, как прополка. Но деньги были уплачены, поэтому им приходилось мириться с моими земными тараканами.

— Прополка – это важный этап ухода за клубникой, который помогает обеспечить растениям достаточно места для роста и развития, – объясняла я, наклонившись к грядке. – А также помогает предотвратить распространение болезней и вредителей. Нам повезло, почва сейчас податливая. Так что аккуратно убираем сорняки, ни в коем случае не вредя самим кустикам…

Я рассказывала и показывала. На мне было рабочее красное платье, белый передник, волосы были завязаны в хвост, а на ногах красовались сапожки. Благо босиком больше ходить не нужно. Мой горе-учитель, и правда, посмеялся и сказал, что он тогда «пошутил». Я ему чуть рога не выдрала. Вернее очень хотела это сделать.

— Также мы будем удалять усы, потому что они мешают расти ягодам. Вот эти длинные побеги, – я взялась за один из усиков, – мы аккуратно отрезаем ножницами. Важно не повредить при этом материнское растение.

Впрочем, на одном из участков обрезать усы мы не будем. Я посмотрю за ними и, вероятно, возьмусь размножать те оригиналы, которые принесла с собой ещё с Земли.

— Если всё понятно, можно идти рассказывать другим, – я выпрямилась и осмотрела рабочих. Те покивали, позадавали логичные вопросы, и вскоре толпа разбрелась по полям, чтобы начать работу.

Рядом со мной же осталось два человека.

Первая – Линда, которая записывала каждое моё слово. Мне кажется, она очень хочет впитать побольше информации, как губка, чтобы выгнать меня с полей и посадить в доме пить чаи. Мол сама со всеми указаниями разберется.

Ну а вторым человеком оказался Леорик.

Я даже не заметила, что он тоже был в толпе рабочих и слушал мои указания.

На нашем «ревизоре» вновь был деловой костюм. И несмотря на то, что ступал он по рыхлой земле, его внешний вид оставался чист. Будто с иголочки.

За прошедшие дни мы не оставались с Леориком наедине. Только в компании с Дрейком. Он с нами ужинал, иногда завтракал. В обед часто куда-то уезжал, но обязательно возвращался.

С его появлением в доме я прям ощущала, что за мной постоянно следят. Нам с Дрейком даже пришлось разыгрывать сцены, как мы уходим вместе спать.

Леорик явно ждал, когда люди разойдутся, чтобы о чём-то поговорить. Такое чувство, что он неспроста пришел именно сюда. Дрейк на своих полях, а значит, меня точно можно застать одну. Благо меховой шарфик в виде хорька грел мне шею. И если недавно я проклинала Снейра за его пушистость в такую-то жару, то теперь была ему очень даже благодарна.

— Линда, можешь идти, – произнесла я, встретившись взглядом с Леориком.

Служанка посмотрела сначала на меня, потом на «ревизора» и нехотя кивнула.

— Если что – я рядышком.

Когда Линда ушла, Леорик подошёл ближе. На его лице почти не было никаких эмоций. Он вообще казался очень хладнокровным человеком. Вот прям спокойный юрист, который делает свою работу. Бесчувственно и продуктивно.

— Мы можем поговорить? – спросил он неспешно.

— Ну… говори, – сказала я и присела возле грядки.

Подтянув перчатки, я продолжила дело, которое начала при демонстрации. Вытаскивала сорняки из земли и кидала их в ведро, стоящее рядом. Брала ножницы и отрезала ненужные усики. Рассматривала зеленые ягодки, которые росли.

А Леорик всё медлил и не говорил.

— Ты… собираешься и дальше работать? – произнес он, наконец.

— Ну да, – я сдула со лба выбившуюся из хвоста прядь. – Поэтому говори побыстрее. Когда закончишь, я смогу уйти к рабочим, чтобы показывать им и дальше, как всё стоит делать.

— Никогда не думал, что тебя может увлекать подобное, – задумчиво протянул Леорик. – В твоём доме даже комнатные цветы умирали. В том числе, самые неприхотливые.

— Это правда, – мысленно буркнул мне Снейр. – Обращаться с растениями Амелия никогда не умела.

— Увлечения меняются. Это земля, которая принадлежала моим предкам. Я очень хочу, чтобы урожаи здесь радовали своей пышностью. Это нормально пытаться сохранить наследие семьи.

— Раньше эти земли тебя не сильно волновали…

Понятно, начал подлавливать и давить. Но я готовилась к чему-то подобному.

Я поднялась, выпрямилась и с осуждением взглянула на Леорика.

— Раньше я почти каждый день ухаживала за раненными и больными. Однако когда поборолась с собственной смертью, решила, что хочу перемен. Мне кажется, я сделала достаточно хорошего в своей жизни, да и плохого на своих плечах перенесла тоже немало. После такого нормально стремиться к чему-то новому. Всё это, – я обвела рукой поля, – важно мне. Процесс работы успокаивает меня и отвлекает от кучи тревожных мыслей. Мне нравится моё новое дело. Да, я изменилась. И если ты приехал сюда, чтобы найти старую Амелию… у меня для тебя плохие новости.

Я фыркнула и вновь опустилась к грядке. Хорёк мысленно протянул:

— Неплохо сказано, даже мне стало немного неловко.

Леорик какое-то время молчал. Вдруг он ни с того ни с сего снял свой холеный пиджак, оставаясь в одной рубашке и закатывая её рукава. Он присел рядом со мной и потянулся голой ладонью к сорнякам.

— Значит, нужно вытаскивать аккуратно, чтобы не повредить саженец?

Я опешила. Снейр, кажется, тоже был в шоке. А вот Леорик выглядел абсолютно спокойным.

— Д-да, – кивнула я. – Но зачем тебе?

— Не могу смотреть, как женщина в моём присутствии работает…

Кхм. Ладно. Это звучало очень по-джентельменски. Хотя выглядело сюрреалистично.

Мы начали полоть грядку. Делали это молча. Но я не могла не заметить, как Леорик сосредоточенно старается. Вдруг в какой-то момент он посмотрел на меня и спросил, пока его руки были в земле:

— Амелия…

— Да?

— Скажи мне честно, ты счастлива?