Глава 5. Таня

Кольцо пропало. Только вот я стояла у площадки глядя, как лихо носится Ванька, думая, что неплохо бы подняться, пусть играет один – Зинаида Павловна могла прийти в любой момент, а потом… Когда нервничала я крутила кольцо на пальце, многолетняя привычка. И тут потянулась, причин же куча. Потянулась – а кольца нет. Я нахмурилась, не сразу поняв, что происходит. Растопырила пальцы, словно кольцо могло просто убежать с одного пальца на другой. Нет, не убежало. – Как же так, – растерянно прошептала я. Похлопала по карманам, чуда не произошло. Полезла в сумочку, да никогда я его там не носила. Кольцо упало. Сейчас? Раньше? Пыталась вспомнить, когда видела его на пальце в последний раз, не могла. Оно просто всегда было и все тут. Было и перестало. Кровь зашумела в висках. Примета, ужасная примета. Словно мой брак еще можно было спасти, а тут вовсе без шансов. Я опустилась на колени и лихорадочно зашарила по песку под своими ногами, просеивая его между пальцами и уповая на чудо. Чудо не спешило. Когда увидела соседа, который лицезрел меня в трусах за мусоропроводом не засмущалась даже – не до того было. Я искала чудо, пусть смотрят, что богатырь, что страшная его собачка. – Мама, все хорошо? – спросил Ванька. Ничего не хорошо и хорошо уже не будет. – Да, сынок, – солгала я. И все глядела, глядела в песок… Что я мужу скажу? Благо свекровь дала мне выходной и не пришла вечером. Я возилась на кухне и мелко дрожала изнутри. Вот Степа придёт, увидит, непременно увидит, что кольца на пальце нет. Я пыталась подобрать слова – потеряла, с кем не бывает. Слова не шли, отказывались находиться нужные. Может, сбегать утром и купить такое же? Оно же немудреное, обычный золотой ободок, таких много. Только вот беда – денег нет. Деньги мне Степка давал, на хозяйство. На хозяйство они и уходили, лишнего не то, что не было – не хватало. У Жанки спросить? Неловко. Да и скажет что спасать твой брак, давно разводиться нужно… А развестись как? Это… Это же Стёпка мой. Первый, единственный. Отец моего Ванечки. Замуж надо выходить так, чтобы на всю жизнь, меня с детства этому учили… – На ужин мясо, – дрожащим голосом сказала я, когда дверь открылась. Степа опять припозднился. Где он был? На работе загрузили? К матери заехал? У другой женщины? – Я сыт, – отмахнулся муж. – Ваня уже спит, – огорчённо сказала я. Муж и сын толком и не виделись, выходные и то без нас – хоть вой от непонимания и неприятия происходящего. – Пусть спит, – небрежно ответил Степа. – Я тоже спать. – Может, хоть чаю? – Давай чаю, – смилостивился муж. Я захлопотала. Заварила свежий чай, поставила на стол. Наливаю ему, а сама и боюсь, и желаю того, чтобы он пропажу кольца заметил. Но смотрит Стёпка сквозь меня куда-то, в упор не видя. У меня слезы наворачиваются, терплю молча, пытаюсь улыбаться. Смотрю, а у мужа волосы чуть влажные. Как будто недавно из душа и недосушил. Лень ему было досушивать их феном, мне ли не знать? Так и выскакивал с влажными, дескать, по пути досохнут. Не досохли. – У тебя волосы мокрые, – сказала я, удивляясь тому, что еще говорить способна. – Я после работы Саньке помог металл в гараже грузить, там моросит немного вот и вымок. Поверить бы, ой как хочется поверить. Но на одежде его не пылинки, ладно, может Санька ему сменную дал. А руки? Чистые холеные руки офисного работника. А пыль гаражная ой какая въедливая, ее за раз начисто не отмыть. У меня паранойя? Нет, я не спрошу у него ничего напрямую, может, само рассосётся? Если есть у него женщина, может, он поймет, что я лучше, если я не буду обострять? Что я – его семья. Мать его сына. На всю жизнь ему данная… – Хорошо, – выдавила улыбку я. Утром Ваньку в садик отвела, муж еще спит. Я не выдержала, рубашку его понюхала – ничем чужим не пахнет, ни духами, ни гаражом, ни грехами. Отчего я не такая смелая, как Жанка? Ей легко, ей нечего потерять, а семья моя и есть моя жизнь, я другой не знаю. Из садика вернулась и прямо по входной двери поняла – Зинаида Павловна изволили навестить. Дверь была суровой и сердитой и совсем не рада мне. Я вдохнула поглубже набираясь сил и вышла. Свекровь сидела на кухне, прижимая руку к груди, словно плохо станет вот вот. Я эти ее спектакли наизусть знала. Раньше, когда я еще осмеливалась поперёк слово сказать, ее даже на скорой пару раз увозили. – Это что? – зло бросила свекровь. И показала мне тест на беременность, который я в ванной прятала в шкафчиках. – Здрасьте, – пробормотала я. – Это тест. – Ты издеваешься? – взвыла она. – Я по твоему настолько стара, чтобы не понять? – Так зачем спрашиваете? Свекровь бахнула кулаком по столу. Из спальни притащился заспанный Степка – разбудила криками. – Что происходит? – недовольно спросил он. – Вот что, – буркнула свекровь и бросила на стол тест в коробочке. – Ты же говорил, что нет у вас ничего давно! Я словно со стороны смотрела на все происходящее и не верила, что оно на самом деле. Даже не знаю, что меня больше поражало – то, что свекровь трясла моим тестом, или то, что она с моим мужем самое сокровенное обсуждала. – Нет у нас ничего, – пожал плечами муж. – Нагуляла! – крикнула свекровь. – Ох чуяла я, в тихом омуте черти водятся! – Не гуляла я… – Иди делай тест, – велела свекровь. – Если не сделаешь, значит точно гуляла. Я посмотрела на мужа, ища поддержки, но он прошёл мимо и чайник поставил. Правильно, война войной, обед по расписанию. Я молча взяла тест и пошла в туалет. Не плакала даже. Просто ждала. Потом вернулась, бросила тест с одной яркой полоской на обеденный стол и вышла из квартиры. Ходила по району туда сюда и тоже не плакала. Домой пришла через пару часов. Тест в мусорке. На столе неубранная посуда и крошки. Слава Богу никого нет. Заплакала я позже, когда после обеда месячные начались. Не знаю даже зачем плакала, почему. По своим робким мечтам о втором ребёнке? Из-за пережитого унижения? Из-за незнания, как жить дальше? – Ты грустная, – констатировал Ванька вечером. – Случилось что-то? Как же хорошо, что он в садике был и не видел сцены устроенной бабушкой. – Колечко потеряла, – махнула рукой я. – Где-то на площадке. Глупости, не переживай. На тротуар перед нами выскочила лысая нелепая собачка с толстыми боками и я скорее поспешила дальше, чтобы не встречаться с ее богатырем хозяином.