Глава 22. Поиски зашли в тупик

Эрика выглядит недовольной из-за излишней откровенности Эрна. Её прекрасное лицо искажает гримаса злости, вот только сделать она ничего не может. – Не преувеличивай, Эрн, – вкрадчивым голосом произносит она, толкая брата локтем в бок. Краткое мгновение, и она как ни в чём не бывало смотрит на меня. – Я всего лишь сказала, что Брену может быть неприятно. – Почему мне должно быть неприятно, Эрика? Мы никогда не были близки, чтобы я тебя ревновал. Если ты составишь счастье моего брата, я буду только рад за вас обоих, – на этот раз Эрика даже улыбается. Воистину непостижимая женщина. Не до неё и загадок её души сейчас. Подумаю об этом в более подходящий момент. Сейчас мои мысли заняты только поисками Вереи, а Эрика только мешает. – Эрн, забирай свою невесту и ступайте обсуждать свадьбу, – отмахиваюсь от этой парочки. Видят Светлые боги, не до них сейчас. Брат подхватывает Эрику и скрывается за дверью. – Странно, – выносит вердикт Улав. – Что странно? – Не разделяю я любопытства друга. – Поведение Эрики странное, – задумчиво повторяет друг. – Ты обратил внимание, что она отдалась Эрну в волчьей ипостаси и сама рассказала. Зачем? Пожимаю плечами. Не до разгадывания тайн коварной волчицы. – Если Эрн счастлив, то какая мне разница, что между ними было. Я в постель к брату не полезу, – отвечаю Улаву. Я мысленно занят поисками княжны. Где горгулья их раздери, поисковая группа? Уже давно можно было вернуться. Длительное отсутствие говорит только об одном – Верею они пока не нашли. – Очень зря, – произносит Улав и у меня возникает ощущение, что я ошибся. Он никогда не был любителем сплетен, а сейчас предлагает заняться перемыванием костей Эрна и Эрики. – Как ты мог упустить из вида, что близость в волчьей ипостаси не принимается во внимание. Считается, что когда оборотни находятся в своей звериной ипостаси, то контролировать себя не могут. Я и забыл о таком нюансе брачных уз. Я-то, как и Улав, и Эрн, могу себя контролировать после обращения, но большинство оборотней не может. Тогда действительно странно, что Эрика уделяет внимание близости в зверином облике. Меня тревожит одержимость Эрна этой волчицей. Могу понять, если он в неё влюблён давно, но такая внезапная страсть, отключающая мозг? В это мне слабо верится. Если бы они действительно любили друг друга, я был бы только рад счастью брата. – Ты считаешь, что Эрика специально подловила Эрна в волчьем облике? – пытаюсь я понять, насколько всё далеко зашло. Улав единственный, кто спокоен и трезво мыслит. – Не думаю, что она планировала это, скорее всего, воспользовалась возможностью заставить тебя ревновать. Хотела обратить на себя внимание, но план с треском провалился. Будь осторожен, она не отступит, – в голосе друга звучит беспокойство. – Сейчас меня больше волнует, почему до сих пор не вернулись твои воины, – высказываю я тревожащие меня мысли. – Ты выслал в погоню лучших? – Да, Брен, разумеется, – раздражённо отвечает Улав. – Я отобрал не просто лучших воинов, а с самым острым нюхом в твоей многочисленной армии. Если они не найдут княжну, то без колдовства не обошлось. Светлые боги, лучший друг верит во всякую чушь. Воистину, мир вокруг меня сошёл с ума. – Ну при чём здесь колдовство? – я тоже раздражён и не скрываю этого. – Не ожидал от тебя подобной глупости. – Ты разучился видеть картинку целиком, – говорит друг. – Сам подумай, во-первых, покушение на тебя. Убивали серебряной стрелой и ты, обладающий самым острым обонянием, не чувствовал запаха нападавшего. Я киваю, соглашаясь, так и было. Но я не связываю попытку моего убийства и побег Вереи. – Второе, – продолжает Улав, – внезапная влюблённость Эрна. Его бешеная страсть проявляется в самый неподходящий для тебя момент – когда тебе нужна его помощь и поддержка. И это правда. Только здесь я не думаю, что это колдовство, просто тщательно скрываемые чувства Эрна вырвались на свободу. Так и бывает, если что-то постоянно подавлять. Да, не вовремя, но что поделаешь. – Брен, а ты не обратил внимания на фразу брата, что ты будешь против его отношений с Эрикой? – Улав, это абсолютно нормальная фраза потому, что Эрика и её отец делали вид, что у нас c ней скоро свадьба. Как думаешь, что должен думать Эрн после близости с моей так называемой невестой? Друг пожимает плечами. Он с его патологической честностью и верностью вряд ли оказывался в такой ситуации. – Ты не понимаешь, Брен, – настаивает Улав на своём. – Эрик готов был бросить тебе вызов. Ты понимаешь теперь, зачем все эти пляски с бубнами вокруг него? Его руками хотят избавиться от тебя, а братоубийца не сможет стать во главе твоей империи. За ним просто никто не пойдёт. – Вот тут-то и появится наш невидимый кукловод, – добавляю я. – Вот только нет гарантии, что Эрн меня убьёт. Несостыковочка выходит. – А ему что так, что этак хорошо, – не унимается Улав, со своей теорией заговора. – Если ты убьёшь брата, то будешь в таком состоянии, что избавиться от тебя не представит никакого труда. – Неужели ты думаешь, что Эрика идейный вдохновитель? – Он качает головой. – Вот и я так не думаю. Если и подозревать, то её отца. – Или брата, – добавляет Улав. – А может, и всё семейство. Я киваю, соглашаясь с ним. Дарквольфы слишком подозрительно себя ведут. – Альфа, к тебе с донесением воины из отряда Вождя Красных волков, – докладывает кадж. Отталкивая его, в зал вваливается небольшой отряд воинов. Я молча смотрю на старшего. Он мотает головой. Не нашли, значит. – Прости, Альфа, – говорит он. – Мы сделали всё возможное, но княжна пропала. От порога её комнаты нет никаких запахов. На чём-то её должны были увезти. Но, странно, что никаких следов. Даже запаха лошадей мы не почувствовали. Пять лучших оборотней склонили головы в ожидании наказания. Их вины в том, что я потерял Верею, нет. Отпускаю их, и с облегчением, переводя дух, они быстро выходят. – А я о чём тебе говорил? – торжествуя, что оказался прав, произносит Улав. – Ни следов, ни запаха. Без колдовства не обошлось. Вспомнишь потом мои слова, да поздно будет. – Хватит причитать, как деревенская кликуша2. Понял я тебя. Сам пойду по её следу и если не найду, тогда соглашусь с тобой.