Глава 56. Чужая жизнь?

На следующий день я сидела в кабинете профессора Заутца. Под моими руками медленно и аккуратно в нескольких горшках прорастали цветы. Сейчас я могла одновременно взращивать сразу три растения.

— Делаешь успехи, – деловито заметил профессор.

Я открыла глаза, выдохнула и улыбнулась, видя, что со всеми тремя цветочками всё в порядке.

— Да, тренируюсь на своей клубнике. Доктор Шень сказал, что контакт с природной магией может мне отчасти помочь. Главное не использовать мою собственную. А поскольку я ею даже не владею, то практиковаться можно без вреда и страха.

— Да, когда у твоей мамы начала активно развиваться эта болезнь, мы тоже заметили, что при контакте с природой ей становится легче. Однако вот так черпать силы извне может не каждый. Ты молодец.

— Спасибо, стараюсь. Знаете, мне начало казаться, что всё налаживается, – я коснулась красивого синего бутона. – Даже с растениями.

— А как со здоровьем?

— Тоже всё хорошо. Новые таблетки доктора действуют.

— А чужой жизнью жить не надоело?

Вопрос Заутца ударил обухом по голове. Иногда его грубоватые фразы врывались в разговор раскатом грома. Вот голубое небо, мы говорим, как всё хорошо, и тут он выдает это. Конечно, я понимала, что профессор не со зла. У него всё ещё плоховато с эмпатией из-за его расы. И всё же… сложновато.

— Это моя жизнь, – я пожала плечами и вновь посмотрела на цветок. – Сменилось лишь имя. А так даже наш брак с Дрейком кажется всё менее «ложным».

Кажется, Заутц заметил, что спросил нечто неудачное.

— Я не хотел обидеть, – вздохнул он и опустился на стул рядом. На секунду воцарилась тишина, и я уже хотела прощаться, ведь занятие закончилось. Как вдруг профессор задумчиво продолжил:

— Знаешь, твоя мама бы гордилась тобой. Ты хваткая, умная и деловитая. Что прекрасно в женщинах вашей семьи – у всех вас есть стержень. Даже кроткая и добрая Амелия превращалась в грозного командира, когда дело касалось экстренной ситуации у неё в лазарете. Да и твоя мама… вы все в этом похожи.

Я не знала, что ответить. Ощутила, как в груди начинает царапаться тоска, подходя комом к горлу.

— Хотела бы я с ними увидится, – шепнула, наконец. – Хоть ненадолго.

— Да-а-а. Я тоже.

Мы посидели с Заутцем ещё немного под этой давящей атмосферой печали. Мертвых ведь уже не вернуть. Но я завидовала профессору. Он хотя бы знал их. В отличие от меня.

— Думаю, мне пора, – я поднялась со стула. – Сегодня важный день, презентуем наши шоколадные букеты в одном из магазинов подарков.

— Я видел, – усмехнулся мужчина. – Куча объявлений висит. То тут, то там. Девицы уже вовсю шепчутся, подарят ли им кавалеры эту «необычную ягоду».

— Значит, у нас отлично работает реклама. До следующего занятия, профессор.

— Буду ждать, Сабина.

Я уже шла к двери, когда услышала своё имя. Настоящее. Последнее время я так редко его вспоминала. Ведь даже Дрейк часто зовёт меня Амелией, чтобы дома никто не услышал и не заподозрил.

Сердце вдруг сжалось от непонятной боли.

Неужели профессор прав, и я скучаю по себе настоящей?

Да и где вообще кончается моя жизнь, и начинается образ Амелии?

Должна ли я осуждать себя за то, что присудила себе её счастье?

Мысли роем зажужжали в голове, когда я вдруг поняла… что это не фантомная боль. Не из-за переживаний. Сердце заболело по-настоящему.

Я схватилась за грудь и попыталась хрипло вдохнуть.

— Сабина! – вскрикнул профессор, кидаясь ко мне.

Следующее, что я ощутила – это мужские руки. Заутц еле успел поймать меня, когда я начала падать. В глазах потемнело, я слышала лишь звуки, но сознание словно ускользало.

Как же так?

Неужели приступ?

Но ведь две недели всё было отлично! Ничего не предвещало беды.

— Сабина, не засыпай, слышишь меня?!

Голос профессора звучал так, словно между нами огромное расстояние, и лишь эхо доносит обрывки его фраз. Однако я очень старалась совладать со своим разумом и заставляла его, во что бы то ни стало продолжать работать.

Нужно думать о чём-то, что не даст мне провалиться в сон.

Мне вообще нельзя сейчас болеть. Меня ждут в магазине, на презентации. А уже через несколько дней нужно явиться в суд. С Дрейком.

Да, Дрейк. Я начала думать о том, как он скоро будет здесь и обязательно спасет меня. Спасет… да… но как? Он может защитить меня от кучи бандитов и самых ужасных злодеев, но что он сделает с моей болезнью?

Вдруг я ощутила, как тело наполняется теплом. Какая-то магия. Она заботливо обволакивала. Если раньше мне казалось, что как только я отключусь, всё будет кончено, то сейчас я словно была в своей кровати. И собиралась всего лишь уютно уснуть.

— Продержись немного, – вновь донесся голос Заутца. – Я не дам тебе умереть у меня на руках… только не как Лола.

Это было последним, что я услышала перед тем, как окончательно забыться в этой магической, согревающей тьме.