Глава 16 · Младший род

Гость появился прямо передо мной. Без звука, без предупреждения. Вот его не было — и вот он есть.

Крепенький такой, молоденький парень. Иссиня-чёрные волосы зачёсаны назад и убраны золотой лентой в хвост. Выбритые виски позволяли хорошо рассмотреть чуть заострённые уши и мраморно-холодную кожу лица.

Я остановился, тяжело вздохнул и достал из инвентаря Ухнеба и Вамп. В последнее время неожиданные встречи не приносили мне ничего хорошего.

— Рад приветствовать, — парень одарил меня обворожительной улыбкой. — Владрек Моретти. Младший сын дома Моретти.

Моя попытка улыбнуться в ответ почему-то вызвала обратную реакцию. Владрек даже отступил на шаг. Видимо, улыбка человека с дубинкой и ножом наготове выглядит не так обворожительно, как хотелось бы.

— Князь, ты зря так резко реагируешь, — выставив перед собой раскрытые ладони, зачастил Владрек. — Наш дом, наоборот, готов выразить благодарность.

— Выражай, — разрешил я, поудобнее перехватывая оружие.

— Наши старейшины готовы заключить мирный договор о ненападении, — речь Владрека лилась плавно, успокаивающе. Кисти рук совершали мягкие покачивания.

Возникло ощущение лёгкости и полной уверенности, что я наконец-то встретил человека, с которым приятно общаться, и хочется его порадовать. Например, подарком.

Переслал все имеющиеся баллы Силы Духа и Силы Мысли в дорогие для меня Ухнеба и Вамп, решив, что они тоже заслуживают возможности пообщаться с моим новым замечательным другом.

Их мысленный вопль сдёрнул пелену с сознания.

— Хозяин! Очнись! — кричали они в унисон.

— Так, тише, — скомандовал им мысленно. — Я уже в норме.

Не подавая вида, что пришёл в себя, стал ждать продолжения. Столкнуться с гипнотизёром такого уровня я никак не рассчитывал. Похоже, моя способность блокировать менталистов даже высокого уровня против гипноза оказалась бесполезной. Другой принцип воздействия. Не давление на разум, а подмена желаний.

Меж тем Владрек не заметил изменений в моем поведении и подошёл вплотную.

— Прошу передать мне каменный шарик, оставшийся после разрушения основы аномалии, — произнёс он ласково, протягивая руку.

— Нет, — сказал я, изображая заторможенность.

Парень растерянно моргнул.

— Что значит «нет»? — возмущённо прошипел он.

— С философской точки зрения это универсальная форма отрицания. Краткий, но сильный способ обозначить отсутствие согласия.

Мне было приятно наблюдать, как его лицо перекосило от гнева. Скулы заострились, а оскал обнажил удлинившиеся клыки.

Я не стал ждать продолжения и воткнул Вамп ему в район сердца.

Владрек среагировал мгновенно — быстро и элегантно отпрыгнул назад. Однако Вамп уже сидела в его груди по рукоять.

Я понял, что бой предстоит непростой, когда услышал замирающий обиженный посыл от Вамп: «Хозяин, эта скотина тянет из меня энергию!»

Владрек двумя пальцами брезгливо извлёк нож из груди и отшвырнул в сторону. Рана затянулась, пока клинок летел на пол.

— Гад ты, князь, — прошипела эта нехорошая нелюдь, — я к тебе со всей душой, а ты своей зубочисткой мне костюм испортил.

Выступающие клыки мешали говорить, но он упрямо пытался донести свои ненужные мне мысли:

— Ведь говорил я старейшинам — нечего с тобой церемониться. Надо быть проще — обратить и поработить. Но нет, не послушали.

Его тело начало терять контур. Плоть расплывалась серым туманом. Через секунду передо мной клубилось облако, в котором белели только зубы с длинными клыками.

Удар Ухнеба прошёл сквозь туман, не встретив сопротивления.

А в следующий миг челюсти сомкнулись на моём горле.

Туманный Владрек сделал глотательное движение. Моя кровь хлынула в невидимый пищевод этой твари.

— Чтоб ты подавился, — прохрипел я и рванулся в сторону.

Распоротое горло освободилось. Сквозь туманящееся сознание я увидел, как проклятый кровосос материализуется обратно. Он корчился, хватаясь за горло. Моя кровь, попав внутрь, расцветала в его прозрачной шее ядовитыми шипами.

Сам я схватился за своё порванное горло с большим желанием остановить кровотечение. И кровь послушно перестала покидать тело. Сработал Дар крови. Но темнота уже наваливалась, а перед глазами плыли радужные круги.

Пришло сообщение от Слова:

Внимание! Критическое повреждение носителя.

Требуется экстренное вмешательство.

Ресурс: активные наноагенты. Расход: до 90% популяции

Модуль самовоспроизводства: остановлен.

Причина: отсутствие энергии источника.

Прогноз восстановления источника: 180 астрономических лет

Направить наноагентов на восстановление целостности носителя? Да/Нет?

Сто восемьдесят лет. Мявка, родная, спасибо за «подарочек».

Подтвердил.

Раны начали затягиваться. Во рту стоял вкус железа. Сердце колотилось с перебоями. Хотелось лечь и не двигаться.

Но этому мешало хрипящее рядом тело полностью проявившегося вампира.

Владрек катался по земле, выдирая из собственного горла куски плоти вместе с моей ядовитой кровью. Глаза бешено вращались. Его регенерация работала, затягивая раны, но кровь Медведева прорастала быстрее, чем вампир успевал от неё избавляться.

Пальцы нащупали древко Ухнеба. В голове прозвучал обеспокоенный бас:

— Хозяин, не время для отдыха. Если этот упырь очухается, тебе хана. В челюсть ему бей. В челюсть!

Я, как гордый, но сильно побитый лев, заставил себя встать на четвереньки. Порыкивая от слабости, подполз к корчившемуся вампиру и нанёс удар дубинкой в район челюсти. Ухнеб, использовав всю переданную ему Силу Духа и Силу Мысли, утяжелился впятеро и разбил голову Владрека.

Лёгкий хлопок… тело кровососа обратилось в прах, в который я и рухнул без сил.

Перед глазами среди плавающих радужных кругов от потери крови и перенапряжения проплыла надпись:

Начислено: Сила Духа +2.

Мои размышления на тему того, что при первой же свободной минуте надо разобраться с системой начисления этих баллов, прервали приближающиеся шаги.

Стиснув Ухнеб, я через силу сел, готовясь дорого продать свою жизнь.

Потрясённо помотал головой.

Ко мне спокойными размеренными шагами приближался Тайво. В руке у него была металлическая кружка с горячим напитком.

— Михаил, — невозмутимо произнёс он, — думаю, это поможет вам быстрее прийти в себя.

Я взял кружку и сделал первый глоток. Взвар был терпкий и горячий. Тепло медленно прошло по пищеводу и разлилось по телу. Жизнь постепенно возвращалась.

Тайво стоял рядом, олицетворяя собой непоколебимое спокойствие. Как будто его хозяин не валялся только что в пепле вампира, а просто присел отдохнуть после утренней прогулки.

— Тайво, назначаю тебя своим личным оруженосцем, — допивая взвар, объявил я.

— Первый раз слышу о такой должности, — он задумчиво склонил голову к плечу. — А что я должен делать?

— Был в моём прошлом мире один герой. Без страха и упрёка, ездил по стране и дрался с чудовищами, — начал я его просвещать.

Тайво энергично замотал головой.

— Не-не-не. У меня на чудовищ аллергия. Искать их точно не хочу.

— Ты не дослушал, — строго сказал я. — Героем буду я. А ты будешь оруженосцем, который следит, чтобы герой был обут, одет и накормлен. А также ухаживает за его оружием.

— Понятная и полезная должность, — кивнул Тайво. — Спасибо!

— Как только выберемся, куплю тебе ослика.

— Зачем? — неподдельно удивился он.

— Чтобы не отставал от меня в странствиях.

Шутливый разговор снял напряжение после боя. Нет, мир не стал добрее, просто временно ослабил хватку на моём многострадальном горле.

Тайво, оглядевшись, заметил валяющийся неподалёку нож. Видно, примеряя на себя новую должность, решил поднять Вамп. Получив приличный электрический разряд, тряхнул обожжёнными ладонями, но всё-таки сумел передать нож мне.

Рассматривая покрасневшие ладони, угрюмо предложил:

— Давайте я лучше буду экономом. Работать с деньгами мне нравится больше, чем с оружием.

— Договорились, — согласился я, передавая ему пустую кружку и убирая Ухнеба и Вамп в инвентарь.

Прислушался к себе. Если не к бою, то к медленному передвижению вполне готов.

— Как ты здесь оказался? — спросил я.

— Шумели, — индифферентно ответил Тайво, подавая мне руку.

Я поднялся на ноги. Мир качнулся и нехотя встал на место.

— Как дела в арсенале?

Тайво криво улыбнулся:

— Неуютно. Плутарх и Серафима выясняют, кто из них главнее.

Я, слушая его, направился к зданию со Стелой. Тайво пристроился рядом и продолжил:

— Ведут себя как близкие родственники, делящие богатое наследство. Как истинные аристократы, вежливо, но находиться рядом с ними опасно для здоровья.

Я невольно усмехнулся, представив эту картину. И продолжил расспрашивать Тайво:

— Что по поводу бойцов?

Хоть это были люди Серафимы, а не мои, но они показали себя надёжными бойцами, прикрывая мою спину. Очень не хотелось узнать, что появились новые потери.

— Больше половины пришли в себя и чувствуют себя терпимо, — ответил Тайво. — Думаю, остальные тоже выживут. Если не попадут под горячую руку Серафимы или Плутарха.

Похоже, эти двое успели довести невозмутимого финна до белого каления.

Мы почти подошли к зданию со Стелой, когда Тайво как бы между прочим спросил:

— Михаил, как прошло посещение пещеры желаний?

Блеск в глазах, суетливые движения рук и учащённое дыхание выдавали его с головой. Любопытство просто пожирало финна.

Я покосился на него. Надо было решать: держать дистанцию или вводить в ближний круг.

— Ты точно хочешь это знать? — Мой вопрос прозвучал довольно жёстко.

— Да, — без заминки ответил Тайво.

— Тогда для начала оформим у Стелы наши взаимоотношения, — я первым шагнул в полутёмный зал.

Тайво, всё это время державший пустую кружку, аккуратно поставил её у входа и замер. Невозмутимость, с которой он недавно минировал мутаген и спокойно дышал в шаге от трупа вампира, куда-то делась. Передо мной стоял испуганный мальчишка.

— Я… наверное, подожду снаружи, — голос Тайво подрагивал.

При его характере это показывало, что он сильно испуган.

— Причину назовёшь?

— Мне бабушка в детстве нагадала, — Тайво передёрнул плечами, как от озноба. — Подойду к Стеле — умру.

— Тебе решать, — произнёс я и направился к Стеле.

Если уж и вводить человека в ближний круг, то такого, кто пойдёт со мной и в огонь, и в воду. И умеет рисковать. А если что пойдёт не так — уверен, смогу ему помочь.

Прохладный полумрак помещения, напитанный силой, не располагал к лишним разговорам.

За спиной раздались тихие шаги.

Я остановился и дождался Тайво. Он был бледен, но шёл. Приложив руку к Стеле, велел ему сделать то же самое.

Он выполнил мой приказ. Ладонь легла на камень и Тайво с восторгом уставился на Стелу. Страх исчез.

Пока Тайво таращился на Стелу, я прикидывал формулировку. Изначально планировал принять его слугой рода, как и обещал. Но за последние сутки расклад изменился.

Слуга рода — это исполнитель. А учитывая, что Тайво — природный интуит, и в целом не лишён инициативности и смекалки, он мне нужен не в качестве послушной марионетки. Мне нужен человек, способный принимать решения, когда меня нет рядом. Который найдёт прокол там, где его не видят профессионалы. Заминирует оружие массового поражения кухонной взрывчаткой. Принесёт горячий взвар, когда я валяюсь в пепле вампира.

Мне сейчас надо восстанавливать род, включая младшие ветви. К сожалению, кроме Арзамасских, никого и не осталось. Но почему бы не завести новые, с такими людьми во главе, кто обязан мне всем в своей жизни и будет верен до гроба? В идеале — молодыми людьми, как и я сам в этом теле.

Ведь тридцать лет на посту ректора научили меня одной вещи: хочешь построить что-то долговечное — начинай с людей. Причём с таких, которым доверяешь.

Я уже открыл рот для формулировки запроса, как вдруг понял, что не знаю фамилии и отчества Тайво.

— Кстати, а как тебя полностью зовут? — спросил я.

Тайво растерянно моргнул. Напряжение от преодоления детских страхов мгновенно испарилось под давлением моего неожиданного вопроса.

— Тайво Ильмальерович Кархунен.

Я кивнул и обратился к Стеле:

— Я, князь Михаил Медведев, глава рода Медведевых, желаю зарегистрировать младший род под патронажем рода Медведевых. Глава младшего рода — Тайво Кархунен.

Под сводами разнёсся механический голос:

Для оформления необходимо внести пятьдесят золотых червонцев.

Прямо из боковой стенки чуть ниже моей руки выдвинулся лоток.

— Возможна ли оплата картой банка «Крак и сыновья», базирующегося на межмировом рынке? — спросил я.

Возможна.

Тайво слушал наш диалог, дыша через раз, а его глаза от удивления готовы были выскочить из орбит.

Свободной рукой я достал платиновую карточку и положил в выехавший из стены лоток. Несколько минут тишины, после чего лоток выехал обратно. Кроме моей карты, там лежали круглая нагрудная бляха с мордой медведя-панды и цифрой «один», а также перстень-печатка с хитрой мордой этого же медведя.

Как только я всё забрал, зазвучал голос Стелы:

Зарегистрирован младший род Пандины под патронажем рода Медведевых. Глава и единственный участник рода: Пандин Тайво.

Тайво оторвал руку от Стелы. Я передал ему бляху и перстень.

— Поздравляю, одарённый из нового рода Пандиных, — торжественно начал я. А закончил другим тоном:

— Теперь обратной дороги нет.

Тайво заторможенно кивнул. Перстень на его пальце сидел, как влитой. Бляха с пандой поблёскивала на груди.

— Подожди снаружи, — попросил я. — Мне нужно ещё кое-что решить.

Тайво, всё ещё пребывая в трансе, вышел из зала.

Я вернулся к Стеле.

— Где моя награда за установку первокамня и закрытие прокола?

Под сводами прозвучало:

Для получения награды обращайтесь к Стеле, выдавшей задание.

Понятно. Бюрократия — она и в параллельных мирах бюрократия.

Поняв, что здесь больше делать нечего, я вышел наружу. День был в самом разгаре. Солнце стояло в зените. Возле арсенала царила суета. Егеря выносили оружие и укрепляли позиции.

Тайво стоял рядом и косноязычно бормотал:

— Я хочу… Я вас не подведу… Я, если нужно, — то сразу…

— Тайво, — перебил я. — Лучше любых слов за нас говорят дела.

Он замолчал. А потом сложил мудру, и на кончиках его пальцев затрепетал крохотный огонёк.

— Ты откуда знаешь мудру огня? — удивился я.

— Я много разных мудр знаю, — похвастался Тайво. — Ещё ребёнком у деда каталог позаимствовал. Он, правда, об этом не знал. Ну и выучил всё.

Да уж, что ни день, то новый талант в моём новом соратнике открываю. Это я удачно его в ближний круг ввёл.

На полпути к лагерю нам навстречу вышел Плутарх. Он сразу обратил внимание на бляху и перстень у Тайво.

— Тебя поздравить или посочувствовать? — улыбнулся Плутарх.

— Почему это «посочувствовать»? — возмутился Тайво.

— Новые рода долго не живут, — просветил его Плутарх. — Старые не позволяют. Конкуренция.

— Пусть попробуют! Нам лишние трофеи не помешают, — хищно оскалился я. — Младший род под нашим попечительством. За своих порву любого.

Плутарх одобрительно хмыкнул. Тайво расправил плечи.

В этот момент купол лопнул с гулом, рвущим слух. Будто над нами раскололось небо.

Меня качнуло. В ушах взорвалась боль. По шее потекло тёплое. Рядом Тайво зажимал уши. У Плутарха по лицу текла кровь и из ушей, и из носа.

Эхо ещё гуляло по острову, когда из болотного тумана выступили силуэты. Много силуэтов.

В ушах стоял звон. После взрыва купола я почти ничего не слышал. Рядом Плутарх что-то кричал, но слова тонули в вате контузии.

Под ногами вспыхнул золотой круг с японскими иероглифами. Мгновение… и мир схлопнулся.

Темнота.