Эпизод 8. Глава 4

Оставив недопитый чай на столе Кинга, она прошла к выходу. Артур поспешил следом, в отличие от нее, захватив чашку с собой.

Оперативный отдел Основного Фонда располагался в двух шагах от кабинета Кинга. Это было просторное помещение с высокими стеклянными потолками. Несмотря на размеры — захламленное, совершенно неупорядоченное и душноватое. Первое, что бросилось Констанции в глаза, — раскладушки, стоявшие то тут, то там. Некоторые — в сложенном виде, другие прямо с подушками и скомканными одеялами. Рабочие столы были расставлены вдоль стен и по большей части завалены каким-то хламом, из-под которого виновато выглядывали давно забытые чашки.

В стены, обшитые деревянными панелями, безжалостно впились канцелярские кнопки: они держали различные плакаты, графики, фотографии и кто знает, что еще (Констанция совершенно точно заметила вырезку из журнала со снимком полуобнаженной актрисы, но когда посмотрела в ту сторону снова — фото исчезло, и в этом нельзя было не заподозрить неловко улыбающегося молодого книжника, что стоял рядом).

На тумбах, картотеках и стеллажах, помимо книг и неаккуратных стопок с документами, стояли различные механизмы. Лампочки, пружины и кнопки соседствовали с кожаными переплетами, желтоватыми страницами и банками, наполненными, судя по всему, чернилами.

Основная жизнь оперативного отдела, похоже, была сосредоточена вокруг огромного овального стола в центре зала. Здесь не громоздились устройства, не валялись книги, не стояла грязная посуда: всего лишь несколько карт и документов, чьи-то записи, толстая папка. На разномастных стульях вокруг сидели книжники. Оперативники — вот как они назывались. Вот кем теперь был Артур. И вот кем хотела бы стать Констанция…

Среди собравшихся не было ни одной женщины. Констанции стало любопытно, почему, но она не стала спрашивать.

Когда Артур представил ее, дополнив комментарием «вы уже наверняка много слышали о ней», на лицах мужчин появились разные эмоции: кто-то взглянул с любопытством, кто-то устало, кто-то с мольбой в глазах, хотя Констанции не было ясно, о чем просил этот взгляд. Уйти? Спасти? Забрать с собой в мир, где нет нужды гоняться за Калиостро? Так же ей было неизвестно, что именно они — даже чисто гипотетически — слышали о ней. Слухи о романе с Артуром и Ильей? Сенсационную новость о видео в обнаженном виде? Или что-нибудь более лестное, вроде того, что она лучшая охотница или самая молодая книжница первой категории?

Как бы там ни было, Констанция твердым шагом прошла к стулу, что стоял будто бы во главе стола, и, имитируя уверенность, села, положив ногу на ногу.

— Добрый день, — сказала она, делая вид, что для нее не было ничего более обыденного, чем присутствие на совещании в Основном Фонде.

Оперативники переглядывались, оценивающе глядели на гостью, вопрошающе — на Илью. Тот вместе с Артуром стоял у нее за спиной. Илья — с одной стороны, Артур — с другой. Как охранники.

— Ну, и? — надменно произнесла она, потому что слишком долго ничего не происходило, и она начала чувствовать себя неловко.

— Чаю, кофе? — спросил один, бритый наголо, в футболке с изображением плюшевого медведя.

— Черный кофе был бы кстати, — Констанция изобразила что-то вроде благодарной улыбки.

— Я сделаю! — воскликнул один из книжников, самый молодой, и рванул куда-то к стеллажу.

Там, среди бумаг и папок, если постараться, можно было разглядеть кофеварку.

— У нас еще и конфетки есть, — заметил бритый, поднимаясь из-за стола.

Он начал шумно рыться на полках стеллажа, затем чуть замешкался, засунул руку в карман мягких штанов и, удовлетворенно улыбнувшись, высыпал на стол пригоршню карамелек.

Остальные молча наблюдали за этим действом. Один из коллег, самый изможденный на вид, с бледным лицом и глубокими тенями под глазами, покачал головой:

— Миша, ну ты че? Вон хоть… — он вытащил из-под карты города миску с сухарями, — … хоть свежее.

Илья сжал переносицу.

— Довольно, — устало произнес он, усаживаясь на свободный стул. — Можно подумать, впервые увидели женщину.

— Я уже не помню, как выглядит моя жена, — покачал тогда головой один из оперативников.

— Я даже не помню, есть ли у меня жена, — добавил другой.

— Я вообще не уверен, что видел других людей последние недели три… — вздохнул Миша.

Перед Констанцией появилась чашка горячего кофе.

— О, спасибо… — произнесла она, широко улыбнувшись оперативнику.

— Гоша, — отозвался тот с готовностью.

Гоша выглядел поопрятнее Миши — видимо, его все-таки отпускали домой. Он обладал располагающей внешностью и светло-голубыми, как небеса, глазами.

Кинг поставил стул вплотную к стулу Констанции, едва не прищемив Гоше ногу, и решительно опустился на сиденье.

Гоша был вынужден вернуться на свое место в другом конце стола. Констанция покосилась на Артура, но ничего не сказала.

— Итак, если все, кто хотел, уделили внимание Констанции, давайте обсудим изменения в нашем деле…

Илья предложил начать наблюдение за Валерой уже сейчас, постепенно подводя того к встрече с Калиостро.

— Где он охотится? — поинтересовался Миша, поднимая с пола кожаную куртку и натягивая на себя.

— Еще не выяснили, — ответил Илья и обратился к Констанции и Артуру: — Кто общается с Валерой? Чей звонок его не удивит?

Оба пожали плечами.

— Вы же работали с ним, — обратился Илья к Констанции.

— Я старалась пересекаться с ним как можно реже.

Она сформулировала это так мягко только из-за присутствия большого количества малознакомых коллег.

— Same here, — поддержал Артур.

— Мила и Аврелий знают наверняка, — добавила Констанция. — Они у нас очень общительные…

«Это же надо!», — тут же подумала она. Неужели у этих двоих действительно что-то произошло? Но когда? Как? Они вели себя совершенно обыкновенно. Может быть, Валера ошибся? Или Нелидов переврал неинтересную ему новость?

— Констанция, не о том думаешь, — требовательно заметил Илья.

— В целом Валеру бы ничуть не удивил звонок Арины, — заключила она. — Арина, бывает, звонит, спрашивает, вдруг кто-то находится рядом с местом нового разрыва.

Илья указал на нее пальцем.

— Хорошая мысль. С этого начнем.

Он тут же набрал Арину, та вскоре перезвонила и сообщила ориентировочное месторасположение Валеры: Крестовский остров.

С Мишей туда сразу отправились еще двое коллег.

— Итак, как только Валера окажется под наблюдением, нам нужно будет вынудить его связаться с Калиостро, — заключил Илья, усаживаясь обратно за стол.

— Но нет уверенности, что он с ним встретится, а не просто созвонится… — заметила Констанция. — Это должно быть что-то очень важное.

— Давайте сделаем brainstorm, — предложил Кинг, слово «брейншторм» в его исполнении прозвучало с типично британским «сто-ом» вместо «шторм».

Констанция с интересом наблюдала, как это происходило. Оперативники быстро включились в процесс, они накидывали идеи как знатоки в «Что? Где? Когда?». Одна версия, вторая, третья — быстро, без повторов, иногда развивая мысль другого. Артур руководил, ничего не отвергая, только подстегивая к дальнейшим рассуждениям «еще, еще». Илья по большей части молчал, фиксируя некоторые идеи.

Во время брейншторма возникла версия, которую Констанция активно поддержала: нанести Валере физический вред, чтобы вынудить Калиостро помочь своему шпиону. Но когда обсуждения свернули в это русло, Илья многозначительно и неодобрительно прочистил горло, и Артур сказал «хорошо, дальше».

Вскоре они остались с тремя вариантами. Первый: скормить Валере якобы важную информацию, которую стоило бы передать Калиостро. Второй: убедить Валеру, что он раскрыт, и идти ему больше некуда — только «к своим». Третье: дать ему в руки якобы важный артефакт, который он наверняка захочет передать Калиостро лично в руки.

Последняя идея показалась Констанции наиболее удачной, так как все остальное Валера мог решить телефонным звонком.

Илья кривился: ему казалось неправильным брать за аксиому, что во главе заговора стоял Калиостро.

— Ну не Валера же всем этим управляет, — закатила глаза Констанция. — Ты видел его вообще?

— Он несколько лет водил за нос всю Библиотеку, включая Ю, — бросил Илья, разглядывая какие-то бумаги, — давай не будем полагаться на твою уверенность, что все вокруг идиоты.

— Но и не стоит слишком надеяться, что это не так, — проговорила Констанция, чем вызвала смешки у некоторых коллег.

— Нужно выбрать версию и проработать ее, — заключил Артур. — Сейчас Миша уже будет на Крестовском. Как только получим сигнал, что Валера под наблюдением, мы должны начать действовать.

— Еще бы сделать так, чтобы они встретились в правильном месте, — заметил Гоша. — На территории Калиостро мы снова можем его упустить.

Илья кивнул:

— У нас будет только один шанс использовать Валеру.

Констанция встала и начала прохаживаться по кабинету, остро ощущая направленные на нее взгляды.

— Что, если я с ним встречусь? — предложила она.

План еще не до конца оформился в ее голове, но что-то уже мелькало на краю сознания.

— Он знает, что ты в нашей команде, спасибо Нелидову, — напомнил Илья.

— Но не знает, что я знаю о его роли. Я смогу обмануть его.

— Что ты ему скажешь? Какую ложь? — спросил Артур.

— Погоди, я думаю… — она закрутила волосы в узел, как будто это должно быть помочь найти ответ. — Он выуживал… И Нелидов… Потом Лена…

Констанция бормотала себе под нос, пытаясь выцепить из клубка мыслей нужную нить.

— Он знает о «Джейн Эйр»! — воскликнула она с триумфом посмотрев на Илью и Артура.

Разумеется, остальные члены команды не поняли, о чем шла речь.

Илья кивнул, Артур поднял бровь.

— Смотрите, — заговорила она, обращаясь в первую очередь к ним двоим, — Лене о том, что стажер читал «Джейн Эйр», сообщил именно Валера. С чего он взял, что это важно или хоть кому-то интересно? Да просто он, возможно, давно знал об исследованиях и Егоре — и не от Нелидова, который сам был не в курсе. Очевидно, Валера ведет свою шпионскую деятельность уже какое-то время, и Нелидов с Леной — не первые, кто делится с ним секретами Библиотеки. И вот он, зная о Егоре, сопоставил факты. Учитывая, что Аврелий — именно мой стажер, он, возможно, догадался, что это за «Джейн Эйр».

Кивки в ответ побудили ее продолжить.

— Я попробую убедить его в том, что эта книга — мечта любого персонажа. Скажу, что еще Ю ею пользовался для… ну для своих дел. Наплету чего-нибудь. В общем, это — тот самый «артефакт», который нам нужен!

— Ему не покажется странным, что ты вдруг стала милая и открытая? — Артур потер подбородок. — Мне бы показалось.

Послышались смешки. Даже Илья хмыкнул. Констанция мрачно глянула на Кинга, и он уточнил:

— Я имею в виду с ним, а не со мной.

Стало только хуже.

— Не покажется, — твердо заявила она.