Глава 30. Цена приказа Альфы

Нянюшка По его шальным глазам вижу, что плевать ему на приказ. Что его влечение сильнее долга. Для Улава это опасно. Не могут служаки долго идти против долга. А ведунья и воин не пара. Не по пути нам с ним. И даже не разница в возрасте меня смущает. По сути, не видна она особо. Всего пять лет. Улаву, как мне кажется, около тридцати. Мне тридцать пять. При моих знаниях я выгляжу на все десять моложе. И ведовство ни при чём. Только целительские знания. Вот только когда мне нужно, могу и древней старухой показаться. Морок наводить я умею с детства. В первую нашу встречу с приближёнными Брена я показалась им женщиной в возрасте. Я собственный возраст состарила, чтобы не вызывать подозрений. – Ты не беспокойся, – беспечно, на первый взгляд, говорит Улав. Его сосредоточенность выдаёт только цепкий взгляд, проникающий в душу.  – Проблемы с Альфой, я сам решу. А кто ещё? Сам понимает, что сказал? Не я же за здорового мужика заступаться буду. – Не беспокоюсь я, – размеренно молвлю я. – Вот только не высока ли цена за то, чтобы со мной пробежаться по лесу? Улав вздрагивает и растерянно произносит: – Какая цена, Ненила? Ты о чём? Он не испуган, нет. Чтобы испугать Улава, нужно что-то пострашнее, чем упоминание о расплате. Улав гордый, Альфа маленького клана, и он должен думать не только о себе, но и о своих воинах. Что, если недовольство Альфы Семи Кланов падёт и на них? – Недовольство Альфы на себя вызовешь, – предупреждаю я. – Брен может и не простить. – Я всего лишь буду проводить расследование, как он и просил, – упирается Улав. Не понимаю, зачем я его убеждаю в чём-то? У него своя голова на плечах есть. Вот только сердце противится разуму. Не хочется, чтобы у Улава разладилось взаимопонимание с Альфой. Глупое сердце желает, чтобы он был рядом. Какие глупости. Если уж я снова встаю на путь ведовства, то без оборотней обойдусь. Даже без тех, которые заставили ожить сердце и душу. – Скажи мне, где сейчас Брен, – спрашиваю я. – У меня не такое сильное обоняние, как у вас, оборотней. Улав колеблется. Он и отпускать меня не хочет, но и не может ослушаться приказа Альфы, не оправдать его доверия. Вот что страшно и для Улава, и для меня. – В лесу, – сознаётся Улав, – он считает, что Верея где-то рядом. Умно, очень умно. Брен опять в моих глазах показывает себя как мудрый вождь. Вот только не следовало ему самому на поиски отправляться. Любит, значит, мою птичку. Пусть пока и не понимает этого. А что мне ещё для счастья нужно? Только чтобы княжна моя судьбу свою устроила. Вот тогда и мне вернуться домой можно будет. – Я должна там помочь ему, Улав, понимаешь? А ты обязан помочь Брену здесь, – ещё раз доказываю я ему значимость нашей с ним миссии. – Проверь и Младу, служанку Вереи. Что-то часто стала она отлучаться и именно в то время, когда что-то происходит. Улав кивает, а я проскальзываю мимо него в коридор. Спешу, пока никто не увидел к кромке леса. Раздеваюсь до нага и прячу одежду под кустом рябины, присыпав опавшей листвой. Ещё раз оглядываюсь. Моя тайна должна остаться только моей. Принюхиваюсь. Моё обоняние острое, как и у всякой ведуньи. Острее, чем у обычного человека. В таких делах я привыкла полагаться на нюх. Зрение и слух могут подвести, нюх почти никогда. Ещё раз втягиваю воздух с подветренной стороны. Только запахи, доносящиеся со стороны дворца. С не подветренной стороны тоже ничего не чувствую. Пробормотав молитву Сироне, покровительнице ведуний и целительниц я превращаюсь в маленькую рыжую лисичку. Как же долго мы с ней не встречались. Теперь же я чувствую давнюю свободу, которой долго была лишена. Словно вернулась домой после долгих странствий. Я не оборотень. Лисица – это моя вторая сущность, мои силы. Можно сказать, что мой дар принимает такой образ. Когда меня посвятили в ведуньи после череды долгих испытаний, мой учитель показал, как призвать свою вторую сущность. Это было последнее задание, к которому я не готовилась. Вот тогда и появилась маленькая юркая лисица. Бегу по лесу, по следу Брена. Помню его запах – мёда, морской соли и вина. Так, для меня пахнет Альфа. У Улава особый аромат, такой привлекательный для меня, возбуждающий – свежескошенной травы и ромашек. Я чувствую его даже на расстоянии. Вот только он никогда не узнает о том, как пахнет для меня. Ещё обидится, что запах не мужественный, зато родной. Я ощущаю на себе чьи-то взгляды, следящие за мной. Запаха чужаков не чувствую. Это не может быть Брен. Слишком близко к дворцу. Может, тогда это похитители? Знает ли Альфа о том, что за дворцом ведётся наблюдение? Или только за дорогами вглубь леса? Надеюсь на последнее, иначе они уже знают, кто я. Сбивать их со следа не имеет смысла. Они меня видят, а я их нет. Так, что же делать? Вернуться обратно во дворец и сделать ещё одну попытку ночью? «Отключаю» рациональное сознание человека, полностью доверившись своему дару. Куда он меня приведёт, так тому и быть. Волки. За мной следят волки. Но не обычные или оборотни. Эти волки – бывшие люди, на которых накинули шкуры волков. У них нет возможности оборота. Всё время они вынуждены жить волками. Они сторожат дороги к моей птичке, я знаю это. Сильный колдун заколдовал их и заставил служить себе. Не каждый имеет такую силу. Мне становится страшно. Я так долго была без практики, смогу ли помочь моей девочке? Выстою ли против колдуна?