Глава 5. Марта

– Капучино? Или американо? – спрашивает так, будто мы каждый день после занятий усаживаемся в кафе и выпиваем запретную чашку кофе. У Эдера вышло очень легко и непринужденно, словно так и надо. Я бы выбрала ванильный раф, но такого предложения не поступало, да и невежливо как-то. Мы давние знакомые, случайно встретившиеся. Ванильный раф – это что-то про друзей, доверие и свободное общение. – Американо, – говорю, чуть подумав. Приглашение было на кофе. Сев напротив и откинувшись на спинку стула, Алекс начинает меня разглядывать. Без наглости, но с интересом и довольно въедливо. Его льдисто-серые глаза напоминают мне того Алекса, кто покупал мне фиолетовое платье. Под напором его взгляда становится неуютно. Он практически не моргает. Я не понимаю, что ему нужно. – Слышала, что этот сезон у вас не такой успешный, как прошлые два? – спрашиваю, разряжая обстановку. – Интересуешься гонками? Слегка краснею. Новость выскочила внезапно, как вирусный ролик. Я не искала информации, не шерстила интернет, из всех спортивных пабликов удалилась. Если прощаться, так отрезать от себя все. – Нет. Прочитала случайно. – Не всегда все идет так, как хотелось бы. Нам приносят по чашке горячего кофе. Алекс тоже заказал американо. – Желаю, чтобы все наладилось, – опустив взгляд на кофе, говорю. Мои пожелания искренние. Я не держу зла на Алекса. За наше прошлое-то уж точно. Эдер дал мне то, о чем я и просила – защиту. Все остальное – розовые мечты наивной девочки Марты Вавиловой, плюхнувшейся бомбочкой в роскошную жизнь с классным гонщиком. Не влюбиться было нереально. Пришлось долго работать над собой, чтобы простить ту свою ошибку. Жизнь сложнее, чем думалось. Случается, что человек не в состоянии полюбить другого. – Расскажи мне что-нибудь о себе, – внезапная просьба Алекса прозвучала как снег в июле. У меня вдоль шеи собрался холодок и запершило в горле. Эдер продолжает, крадучись, меня изучать. – Мы же можем пообщаться как старые знакомые, так? – он будто чувствует, на что давить. Именно это оправдание я и использую сама для себя же, задаваясь вопросом, что я делаю напротив Алекса Эдера. – Что ж, я по-прежнему сотрудничаю с брендом «Glaze», у меня даже есть собственная линейка косметических средств. Помады, тени, румяна… – говорю и думаю, ему правда это интересно? – Весной я была на неделе моды в Милане и Париже. Было здорово. – Круто. – Да… А ты? – задаю ради приличия. Мой кофе почти закончился, и я пару раз успела проверить время. Это не осталось незамеченным для Эдера. – Гоняю. – Исчерпывающий ответ. Повисает неловкая пауза. Или это чувствую только я? Улыбаюсь, как местные американцы, и встаю. Его просьбу выпить с ним кофе я выполнила, и теперь уже точно ничем не связаны. Общий фитнес-клуб не в счет, все же подумаю, стоит ли продолжать сюда ходить. Если мы будем встречаться с Алексом так каждый день, это вызывает волну слухов, а мне сейчас это ни к чему. У меня есть Стеф, и проверять его на ревность в мои планы не входит. У нас все хорошо. – Спасибо за кофе, – благодарю. Алекс тоже поднимается вместе со мной, но его кофе почти нетронут. – Спасибо за компанию. И извини за, – кивает на мои колени. Краснота начинает сходить, моя злость и вовсе утихла. Рядовая ситуация. Я могла так же испугаться кого угодно, и упасть. – Все в порядке. У меня есть чудо-крем от ссадин. Моя ложь набирает обороты. Хочу уже уйти, общество Алекса начинает меня душить. Облизнув губы, разворачиваюсь и ухожу. Спешу. Мое сердце ведет себя странно, и все дело в воспоминаниях, которые стучатся со дна, куда я их заколотила. Взгляд Эдера ощущается на спине жжением. Переодеваюсь с такой скоростью, как никогда. Мысль, что мы можем столкнуться еще и на выходе, пугает. Хочется закричать, что хватит этих встреч! Коридор пуст, как и зона рецепции. Облегченно выдыхаю и перебежками дохожу до машины. Только захлопнув дверь, закрываю лицо ладонями и рычу. «Рестория» в 8 p.m., – читаю сообщение от Стефа. Он отправил его еще час назад. Ужин, точно! Из-за Алекса моя тренировка задержалась, плюс незапланированный кофе с Эдером. А я не люблю, когда мои планы на день претерпевают изменения. Четкость и порядок стали моими верными спутниками. Это – часть успеха. Заведя двигатель и посмотрев перед собой, нахожу гонщика на крыльце фитнес-клуба. Он достает телефон и кому-то печатает. Улыбается. Мгновенно вспоминаю Серену. Личная жизнь Эдера после нашего расставания была под строжайшим запретом, да и никаких слухов в сети даже случайно не попадались мне на глаза. Но зная, как он ее любил… В ту ночь Алекс ушел, а обещание вернуться не сдержал. Я прождала его четыре часа, а, увидев его глаза перед самой гонкой, поняла, что Алекс был с ней всю ночь. Оттолкнув мои чувства, он кинулся к ней… В ту же минуту я покинула Яс-Марину и уехала в аэропорт. О результатах гонки узнала, засев в угол и открыв телефон. Чувства были странными: радость и горечь в одной капле. В любом случае, я искренне рада за Алекса, если он обрел свое счастье с ней. Эдер не спускается, а сбегает со ступенек с блаженным видом на лице и, заметив мою машину у самого входа, поднимает руку, прощаясь. Я без единого ответного жеста и вежливой улыбки срываюсь с места. Что? Ему? Нужно? Глава 6. Марта – Как прошла поездка в Сиэтл? – интересуюсь у Стефа. – Неплохо. Мне удалось подписать контракт на моих условиях. Мой парень, вернее, мужчина – Стеф, ему сорок три, – берет со стола бокал красного вина, делает глоток, запивая стейк. Наши взгляды встречаются, и мы слегка улыбаемся друг другу. – Еще раз извини, что пропустил благотворительный вечер. – Все в порядке. – Мне позвонили из магазина. Ты вернула серьги? Мне не хочется объяснять Стефу то, что делала миллионы раз, но стараюсь сохранить некую холодность и равнодушие. В конечном счете Стеф всего лишь хочет сделать мне приятное в той манере, в какой и привык. – Я не принимаю подарки дороже ста долларов, Стеф, – чуть посмеиваясь, отвечаю. – Сто долларов, – вздыхает. – Крошечный букет. – И его бы я приняла, а вот серьги в несколько десятков тысяч долларов – нет, – веду бровями. Хотя и цветы-то от Стефа я ни разу и не получала. – Вчера за танец с тобой кто-то выложил больше двух миллионов… Два с половиной, если быть точной. Отодвигаю от себя тарелку и допиваю вино. Не хватало еще вспоминать Эдера на вечере со своим мужчиной. – Они пошли на спасение морских обитателей, а не мне, – скрестив руки и наклонившись к столу, говорю одними губами. Сегодня в макияже у меня акцент на глаза, а не на губы. Стеф довольно симпатичный мужчина. В его волосах уже блестит седина, а глаза черные, смоляные. Мы познакомились на одном из показов. Все произошло как-то просто, если не буднично. Таких историй миллион в сети. Стеф подошел, сказал пару комплиментов и пригласил на ужин. Я согласилась, потому что мужчина показался мне галантным, уверенным в себе и не отпускал сальных шуточек в адрес моделей. В конце концов, это был просто ужин. За ним последовал второй, третий. На пятом он поинтересовался, можно ли меня считать его женщиной. Я побледнела и будто бы проглотила язык. Такого еще никто и никогда не спрашивал. Купилась, как девчонка. Наши отношения со Стефом немного пресные и в чем-то скучные, но мне в них хорошо. – Морские обитатели, – Эванс усмехается, и у его глаз растекаются сотни лучиков. Стефан Эванс обаятельный, перспективный, неназойливый и ценящий мое пространство, время и ресурс, и видящий во мне привлекательную женщину. – Приятно, что ты в чем-то еще осталась наивной. – Это комплимент? – Разумеется. Капля женской наивности всегда будет в плюс. – Капля? – Именно так. Я довольна. Наш сухой разговор не несет никакого для меня риска. Все просто, понятно, по-деловому. Правда, и секс такой же… Но я не посмею что-либо изменить. Иначе мой мир покачнется. А я, как выяснилось, не выношу даже легкой качки. – В следующие выходные меня пригласили на прием в посольство Бразилии. Я сказал, что буду не один. Стеф никогда не задает вопросы, он делится планами и дает мне выбор: присоединиться к его планам или нет. Ведь у меня тоже есть работа и обязательства. Так обычно поступают равнозначные партнеры. – Я освобожусь около трех. Тебя устроит? – Было бы великолепно. Начало приема в четыре. Мы вновь друг другу улыбаемся. Я расслабленно откидываюсь на стул и ловлю на себе заинтересованный взгляд Эванса. Понимаю, что сегодняшнюю ночь проведу у него. Уголок губ Стефа дергается вверх, когда мы оба узнаем о наших планах на ближайшие три часа, лишь взглянув друг на друга. – Я рад, что тогда решился пойти на показ и встретил тебя, – его голос звучит для меня искренне. Опустив голову, принимаю его признание. – Думаю, нам пора, – Стеф встает с места, повторяю за ним. Он расплачивается с официантом, как вдруг я замечаю входящего в ресторан Алекса Эдера. Готова взорваться, что снова вижу его. Третий раз за сутки не может быть совпадением. Успеваю сделать шаг, чтобы спросить в лоб, но… Алекс не один. За ним, смеясь, заходит рыжеволосая девушка. Ее кудряшки окружают голову, как облачко. Глаза яркие, синие, губы выкрашены в цвет спелого апельсина. Оба не просто улыбаются, они смеются. Громко, задорно и почти счастливо. Застываю с заученной модельной улыбкой на лице. – Марта? – Алекс только заметил меня. Облизнувшись и прочесав отросшие волосы пальцами, смотрит. – Привет, – здороваюсь сквозь зубы. – Ты меня преследуешь? – спрашивает с издевкой. Мой смешок застревает в горле. Теперь его шутки такие? – Мы со Стефом ужинали. И уже уходим. – Значит, вы освободили столик? Замечательно. Потому что я не бронировал. Хорошее место? Эванс становится позади меня и кладет руку на талию. Тонко намекая, что я – его, я – с ним. Со стороны мы со Стефом выглядим, как давно женатая пара. Да, совсем не вяжется с образом той Марты, которую знал Алекс. Сам же Эдер, наоборот, теперь полон жизни. Сглатываю разочарование, что не я дала эту жизнь. Ведь та Марта могла бы со всей присущей тогда самоотдачей. – Алекс Эдер, – гонщик протягивает руку моему мужчине и в ожидании смотрит на Эванса. Стеф чуть медлит. Чувствую, как напряглось его тело, а это случается с ним редко. Никогда. – Стефан Эванс, – наконец, приветствует и представляется. Гонщик открыто улыбается – раньше это было редкостью, – на щеках Стефа заиграли желваки. И это тоже редкость для моего мужчины. Он взволнован или вовсе взбешен. Стою полумертвая, разыгрывая театральную улыбку. – Финансист, верно? Я читал Ваши статьи в журнале. – А Вы? – спрашивает, высоко взметнув брови. – Чемпион мира «Формулы-1». Интересуетесь гонками? Стеф то ли фыркает, то ли морщится. – Безумства молодых вне сфер моих интересов. Повисает пауза, вызывающая пустоту в животе. А я только что поужинала. – Что ж, рад был повидаться. Нам пора, думаю? – Алекс переводит взгляд на девушку, с которой пришел. Рыжая улыбается большим ртом и тем самым напоминает мне Арлекина. Выглядит забавно и по-детски открыто. Она еще большая противоположность Серены, чем я. Но об этом молчу, ведь Алекс уже не входит в сферу моих интересов. – Твой старый знакомый? – Стеф спрашивает холодно, стоило нам сесть в машину. Покрываюсь испариной от готовящихся слов. – Алекс купил вчера танец со мной, – отворачиваюсь к окну. С тех пор как гонщик вновь ворвался в мою жизнь, все слетает с петель: планы, расписание, внутренние установки, сама жизнь. За последние полгода я ни разу не вспоминала, кто такой этот Эдер! Ну разве что невзначай, и тут же забывала. Хочется поскорее закрыть эту тему. – Ясно. – Ты… ревнуешь? Не сто… Смех Стефа перебивает. – Марта, он какой-то там гонщик! Сомневаюсь, что тебя стоит ревновать к нему. Вы разные. Его рука опускается на мое колено и слегка его сжимает. Посмотрев на Эванса, улыбаюсь. – Спасибо тебе, – говорю от всего сердца. – Спасибо, что появился в моей жизни. Он расслабленно улыбается, мягко ведя машину по проспекту. Глава 7. Марта На часах семь утра, и я сегодня припозднилась. Проспала. Тяжелая работа накануне вымотала. Домой вернулась только в первом часу ночи. Мой тренажер, с которого всегда начинаю свою программу, занят. Да и в зале плотно, следовательно – душно. Алекс занимается в углу с личным тренером. Довольно подтянутой девушкой без возраста. С нашей последней встречи в ресторане мы пересекались с гонщиком только здесь, в спортивном зале, набитом потными незнакомцами. Пересекались – самое верное слово, потому что Алекс дважды из пяти раз в знак приветствия лишь поднимал руку, оставшиеся три меня и вовсе не замечал. Нас разделяли две беговые дорожки. Он слушал музыку в наушниках, потел на тренажерах, и в его поведении не было ничего подозрительного. Сама я тоже не подходила. Еще неделю назад мне показалось, что три встречи подряд являются его злой шуткой, а не совпадением. Чертовски ошибалась. Судьба та еще злодейка. Мы в прошлом, и сейчас это наглядно. – Ресторан, кстати, отвратный, – глухо летит в спину, когда мы случайно сталкиваемся в дверях клуба. Мне становится обидно, потому что этот ресторан мне нравится. Да, расположение у него не совсем удобное, но это только потому, что живу я в другом конце города. Вращаю ключи от машины за колечко и наблюдаю за Эдером. Его волосы влажные после душа, но он все равно заправил их назад, собрав в резинку. Какая это по счету наша встреча, а я не могу привыкнуть, что у него такая прическа. Да и в принципе, что довольно часто вижу гонщика. – В следующий раз принесу тебе купон в нормальный ресторан! – кричит. Он спешит. Его речь быстрая. Мне приходится чуть напрячь слух, чтобы ничего не упустить. – Купон? – кричу в ответ. – Алекс Эдер пользуется купонами? – А Марта Вавилова пьет смузи? Мы встречаемся взглядами поверх его серебристой машины. И опускаю голову к пластиковой бутылке в своей руке, где полезный напиток, один вид которого раньше вызывал тошноту. Ну а что? Микроэлементы и все такое. Скрывая улыбку, отворачиваюсь, но не перестаю чувствовать на себе долгий взгляд Эдера. Спешил же? Так я не держу, вроде бы. Звук заведенного мотора заставляет вскинуть взгляд. Алекс сел в машину и мгновенно стартанул. Еще пару секунд смотрю ему вслед и иду к своей припаркованной малышке. Вот так любишь, любишь, а потом раз – и общаешься о купонах и смузи, разбежавшись потом по своим жизням. До фотостудии, где мы снимаем рекламную кампанию, я еду через район, где жила с Алексом. Некстати вспоминаю ту квартиру, и в сердце поселяется необъяснимая грусть. Уверена, Эдер живет там же. Он не из тех, кто меняет свою жизнь и устоявшиеся привычки. А та квартира ему нравилась. Алекс считал ее домом наравне с фамильным замком Эдеров в Австрии. Еще, как назло, на перекрестке встала в пробку. Взгляд катится к высотным домам, и сложно себе запретить. – Марта, привет, – чмокаемся в обе щеки с фотографом, – чудесно выглядишь. Смотрю на себя в зеркало. Щеки красные, глаза горят. Распущенные волосы спутались от ветра. – Спасибо, – благодарю своего бессменного фотографа. Сколько кампаний мы отсняли с Кимом, сбилась со счета. Сбрасываю спортивную форму и надеваю первый комплект купальника. Девчонки-визажисты наводят настоящую красоту. Все вокруг меня жужжит, крутится, вращается. Голоса, люди, вещи. От вспышек фотокамеры перестало каждый раз дергаться сердце. А когда Ким показывает мне некоторые кадры, незаметно задерживаю дыхание. В животе разливается тепло от четкого понимания, что моя мечта осуществилась. Во всей студии стоит рабоче-утомительная атмосфера, которая приводит в восторг, сколько бы раз ни была в ее гуще. Конечно, я устаю. Мой график сумасшедший, а с тем количеством людей, с которым привыкла общаться, перестала запоминать имена. Это плохо, но ничего не могу с этим поделать. Год назад я продолжила изучать итальянский и теперь говорю на нем достаточно свободно. В моей сфере уж точно хватает тех знаний, которые получила. Еще полгода назад начала учить немецкий. Ну и английский. Репетитор пять дней в неделю и постоянная практика в командировках. В резюме я теперь с уверенностью ставлю галочки, где спрашивают о знании иностранных языков. По средам и пятницам у меня танцы, а суббота и воскресенье отданы под йогу. Во вторник вместо зала я бегаю вдоль океана. Понедельник – день красоты и чистоты. Убираюсь в своей маленькой квартирке, если в двух словах. Вечер всегда посвящаю изучению чего-то нового: выставка, фильм, мастер-класс. В моем графике нет и минуты свободной. Стефан тоже вписан в мой ежедневник. На строчке с его именем всегда голубым маркером рисую сердечко. – Думаю, эту коллекцию сметут в конце зимы еще по предзаказу, – говорит Ким со знанием дела, и я склонна ему верить. У парня нюх на такие вещи. Привыкнуть, что многое снимается аж за полгода до выхода коллекции, было сложно. Хотелось увидеть себя на фотографиях в рекламе сейчас. Немедленно! – Я смогу ухватить вон тот купальник, как думаешь? – указываю на черный раздельный, выгодно подчеркивающий все изгибы. Изысканность в простоте. – Поговори с начальством. У тебя точно есть привилегии, – подмигивает и сворачивает свою дорогущую аппаратуру, – ты же у нас главная модель этой коллекции. Дома появляюсь, когда часы показывают двенадцать. Плюхаюсь на пуфик и скидываю с себя кроссовки. За съемками день проходит незаметно, и усталость накрывает внезапно, когда переступаю порог любимого дома. Ставлю дополнительную палочку в диффузор с ароматом жасмина, делая в голове пометку заменить ароматизатор. Дальше иду по привычному маршруту: ванная комната, кухня, спальня-гостиная. Спустя сорок минут я заваливаюсь на свой диван и открываю компьютер. Ким обещал выслать мне пару снимков. Так, по блату. Постить пока нельзя до официального релиза, но взглянуть никто не воспрещает. «Купон для Марты на нормальный ресторан» – читаю шапку письма. Оно последнее, и адресат мне до боли знаком. Это письмо я могу удалить. Или отправить в спам. Да кто вообще в современном мире пересылает купоны по электронной почте? Это дает мне право проигнорировать сообщение. Закрываю – поправочка – захлопываю крышку ноутбука и откладываю его на подушку. Время – час ночи, будильник заведен на пять тридцать утра, чтобы ровно в шесть я была на беговой дорожке. Время спать, Марта! Но я возвращаю ноут на свои колени и открываю дурацкое электронное письмо. Аватарка Алекса в его стиле: обрезанная фотография, где гонщик снимает с себя шлем. Совсем немодно. Хотя о чем это я? Эдер воспользовался почтой. «Спасибо. В следующий раз отправляй с голубями», – немного подумав, отправляю. «Они уснули», – писк, и я получаю ответ тут же. Получается, гонщик тоже не спит, – «но на будущее я учту». «На будущее? У тебя есть купоны еще куда-то?» — строчу, перебирая буквы на клавиатуре. Отправляю. И зачем я это делаю? Не собираюсь использовать и этот, присланный. «Я знаю все самые классные заведения города». Зеленый огонек около аватарки некоторое время гипнотизирует меня. Представляю, что Алекс ждет моего ответа. Молчать совсем невежливо, но и развивать пустой, не ведущий ни к чему разговор, не вижу смысла. Закрываю ноут и больше не открываю.