Эпизод 8. Глава 1

Эпизод 8. «Дорогой читатель, я вышла за него»

— У меня тут… ситуация.

Констанция оторвала голову от подушки и посмотрела на экран телефона. Звонил Аврелий. Времени было шесть утра. Снова прижала сотовый к уху и хрипло спросила, что случилось.

— Ну короче…

— Да, если можно, то короче, я планировала спать еще целый час.

— А, ну, придется отложить это дело и подкорректировать планы. Я практически дочитал Джейн Эйр.

— В шесть утра?

— Я работал над своей книгой, — затарахтел стажер, — уснул в Библиотеке, проснулся полчаса назад и понял, что домой уже не поеду, писать свое уже тоже больше не могу. Решил почитать.

— Ну? И?

— Короче, разрыв случился, но не так, как мы планировали.

Констанция простонала в подушку. Рассказ Аврелия мог бы быть содержательнее. Но нет, он, как истинный писатель, предпочитал оставлять гигантский клиффхэнгер в конце каждой фразы, чтобы она мучилась догадками и нетерпеливо ждала продолжения.

— Можно без интриги? — поинтересовалась она мрачно.

— Короче, я сижу в офисе охотников и пью чай с Джейн Эйр. С миссис Рочестер, прошу прощения.

Констанция села на кровати.

— Но сама понимаешь, если кто-то узнает, что произошел разрыв, а я сижу тут и лясы точу с персом, вместо того чтобы поймать, влетит всем…

— Бегу, — вздохнула Констанция в трубку и сбросила звонок.

Опять все будут спрашивать, что случилось, потому что, торопясь, она не стала делать привычный макияж, ограничившись тушью и румянами. Решила придать образу немного красок, одевшись с ног до головы во все бордовое, и, собралась таким образом в рекордные сроки. Не прошло и четверти часа со звонка Аврелия, а Констанция уже была на улице.

Там пока было прохладно, но скоро раннее утро растает в апрельской ласке, и станет тепло.

Охранница на проходной посмотрела на Констанцию с долей изумления — или скорее даже недовольства в духе «серьезно? в такую рань?». Других коллег в коридорах не наблюдалось. Хотя наверняка кто-то уже работал — или еще работал. В столовой ставили в духовки запеканки и омлеты, а в Абонементе спала дежурившая в ту ночь Маруся.

Чаепитие Аврелия с Джейн Эйр проходило в офисе охотников прямо за журнальным столиком. Стажер позаботился и об угощениях: судя по расставленным пряникам, вафлям и конфетам, выгреб из общей тумбочки все, что там было.

Сам он выглядел весьма помято: кудряшки торчали во все стороны, под глазами залегли тени, кожа будто потеряла былую упругость. Зато его собеседница с идеальной осанкой чинно восседала в кресле. Джейн сложила изящные кисти на коленях, внимательно глядя на Аврелия.

Простое, но безукоризненное платье викторианской эпохи, застегнутое под самым подбородком, завершало сдержанный образ.

— О-о, как ты быстро! — воскликнул стажер, едва заметил Констанцию.

Джейн повернулась, но чуть смущенно опустила взгляд на свои руки, словно бы чего-то ожидая…

— Аврелий, представь нас, — скомандовала Констанция, и тот, спохватившись, подскочил и выполнил указание.

Только теперь Джейн, поприветствовав Констанцию, пытливо и смело оглядела ее.

— Мы, короче, выяснили, что миссис Рочестер типа снится сон, — сообщил стажер. — Поэтому все такое странное, и поэтому она оказалась тут, хотя совсем недавно была дома.

— Разумно, — кивнула Констанция. — А ловец у тебя под рукой?

— Ты что, хочешь ее сразу поймать? — изумился Аврелий и даже встал перед Джейн, будто бы защищая.

— Нет, конечно, — Констанция отодвинула стажера в сторону. — Но мы должны быть готовы в любой момент попрощаться с нашей гостьей.

— А ну так-то вон, — он кивнул на край своего рабочего стола, где лежала книга с пустой обложкой.

— Милая Джейн, — начала Констанция, посмотрев серьезно глядящей на нее героине в глаза. — Уже скоро вы проснетесь, и все это покажется лишь сном.

Возможно, ложь. Возможно, именно этот персонаж никогда не очнется в своей вселенной, так как навсегда будет заперт в хранилище Библиотеки.

— Но пока этого не случилось, я задам вам несколько вопросов. Не переживайте, ничего личного. Все они касаются моего друга, который знаком и вам.

Для подробного интервью они переместились в кабинет Констанции. Там можно было разговаривать день напролет, никто бы и не заметил. Джейн посадили на стул для посетителей, Констанция присела на край своего стола, а Аврелий стал бродить туда-сюда, разглядывая полупустые полки стеллажей, Так и не нашлось времени и сил красиво их оформить.

Впервые Егор появился в жизни Джейн Эйр, когда та была ребенком, это случилось накануне ее отбытия в школу-пансионат. О том дне она мало что помнила. Затем Егор приезжал и в школу, несколько раз навещал сиротку Джейн, дарил подарки. Но забрать к себе по какой-то причине не мог.

— Он часто повторял, что не должен влиять на сюжет, что бы это ни значило…

Затем Егор наведывался и в поместье мистера Рочестера, но его визит снова как будто бы не имел никакого смысла. Они с Джейн поговорили, он дал несколько наставлений, к которым она, конечно же, не прислушалась, хотя и назвала «очень полезными и дальновидными».

— В последний раз он приезжал совсем недавно, — задумчиво произнесла Джейн.

Ее простое, но милое лицо сделалось каким-то грустным.

— Мне показалось, что он был в отчаяньи, — призналась она. — Что-то в его глазах и голосе выдавало бескрайнюю тоску, почти безнадежность. Такая бывает у человека, который понимает, что скоро потеряет что-то важное. Когда потеря уже случилась, можно увидеть горестное смирение. У Егора же еще как будто теплилась все угасающая надежда.

Констанция и Аврелий переглянулись. Разумеется, Егор понимал, что это был его последний шанс попасть на страницы.

— А не говорил ли он что-нибудь о намерении вернуться домой? — спросила Констанция. — Может быть, упоминал, откуда взялся в… ваших краях?

Джейн задумалась. Любопытно было наблюдать, как держалась эта молодая женщина: ни суеты, ни яркой внешности, ни громкой речи, лишь молчаливое достоинство и завораживающий, умный взгляд.

— Увы, нет, но в его речах мне часто слышалось это желание. Он казался мне птицей, посаженной в клетку, что для мужчины его возраста, статуса и достатка вещь необычная.

— А он показался вам обеспеченным человеком? — уточнила тогда Констанция.

— Он неизменно был одет в добротный костюм, хотя приезжал на почтовых. Признаться честно, я так и не узнала о Егоре больше, чем он сам готов был сказать. А говорил он немного. Что за человек наш общий друг, я так и не смогла понять, хотя и пыталась заглянуть в душу.

Да уж, эти большие проницательные глаза действительно смотрели в самое нутро, будто видели насквозь.

— Вы знаете, вот только в последний свой визит он сказал кое-что, что тронуло меня…

Раздался стук в дверь. Констанция бросила взгляд на наручные часы: рановато было для визитеров. И она, и Аврелий напряглись, что не укрылось от внимания Джейн: та села еще прямее, чуть стиснув бледные пальцы.

Стажер заслонил собой героиню от нежданного гостя. Наготове у него был ловец, но Констанция жестом велела пока спрятать книгу за спину. Открыла дверь.

Это был Артур. Констанция оглядела его с ног до головы, давая себе время решить, что делать, и осталась стоять в проеме.

— Тоже доброе утро, — сказал он после паузы.

— Ты чего так рано? — спросил Аврелий.

— Я только шел домой, — ответил Кинг и перевел взгляд на Констанцию. — Марина на охране сказала, что, пока я только ухожу с работы, кто-то уже пришел. Я из вежливости поинтересовался, кто, и оказалось, это вы. А я как раз имел желание поговорить с вами.

— Н-да, вас там в Основном Фонде совсем не жалеют, — вздохнул Аврелий, делая стратегический шаг назад, так как Кинг, кажется, что-то заметил и теперь пытался разглядеть, кто там прятался на стуле.

— Jesus, — вздохнул, наконец, Артур.

Он не мог увидеть лица Джейн, но, похоже, приметил длинное, характерное для девятнадцатого века платье.

— Я занята, — заявила тогда Констанция резко и попыталась закрыть дверь.

Но Кингу удалось проскользнуть внутрь. Хитрый, юркий лис!

— Мой разговор подождет, пока вы освободитесь, но не дольше, — сообщил он, продолжая попытки выяснить личность дамы на стуле, но Аврелий перемещался ровно так, чтобы Джейн оставалась вне поля зрения Артура.

— What the hell, — пробормотал Кинг и в два шага оказался рядом со стажером.

Отстранив его, уставился на Джейн.

Констанция сдалась и представила миссис Рочестер и мистера Кинга друг другу.

— Мадам, — Артур галантно поклонился, а затем обратился к Констанции: — Вы дошли до такого результата. Это впечатляет. Могу я задать несколько вопросов?

Она пару секунд напряженно глядела на него, но затем все же кивнула, и Артур начал собственный допрос. Выяснил все то же, что уже выяснили они, но уточнил некоторые детали.

— Егор казался вам обычным человеком, или были какие-то особенные ощущения на его счет? Может быть, он казался… чужим?

— Да… — Джейн будто бы обратилась внутрь себя, все в ее позе и взгляде выдавало глубокую задумчивость, — каждый раз, когда он появлялся рядом, я ощущала нечто необъяснимое… будто бы все шло своим чередом, а Егор являлся существом из другого мира.

— Почему вы сделали это? — спросил вдруг Артур, кивнув на ее руки, сложенные на коленях.

На лице Джейн появилось недоумение.

— Что сделала, сэр?

Констанция и Аврелий оба подались вперед, чтобы понять, что именно заметил Кинг.

Он демонстративно постучал пальцами одной руки по пальцам другой.

— Вот так. Всякий раз, говоря о Егоре, вы стучите ритм. Три быстрых удара, три медленных удара, три быстрых удара.

Констанция жадно разглядывала теперь мирно покоящиеся на темной ткани белые ручки Джейн.

— Я… я не знаю, сэр, вероятно, я делаю это неосознанно. Хотя… сейчас в моей памяти всплывают воспоминания, как Егор все время отстукивал этот же ритм: по столу, коленям, окну. Прежде мне это не казалось важным, но, когда вы обратили на это внимание, я поняла, что, пожалуй, ни разу не встречалась с этим человеком, чтобы не услышать этот стук.

— Сигнал SOS, — ошарашенно проговорил Аврелий. — Он подавал нам сигнал с просьбой о помощи.

— Есть что-то еще… — пробормотал Кинг, обходя Джейн кругом и разглядывая, будто ответ мог крыться в складках ее платья. — Он должен был оставить нам что-то еще. Закройте глаза, Джейн, — мягко велел он. — Мысленно перенеситесь в последнюю встречу с Егором. Что вы видите, что чувствуете, что слышите?

Она поплыла по волнам памяти, тонкие веки подрагивали, пока воспоминания кружили перед мысленным взором.

— Он как будто был в спешке. Влетел в дом вместе с ветром, принес запах дыма и костра. Ходил по комнате торопливо, отказался от чая. Меня его визит встревожил, хотя прежде на душе было так хорошо и спокойно от того, что я, наконец, честно и праведно соединила души с моим возлюбленным. Это была тихая свадьба, присутствовали лишь я, он, священник и причетник.

— Почему вы ощутили тревогу? — спросил Кинг.

Он старался говорить спокойно, видимо, боясь напугать Джейн, но Констанция ощущала силу и энергию, что бурлили в нем как в гончей, напавшей на след. Следы бессонной ночи исчезли с его оживившегося лица.

— Он всегда приносил с собой какое-то беспокойное чувство, а сейчас же этого было больше обычного. К тому же… моя жизнь, полная волнений, самых разных событий и неожиданных поворотов, только стала дарить моему сердцу спокойствие, которого оно жаждало. Визит Егора мог нарушить гармонию, но не сделал этого: он ушел, и вместе с ним ушла тревога.

Повисла пауза. Джейн открыла глаза. Артур задумчиво посмотрел на нее, а затем, словно озаренный идеей, спросил:

— Он пел что-нибудь?

Констанции вопрос показался абсурдным, она хмыкнула. Однако Джейн вдруг кивнула и с легким удивлением заметила:

— Да, когда вы сказали, я вспомнила, что он действительно постоянно напевал что-то. И, признаться, это совершенно не вязалось с его обликом.

Артур сделал шаг к ней и очень мягко, тихо, как если бы разговаривал с напуганным ребенком, уточнил:

— Что он пел?

Джейн чуть нахмурилась.

— Песня была мне незнакома. И слова у нее были такие необычные…

— Постарайтесь вспомнить, Джейн. Это важно.

Констанция и сама задумалась: что мог петь Егор?

Их главная свидетельница же как будто бы вспомнила, но произнести вслух не решалась.

— Там определенно были слова «я ухожу красиво». Но, к сожалению, я не могу воспроизвести мотив…

— «Районы-кварталы»? — пропела тогда Констанция. — «Жилые массивы. Я ухожу, ухожу красиво».

Еще до того, как она закончила, на лице Джейн отразилось узнавание.

— Я постоянно слушала Зверей в то время, когда Егор пропал, — пояснила Констанция.

Кинг остался очень доволен. Он попытался выведать что-то еще, но, кажется, больше миссис Рочестер ничего не могла им сообщить.

— В таком случае… — Артур взял со стола безошибочно угаданный им ловец и неторопливо прикоснулся к плечу персонажа.

Констанция не стала ему мешать.

— К чему были эти расспросы? — спросила она, едва Джейн исчезла. — Что значит песня, запах, стук?

Кинг чуть нахмурился, принялся прохаживаться по комнате, что-то обдумывая.

— Нужно еще сложить все в картину, но у меня есть догадки, — сообщил, наконец, он.

— Не заставляйте нас прибегать к пыткам, — предупредила Констанция.

Их взгляды встретились.

— Можете пытать меня, если хотите, — он распахнул руки в приглашающем жесте. — Вам же нравится причинять людям боль.

Она закатила глаза.

Кинг глянул на Аврелия.

— Не оставишь нас?

— Не нужно, — отрезала Констанция.

Стажер протянул растерянное «э-э» и остался стоять посреди кабинета.

— Я хочу поговорить, — настаивал Артур, глядя ей в глаза.

— Я не хочу.

— Понимаю. Не ваш метод. Однако если Аврелий не уйдет, я буду разговаривать при нем.

Констанция раздраженно вздохнула.

— Обсудим, что произошло между тобой и Илией, когда…

— Иди, — бросила Констанция резко, и Аврелия сдуло через секунду. — Я не хочу разговаривать с вами ни о чем, кроме того, что значили ваши вопросы Джейн. Аврелия отпустила только чтобы вы не пытались шантажировать меня его присутствием.

Кинг прошелся по кабинету. Встал у полок, задумчиво провел по корешкам немногочисленных книг.

— Илия сказал, что там в его квартире, это был спектакль для Нелидова…

— Артур!

— … Я поверил ему, потому что Нелидов и сам проявил ко мне новые эмоции. Поделился по секрету, что видел вас вместе. Я изобразил шок, потом злость. Это еще больше сдружило нас, и он рассказал, что узнал кое-что об Илие и о тебе, что полностью все изменит и обязательно порадует меня. Как месть. Сказал, что в сейфе Илии хранится документ, который закопает его.

Констанция издала тихий радостный звук и сжала ладони в предвкушении. Кинг на контрасте говорил почти равнодушно.

— Я предложил ему не просто добраться до сейфа, но пригласить Анатолиев и открыть это при них. Убедил, что так ему точно поверят, и никто не скажет, что это была ложь. И Илия не успеет найти способ отвернуться… отвертеться.

— О, прекрасно! — выдохнула Констанция, не в силах сдержать восхищение. — Он купился?

— О, да. Я не имею сомнений.

Повисла пауза.

— Хорошо. Посмотрим, к чему все это приведет, — произнесла она, отвернувшись от Артура.

Прошла к своему письменному столу, стала листать многострадальный томик «Джейн Эйр».

— Так что насчет…

— Я не закончил, — безжизненно заявил Артур, будто поставил перед собой цель договорить во что бы то ни стало, но не имел на это никаких сил. — Как я сказал, Илия сообщил мне, что ваше нахождение в его квартире было только игрой для Нелидова. Я спросил, почему вы тогда не сказали мне об этом, замечательно понимая, что я подумал. Он сказал, чтобы мы разбирались сами.

Если во время допроса Джейн, он будто наполнился энергией, то сейчас выглядел выжатым. Констанции даже стало жаль его.

— Я пришел разобраться, — упрямо продолжал Кинг. — Я не мог сделать раньше, так как мы весь день и всю ночь занимались делом Калиостро. Я только завершил и хотел немного поспать дома. Но узнав, что вы здесь, подумал… Хочу понять, что произошло между нами. Вы сказали в ресторане, что ничего не испытываете ко мне, но я не верю. Вы злитесь на меня. Я могу отличить безразличность от ненависти.

Его язык еле ворочался. Артур двигался и говорил медленнее, чем обычно, будто опьяневший. Констанция присмотрелась: взгляд был затуманен, веки отяжелели.

— Вы в бреду бессонницы, — констатировала тогда она. — Идите спать.

— Я не смогу уснуть, пока мы все не проясним.

Он прошел по кабинету, встал у старого советского кресла, которое, кажется, стояло там еще до того, как возвели само здание Библиотеки. Насколько Констанция знала, Кинг никогда им не пользовался, сама она его тоже не жаловала, потому что оно было расположено в темном углу без лампы, далеко от входа, от стола и от шкафа.

Но сейчас, похоже, Артуру было все равно. Он устало опустился на скрипнувшее сидение и устроился поудобнее.

— Продвинуться-то по Калиостро удалось? — спросила Констанция, все еще не желая вести задушевные беседы.

Кинг прикрыл глаза и доложил:

— Нельзя сказать, что да. Мы проверяли всех тренеров, коучей, менторов, лекарей, магов, астрологов, нутрициологов, психологов — всех, кто хоть как-то мог являться Калиостро. Думаю, я прошерстил весь интернет, от начала и до конца. Мы отправляли заявки на участие в обучении, делали снимки, чтобы аналитики сравнили с имеющимися видео и фото Калиостро. Двое в это время продолжали идти по следу Калиостро: после Новгорода он вернулся в Петербург, и это все, что нам известно. Мы подключили Крепостина, чтобы фото Калиостро попало в списки разыскиваемых. Но либо он кардинально изменил внешность, либо затаился, его нет нигде… Мы даже отыскали следы его предыдущих дел, которые были до сих пор не раскрыты, но это нам пока никак не помогло. Мы… собрали тонну информации, но пока неясно, что с этим делать… Мы… в тупике.

Последние слова он договорил еле-еле, откинув голову на спинку кресла.

— Это была плохая идея, — пробормотал он. — В таком возрасте не спать — уже не выиграть время, а потерять. Раньше я мог бодрствовать по двум суткам, а после тридцати ночь без сна… выбивает из колеи… на те же пару суток…

Его речь становилась все менее связной. Он устало потер брови, поудобнее уселся в кресле и прямо на глазах у Констанции уснул.

Она сперва даже не поверила глазам. Подошла ближе, позвала по имени. Сказала, что «обычный» чай — это черный, а не с молоком: никакой реакции.

Было непривычно видеть Кинга спящим, он казался таким беззащитным. Сдался на ее волю…

В дверь постучали. Бросив встревоженный взгляд на Артура, Констанция сама открыла нежданному гостю.

— А, это ты.

— Я ей: «За тобой хоть на край света», она мне: «А, это ты»…

Аврелий вошел в кабинет и удивленно поднял брови, заметив Кинга.

— Надеюсь, он сам отключился? — уточнил стажер, оглядывая безмятежное лицо. — У вас, конечно, сложные отношения, но отправлять парня в нокаут…

— Он работал всю ночь, — пояснила Констанция, проходя к своему столу.

— С тобой? — брякнул стажер.

— Нет, конечно.

Она села на свое рабочее место, Аврелий подошел к столу с другой стороны.

— Я просто хотел забрать ловец с Джейн. Надо бы сдать его. И еще, как считаешь, отчет писать?

Он закатал рукава рубашки — у него появилась такая привычка с тех пор, как он совершил переход с худи и футболок на сорочки.

— Давай чуть подождем. И с ловцом, и с отчетом.

Аврелий согласно промычал, бросил взгляд на Кинга.

— Ладно, Арт объяснил, чего он там расспрашивал про попсу и запах дыма?

Констанция нехотя покачала головой.

— Чего⁈ — Аврелий аж дернулся вперед, вглядываясь в ее лицо. — Значит, это ты его все-таки отключила? Ты же не могла позволить ему уснуть, не получив информацию?

Она шикнула, а затем нехотя пояснила:

— Он совсем никакой, у него едва были силы…

— Мдааа, эк тебя развезло, Конс.

— Замолкни.

— Где моя жесткая наставница, не знающая жалости?

— На месте, стажер. Не беспокойся.

— Блин, ну и чего теперь? Будем ждать, когда твой возлюбленный проснется?

— Аврелий, прекрати, я тебя предупреждаю.

— Попробуй разбудить его поцелуем, рабочая тема, — не унимался тот.

— Я тебя сейчас поцелую, — бросила она, — выжгу все человеческие чувства и память, сердце твое замерзнет, и я заставлю собирать из льдинок слово «вечность».

Аврелий засмеялся, но потом снова спросил, что же им делать.

— Работать. Иди, доделай отчет по Чиполлино. А я почитаю, — она подхватила «Джейн Эйр».

Чуть позже Аврелий занес ей горячий американо с парой вафель, за что ему были прощены абсолютно все грехи и ошибки.

Пока Артур продолжал мирно спать в кресле, Констанция начала читать произведение Шарлотты Бронте с самого начала, но сперва пропуская отрывки, где не упоминался Егор. Вскоре же заметила, что зачитывается. Размышления Джейн, то, как она видела мир и себя в нем, события, происходящие с ней, рассказанные так неторопливо и в то же время эмоционально, увлекали Констанцию, унося в затянутые туманом пустоши, увитые плющом поместья из влажного серого камня и холмистые просторы с желтоватой высохшей травой.

За три часа она перешагнула через середину, но не успела добраться до финала — проснулся Кинг. Он сонно поинтересовался, который час.

— Почти одиннадцать, рабочий день в разгаре.

Артур встал, недовольно оглядел себя.

— Похоже, домой ехать уже не кстати.

— Да, — Констанция встала из-за стола, — тем более, вы должны мне рассказать, что значил допрос Джейн. Почему важен запах, который она почувствовала? И песня, которую пел Егор?

— Я ничего не могу рассказать пока.

Кинг попытался разгладить пиджак, хотя тот и так выглядел опрятно. Поправил галстук.

— Артур! — возмутилась Констанция.

— Я прошу прощения, но без разрешения от Илии я не могу выдать эту информацию, потому что она является секретной для сотрудников за пределами Основного Фонда.

— Я бы не позволила вам три часа просто спать в моем кабинете, если бы не рассчитывала на кое-какие объяснения!

— Я бы тоже хотел кое-какие объяснения, — заявил он, поглядев на нее серьезно и сосредоточенно — и пиджак, и галстук были мгновенно забыты.

— Артур, — строго произнесла Констанция.

Он шагнул к ней на встречу, нахально подняв голову и глядя с вызовом:

— Почему вы избегаете откровенного разговора? Боитесь, что не останется повода злиться на меня?

— О-о, нет, этого я точно не боюсь. Поводов у меня с запасом. Не понимаю только, почему вас это так волнует. Не соответствует плану? — ожесточенно спросила она.

Кинг поднял бровь.

— Ну, у вас же есть план на мой счет. И все идет по плану.

Он застыл на мгновение, чуть нахмурился, а затем плечи его опустились, воинственность исчезла из позы и взгляда.

— Я опасался, что дело связано с этим, хотя не мог понять, как. Илия вам сказал? Почему он не объяснил мне это?

— Я случайно услышала ваш разговор.

Артур потер глаза.

— Все встает на места, — пробормотал он и вдруг как-то горько усмехнулся. — Констанция… что бы вы ни подумали…

— Замолчите! — хлестко бросила она. — Я сказала, что не хочу говорить с вами ни о чем, что не касается дел Библиотеки.

Артур долго и внимательно глядел на нее, заставляя волноваться, сомневаться, тревожиться.

— Хорошо… Будь по-вашему. Я отложу мою тему, потому что это долгий разговор, а вам сейчас слишком важен Егор. Но мы поговорим о нас позже. Тем более, что теперь мне еще более важно сказать вам все.

Констанция фыркнула, будто их отношения волновали ее меньше всего. На самом деле он был кое в чем прав: она боялась, что Артур скажет что-то, что заставит ее сомневаться. У ее решительного «нет» было много недостатков, вроде раздирающего душу одиночества и страданий от неразделенной любви. Но у него также было одно большое преимущество: определенность. Что-то в отказе от отношений с Артуром вселяло в нее чувство безопасности. Кинг же, кажется, намеревался все испортить, заставив ее колебаться.

— Я читал документы по эксперименту с Егором, — спокойно заявил Артур. — Тем же методом, каким удалось создать разрыв и отправить Егора в книгу, освободить его не удалось. Но есть другие исследования, которые могли бы нам помочь. И интервью с Джейн навело меня на мысль, что Егор тоже каким-то образом в курсе них: или читал теории, или сам додумался за время в книге. Но здесь момент, что сейчас, если вы освободите Егора, мы не сможем объявить это официально, потому что будут вопросы, почему велись работы по закрытому проекту. С Нелидовым, следящим за каждым шагом, это может быть проблема.

Констанция понимающе кивнула. Это с самого начала выглядело как хождение по тонкому льду, а теперь могло усугубить и без того непростую ситуацию.

— Поэтому имеется только один способ сделать это легально: запросить у Илии разрешение на возобновление работ по этому проекту. И желательно, чтобы это включало вас. Тогда я смогу рассказать, какие инструменты нужно попробовать использовать.

— Скажите сейчас. Я не буду ничего предпринимать, пока…

Артур издал смешок, емко описывающий его отношение к ее обещаниям. Констанция бы оскорбилась, но решила не уводить разговор от основной темы.

— Хорошо, как мы получим разрешение для меня? На каком основании?

— Егор не входил в Основной Фонд, но вызвался добровольцем, поэтому был допущен. Значит, это возможно. Думаю, Илия лучше это знает. Все эти бюрократические проволочки по его чести. А обоснование, почему должна быть вы, у меня есть.

Констанция подхватила сумочку и телефон со стола.

— Тогда идем? — и, когда Артур поднял бровь, добавила: — К Илье.

— Он, наверное, спит… Это была тяжелая ночь…

— Вторая подряд. Сочувствую, — ответила она без капли сострадания.

Прежде, чем он что-либо ответил, Констанция вышла в коридор.

— Jesus… — раздался вздох у нее за спиной.