13

Эту ночь я спала ужасно. Все время ворочалась и мысли не отпускали. Уже под утро отключилась, но сон был беспокойный.

А когда проснулась, чувствовала себя разбитой, глаза опухшие, под ними синеватые круги, вся помятая и уставшая.

Привожу себя в порядок и переодеваюсь в джинсы и футболку — особо выбирать нечего, я ведь не собиралась здесь задерживаться. Думала… что сбегу. Глупая наивность…

Спускаюсь на кухню. Слышу, как тихо гремит посуда. Демьян уже сидит за столом. Выглядит спокойным, даже слишком, но взгляд тяжелый. А меня это немного настораживает. На нем черная рубашка, верхние пуговицы расстегнуты, рукава закатаны так, что я вижу его сильные запястья.

Я чувствую, как внутри всё скручивается, вспоминаю вчерашний вечер, его руки, его тело так близко… и ту сцену в ванной, когда я пыталась забыться…

Сажусь за стол напротив, подальше от него, отвожу взгляд, стараюсь казаться невозмутимой, хотя пульс стучит во всю. Он смотрит на меня в упор, чуть усмехаясь, глаза хищные, с прищуром, как будто считывает меня насквозь.

— Как спалось? — его голос низкий, ленивый, но в нём что-то скользкое, предвкушающее.

— Нормально, — пожимаю плечами.

Он откланяется на спинку стула, вальяжно развалившись, но взгляд от меня не отрывает.

— Стены здесь тонкие, — проговаривает он, словно невзначай. — Очень тонкие.

Внутри меня что-то падает вниз, я застываю, дыхание тут же сбивается, а кровь моментально приливает к щекам — я чувствую, как краснею.

Он улыбается чуть шире, будто наслаждается тем, что видит мою реакцию.

— Интересно было слушать, как ты там… себя развлекала, — его голос становится ещё ниже, грубее, хриплый оттенок пробирает до костей. — Не думал, что ты такая смелая, принцесса.

Я чуть не поперхнулась воздухом, пытаюсь что-то сказать, но голос предательски дрожит.

— Я… я не…

Демьян медленно наклоняется вперед, локти опирает о стол, взгляд цепкий, липкий, не оставляет ни шанса сбежать.

— Что? Не делала? — его губы тронула насмешка, он явно испытывает меня. — Или думала, что если тихо, никто не услышит, как ты там… стонешь?

Я краснею ещё сильнее, всё горит, пальцы дрожат, ноги будто ватные. Я не знаю, куда девать взгляд, мне стыдно. Очень стыдно. Хочется провалить сквозь землю, раствориться, исчезнуть. Он все слышал…Как я пыталась сбросить напряжение, как ласкала себя… Боже как же стыдно, как могла позволить себе это в его доме? Как смотреть ему в глаза после этого?

Я чувствую, как всё пылает — щеки, уши, шея, даже ладони дрожат. В животе тот же узел, пульсирующий, тугой. И самое страшное — я до сих пор чувствую влагу между ног. Моё тело меня предаёт.

Он играет мной. Он смотрит, как я краснею, дрожу, теряю контроль, и ему это нравится. И я боюсь… боюсь, что если он дотронется — я не смогу сопротивляться.

Эти порочные, мучительные мысли прерывает звонок его телефона. Демьян все также продолжает смотреть на меня в упор, и не отводя глаз достает из кармана мобильный, на экране я не успеваю разглядеть, кто звонит, он тут же отвечает, и подносит трубку к уху.

— Да, — коротко бросает он, голос всё такой же низкий, хриплый, спокойный, но в этом спокойствии что-то ледяное.

Я замолкаю, не шевелюсь, только слышу его ответы, сам голос собеседника неразборчивый — слишком тихо, слова глушатся.

Демьян чуть хмурится, слушает, его взгляд всё ещё прикован ко мне, будто он держит под контролем сразу два разговора — по телефону и мысленно со мной.

— Подъезжай, — коротко бросает он спустя пару секунд.

Пауза. Он слушает, его скулы напрягаются, пальцы сжимают телефон крепче.

— Разберёмся, — холодно отвечает он, взгляд становится ещё тяжелее.

Я чувствую, как по коже пробегает мурашками страх, но я сижу, будто замороженная, не могу ни слова вымолвить. Мужчина заканчивает разговор, опускает телефон на стол, молчит пару секунд, изучая меня взглядом, будто читает, сколько я услышала и что успела понять…

Я больше не могу сидеть в этой тишине, она тянется как вечность, не могу ловить его взгляд, чувствовать, как стыд жжёт кожу. И чтобы хоть как-то перевести тему, чтобы сбежать от этих мыслей, резко выдыхаю:

— Мне надо поговорить с тобой… про учёбу.

— Сейчас не время возвращаться к учёбе, — говорит он спокойно, но голос не терпит возражений. — Неделю посидишь дома. Позанимаешься дистанционно. — он даже ни капли не удивился моему вопросу? Будто ждал его. Лишь слегка приподнял бровь, но взгляд был невозмутимы.

Я хочу открыть рот, возразить, но он не даёт мне и слова вставить.

— Мне нужно выяснить, кто на тебя открыл охоту, — продолжает он, и в глазах та самая опасная сосредоточенность. — Они ещё не знают, что ты теперь моя жена.

Слово “жена” звучит как приговор, меня тут же передёргивает, но я всё равно пытаюсь сопротивляться:

— Но… у меня дома остался компьютер. Все материалы там, мне его нужно забрать.

Он смотрит на меня так, будто я наивный ребёнок:

— Водитель всё привезёт. Не переживай.

Я закусываю губу, поднимаю глаза, стараюсь говорить спокойно, хотя внутри всё дрожит.

— Мне нужны вещи. Я могу съездить вместе с водителем. Быстро соберу…

Демьян хмурится, взгляд становится ещё тяжелее:

— Это не безопасно, — произносит он твёрдо. — Никаких поездок. Вещи и компьютер заберёт водитель.

Я слушаю его, и внутри всё закипает. Как же бесит эта его жесткость. Как пещерный человек. Сказал — значит так и будет. А я кто? Собачка, исполнять его приказы?

Меня наполняет ярость, она буквально распирает изнутри, горло сжимает, пальцы дрожат. Но я молчу. Я знаю — если сейчас вступлю с ним в спор, между нами и так искры летят, ещё немного — и всё вспыхнет. Я резко встаю из-за стола, стул скрипит о пол, его взгляд всё ещё следит за мной, но я не смотрю в его сторону. Надо отвлечься, занять себя хоть чем-то пока не привезли мои вещи…иду в зал, включаю телевизор, листаю каналы, но ничего не вижу — мысли всё равно уносят меня обратно. Злость кипит, но под ней — страх. И это сводит с ума сильнее всего, потому что могу только наблюдать, как моя привычная жизнь рушится дальше…