Эпизод 7. Глава 2

Квартира Ильи располагалась в относительной близости от Библиотеки, на Техноложке, но Констанция считала этот район уже «центром», в отличие от Парка Победы. Новый дом, зажатый между двумя историческими постройками, обещал просторные квартиры с высокими потолками и стильным ремонтом.

Когда Констанция произнесла свое имя в домофон, повисла небольшая пауза. Кажется, Илья раздумывал, впускать ли ее. Но, наконец, раздался писк, дверь в подъезд открылась. Чистый светлый холл сопроводил ее к серебристым лифтам, которые Констанция обогнула в поисках лестницы. Третий этаж — это вообще не высоко.

Дверь в квартиру оказалась приоткрытой, но Илья не встречал гостью на пороге, не спешил предложить тапочки и вообще находился непонятно где. Констанция повесила плащ на плечики в прихожей, захлопнула входную дверь и прошла внутрь. В современной просторной гостиной с минимумом мебели и личных вещей горел свет. Необходимости в дополнительном освещении не было: закаты, наконец, стали поздними, и порыжевшее солнце смело заглядывало в огромные стеклянные окна, лишенные любых занавесок. Констанция осторожно толкнула дверь из матового стекла, увидела кровать и сразу вышла. Прошла к другой, на противоположной стороне гостиной, и очутилась в кухне-столовой.

Сначала показалось, что Илья что-то готовил, но потом Констанция заметила логотип ресторана на контейнерах, из которых он выкладывал еду на тарелку, увидела фирменный пакет, и поняла, что ужин у него намечался не собственного производства.

— Привет, — сказала она, убежденная, что он не мог не услышать, как она вошла.

— Проходи, что ты мнешься, — произнес он, не отвлекаясь от своего занятия, — у тебя же нет проблем с тем чтобы ходить, где вздумается.

Констанция вздохнула. Вздохнула с облегчением: он не орал, не кидался вещами и не пытался выставить ее за дверь. Язвил — оно и понятно, но не прогонял.

— Илья, я понимаю, что ты злишься, и это совершенно справедливо, — произнесла она заготовленную фразу. — Я полностью осознаю и признаю свою вину, и готова понести любое наказание.

Он даже не посмотрел в ее сторону, достал из ящика приборы, выбросил пустые контейнеры. Подумав, снял с верхней полки бокал.

— Илья? — позвала тогда она, подходя к нему чуть ближе.

— Ты в курсе, что мне не нужно твое разрешение, чтобы написать докладную?

— Да, я курсе, — ответила Констанция его спине, так как он предпочитал даже не смотреть в ее сторону. — И просто хотела извиниться. Лично перед тобой. Я понимаю, что не просто совершила нарушение, но и подставила тебя перед Нелидовым, а это сейчас вообще не кстати.

Про невиновность Кинга она решила пока молчать — Илья мог отреагировать неадекватно.

Он сел за стеклянный стол — слишком большой для человека, который живет один — и начал есть, даже не думая предложить Констанции присоединиться.

Она все равно села через стул. Не интимно близко, но так, чтобы не казалось, будто между ними пропасть.

— Прости, Илья, я правда не хотела доставлять тебе неприятности.

Он язвительно промычал, накручивая пасту на вилку.

— Ну, я пришла к тебе попросить прощения. Что еще я могу? Обещаю, сделаю все, чтобы исправить ситуацию.

— Всемогущая Констанция! Решит все ваши проблемы. Сначала создаст их, а потом решит!

Она начала заводиться: ее шаг был достаточно серьезным и дался ей нелегко, но Илья как будто не понимал этого и не ценил.

— Я говорила тебе, что мне нужно попасть в Основной фонд, но ты меня не услышал, и мне пришлось…

Илья бросил вилку на тарелку, звон разнесся по пустой квартире.

— Пришлось тебе? — процедил он, посмотрев ей в глаза.

Открытый гнев — это немного лучше, чем подавленная ярость, с этим можно работать. Констанция встала и, обогнув стол, подошла к нему ближе.

— Хорошо, возможно, не прямо «пришлось», но я не знала, что делать, меня захлестнуло отчаяние, и я совершила ошибку.

Он тоже встал, глядя ей в глаза.

— Хотя бы в этом мы согласны.

— Я проникла туда через тайный ход и совершенно случайно попала в хранилище с ловцами…

Илья прикрыл лицо рукой.

— … но проход закрылся, я не могла вернуться, потом чуть не попалась, но к счастью это был Артур. Он помог мне выбраться. Мы не подумали о камерах.

Илья заскрежетал зубами.

— Я убедила Артура, что ты в курсе моего визита, и что мне нужно скрыть это только от других сотрудников Основного Фонда, но не от тебя. Поэтому он ничего тебе не рассказал — думал, что ты уже в курсе.

Пауза повисла нехорошая. Затем Илья издал какое-то язвительное мычание и с холодной злостью произнес:

— Теперь я понял… Ты явилась защитить его. Чтобы злой Илья не наказал хорошего Артура слишком сурово?

Ну зачем же он все так переворачивал? Она действительно ощущала вину. Перед обоими.

— Нет, я сказала, зачем пришла, — твердо ответила она, глядя ему в глаза.

Констанция ждала очередной вспышки ярости, недоверчивого молчания, холодного сарказма, но никак не того, что он запустит пальцы ей в волосы, притянет к себе и начнет целовать. Жестко, будто знал, что ей это не понравится, и даже не старался сделать это приятным. Она растерялась на несколько мгновений, затем оттолкнула, отпрянула.

— Не за этим, — выдохнула Констанция. — Я пришла не за этим.

Илья резко сел за стол и продолжил ужин.

— Уйди, — бросил он прежде, чем начал ожесточенно ввинчивать вилку в пасту.

Констанция устало опустилась на свой стул.

— Ты можешь нормально со мной поговорить? Или у тебя заклинило переключатель между страстным любовником и суровым начальником?

— Оставь меня в покое.

— Нет, я не могу. Мы должны все прояснить, иначе дальше будет только хуже.

Он ничего не ответил, отправив здоровую порцию пасты в рот. Констанция начала нервно подергивать ногой.

— Мы не чужие друг другу люди, — попыталась она, с трудом сохраняя голос ровным. — Да, между нами нет и не будет тех отношений, которых, возможно, хотел бы ты. Но это не значит, что мы не можем общаться цивилизованно. Тем более, что у нас нет выбора, так как мы работаем вместе.

— За это можешь не волноваться, Нелидов трудится над тем, чтобы это исправить, и ты ему здорово в этом помогаешь.

— Я совершила одну ошибку! — не выдержала она. — Одну ошибку, и она не связана лично с тобой. Я сделала это не назло тебе.

Он хмуро глянул на нее исподлобья.

— Допустим. Хорошо. Я тебя простил. Уходи.

— Нет, я чувствую, что мы не расставили все точки над «i».

— С Артом ничего не будет, он не виноват, что вынужден терпеть твои выходки так же, как и я.

Голос Ильи звучал и вправду устало, как будто он действительно хотел, чтобы она ушла. Но Констанция была с этим не согласна. Она чувствовала, что могла все исправить, и не собиралась сдаваться так сразу.

— Ничего он не терпит, — сердито отозвалась она. — Помог выбраться из Основного фонда, подумаешь, большое дело! Там от хранилища до его кабинета три шага.

На этих словах Илья все же оставил макароны и с легким удивлением взглянул на Констанцию.

— Вот об этом я и говорю. У тебя все всегда просто. Вижу цель, не вижу препятствий. А мы вынуждены…

Она картинно закатила глаза. Страдальцы!

— Илья, много лет меня очень волновало, что обо мне подумают, как это будет выглядеть в глазах других, никому ли это не доставит хлопот. Я была тихой и удобной для всех. И мне стоило больших усилий стать другой. Да, иногда моя напористость и деятельность превращаются в некоторую неосмотрительность и… порывистость, необдуманность… но именно это и сделало меня лучшей в своем деле. И именно за это меня и… — она хотела сказать «любят» в общем, неромантическом смысле, но решила все же подобрать другое слово, — … ценят. Ты так не считаешь?

Илья глядел на нее долго — размышлял над ответом.

— Да, ты права. Но если никто не будет принуждать тебя к дисциплине, ты слетишь с катушек и наделаешь очень серьезных ошибок. Гораздо серьезнее, чем сейчас. Ты так не считаешь?

Констанция криво усмехнулась.

— Согласна. Я много думала по поводу назначения Кинга в Основной фонд. Ты сказал, что его выбрали потому, что он больше подходит. И я начинаю думать, что это действительно так. Мне кажется, я и правда не очень подхожу для всех этих интриг.

Взгляд Ильи заметно потеплел. Заметив это, Констанция протянула к нему руку, сжала предплечье.

— Илья… мне жаль, что так все получилось.

Она говорила не только об этом видео и Нелидове, но и вообще о них. Он хмыкнул и заметил, уже без прежней язвительности:

— Ты сожалеешь не о том, что нарушила правила, а о том, что тебя поймали… — тут он недовольно прорычал, явно сдаваясь, и выдавил: — Ну, хорошо, но пообещай, что впредь…

Он заметил ее взгляд и то, как она, виновато поджав губы, покачала головой.

— Ну, Илья, давай будем смотреть правде в глаза, — сказала она со вздохом. — Я не могу ничего обещать. Я не хочу ничего обещать, потому что часто это происходит не потому, что я так спланировала. Случается что-то одно, это влечет за собой что-то другое…

Он подпер голову рукой, начал устало массировать переносицу.

— Ты меня поражаешь, конечно, — заявил он. — Хорошо, объясни, какого черта тебе нужно в Основном фонде?

Она снова покачала головой.

— Не могу сказать, потому что это не мой секрет.

— Ты, наверное, шутишь…

Иронично, как она одновременно злилась на Кинга, и в то же время не могла предать его доверие. Хотя он не побоялся предать ее.

— Что там с Калиостро? — спросила Констанция, вставая и включая чайник.

По-хозяйски достав чашки — она безошибочно угадала, в каком ящичке они хранились — стала рыться в поисках френчпресса. Скоро обнаружился и он.

— Пока ничего хорошего. Ищем.

Констанция пересказала ему, что слышала, пока рыскала по тайному коридору и пряталась в туалете. Оказалось, Артур передал все это Илье, сообщив, правда, что услышал сам, своими ушами.

— Какая трогательная забота о тебе, — заметил Илья, — что, главное, дело совершенно неблагодарное.

— Вообще-то я сказала тебе, что он не при чем, — оскорбилась Констанция. — Да, я в первую очередь хотела попросить прощения и как-то растопить лед между нами, но и за него заступиться собиралась. Так что за то, что он меня прикрыл, я благодарна. За то, что обошелся со мной как свинья — нет.

Илья не стал это комментировать. Они поразмышляли на тему того, кто мог быть сообщником Нелидова, но их перебил телефон.

— Зачем? — резко бросил Илья после того, как кто-то очень долго что-то ему объяснял.

На том конце провода ответили.

— Лена, скажи, что я уже ушел с работы, и документы эти у меня с собой. И если ему так срочно нужно их получить, он может приехать ко мне домой. Скажи это язвительно, как будто на самом деле не предлагаешь. Если сразу не клюнет, скажи еще раз: документ получить невозможно, он у меня дома. Если все получится, и он начнет требовать мой домашний адрес, сначала откажи, поломайся, потом сообщи. И дай мне знать, чем все закончится.

Видимо, Лена спросила о цели, потому что почти сразу Илья сказал:

— Неважно, Лена, сделай, как я сказал. Задача — сделать так, чтобы он приехал ко мне домой, потому что ты умоляла не бросать тебя в тот терновый куст.

В динамике прозвучала реплика Лены, ответом на которую стал усталый вздох Ильи.

— Братец Лис и братец Кролик. Нет? Ладно, без разницы. Ты поняла, что нужно сделать?

Судя по длинному ответу, Лена перечислила все пункты.

Илья удовлетворенно промычал и положил трубку. Констанция подняла бровь в немом вопросе.

— Ну что, пора «делать все, что угодно», дорогая, — недобро усмехнулся он.

И прозвучало это так, что Констанция невольно сделала шаг назад.

— Нам нужно, чтобы Нелидов доверял Кингу, — пояснил тогда Илья. — Мы убедили его, что ты — причина разлада между мной и Кингом, именно поэтому он доносит на меня. Но до сих пор сам Нелидов ничем полезным с Артом не делился. Например, не сообщил о проверке, которую затеял. Мы должны дать ему дополнительную причину верить, что мы с Артом враги.

— Пока понятно, — кивнула Констанция, когда Илья замолчал.

— Сейчас, если он приедет сюда, застанет тебя у меня дома. Это не оставит у него сомнений, что Арт точит на меня зуб.

Она сложила руки на груди.

— Не могу сказать, что в восторге от выделенной роли. Можно мне пройти кастинг на положительного персонажа?

— Ты еще ломаться будешь? — недовольно уточнил Илья. — Мы уже у меня дома. Все, что от тебя требуется — сделать вид, что мы немного потрахались.

— Илья!

Констанция была уверена, что он был груб намеренно. Хотел показать, как происходящее совершенно его не волновало, и как он ни капли не хотел, чтобы это не было игрой.

— Может, дашь мне халат? — сдалась она. — Чтобы не выглядело, как будто я просто зашла на чай.

Следующие четверть часа они увлеченно создавали иллюзию романтического вечера: Илья великодушно накормил Констанцию десертом, и они оставили посуду на столе, дополнив натюрморт еще одним бокалом и свечами. Выдал ей гигантских размеров халат. Они включили фильм на большом телевизоре, бросили на диван плед. Затем Илья прошел в спальню и навел там легкий беспорядок.

— Думаешь, он настолько тщательно будет изучать квартиру? Мне кажется, у этого типа даже мысли не возникнет, что мужчина и женщина могут находиться в одной квартире просто так.

— Нелидов — мразь, но очень умная и наблюдательная мразь, — отозвался Илья из соседнего помещения, художественно разбрасывая подушки. — Если бы он был хотя бы в половину так туп, как ты думаешь, я давно бы избавился от него.

Леночка прислала сообщение. Несмотря на высокий интеллект, Нелидов клюнул на приманку: вытребовал адрес и, вероятно, направился к Илье домой.

— Давай сядем на диван и будем смотреть телевизор, — предложила Констанция.

— Конечно, этим бы мы и занимались, — фыркнул Илья.

— Мы могли уже утомиться от любовных утех и сесть за телек. Мы же смотрели с тобой фильмы раньше…

Констанция всеми силами старалась не вдумываться в то, о чем они говорили, рассуждая исключительно практично. Как будто бы даже удавалось избежать неловкости. По крайней мере до того момента, как они уселись на диван и уставились на экран. Там шел «Отпуск по обмену».

— Джуд Лоу красавчик, — заметила Констанция, чтобы как-то разрядить обстановку.

— Да, я в курсе, что ты любишь смазливых англичан.

Она глянула на него очень сердито.

— Но так сложилось, что я тоже люблю одного смазливого англичанина, — заявил он вдруг тихо. — Я заботился об Арте с самого первого дня. У нас всегда были… особые отношения… И сейчас я ненавижу себя за то, что…

Илья не договорил, но этого признания было достаточно, чтобы потрясти Констанцию.

— Я… понимаю, как это должно быть непросто. Правда, я понимаю.

Раздался перезвон.

— Это дверной звонок, — замерев на мгновение, сказал Илья. — Кто-то впустил Нелидова внизу. Тем лучше, будет выглядеть естественно, что мы не знали, кто это и не стали скрывать твоего присутствия.

Оба встали.

— Давай я открою дверь, — предложила Констанция. — Это будет выглядеть, как будто я чувствую себя здесь по-хозяйски. А ты подойдешь, чтобы посмотреть, кто это. Как будто мы совершенно его не ожидаем.

Илья кивнул, прошел к полкам, чтобы его не было видно. Констанция подошла ко входной двери и смело открыла ее. За порогом стоял Артур.

Несколько долгих секунд они смотрели друг на друга. Он медленно окинул взглядом ее халат, посмотрел в глаза. Тут из-за двери выглянул Илья — и тоже замер.

— I see*, — сказал, наконец, Кинг и, развернувшись, пошел прочь.

— Арт, — позвал его Илья, но, разумеется, это ни к чему не привело, и вскоре площадка перед дверью осталась пустой.

Тогда Илья обратился к Констанции:

— Почему ты не объяснила ему?

Она медленно закрыла дверь. Илья схватил со стола сотовый, но Констанция накрыла экран ладонью.

— Не звони. Я не знаю, как он отнесся к тому, что я отшила его — возможно, ему все равно, разве что мужское самолюбие было задето. Но это — это сделает ему больно.

— Какого хрена, Конс?

— Он изображал, что у него есть чувства ко мне. Заставил поверить, что я ему небезразлична. Позволил продемонстрировать мою симпатию. Я не оставлю это просто так.

— Вы — два идиота, — Илья произнес это тихо, но очень эмоционально.

— Может и так, но я больше не позволю себя одурачить.

Повисла пауза, во время которой они продолжали молча пялиться на белую дверь.

— Ты должна сказать ему правду.

— И не подумаю.

— Тогда я скажу. Я не намерен и дальше портить с Артом отношения из-за тебя.

— Как пожелаешь. Прямо сейчас он думает, что я предпочла тебя ему, идет и мучается, — ожесточенно проговорила Констанция. — Мне этого достаточно. Если завтра ты убедишь его, что страдал он напрасно, я все равно буду знать, что он пережил это и хотя бы примерно почувствовал то, что почувствовала я.

Илья повернулся к Констанции, он долго и сосредоточенно смотрел на ее профиль, возможно, думая о том, что в свое время легко отделался.

Спустя пять минут Илье пришло сообщение от Кинга.

— Пишет, что Нелидов едет ко мне в гости. Хорошо. Значит, определенный уровень доверия между ними есть. Сегодняшняя театральная постановка должна окончательно убедить его, что мы с Артом враги.

(*) I see… — Понятно…

Нелидов явился спустя четверть часа. Констанция и Илья теперь предусмотрительно посмотрели на видеодомофон, убедились, что пришел именно он. Снова повторили сцену с открыванием двери, затем изобразили ужас, смущение, смирение. Якобы напуганная, Констанция убежала в спальню, а Илья и Нелидов еще полчаса обсуждали что-то в столовой.

Уходя, этот тип очень многозначительно крикнул:

— Доброй ночи, Непейводица!

Поразмыслив, как лучше отреагировать, она вышла из спальни и сконфуженно отозвалась:

— До свидания, Ян Маркович.

Вслед за чем снова скрылась в другой комнате.

Когда Нелидов, наконец, ушел, Констанция переоделась и оставила Илью одного.