Глава 19

Ужасная догадка раскалённой иглой вонзается в мозг. Моё первое желание вскочить и бежать. Бежать к Меченому и всё ему рассказать. Он княжеский сотник, и должен суметь себя защитить.

– Агния, что с вами? – заботливо спрашивает советник. – Вы побледнели.

Качаю головой, не в силах ответить. Ужасающая сухость во рту раздирает горло. Но это мне на пользу. Надо собраться с мыслями, чтобы не подвести Меченого.

Вот только почему меня так волнует его судьба? Он воин. Сотник. Не девчонке его спасать.

Смотрю в хитрые глаза советника и понимаю, что одному Меченому с ним не справиться. Разве может простой сотник противостоять самому советнику князя? Да он его в порошок сотрёт.

По позвоночнику медленно ползёт леденящий холод. Я паникую, не зная, как себя вести.

Единственный выход – вызвать огонь на себя. Страшно, но больше ничего не приходит в голову. В конце концов, что мне сделают? Вышвырнут с отбора? Так я и сама хочу уходить.

– Сотник ни в чём не виноват, – сипло произношу я, пытаясь облизнуть пересохшие от страха губы.

Милорада подаёт мне кубок. Я опасливо принюхиваюсь, опасаясь, что мне могли туда чего-то подмешать. Никакого запаха не чувствую. Да и как можно его почувствовать? Я же не волк или собака.

Жажда затмевает разум, и я делаю глоток, потом ещё один. Вода. Простая вода. Во всяком случае, я надеюсь на это.

– А кто виноват? – участливо спрашивает советник.

– Никто, случайность, – отвечаю я. – Драгана устроила скандал, но вам уже наверняка известно об этом.

Боярин Станислав кивает, а я продолжаю:

– Тогда вы должны знать, что старший обоза невест позвал Меченого, чтобы справедливо оценить её стряпню. Когда кашу выбросили в огонь, мне стало плохо. Замутило. Возможно, из-за стряпни я и ушла.

– Мы это знаем, – перебивает меня Милорада, положив руки на мои плечи и слегка надавливая. – Переходи к сути.

– Так я и говорю самую суть, – поворачиваюсь к ней, а потом снова к советнику. – Пошла я к обозу, и вдруг темень в глазах. Голова закружилась. Очнулась уже на руках Любомиры. Она-то мне и рассказала, что сотник успел меня подхватить и позвать на помощь.

Говорю чистую правду. Кто угодно это может подтвердить. А то, что мы разговаривали с Меченым, так то не преступление.

– Ты хочешь сказать, что сотник к тебе не приставал с непристойными предложениями? – наигранно удивляется Милорада.

Я качаю головой.

– А как ты можешь объяснить то, что он пришёл к тебе в терем невест? – огорошивает меня вопросом распорядительница.

Надо было догадаться, что о его помощи тоже доложат. Соглядатаи на каждом шагу.

– Об этом спросите у самого сотника, – отвечаю я, понимая, что терять мне уже нечего. – Я не знаю, что ему понадобилось у нас в тереме.

– Он тащил твой сундук, – обвиняюще заявляет Милорада.

– Вы хотите сказать, что поступок сотника настолько вас поразил? – в свою очередь, удивляюсь я, не отрывая взгляда от лица распорядительницы. – Неужели обычная помощь девушке из ряда вон выходящее событие для воинов из дружины князя?

Папа мне всегда говорил, что атака есть лучшая защита. Теперь пусть доказывают, что Меченый сделал что-то противозаконное.

– Не нужно так нервничать, – примиряющим тоном говорит советник. – Мы вас ни в чём не обвиняем, Агния.

Ну, да, конечно! Только заставляете обвинить Меченого.

– Да, но вы обвиняете ни в чём не повинного человека, – отзываюсь я, как мне кажется, излишне эмоционально. Во всяком случае, советник бросает быстрый взгляд на распорядительницу.

– Не волнуйтесь, Агния, я пока никого ни в чём не обвиняю, – успокаивающе произносит советник. – В княжьем тереме есть правила, которые не должны нарушаться. Вы согласны со мной?

Я снова киваю, лишний раз разговаривать даже не хочется.

– Представьте, что каждый мужчина будет иметь доступ в покои семьи князя? К чему это может привести?

Пожимаю плечами. Дикая усталость обрушивается на меня. Остаётся только одно желание – побыстрее добраться до комнаты.

– К вседозволенности и к сомнениям подданных в силе князя, – продолжает советник.

Не совсем сейчас понимаю, как это взаимосвязано, но киваю. Только бы быстрее отпустил меня.

– Вам нужно быть предельно осторожной в выборе помощников, – миролюбиво произносит Милорада. – Так и до беды недалеко.

– Я никого не просила мне помогать, – настаиваю я на своей правоте. – Как сотник оказался в тереме, я не знаю. Но он был в ярости из-за того, что невестам князя приходится таскать тяжёлые сундуки.

Советник с распорядительницей тревожно переглядываются. Неужели их так напугало неудовольствие Меченого? Может быть, он друг князя, вот и пользуется своим положением. А эти двое хотят его подставить, чтобы рассорить двух друзей. Кажется, логично.

– Мы вас больше не задерживаем, – делает знак рукой удалиться советник. – Милорада, проводите Агнию до её комнаты.

Я кланяюсь боярину и спешу вслед за распорядительницей. Назад мы возвращаемся тем же путём. Только сейчас я понимаю, что женский терем и княжеские покои соединены коридором, по которому мы идём.

– За тобой сейчас будет пристальное внимание. Будут отмечать каждый промах и раздувать его до пожара, – говорит мне Милорада. – Будь осторожна, Агния. Женские войны страшнее мужских. Мужчины воюют оружием, а женщины – словом.

– Вы на моей стороне? – удивлённо спрашиваю я. Кого–кого, а распорядительницу в излишней любви ко мне я не подозревала.

Милорада резко останавливается и поворачивается ко мне:

– Я на стороне справедливости, – с жаром произносит она, – и если ты будешь виновата, то накажу и тебя.

Из её фразы я улавливаю, что подружку Драганы накажут. Это не прибавит мне популярности среди девушек.

– Ты уже и так объект зависти, – произносит Милорада. Она что, читает мои мысли? – Первая в турнирной таблице. Будь всегда настороже. Просто так успех никому не прощают.

Я киваю. Мне бы только добраться до пятёрки победительниц, а затем уже уходить.

– Сейчас отдохни и принимайся за задание. Если работать будешь всю ночь, то спать не ложись.

– Почему? – спрашиваю я, вспоминая своё состояние сегодня утром.

– Поспишь всего ничего, а состояние будет, как у пьяной, – поясняет распорядительница. – Перетерпи, и увидишь, что соображать будешь лучше.

– Благодарю, боярыня, за ценные советы, – склоняю я голову в поклоне.

До моей комнаты мы идём молча. Милорада оставляет меня возле дверей, а сама поспешно удаляется.

Вхожу в комнату и застываю в оцепенении. Такого я не ожидала. Моя вышивка изрезана на мелкие кусочки и разбросана по столу.