Глава 4. Марта

«Рады пригласить Вас на фотопробы весенней коллекции, которые состоятся в Майами четырнадцатого февраля для бренда «Glaze». Просим не забывать с собой портфолио». «Благодарю. Свое участие подтверждаю». (электронная почта Марты) – Привет, – слышу позади знакомый до червоточин голос, и меня охватывает судорога. Поворачиваю голову и снова вижу его. Черные шорты, объемная футболка, отросшие волосы забраны на затылке. Странный, необычный видок. – Алекс? – не своим голосом уточняю. Ноги от резкого онемения заплетаются, а выставленная скорость на беговой дорожке оказывается велика, чтобы я смогла ее вынести. Или шок от второй внезапной встречи сбил все внутренние настройки. Я падаю. Удар приходится на поясницу, и я скатываюсь с дорожки на шершавый ковролин зала. Колени, стертые за секунду, начинают тут же щипать. – Какого хрена? – ругаюсь. У меня показ завтра! Куда я теперь с красными коленями? Боль стреляет по всему телу. – Прости. Не думал, что ты упадешь. Вроде не страшный же… Был. Тон гонщика извинительный, немного грустный. Алекс подает руку, и приходится на нее опереться, чтобы подняться. В зале включен яркий свет, и вообще сейчас раннее утро, поэтому такая близость с прошлым неуместна и неприятна. Мне было достаточно двух минут, которые закончились вчера. Переглядываемся. Я думаю о том, чтобы сменить клуб. – Что ты здесь делаешь? – прозвучало грубо, но я все еще виню Эдера в своих стертых коленях и сломанном настроении. День должен был быть прекрасным. Он странно улыбается. Выглядит выспавшимся, веселым. – Заниматься пришел и вдруг тебя заметил. – Раньше я тебя здесь не видела, – потираю поясницу и поджимаю губы. Все мышцы стягивает. – Абонемент в прошлый зал закончился, и мой менеджер посоветовал этот клуб. – Какой хороший менеджер, – с ехидством произношу, ковыляя до лавочки. Алекс подставил мне локоть, но у нас не такие отношения, чтобы я еще и опиралась о гонщика в такой мелочи. – Злишься? – спрашивает вновь, будто бы расстроено. Не знаю, что ответить. Шок от встречи прошел, но близость Алекса по-прежнему для меня странная и не уже входит в систему моих координат. Я научилась жить, зная, что наши пути больше не пересекутся. Несмотря на то что живем в одном городе, возможно, посещаем те же тусовки, и у нас есть общие знакомые, была уверена, что мы самые параллельные из параллельных прямых. Благотворительный вечер стал исключением, где мы поставили красивую финальную точку. Я поблагодарила его, а он отдал свои деньги погибающим морским обитателям. Мы улыбнулись друг другу и разошлись по своим мирам. Все! – Мы можем решить, кто в какой день и время занимается, – Алекс присаживается рядом. Его колено слегка задевает поврежденное мое. Шиплю. Его предложение слегка остудило мою злость, и я почувствовала некий стыд. Майами – деревня. Мысля здраво, мы и правда могли встретиться, где угодно. А этот клуб хороший, дорогой. И в фитобаре делают зеленый смузи из сельдерея, яблока и ананаса. Помнится, Эдер был помешан на чем-то подобном. – Перестань. Мы взрослые люди, а ты предлагаешь детский сад, – откручиваю крышку своей бутылки с водой и отпиваю несколько глотков. Вода не унимает тревоги. Я по-прежнему чувствую себя неуютно рядом со своим прошлым. Администратор приносит мне пакет со льдом, который прикладываю к пояснице. Удар все же был сильным. – А ты давно здесь? – спрашивает невзначай, пока я сильно сжимаю крошки льда, и они похрустывают под моими пальцами. Поражает, что мы вновь общаемся как старые знакомые. Он улыбается, я уже тоже. – Несколько месяцев. – И что, правда хорошее место? –Мой менеджер хвалил, – веду бровями, в очередной раз хватаясь за бутылку. Алекс опирается на свое колено и кладет подбородок в раскрытую ладонь. Смотрит на меня задумчиво, когда я пробегаюсь взглядом по его одежде, волосатым лодыжкам и идеально белым кроссовкам. Зал понемногу начинает наполняться людьми. У нашего разговора появляются свидетели, а я помню, чего мне стоило чтение сплетен после нашего расставания с Эдером. Новостные паблики и желтые прессы взрывались от едких комментариев. – Что ж, пора возвращаться к занятиям, – неловко поднимаюсь со скамьи, откинув пакет с растаявшим льдом. – Ты во сколько заканчиваешь? – суетливо спрашивает. Успеваю отвернуться, – могли бы выпить кофе. Открываю рот и закрываю его от третьего шока за прошедшие двенадцать часов. – Я перед тобой виноват, – упирает руки в бока. Мне не перестает казаться, что он волнуется. Вспоминая, каким был Алекс Эдер, я действительно верю, что он чувствует за собой вину. Ну а сукой я стала не стопроцентной. – Хорошо, – отвечаю, поведя плечом. Боль в пояснице стихает. Но в груди нарастает жар. Колени печет, и уже обдумываю, как буду убирать красноту. Съемка в купальниках, и мои ноги должны быть идеальными. – По-дружески, – добавляет. Хмыкаю. – Разумеется, – закатываю глаза, отвернувшись от Эдера.