Глава 8

Лана

— Игорь, послушай, — пытаюсь заговорить с мужем в лифте.

Но благоверный морщит лицо и делает запретительный жест рукой, чтобы я не смела.

Не поняла?

Игорь «просит» меня закрыть рот?

Дерзко и самоуверенно с его стороны, а главное слишком наивно и грозит тяжелыми последствиями.

Открываю рот, чтобы возразить, но к моему дикому сожалению дверца лифта открывается на нашем этаже.

Выходим.

Ладно! Дома я с ним разберусь. Абсолютно забываю, с чего начался наш молчаливый скандал.

Уже дома в прихожей бросаю взгляд на Игоря.

Высокий, крепкий, хорошо сложенный, подтянутый, чересчур привлекательный мужчина в расцвете лет.

Плюсуем сюда, не бедный и жена у него проблемная, которую можно и поменять.

Ругаться хочется немного меньше.

Если честно, я никогда не дерзила, кровь из мужа пила дозированно, мозги не шпаклевала, и даже совместный бизнес не портил наши отношения. Мы спокойно договаривались как равные партнеры.

Может, в этом наши проблемы? Не хватает в отношениях темперамента?

Света, тормози, — приказываю себе. — Тебя не туда несёт! Какие «проблемы»?

У Вас она только одна.

Игорь скидывает кроссовки…

…и впервые в нашей совместной жизни не ставит их в шкафчик, а бросает поперек дороги.

Смотрю в упор на мужа.

Хоть бы хны, даже бровью не ведет.

— Игорь, — тяну я.

И в этот момент получаю убийственный взгляд — будто полоснули по лицу бритвой.

— Решила молодого найти! — рычит озлобленно. — Баба сказала, баба сделала. Хорошо!

Но вот в чем вопрос, Света, зачем перед соседями светишь его?

— Я…я… — впервые в жизни начинаю заикаться.

Направляю всю энергию в действие — скидываю босоножки на шпильке, швыряю куда попало.

Падаю на любимую банкетку.

Похоже, в этом доме становится крутым обычаем раскидывать обувь и плюхаться на мягкую банкетку.

Игорь уходит на кухню, минут через пять исчезает в ванной. Продолжаю сидеть как приклеенная.

Сегодняшняя жара меня совсем разморила.

Яростно трезвонит мобильный. Смотрю на экран — номер нашего оператора 1 С Даши. Отвечаю.

— Да. Что случилось? Не сможешь сегодня работать? Хорошо. Конечно, езжай в больницу с мамой. Это важнее.

Дашка отключается, я тоже — откидываюсь назад, опираюсь на стену.

Темный силуэт вырастает передо мной. Слышу запах угрозы.

Ледяные пальцы берут за подбородок.

Вскидываю глаза.

В серых глазах мужа никакого интереса — ни ко мне, ни к жизни.

Пугающая пустота.

Холодные мужские пальцы лежат на моем подбородке, а ощущение, будто они покоятся на моем сердце.

Не дают ему биться в нормальном темпе.

— Светочка, — фамильярно цедит Игорь, прищелкивая зыком, — ты в последнее время нервная, дерганая. Скрываешь что-то?

Или кого-то?

Серые глаза устремляются к моему телефону:

— Кто звонил. Он? Дай, посмотрю.

От злости за нанесенное оскорбление во мне одновременно просыпаются Ведьма и Дьяволица. Шиплю в ответ:

— Свихнулся? Даша звонила, сообщила, что не выйдет на работу, маму на скорой увезли. Девушка переживает, поэтому я разрешила сопровождать.

Суровое лицо нависает надо мной. Тонкие губы едва улыбаются, создается ощущение, что Игорь гримасничает.

— Светочка, дай телефон. Если это Даша, то тебе нечего бояться.

Кручу в руках мобильный, затем гневно бросаю в голую мужскую грудь.

Игорь проверяет, молча листая список звонков.

Тяжело вздыхает.

Интересно, извинится за приступ необоснованной ревности?

Телефон снова разрывается.

Подскакиваю.

Совсем с ума сошла? Я же никому не давала свой номер, мне нечего бояться.

Игорь изучает монитор, затем возвращает трубку:

— Ответь, твоя закадычная подружка.

Гордо встаю, расправляю плечи, беру с большой ладони мужа трубку, ухожу в ванную.

Отвечаю на звонок:

— Да, Ната.

— Ланка, ты уже дома? — голос удивленный.

— А где мне быть?

— Ну…как же Егор? Не сложилось?

— Что должно было сложиться? — громче включаю воду. Разговор явно не для посторонних.

— Нельзя тебе доверить пикантное дело! Молодой, здоровый парень — «самое оно»..!

— Для измены? — мой голос падает. — То есть это был трезвый расчет?!

— Дуреха! — шипит подруга. — Для ребенка!

Голова идет кругом.

Услышать подобное от женщины, с которой дружишь пятнадцать лет.

Оказывается, она пыталась свести с молодым мужчиной.

От переполнивших эмоций меня размазало.

Ноги подкосились.

По стеночке сползаю на теплый кафель.

Перед глазами вмиг проносится вся наша дружба, начиная с первого дня знакомства.

— Лана, почему молчишь?! — орет подруга.

— Решаю, стоит ли продолжать этот разговор?! — грубо, но не очень уверенно выплевываю я.

Судорожно подбираю дальнейшие слова.

Ведь этот неприятный разговор реально может стать у нас последним.

Слов нет…

Уже хочу нажать отбой, и тут слышу слабые всхлипывания.

Они становятся всё громче и громче, и вот уже Ната по-настоящему ревет.

Сколько себя помню, за подругой не числилось звание Истеричка года.

— Ланочка, я не со зла. Просто как мать хочу, чтобы у тебя тоже был ребеночек. Молодая сперма может помочь, почему бы не попробовать?

Хочу закричать в голос:

— Наташа, ты слышишь себя?!

Вместо этого молчу, а подруга воет:

— Я тебя люблю! У меня нет больше сил, смотреть, как ты рыдаешь втихушку на детских праздниках, гробишь себя на работе, хлещешь неделями мартини после очередной неудачной попытки. «ХГЧ» — благодаря тебе ненавижу эту аббревиатуру!

Сказать, что я в шоке от признаний Наташки, ничего не сказать.

Я в полном ауте!

По щекам катятся слезы. Плачем с подружкой вместе.

— Завтра позвоню. Работать надо. Даша выходная.

— Хорошо, — ласково соглашается Наташка, и первая нажимает отбой.

Выползаю из душа, забывая принять душ, еле передвигаю ногами в сторону рабочего кабинета.

Мне сейчас нужно спрятаться в работе и никого не видеть.

— Лана! — кислотный взгляд прожигает кожу.