Глава 15

Пока в лаборатории ведущего научного центра по исследованию Аномалий бушуют страсти, свидетелем которых мне быть вовсе не обязательно, я решил выйти прогуляться, а заодно сходить до нашей амбулатории. Убью сразу двух зайцев: развеюсь, немного отдохну, а для пользы дела посмотрю, как у них там дела обстоят.

Все же про них тоже не стоит забывать. Пусть в лаборатории заняты делом исследования воздействия целительской энергии на местных монстров, в амбулатории занимаются схожим процессом, но в рамках людей и тех болезней, с которыми мы неизбежно сталкиваемся из-за долгого нахождения в Аномалии.

В приёмном отделении было тихо, спокойно. Уборщица старательно отмывала полы, протирая тряпкой последнее оставшееся пятно крови у стены, здесь иногда бывает, действительно, жарко. Двое уставших практикантов сидели в креслах в дальнем углу, что-то тихо обсуждали. Василий Анатольевич, убрав руки за спину, медленно прохаживался, уставившись в окно мечтательным взглядом. Увидев меня, он улыбнулся и пошёл навстречу.

Даже немного неожиданно увидеть от него именно такую реакцию, особенно вспоминая довольно стойкую неприязнь в отношении меня. Интересно, что больше сыграло роль в перемене отношения: что я теперь князь или то, что он увидел знакомое лицо?

— Как тут у вас дела? — поинтересовался я у Василия Анатольевича, пожимая ему руку. — Молодёжь справляется?

— Да как сказать… — мужчина махнул рукой. — Прислали вот очередных новичков. Толку от них чуть. Мы как раз только закончили с партией раненых охотников, большую часть из которых пришлось исцелять самому. Эти двое, можно сказать, были больше на подхвате.

— Но хотя бы стремятся к чему-нибудь? — тихо спросил я.

— Да вроде стараются, просто так не сидят, — задумчиво кивнул Василий Анатольевич, покосившись на молодых парней в халатах. — Только почти ничего не умеют. Хорошо хоть у нас в запасе есть эликсиры, так с них больше толку.

— Ну, хорошо хоть стараются, — улыбнулся я. — Если у человека есть интерес, он быстрее приобретёт опыт, чем тот, которому всё равно. А практики в этом месте более чем достаточно, не заскучаешь.

— Здесь я согласен, — вздохнул Василий Анатольевич. — Но порой уже устаёшь от желторотых и бестолковых новичков. Хочется работать в слаженной бригаде, где каждый знает своё место и каждый знает, что делать, не нужно никому ничего по пять раз объяснять.

— Без новичков не получится и расширение, — заметил я. — Старым составом вы бы не справились. Особенно учитывая, что население теперь более охотно потянулось за помощью целителей, а не как раньше отсиживались дома с мыслью «само пройдет». А ещё эта амбулатория на территории Аномалии.

— Силами одной старой гвардии не получится, — кивнул Василий Анатольевич. — Поэтому приходится терпеть и страдать. Надо отметить, когда за помощью обращаются по одному или двое раненых, они вроде неплохо справляются. Пыхтят, пищат, но работают. Даже уже научились залечивать небольшие раны без эликсиров. Правда, хватает их ненадолго…

Я смотрел сейчас на коллегу, которого столько времени считал самовлюблённым вредным нарциссом и не узнавал. Хоть он и ворчит, что достали новички, но скорее всего, именно их появление, ответственность за них, что легла на его плечи, наложили на его характер свой отпечаток. Стал более ответственным, терпимым. Мне кажется, что он в какой-то мере даже получает удовольствие, занимаясь с молодняком, просто не хочет подавать вида.

— Ну как говорится, бог в помощь, Василий Анатольевич, крепитесь, — сказал я на прощание. — Терпения вам и спокойствия, молодые подрастут, возмужают, станут самостоятельными, и тогда всё будет хорошо.

— Спасибо, Иван Владимирович, — снова улыбнулся мой собеседник. Прощаясь, он крепко пожал мне руку.

Выходя из амбулатории, я находился в смешанных чувствах. Раньше к этому целителю была довольно стойкая неприязнь, но людям свойственно меняться. И хорошо, что меняется он в лучшую сторону, не усугубляя своей репутации сложного и скандального человека. Кто знает, может, у него просто тогда был период жизни такой. Все равно влезать в это я не собираюсь, и других забот хватает.

Я вернулся в лабораторию. Анатолий Фёдорович и Фридрих Стефанович совершенно мирно сидели за компьютером, анализировали поток данных, что-то отмечали себе в блокнотах и выборочно записывали в большой журнал наблюдений.

Однако, приглядевшись, я заметил, что они практически друг с другом не разговаривают. Видимо, в моё отсутствие успели сказать друг другу всё, что думают, что накопилось. Фридрих Стефанович старательно изображает обиду на Анатолия Фёдоровича. Однако, увидев меня, герцог едва заметно улыбнулся.

— Где это ты был, Иван Владимирович? — довольно строго и едко спросил меня Герасимов.

— Ходил в лес, спас Красную Шапочку от волка, — сказал я.

— Шутник, — усмехнулся Анатолий Фёдорович, — тоже мне. И у кого только подобного набрался? А ну, иди сюда, поговорить надо.

Кажется, на данный момент всё почти в порядке, надеюсь, что их спор завершился конструктивно.

— Значит, смотри, Ваня, — начал Анатолий Фёдорович, отвернувшись наконец от мониторов. — Это были данные с датчиков всех, кого ты исцелил вчера и сегодня. Что я могу уверенно сказать, с лисами полный порядок, их сегодня же отвезут в лес. Сегодняшние волки и лешие, то есть медведи, тоже стабильны. В общем и целом, результат хороший, признаков обратного смещения морфологии не выявлено, фон негативной энергии не растёт. Так что, я думаю, вполне возможно приступать к экспериментам с Красным медведем. Практически уверен, что ты должен его осилить.

— Значит, будем работать, — сказал я. — Остаётся только один вопрос: где достать Красного медведя?

— Охотники его обходят стороной. Тем более, что его сейчас довольно далеко видать, — нарушил наконец молчание профессор.

— Тогда пусть они его просто отслеживают, — предложил я. — А я отправлю отряд подготовленных магов для отлова.

— Так мы уже знаем, где парочка таких упитанных особей шатается, — сообщил довольный Анатолий Фёдорович.

— Ну и отлично, — сказал я с улыбкой. — Вы мне точку на карте укажите, тогда завтра утром пойдут ловить.

* * *

В конце рабочего дня я заехал в расположение батальона и собрал руководящий состав на совещание в кабинете Гранкина.

— Господа, — начал я, обведя присутствующих взглядом. — Вам предстоит интересное и очень необычное задание. До этого мы ходили в Аномалию, чтобы зачистить от монстров. Теперь же нам монстр нужен живым.

— Я так понимаю, вы имеете в виду не Спрутолиса? — с ухмылкой сказал командир отряда магов. — Иначе мы бы тут не собрались, верно?

— Совершенно верно, — ответил я, не обращая внимания на сарказм. — В этот раз цель будет посерьёзнее. Для научных экспериментов нужно изловить Красного медведя. И да, я понимаю, как это звучит.

У командира магов от удивления приподнялись брови. Остальные командиры слегка отпрянули и не менее удивлённо посмотрели на меня.

— Прошу прощения, ваше сиятельство, — начал маг. — Но вы ведь сами знаете, что это огромный мощный зверь, довольно опасный не только физической силой, но и ментальной атакой. Его проще убить, чем изловить.

— Вы правы, я прекрасно знаю, что собой представляет этот монстр, и приходилось его убивать, так что не сгущайте краски. Если уж Лешего удалось притащить, — сказал я и сделал многозначительную паузу. — То и Красного медведя вполне возможно. Сначала парализовать молниями в ключевые точки, добавить снотворное, что используют ветеринары, а потом можно будет применить наш эликсир. Возьмите несколько багги, чтоб тросами дотащить его до грузовой платформы с манипулятором, а там уже в кузов погрузите без вопросов. Потом привезёте его в научный центр.

— Наверное, много эликсира для наркоза понадобится ваше сиятельство, — предположил командир магов.

— С этим у нас нет проблем, — ответил я. — Возьмите целый штатив с пробирками. Мне кажется, на его массу одной пробирки вполне достаточно.

— Да, но это всего полчаса, — добавил маг, понимая, что на его отряд в основном ляжет ответственность.

— Полчаса, — подтвердил я. — Как только он начнёт подавать первые признаки пробуждения, дадите ему ещё. Рисковать вашими жизнями я не собираюсь.

— Во сколько выходим? — спокойно спросил Федулов, как человек, не привыкший обсуждать приказы.

— В идеале к девяти утра спящий Красный медведь должен быть на столе в научном центре, — ответил я.

— Хорошо, управимся, — кивнул Борис Аркадьевич. — Багги только надо взять хотя бы штук шесть. Возможно, столько хватит для буксировки туши этой довольно увесистой твари.

— Наверное, стоит подпустить его поближе к дороге, — предложил я. — А может, и выманить. Нужно, чтобы платформа могла подъехать к зверю как можно ближе.

— Значит, решено, завтра в шесть утра входим в Аномалию, — подвёл итог главный маг.

— Думаю, вы и быстрее справитесь, — сказал я. — Нам известно приблизительное местонахождение пары особей нужного вида.

— Скорее всего, даже быстрее, — кивнул маг. — Но лучше иметь время в запасе. Может быть, в самом деле, удастся выманить его ближе к дороге. Тащить его тросами через лес — сомнительное удовольствие. Вам ведь зверь нужен невредимым, а при такой буксировке большой риск его ранить, к тому же может застрять где-нибудь между деревьями. Потом возись с этой тушей, еще и внимание привлечем к себе.

— Справедливо, — согласился я. — Я вам подготовил распечатку карты этой части Аномалии. Здесь отмечена зона, где последние несколько дней наблюдали пару Красных медведей.

— А если обоих поймаем? — спросил Федулов, испытующе глядя на меня.

— Тем лучше, — улыбнулся я. — Рад вам сообщить, что у нас неплохо получается превращать мутантов в обычных зверей. Сегодня из крупного Лешего в итоге получился вполне обычный медведь. Завтра хотели попробовать с Красным медведем, надеемся, что получится.

— Мне не совсем понятно, зачем это нужно, — пожал плечами главный маг. — Уменьшение Аномалии — это одно, но зачем вокруг плодить такое количество диких зверей?

— Для восстановления баланса живой природы, — уклончиво ответил я. — Это вполне достаточная причина.

* * *

Новый рабочий день начался, как всегда, с планёрки и нетерпеливого ожидания предстоящего эксперимента. Мои бойцы прекрасно справились с необычным заданием, ещё до восьми в центр привезли двух Красных медведей, к ним сразу подключили поглотители негативной энергии и сейчас первого уже должны транспортировать в помещение лаборатории.

Анатолий Фёдорович подвёл все итоги по цифрам. Фридрих Стефанович доложил о состоянии здоровья вчерашних медведей и волков. Негативной энергии в животных нет, угрозы возвратных мутаций не выявлено. Значит, зверей можно вполне отпускать на волю.

Когда совещание уже заканчивалось, дверь без стука распахнулась и ворвался взволнованный младший сотрудник, пытаясь восстановить дыхание. Парень обратился именно ко мне.

— Привезли ваше сиятельство, — сказал он, довольно улыбаясь.

— Что именно? — на всякий случай уточнил я.

— Его! — довольно кивнул сотрудник. — Здоровенный, гад! С платформы манипулятором снимали, а тут нам на самой большой тележке пришлось везти!

— Поспокойнее, молодой человек! — высказал Анатолий Фёдорович. — Мы уже в курсе. Дальше вы свою работу знаете, фиксируйте как следует и поддерживайте сонное состояние, сейчас мы им займёмся.

Сотрудник убежал выполнять указания, Анатолий Фёдорович взял в руки бумаги с отчётами, неохотно полистал, потом бросил их на стол и махнул рукой.

— Надоело уже заниматься этой ерундой, — сказал Герасимов в сердцах, поднимаясь со стула. — Идём уже в лабораторию, нас ждут великие открытия, Ваня.

— Например, удостоверимся, что Красный медведь — самка? — спросил я, направляясь за ним.

— Это без вариантов, — сказал мужчина с довольной улыбкой. — Я уверен на сто процентов, даже практически на двести. Ну не может их преобразование заходить настолько далеко, чтобы менять даже такие показатели.

В лаборатории, в которой вчера трансформировали игольчатых волков, на столе лежал прикрученный как следует тяжёлыми цепями огромный Красный медведь. Даже пребывая в сонном состоянии, зверь выглядел довольно грозно.

— Эта тварь почти пять метров ростом, — сказал один из сотрудников, увидев, как я внимательно разглядываю монстра.

— Наверное, самый крупный, — кивнул я, покосившись на его огромные чёрные рога на голове.

Народу сегодня в лаборатории было как никогда много. Большая часть в эксперименте не участвовали, пришли просто поглазеть. Трое младших сотрудников под чутким руководством Анатолия Фёдоровича устанавливали на монстре датчики, Фридрих Стефанович тут же выводил параметры на экраны компьютера.

— Мы готовы, Иван Владимирович, — довольно провозгласил Герасимов. — Можете приступать.

Я тем временем залюбовался огромным монстром. Передо мной лежал совершенно беспомощным большой сильный зверь, который представляет собой огромную опасность для охотников и случайно заблудившихся в зоне Аномалии. Можно сказать, машина для убийства в несколько тонн весом. Каждый его коготь был длиннее моей ладони. Кроме того, стоит учесть, что это не самое главное его оружие, основное кроется в его рогах и ментальной атаке.

— Залюбовался? — несколько раздражённо, но в то же время с пониманием спросил Анатолий Фёдорович, выдёргивая меня из размышлений.

— Даже в какой-то степени жалко, — задумчиво ответил я, не отрывая взгляда от монстра. — Природа такого сделать не смогла бы, справилась лишь Аномалия. Такого идеального зверя даже жалко трансформировать. Особенно жалко его рога, они мне пригодились бы в оранжерее.

— Не грусти, есть у меня несколько штук в заначке, — сказал Герасимов, подойдя ближе и чуть склонившись ко мне. — Так что могу отдать, пусть поработают на пользу твоим кустарникам.

— Откуда же у вас такая роскошь? — удивился я. — Вы ведь на охоту не ходите.

— А это уже мой личный секрет! — с важным видом заявил Герасимов. — Да и вообще, какая разница? Главное — результат. Ну всё, хватит болтать, начинаем работать. А вы, дорогие товарищи, — сказал Анатолий Фёдорович, обведя взглядом праздных зрителей, — вместо того, чтобы просто глазеть, идите по своим рабочим местам и начинайте заниматься монстрами поменьше, набивайте руку.

Я надел на шею тяжёлый медальон, взял в руку жезл и приступил. Анатолий Фёдорович и Фридрих Стефанович тем временем уткнулись в экраны компьютеров, отслеживая меняющиеся показатели.

Монстр крупный, энергии потребуется очень много. Если бы не артефакт Арсения, я бы даже и пытаться не стал. А ещё, хорошо, что зверя успели очистить от негативной энергии. Скорее всего, полученного электричества хватит на пару суток работы всего научного центра.

Я поднёс жезл к грудной клетке монстра и направил в область сердца мощный поток целительной энергии. Прекрасно понимая, что это даже далеко не Леший, я направлял поток энергии волевым усилием, распределяя её по всему организму.

В этот раз я старался особенно рьяно, магические каналы напряжены на полную, вплоть до лёгкой болезненности, но, вопреки всему, процесс обратной трансформации ускорился не сильно. Видимо, за счёт накопления большого количества негативной энергии Красные медведи изменились гораздо сильнее, чем их, как оказалось, собратья Лешие.

Процесс шёл медленно, долго и мучительно. Периодически я другой рукой сканировал ткани и органы, дабы определить оставшиеся очаги мутации. Полное превращение пятиметрового монстра в обычного медведя заняло у меня около полутора часов. В результате я был порядком измождён, практически на грани истощения. Запас целительской энергии из медальона ушёл полностью.

Передвигаясь на ватных ногах, я ещё раз прошелся вдоль тела монстра, сканируя на наличие остаточных очагов мутаций. К собственному удивлению, обнаружил, что в этот раз ничего плохого не осталось. Медведь был чист и, как и говорил мне Герасимов, это была на самом деле медведица.

— Ты как-то неважно выглядишь, Ваня, — с тревогой в голосе произнёс Герасимов, вставая из-за стола с компьютером и подходя ко мне. — Помощь нужна?

— Спасибо, я в порядке, — ответил я, невольно упершись в край стола, чтобы меня перестало качать. — Почти в порядке.

— Знаем мы твоё «в порядке», — сказал Герасимов, подхватывая меня под руку. — Иди-ка, вон, присядь, отдохни, помедитируй. Сегодня до обеда больше никаких экспериментов, ясно? Ты должен сначала как следует восстановиться.

— Надо усиливать медальон, — сказал я, охотно опускаясь в кресло и стараясь в него не упасть. — Энергии оказалось в самый притык, еле хватило. Если трансформацию будет пытаться производить кто-то другой, то её вполне может и не хватить.

— Но Арсений же сказал, что доработка серьёзно утяжелит медальон, — подумал вслух Герасимов.

— Думаю, это не страшно, — сказал я, качнув головой. — Нам же с ним не по Аномалии ходить. Можно придумать какое-нибудь поддерживающее устройство или класть рядом с собой на столик для инструментов, на колёсиках, чтобы оставался контакт с артефактом и в то же время не оттянуть шею до пола.

— А что, это неплохая идея, сказал Фридрих Стефанович, — подходя ближе к медведице, которой только что добавили дозу эликсира. — Какая красотка из-под твоих рук вышла, Ваня, ты только посмотри!

— Красотка, — кивнул я, улыбаясь.

А ведь так и хотелось ляпнуть что-нибудь про предпочтения мужчины, но это я от усталости. В общем, иногда лучше промолчать, умнее казаться будешь. Вот и я промолчал.

Да уж, тяжко такую тушку обрабатывать.