Глава 33

Где-то в Чарованных землях.

Получив разрешение от отца, начали подготовку к путешествию по нашему королевству и в три соседние. Сколько сил стоило отстоять сравнительно небольшой отряд охраны в восемьдесят человек. Мы с Лукашем до хрипоты спорили с другом и учителем Олдричем. Он настаивал собрать целое войско, человек двести, я настаивал на тридцати хорошо обученных воинах.

Но как выяснилось, это был маленький камушек, по сравнению с горой предстоящих сложностей. Так уж случилось, что я никогда лично не занимался вопросами организации поездок. Мне было достаточно дать распоряжение и дождаться дня выезда. В нынешнем путешествии потребовалось мое личное участие, иначе все шло наперекосяк. Взять того же Олдрича, который намеревался забрать половину охраны из дворца.

Мы планировали вернуться из поездки осенью, то-есть на протяжении четырех- пяти месяцев людей и коней необходимо было кормить, требовались шатры для отдыха, лекари для людей и животных, и ещё много чего. После составления списка мы схватились за голову, потому что телеги со всем необходимым обещали растянуться на день пути.

Отбор охраны взял на себя Олдрич. Дабы сохранить мою личность в тайне, договорились что ко мне будут обращаться “Ваше сиятельство”, как к графу, без королевских регалий. Охрана смущалась, заикалась и никак не могла выговорить такое обращение. Через неделю подготовки казалось что наше путешествие обречено на провал, и я только зря потрачу деньги из казны. Но верные друзья, Лукаш и Олдрич меня подбадривали.

– Это как в поединке, самое важное и долгое, тренировка. – приводил свои аргументы Олдрич, когда мы вечерами собирались в покоях Лукаша, чтобы обсудить сделанное за день и наметить планы на следующий. Эта тактика оказалась самая верная. Не в раз, а по чуть-чуть, но надо признать и это мы поняли далеко не сразу.

Выехали мы ещё через пару недель. И стало легче жить и дышать. Изматывающие хлопоты остались позади, а впереди только радость новых впечатлений. Даже мелкий непрекращающийся дождь не испортил нашего настроения.

Обоз сопровождения мы разделили на две части. Первая, с самым необходимым двигалась впереди нас. Утром собирали шатры и укладывали их в телеги, сами выезжали вперед. Но пока мы заезжали в близлежащие селения, чтобы осмотреться, обоз обгонял нас и выискивал место для ночевки.

Вторая часть обоза с основными запасами еды двигалась за нами, и догоняла нас ближе к ночи.

Чем дальше отъезжали мы от столицы, тем печальнее становилась картина. Роскошные, когда-то зáмки и дома знати стояли обветшавшие, многие требовали немедленного ремонта, а некоторые было поздно ремонтировать, развалились совсем.

Дома простых крестьян больше походили на норы, вырытые в земле. Часть полей была не возделана, зарастала травой и кустарниками. На мой вопрос, почему так, Олдрич ответил что некому работать, многие поумирали от голода, или набегов врагов и болезней. На редкую скотину тоже без слез нельзя было смотреть, кости, обтянутые кожей.

Странно, что я никогда ранее такого не видел. Обычно меня принимали в добротных зáмках или поместьях, с сытыми и довольными людьми. А может просто не обращал внимания?

Через месяц пути картина жизни людей только ухудшилась. А лихих людей в лесах становилось все больше. Мы уже по два раза на дню отбивали их атаки, а основной статьей расходов стали веревки, на которых вешали разбойников вдоль дорог. Обозы пришлось объединить и двигаться с ними, чтобы защитить от разграбления.

– Держись Ваше сиятельство, скоро пересечем границу с Гордским королевством, там ещё неделя пути до столицы и отдохнешь во дворце. – ехидно улыбался Олдрич, намекая на мое знакомство с первой невестой.

После пересечения границы, а это был овраг с накиданными в него белыми камнями-блоками, мы сразу заметили перемены. Небольшие селения словно хвастались аккуратными домами – мазанками. Вдоль дороги паслась упитанная скотина, пухленькие розовощекие дети беззаботно играли на улице.

– Олдрич! Почему у них так, а у нас все плохо? – на мой вопрос учитель только горько усмехнулся и рассказал, что защищать наши земли некому, поэтому соседи вконец распоясались и безнаказанно грабят их. Уводят скот к себе, а после сбора урожая выгребают с трудом собранное. Кулаки сами собой сжались от злости. Я все больше стал понимать отца. Да, у нас нет ни людей ни денег, чтобы навести порядок на границе, поэтому мне необходимо взять в жены дочь одного из соседей, хотя никто не гарантирует, что набеги прекратятся.

В столице Варглов нас принимали тепло. Часть охраны и обозы разместили за городом, остальных поселили во дворце. Вопреки традиции принимать послов на третий день, нас приняли уже на следующий. Может быть, сказалась цель нашего визита? Наверное, не каждый день приезжают сватать дочь короля.

Сама столица заставляла в себя влюбиться с первого взгляда. Обнесенная надежной белокаменной стеной, она расположилась на берегу зелено-синего моря. Его солёный запах ощущался повсюду. Да и сами жители имели смуглую кожу, и более веселый вид. Я вспоминал лица жителей своего королевства, и сердце сжималось от боли и обиды.

Прием в нашу честь был организован в большом зале. Золоченые колонны, дорогие ковры, в которых ноги буквально утопали. Столы были выставлены буквой П, а в центре, на возвышенности восседал Его Величество Горд Пятнадцатый с королевой Талией. На прием мы отправились вдвоем с Лукашем. Олдрич категорически отказался, со словами, что негоже ему за королевским столом сидеть.

После церемониальных приветствий и обмена подарками, нас усадили по правую руку от Его Величества. По левую расположились королева и их дочь Рева. Именно ее мне пророчили в жены.

Пока Лукаш витиевато расхваливал прием и оказанную нам честь, я с интересом рассматривал девушку. Она была необычайно хороша собой. Белокурые волосы собраны в затейливую прическу, распахнутые в удивлении серые глаза изучали с интересом… Лукаша. Чуть тронутая загаром бархатистая кожа, вскинутый курносый носик и губы бантиком.

Глаз невозможно отвести! Впрочем, Лукаш время от времени толкал меня локтем в бок, чтобы не пялился так открыто. И когда он успевал за всем следить? Вот что значит жить при дворе продолжительное время.